Фанфики(БЛ)

Фанфики(БЛ)

Подписчиков: 30     Сообщений: 246     Рейтинг постов: 1,894.4

В этот тег мы постим свои фанфики по Бесконечному лету.

Написал фанфик- в личку к модератору Бесконечного лета за медалькой

Фанфики(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы,технический пост

"Книголюб"-писатель фанфиков на "Бесконечное лето"
 Возможно будет переквалифицирована на общефэндомный уровень


Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Славя(БЛ) Юля(БЛ) Женя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 20. Выбран путь в бункер.

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17

часть 18

часть 19


Ричард.



 Если верить карте, то путь к бункеру, а именно туда мы и решили направиться, был неблизким. Причем больше всех туда рвались именно наша ушастая спутница, во время голосования она всеми лапами уцепилась за это место. Уже тогда, причина не была для меня секретом, Юля шла за добычей, может, в ней проснулась внутренняя клептоманка? Хотя, о чем я, девочку прекрасно можно понять. Пресная еда надоела аномалии, да и поживиться в месте, где обитали люди точно можно. Иногда, сопя во сне, Юля едва слышно бормотала слово «припасы». Смущало только то, что была вероятность натолкнуться на НИХ, на существ которых упоминал в дневнике Семнадцатый. Тех самых, что уничтожили бункер, и, по видимому, являлись местным бичом всего живого. Ох, недаром даже названия неведомых тварей не произносят, это должно быть что-то реально жуткое. Но, в бункере 112 может быть ценная информация, не говоря уже о многих, так нужных нам вещах, а опасности… Мы из схватки с Кукульканом вышли живыми, у нас плазмомет и способности двух аномалий, так что, шансы неплохие. Мы втроем, тщательно всё обговорили, и лезть наобум совсем не собирались, разведка, оценка обстановки, расстановка приоритетов, но это потом, до цели ещё надо добраться.

 Ущелье ещё больше походило на долину, приходилось залезать на высокое дерево или холм, чтобы искать ориентиры, и, глядя на далекие скалы, лишний раз убедиться, что пути по сторонам нет. Или вперед, или назад, отвесные скалы не преодолеть, без снаряжения во всяком случае. Лично я, очень хочу посетить «реликт», Семнадцатый писал в своем дневнике, что это одно из немногих мест, куда ОНИ не залетают, скорее всего, боятся. Кроме этого, моё внимание привлекла именно формулировка «-ОНИ не подлетают к Леднику, ближе чем на несколько миль. Даже если преследуют добычу». Крылья, у них есть крылья, или что-то другое, что помогает врагу держаться в воздухе, а значит, надо следить за небом одним глазом, ну кроме меня, у меня сейчас совершенно особые рецепторы. Поэтому продвигались мы без особого напряжения, осторожно, но не шарахаясь каждого звука и тени.

 Способности древней аномалии, не знаю пока, как, и навсегда ли, они стали моими. Во время путешествия я выкраивал время потренировать их, причем достиг немалых успехов. Мог бы и больше, но заниматься приходилось втайне от Слави и Юли, в основном на привалах, когда была моя очередь караулить, слуху Юли мы не перестали доверять, но что не бывает? Крабов, например, она так и не учуяла. И в темноте, когда девочки сладко спали, наступало моё время. Я призывал потоки ветра, крутиться маленьким смерчом у меня на ладони. Я прикладывал руки к почве под ногами, и чувствовал, как в её толще возятся черви, зная, что могу раздавить их землей, просто пожелав этого. Пару раз, запустил сгустком воздуха, в пробегавших вдалеке шакалов, судя по визгу, даже попадал. Мохнатые падальщики появились совсем недавно, по какой-то причине, они не забегали в верхние угодья ущелья, а здесь их наблюдалось немало. Близко они не подходили, да даже если и нападут, от пятерки я отобьюсь и без поддержки стихии. К тому же, они весьма боялись нашу хвостатую спутницу. Стоило неке просто сверкнуть на них своими глазами, как шакалы уносились прочь, поскуливая и поджав хвосты. Один раз, уже покидая стоянку, мы видели, как эти хищники съели оставленные нами рыбьи косточки, и даже разворошили кучу веток и листьев, на которых мы ночевали, наверняка там оставался наш запах. Эх, сюда бы матрас надувной, или палатку, а ещё лучше и то, и другое, хотя… и так норм. Буду честен, спать с двумя девушками под боком, это кайф.
 Что же до новых возможностей, в целом, они радовали, пусть и не без нюансов. Каждое использование аномалии, выматывало, забирая часть моих жизненных сил и вызывая физическое утомление. Степень этого, напрямую зависела от количества использования, и затрат силы. Что-то мне подсказывает, что этих побочных эффектов не будет, если использовать сначала поглощение энергии, однако, становиться на путь Кукулькана я не спешил. Не буду врать самому себе, но витающая вокруг жизнь, манила. Не раз и не два, мне стоило огромных усилий сдержать порыв прибить пролетающую мимо птичку или пробегающую ящерицу, и пусть даже и крохами блестящего тумана, утолить этот голод. Это оставим на крайний случай.

 Постепенно, я стал манипулировать стихиями на более тонком уровне. Например, в самый разгар жары, я нагонял поток ветра с края ущелья к нам, и свежий воздух чувствовался постоянно, это стоило определенных усилий и затрат ресурсов собственного организма, что впрочем компенсировалось усиленным пайком. С едой проблем не наблюдалось, вокруг росло немало плодоносящих деревьев и кустов с ягодами, правда, есть незнакомые фрукты мы избегали. Так же, теперь я мог всегда понять, где в реке больше всего рыбы, ощущая токи воды, и вполне неплохо бить добычу острогой, но у неки выходило круче. Рыбачила по большей части Юля, а мы с командиром её охраняли. Река нас кормила и поила и купала, хорошо, что бункер недалеко от неё, так что можно и дальше двигаться по течению.
 -Ну что, сегодня я пойду на охоту один, как и договаривались? – Спросил я Славю. Мы как раз остановились на обеденном привале, облюбовав для этого уютную березовую рощу. Деревья давали приятную тень, а кроны шевелились от ветра, заставляя тени на траве плясать. Юля свернулась калачиком на траве и дремала, как я успел заметить, днем, она спала с большой охотой. Славя же, обеспокоенно смотрела на меня, явно не одобряя такую авантюру. Хоть и был уговор, что сегодня я иду на вылазку без них, уж больно хотелось проверить свои способности, пусть пока и очень далекие от силы идола майя. – А вы пока подготовите хворост для костра.
 -Хорошо Ричард. – Вздохнула Славя, усаживаясь на траву. – Только возьми с собой ружьё, и ради бога, будь осторожен.
 -Нет. – Отказался я от плазменного козыря, всё же нельзя оставлять девочек безоружными. Даже отлучаясь ненадолго, я волновался, душа беспокоилась за девчонок, слишком дороги они мне стали. Годы морального одиночества, прервались таким вот странным приключением в компании двух прекрасных девчонок. – Пусть останется у вас, если что, стреляй, не раздумывая, ваша безопасность – это главное. А у меня вон, лук есть, не пропаду.

 Лук, ха, слишком гордое название для едва гнущейся палки и тетивы из хордовых жил пресноводного ската. За спиной, на веревочке, болтались стрелы из прочных веток, с закаленными над огнем остриями, так, чтобы удобно было доставать из этого «колчана». Убойная сила и прочность вышли неплохими, но из такого лука ими особо не постреляешь. Кстати вкусный был скат, наверное, самое вкусное и нежное мясо, которое я пробовал в жизни, учитывая, что готовилось оно без соли и специй. Жалко, что эти странные обитатели реки, почти всё время проводят на дне, смешавшись и илом, и ловить их не просто даже с моим зрением охотника. «Лук», нужен был только для объяснения удачной охоты, добывать еду я собирался с помощью аномалии. Нет, я и из этого недоразумения что-нибудь да подстрелю, контуженую куропатку, например, или хромого зайца, но зачем мучатся, если я сам по себе огневая батарея? Удалившись от стоянки, я ещё раз прошелся по окружающему пространству глазами аномалии, дабы лишний раз убедиться, что вооон за тем кустиком не прячется большой и клыкастый…кто-нибудь!

 - Так-так-так. Что тут у нас? – Пробормотал я, глядя на небольшой ручей. Поток воды, преградивший мой путь, был настолько прозрачен, что при желании можно сосчитать каждую песчинку на дне, и ни одного живого существа, ни рыбки, ни лягушки. Судя по направлению течения, он впадает в нашу огромную реку. Ручей неглубокий, но шириной метров пять, пить мне пока не особо хочется, но на ту сторону перебраться надо, а, была, не была. Я вошел в поток, и медленно двинулся вперед. Вода доходила мне почти до колен, но костюм надежно защищал от протекания. Я не читал всё досконально про эту разработку, там было что-то про микроскопические клапаны, которые пропускают воздух, но тут же схлопываются при попадании воды именно снаружи. Круто. Уже почти добравшись до противоположного берега, я буквально копчиком почувствовал какую-то тревогу, ощущение опасности.
 - Эй, малыши, вы чего это? – Спросил я у косяка пескарей, который носился вокруг меня по часовой стрелке, образовав кольцо со мной в центре, готов поклясться, раньше их не было. С разных сторон, в этот поток вливались всё больше рыбок, и наконец. Момент, когда вся эта толпа кильки кинулась на меня, я подловил, а так же блеск мелких зубов в пасти каждой из них.
 -А вот хрен вам, сардины драные. – Что делает человек в критической ситуации? Правильно, матерится. А что делает человек в критической ситуации, но с боевой подготовкой? Матерится, попутно спасая свою жопу! То, что костюм им не помеха, я понял сразу, и защитился уже на инстинктивном уровне. Что бы ни произошло в портале, но сила стихий, бурлившая в Кукулькане, теперь защищала меня как родного, она была моими руками и ногами, моим дыханием, плотью и кровью. Раскинув руки в стороны, будто собираясь что-то оттолкнуть, я отбросил воду от себя, образовав абсолютно сухой участок, при этом используя как стихию воды, так и воздуха. Ручей отхлынул, и мелкие хищники последовали за водой.
 -Вот тебе и пескарики, мать вашу! – В центре ручья стоял я, удерживая воду на расстоянии пару метров, а вокруг бурлил живой, клацающий челюстями поток. Рыбы были невероятно ловкими, учитывая, что ни одна не осталась на сухом участке, все они живо отплыли вслед за водой, не стремясь перейти грань и покинуть родную стихию. В воздухе стоял шорох тысяч щелкающих челюстей, пробирающий до жути, было в нем что-то ненормальное. Таааак, надо валить. Медленно, шаг за шагом, я отходил к берегу. Сила аномалии удерживала вокруг меня кольцо без воды, которое двигалось вслед за мной, слава яйцам эти паразиты не могли ходить, я бы не удивился если честно. Первое, что я сделал на берегу, это хорошенько выругался, не громко, но со вкусом, вспомнил всех, начиная от мини-пираний и ила, на котором чуть не поскользнулся, и заканчивая этим миром в целом.

 -А теперь, давай посмотрим, что ты таишь, миленький ручеек. – Пока я шел по дну, то чувствовал, как что-то мешается ногам под песком, почему бы не глянуть что именно? Я указал раскрытой ладонью на такой мирный с виду ручей, направляя энергию на землю, масса песка рассосалась в стороны, открывая вид на…
 -Ха-ха-ха, нет, правда, тут можно ужасы снимать. – Дно ручья было усеяно костями, десятки, сотни белых, и пожелтевших от времени костяков животных, от весьма крупных до мелких, размером с куриное ребрышко. Но это было не самым страшным, самым страшным стало то, что стоило отпустить песок, как мелкие твари, бодренько работая плавниками, закопали каждую косточку обратно. Затем, косяк распался, и уже по одной, рыбы отплывали в стороны и…исчезали. Перед глазами был обычный поток пресной водички, с камышами на берегах и журчащей водой, вот только даже одного жука или водомерки не наблюдалось. Ричард, поздравляю, ты идиот, мог бы и раньше заметить такую не состыковочку. Не может водоем посреди леса быть необитаем, хоть какая-то живность присутствовать должна
 -Самые умные, да? – Я переключился на зрение охотника, и в черно-белом мире, рассмотрел множество красных искорок в реке, как ни в чем не бывало плавающих туда-сюда. Никуда опасность не делась, просто слилась с ландшафтом. Гадом буду, если дойдут руки, флору и фауну этого мира надо изучить, тут столько всего интересного, пусть и опасного. Эти мелкие ребята, каким-то образом мимикрируют, становясь невидимыми в воде, может у них пигменты на чешуе, как у хамелеонов или каракатиц? А может, они по-хитрому преломляют свет? А как меня подпустили к центру ручья, даже не нападая заранее, и как маскировали место охоты. Так и представляю, заходит в ручеек олень, и бац, а ног у него уже нет, весело. Боже, о чем думаю, будто наша цель жить тут, а не вернуться домой! Надо поохотиться и возвращаться к девочкам, пока ещё на что-нибудь подобное не наткнулся, или ещё хуже, такое, натолкнется на меня.

 Углубляясь в чащу, я окружил своё тело восходящими потоками ветра, пусть и слабые, но свою функцию они выполняли, уносили мой запах в небо. Зрение аномалии показывало мне каждую птичку в кронах, каждую мышку в лесном ковре, но я искал что-то покрупнее. Юля, допустим, не против будет поужинать жареными мышками, но Славя не оценит, наверное. Вот уж девушка так девушка, с практически полным отсутствием стеснения, но красотой модели, и фигурой мастера спорта. С одно стороны, она как открытая книга, добрая, отзывчивая, а с другой, кто знает, что творится у нее на душе? Иногда голубые глаза лучатся печалью, я совсем не знаю Славю, да и вряд ли она показывает свои истинные чувства всем подряд. Может и она, скажет, что мыши в принципе, нормальный белковый ужин? Уже когда я собирался разворачиваться, и тупо половить рыбу в реке, ветер донес до меня далекий шорох. Медленно, крадучись, я двинулся вперед, легкими шагами огибая сухие ветки и прячась между деревьев. Меня, конечно, учили бесшумному передвижению, но это… В закоулках памяти, всплывали образы и навыки древнего охотника майя, который в одиночку ходил на ягуара. Вместе с моими курсами выживания получалась гремучая смесь.
 Кабанчик. Молодая самка, и, судя по далеким звукам, она тут не одна. Недалеко пасется целый гурт, возможно даже с секачом во главе. Ну-ка. Метрах в ста от нас, в земле рылось целых семь крупных свиней, скрытых деревьями и травой, от простых глаз, но не от восприятия аномалии. Как же тебя грохнуть, будущий ты наш шашлык? Причем сделать это по возможности бесшумно, думай Ричи, ты не маг из фэнтези, чтобы убивать огненными шарами и каменными копьями, думай. Решение пришло внезапно, но для его исполнения, нужно сосредоточение, и силы, а на ручье их израсходовано немало, и восстановиться времени не было. Аккуратно прислонив руку к земле, я вытягивал из неё энергию. Трава в радиусе двух метров вокруг меня, скукоживалась и сохла, опадая на землю. Намного меньше силы, чем при поглощении животных, но и этого хватит, для точечного удара. Указав на добычу правой рукой, я сжал кулак, воздух, которым дышало млекопитающее, замер в его легких, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни даже хрюкнуть. Кабаниха забилась, упав на траву, и дергая копытами, тщетно пытаясь вздохнуть. Рука, которую я использовал как проводник аномалии, дергалась от отдачи, но я упорно не давал добыче получить кислород, пока, наконец, она не потеряла сознание. Остановив давление аномалии, я в пару мгновений преодолел разделявшее нас расстояние, надо действовать быстро, пока добыча не оклемалась.
 -Ничего личного. – Я подобрался к лежащей тушке, и нанес удар, заточенная стрела, с просушенным наконечником, пробила сердце, и кабанчик испустил дух. После чего, я перерезал горло, выпуская на землю кровь, так мясо будет вкуснее. Черт, как же хочется впитать улетающую энергию, искры которой исходили из тела, и таяли, отправляясь непонятно куда. Я не вредитель в этом лесу, убиваю только то, что съем. – Так тебя и потащим в лагерь, со стрелой, пусть думают что я Леголас местного разлива.

 Связав передние лапы кабанчика гибкой молодой корой, я перекинул их через себя. Получился своеобразный рюкзак. Надо будет только тщательно отмыться потом, и не забывать поднимать ветер вокруг себя вверх. Если даже мой нос чует эту кровь, то пол леса хищников вместе со мной сбежится к лагерю.
Ручей. Я почти возле стоянки. Убедившись с помощью зрения охотника, что плотоядная мелюзга никуда не делась, я обдумывал способы перебраться на ту сторону. Нет, можно конечно как и раньше, просто заставить воду расступиться, но в голову пришла идея получше. Присев на одно колено, и расставив руки в стороны, я собирал потоки ветра вокруг себя. Перед глазами возникло видение, огромные крылья, что пронзают небеса. Силы утекали, и довольно быстро, но для задуманного должно хватить. Из глубин памяти всплывали навыки древнего монстра, которые должны стать моими, я приложу этого все усилия. Во многих книгах и фильмах, получивший такое человек борется с этим до последнего, как глупо. И будь на моём месте наивный дурак, он бы так и поступил, считая силу аномалии злом, но я не такой. Нет зла, нет и добра, есть лишь сила, а как её использовать, уже совсе-е-е-м другой вопрос. Я приму, всё то что было могуществом древнего бога, позволю этой памяти и чувствам пройти сквозь меня, и будь что будет. Я хочу, крылья!
 Ветер завыл, разбрасывая вокруг траву, пыль, и сухую ветошь. По поверхности ручья пошла рябь, неподалеку затрещали кроны деревьев. Потоки сгустившегося теплого воздуха покрывали тело, словно живая броня, делая его легким, приподнимая и унося за собой. При этом мне они не вредили, разве что приходилось глаза прищуривать, а вот ветку, которая чуть не ударила мне в лицо, отбросило. Стихия защищала меня, оберегала как мать родное дитя. Я планировал перенести себя воздухом на тот берег, но что-то пошло не так. Не рассчитал сил, да и опыта ещё не хватало. Создавалось ощущение, что меня поднял великан, и небрежно швырнул вперед, как какой-нибудь камушек. Приземление было не смертельным, но очень неприятным. Хорошо еще, что я упал на спину, придавив при этом тушку кабанчика, смягчившую падение. Сперва я даже струхнул, услышав, как она хрюкнула, но это были просто остатки воздуха, которые выбило из легких при падении.
-Ладно. Больше так рисковать не будем. – Пробормотал я, направляясь к лагерю. Времени по прикидкам где-то часа два, потом надо выдвигаться, если мы хотим пройти ещё какое-то расстояние до наступления темноты. Из кустов на пути выскочили два шакала, и припустили с такой прытью, что пыль из-под ног летела. Ну не ожидали блохастики что я приближусь так резко, хорошо ещё не напали, будь тут целая стая могли и попробовать.

 Приближаясь к роще, я заметил блики среди деревьев, если приглядеться, то это Славя, стоит с оружием наизготовку и наблюдает за окрестностями. Надо будет подучить её правильно выбирать дислокацию, а то свет от оптики выдаёт девушку.
 -Вот, смотрите что у нас на обед. – Похвастался я, когда добрался до девочек. Тушка кабана была сброшена на траву, следом за ней, грациозно плюхнулся на попу и я. Что ни говори, а ноги ныли после падения, к тому же, использование аномалии не проходит для организма бесследно.
 -Ооо. – Удивленно смотрела на добычу Юлия. Носик девушки дергался, чуя ещё свежую кровь, а ушки возбужденно встопорщились.
 -А с тобой не пропадешь. – Похвалила Славя, выдергивая из тушки стрелу. – Наверное, очень близко смог подобраться, раз даже без оперения попал. Ладно, отдыхай, дальше мы сами, только нож дай, пожалуйста, мой мелковат для такого.
 -Пока тебя не было, мы уже и дрова приготовили, и сложили, осталось только спичкой чиркнуть. – Гордо указала пальцем на шалашик хвороста нека.
 -Это очень хорошо. – Согласился, я, коротко кивнув. – Но спички лучше побережем.
 Пока я разжигал костер, используя для этого свет солнца и линзу из оптики, той самой, которую достал из сломанного оружия, Славяна занималась тем, что свежевала кабана. Делала она это явно в первый раз, и когда искорка из сухой трухи, стала разгораться в пламя, я решил ей помочь. Вдвоём мы быстро выпотрошили трофей, и сняли с него шкуру, а пока нарезали мясо на кусочки, удостоились голодного взгляда Юлю. Девочка уже наломала прутиков, которые станут шампурами, и смотрела на нас, облизывая губы из-под которых едва заметно виднелись небольшие белоснежные клыки. Пушистый хвостик размахивал за спиной девушки с удвоенной силой, намекая, что можно и поторопиться.
 -Наверное, жестковатым выйдет, это всё же не рыба, а дичь. Ни маринада, ни соли. – Размышлял я вслух, глядя, как с нанизанного на прутики мяса капает и шипит на раскаленных углях жир.
 -Ой, брось Ричард. – Славя не просто улыбнулась, а даже хихикнула, прикрывая ладонью рот. – Тебя послушай так мы на курорте, и ты недоволен, что условия не пять звезд, а всего лишь четыре. Сыты будем и ладно, а комфорт, эх, многое бы отдала за зубную щетку и бри… в общем! Всё хорошо. Кушаем и топаем дальше.
Уговаривать нас не пришлось, стоило только мясу подрумяниться, как мы со Славей начали его целенаправленно уничтожать. А Юля держала в руках свой прутик, и нетерпеливо нюхала готовую еду.
 -Не можешь есть слишком горячее, прямо как кошка. – Пробормотал я, откусывая, а вернее отгрызая кусочек от своего пайка, жаркое получилось и правда не самым мягким. Вкусное, ароматное, но пресное, и рвется с трудом. – Помню, ты рыбу тоже не сразу стала есть, а ведь была голодная, как и сейчас. Юль прости, что не ждем тебя, закончим быстрее и приготовим ещё, а ты спокойно поешь.
 -Да ничего. – Ответила нека, пробуя мясо кончиком языка, и резко его отдергивая. Решив бороться с превратностями судьбы, ушастая стала дуть на мясо. При этом мордашка у неё получилась умилительная, и эти выпуклые щёчки. – Эх.

 Пока готовилась вторая партия, я осматривал окрестности глазами аномалии. Славя права, мы не прогулке, что-то я действительно расслабился, получив эту силу. Я не Кукулькан, который мог наплевать на любую опасность, и вызывать цунами с тайфунами, а простой человек. Метрах в трехстах маячили небольшие красные пятна, наверняка шакалы. Ждут, даже не тявкают, просто ожидают своё время подкрепиться тем что мы оставим после себя. Хвостатые менеджеры по уборке, чтоб их, наверняка всё сожрут, и кости и потроха, и даже шкуру. В каком-то смысле они нам помогают, если более опасный хищник вдруг попробует взять наш след, он нехило обломается.
 -Кстати девочки, один ручей по пути, надо будет перейти возле реки, и очень осторожно. – Я рассказал Славе и Юле о том, что водится в неглубокой воде, правда умолчав как выжил. По моим словам, я просто очень быстро убежал обратно. Мне поверили. Чувствую себя свиньей, но правду рассказывать пока боюсь. А мелких тварей просто обойдем, к глубокой воде они не суются, видимо предпочитая небольшие притоки, иначе в реке тоже, было бы пусто.
 -Пораааааа, в путь дорогу, дорогу дальнюю, дальнюю… - Начала напевать Славя. Да и у меня настроение ползло выше от сытости. В такие моменты, жизнь радует. А что? Солнце хоть и у горизонта, но ещё светло, уже не жарко, но пока не стемнело. И-де-аль-но. Рядом две замечательные спутницы, а в руках листики лопуха с завернутым жареным мясом. Это перекус на вечер. Под ногами мягкая трава, в лицо дует свежий ветер, а где-то возле реки, уже зарождается лягушачий хор, вплетаясь в волшебные. Мир вокруг враждебен, да, но будем откровенны в нем куда больше жизни и гармонии, чем в том, откуда мы пришли.

Док. Небо.



 Путешествие на дирижабле оказалось довольно комфортным. Система очистки и кондиционирования воздуха работала идеально, как и все другие функции жизнеобеспечения, начиная с кулера и заканчивая биотуалетом. На счет энергии можно не беспокоиться, здесь стояли самые современные генераторы, а при казусе имелись солнечные батареи. Единственное что раздражало, это постоянный запах рыбы, вяленной, судя по всему. Этим запахом пропиталось всё вокруг. Найду того кто притащил её сюда, скину за борт!
 "-Да ладно тебе, Чувак. Может в трюме провоняла, что не бывает? Не будем рубить с плеча. – Подал голос внутренний я. – Дожили! Шиза учит меня спокойствию"
 В целом, бойцы вели себя тихо, только вечно шумный Джо, возмущался что пропустит банкет. Кэп, как и предсказывал внутренний голос, делегировал свои обязанности одному из солдат, и со спокойной совестью курил на мостике. Кабинка дирижабля спроектирована весьма удобно, имелся даже бортик, где можно подышать свежим воздухом. На нем как раз и стоял капитан, закуривая очередную сигарету.
 -Помрешь от рака легких, бросай это дело. – Хлопнул я его по плечу, выбираясь наружу. Лучше понюхаю дым, чем эту селедку, от запаха которой не спасают даже кондиционеры.
 -Спасибо Док. – Выдохнул мужик облачко дыма, которое тут же унесло ветром. – Умеешь зарядить позитивом.
 "-Серьезно? – Удивился Шизв. – Кэп знает, что такое сарказм?"
 -Скоро до берега доберемся, как думаешь? – Спросил он, смотря, как под нами проносится сверкающая водная гладь. Мы двигались всего в полумиле над землей, так что было видно даже косяк дельфинов, плывущих в нашей тени.
 "-Ну, допустим не косяк, а стая. – Вставил пять копеек невидимый зануда. – Дельфины же млекопитающие, а не рыба, ай-ай-ай, такое не знать".
 -Без понятия, без способностей абсолюта, я слишком ограничен. – Ответил я солдату, и кивнул на стойку с оружием, где среди современных винтовок и гранат, сиротливо лежал Гуань-дао. – Вон, даже оружие с собой взял, сто лет железками не махал, а видимо придется.
 -Прямо таки сто. – Оценивающе посмотрел он на моё лицо.
 -Не помню, сколько скитался, честно. – Решил поделиться с ним, в конце концов свой человек, даже в Совенке работал. – Может год, а может тысячу лет, междумирье меняет людей. Оно может раскрыть весь потенциал человека, или утопить его в темноте. Я не спятил только потому, что у меня была цель, к которой я двигался, словно одержимый.
 -Мда, невесело. – Кэп сбросил окурок вниз, явно не собираясь следовать идеалам гринписа, либо просто из принципа "-не наш мир, можно и мусорить". – Ладно, пора наконец поговорить о деле, пойдем, побеседуем с составом. Отряд, все кроме впередсмотрящего, в большую рубку!

 Вскоре все собрались в одной комнате, где Кэп осмотрел ещё раз состав команды. Шесть элитных солдат, каждый из который лично выбран Виолой, я, Кэп, и Женя. Пока без специальной боевой экипировки, просто в камуфляже. Перед спуском и вооружимся, и приоденемся, ну, кроме меня. В целом, мы сила, более чем внушительная.
 "-Особенно очкастая. – Фыркнул Шиза, который всё ещё помнил её хамство. – Будет психическим оружием".
 -Итак, ребята. – Начал Кэп. – Времени обсудить всё внизу, как понимаете, не было. Поэтому давайте ещё раз пробежимся по нашей задаче. У нас спасательная операция, но я не знаю половину из вас. Виола собрала самых лучших из разных отрядов. Вот ты япошка, что умеешь?
 "-Вообще-то он казах, если мне не изменяет память. – Вставил пять копеек Шиза. Внутренний голос обладал абсолютной памятью, и знал этого бойца по одной из наших вылазок".
 -Снайпер я. – Ответил боец, просто кивнув. Никто в принципе не становился по стойке смирно, а капитан не требовал, чай не на плацу. – Но могу пользоваться любым оружием. Остальные тоже солдаты универсалы. Не сомневайтесь, вы поставите задачу, а мы, молча выполним, ну, кроме Джо, он любит почесать языком.
 -Я всё слышу! – Возмутился афроамериканец, который остался возле приборов наблюдения. – Кстати всё тихо, и на сонарах и на радаре, и на камерах, вокруг только вода, вода, и… вода.
 -Ладно, тогда можно я уже пойду дальше спать? – Немного грубо сказала Женя, и не дожидаясь ответа пошла в комнату отдыха.
 -Я сам с ней поговорю. – Остановил я Кэпа, собиравшегося что-то сказать, положив руку на его мускулистое плечо. – Не обижайте девочку.
 -Её обидишь. – Фыркнул один из солдат, впрочем, не выказывая к черноволосой ни грамма агрессии, профи, что сказать.

 -Женя, ну что ты, в самом деле, такая колючая? – Устало спросил я девушку, когда догнал её. Почему-то она ушла в грузовой отсек, а не к себе. Запах рыбы был просто невыносим, а понимание того, что я ещё не скоро увижу своих рыжиков, вообще резало как по живому. – Вот зачем ты конфликтуешь.
 -Кому не нравится, я не напрашивалась, Док! – Резко ответила девушка. Её сердце забилось чаще, а дыхание стало прерывистым, Женя волновалась. – Я такая, какая есть, и если что-то раздражает, то не буду притворяться что это нормально. Лучше так, чем пустое лицемерие.
 "-А ведь врет. – Резюмировал Шиза, подмечая мелкие детали, такие как выражение глаз, мимику, жесты. – Дрожит она вся, страшно ей. Скорее всего, это поведение, защитная реакция. Совсем как у Алисы, только у неё было напускное нахальство и агрессия, а тут ворчливость и хамство, чтобы никто не трогал её".
 -В любом случае, ты теперь часть отряда, и пожалуйста, веди себя достойно. – Я положил руку на плечо девушке, и посмотрел сквозь стекла очков прямо в её глаза.
 -Достойно. – Она фыркнула, реально фыркнула! Вот ведь… - А кто меня по заднице тогда шлёпнул, ещё в лагере! Я не забыла!
 -Ну, тогда… - Пока я обдумывал как объяснить давешний поступок, но Женя ответила сама.
 -Не забыла. Как не забыла и то, что ты меня на руках унёс после того как я лодыжку вывихнула. Как заткнул насмехавшихся надо мной девочек, пусть я и заслужила это, сама не ангел. Как, уже работая в архивах организации, поняла, что весь лагерь обязан тебе жизнью. Не забыла! – Девушка опустила глаза в пол, и замялась, обхватив себя руками. Плечи Жени поникли, будто она вот-вот расплачется. – Я, правда, хотела сказать тебе спасибо, ха твою доброту, но не набралась храбрости. Ты всегда был в работе, а отдыхал только в своей компании, с Алисой и девочками. А сейчас, мне страшно. Я уже обжилась в архивах, даже место для сна себе там организовала, а тут такое… Язык сам мелит чушь, вперед мозгов!
 -Перестань, мы вернем тебя целой и невредимой. Ты снова окопаешься в библиотеке, и будешь ворчать, и лениться, пойдет? – Решив, что мне позволили, я погладил девушку по голове.
 "-А ничего волосы, мягкие, и пахнет девочка приятно. – Задумался Шиза, которому перепадало моё сверхвосприятие. На таком расстоянии даже запах рыбы, не мог перебить теплую живую девочку, инстинкты, от них никуда не денешься".
 -В общем, хвост трубой аналитик, прорве… - Уже собираясь сказать Жене ещё что-нибудь утешительное, я услышал шорох. Что-то шуршало в куче ящиков и мешков. – Подожди ка.

 Кинетическое поле развернулось уже рефлекторно, при первых признаках странного шума, оно накрыло меня и замершую соляным столбом Женю. Приготовившись в любой момент ускориться, или прошить тут всё копьями, я громко сказал, ни к кому конкретно не обращаясь.
 -Выходи давай. – И добавил. – Медленно.
 То, что было дальше, стало неожиданностью. Из кучи ящиков и коробок со снаряжением, кряхтя вылезла, а точнее выползла, УЛЬЯНА!!!
 -Так, так, так. Кажется, мой ремень остался на лайнере, а жаль, жаль. – Я осматривал рыжую, которая понимала что сделала глупость. Волосы у неё были растрепанные, майка и шорты мятые, а на коленках красовались ссадины, всё же пол тут был жесткий. – Спрошу одно, КАК!? Как ты пролезла сюда мимо не то, что охраны, мимо меня!
 Всё же я не мог на неё злиться, но теперь придется быть не просто осторожными, а очень и очень осторожными. Если мелкой что-нибудь случится, я этого не переживу. В душе поднимались ответственность и стах, вместе с радостью что она здесь, такой вот коктейль эмоций.
 -А я ещё в трюме залезла, и спряталась. – Тихо ответила Ульяна. – Натерлась рыбой, которую у поваров выпросила, чтобы ты меня не учуял, а в вентиляцию кусок картона впихнула, чтобы шумел. Сам говорил, к тебе трудно подкрасться, а у меня вот, вышло.
 "-Во дает! – Восхитился Шиза. – готовый диверсант, даром то что девочка".
 -Фуууу. – Сморщилась Женя.
 -Ладно, гнать тебя, смысла уже нет. Далеко от корабля отлетели, а время поджимает. Славя, Ричард и Юля там одни. – Я достал из вентиляции кусок картона, который шуршал об лопасти, и заглушал дыхание и сердцебиение спрятавшейся рядом с ним бандитки. Нет, направить эту сообразительност ьв полезное русло определенно стоит. – Но как вернемся, будет тебе атата. Неделю сесть не сможешь.
 -Прости. Просто… - Ульянка состроила просительную грустную мордочку, что для обычно позитивной девочки было весьма непривычно. – Мне без тебя плохо, а Алиса бы не пустила, я от всех убежала, даже от неё.
 -Хорошо, мы ещё об этом поговорим. – Строго сказал я, но тут же смягчился. В груди что-то сжалось, когда я увидел мешки под глазами Ульяны, и услышал урчание пустого живота. – Пойдем, поешь, и приведешь себя в порядок.
-А что там про шлепанье Жени по попе было? – Спросила Ульяна склонив голову на бок…
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Лена(БЛ) Алиса(БЛ) Мику(БЛ) Виола(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 19.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17

часть 18


 Объект «Пророк»: запись в информационных файлах организации.
 Тип: разумная аномалия.
 Код: желтый (относительно опасен).
 Уровень регистрируемого излучения: 3-9%.
 Примечания: «Пророк» - один из самых любопытных феноменов, который встречала организация. Обнаружен агентами в Санкт-Петербурге, но является уроженцем Кавказа, возраст [Удалено]. Носитель аномалии, выглядит как обычный человек, высокий худой шатен с карими глазами, ростом два метра, весит девяносто килограмм, имеет характерные черты лица. Взгляд пустой, апатичный, глаза «мертвой рыбы», движения вялые, голос меланхоличный, принцип построения фраз объекта, не поддается логике. Обычный стиль общения для него – чередующиеся друг за другом предложения, не связанные по смыслу. За всё это, агенты и аналитики за глаза называют его «Унылый философ»
 На контакт с объектом вышли во время захвата аномалии [Удалено], когда на оцепленной бойцами улице появился объект. Не понятно как он миновал кордон, непонятно, как загнанная в угол [Удалено] не растерзала безоружного человека, но факт остается фактом. Проходя мимо зоны боевых действий, он, не обращая внимания ни на вооруженных людей, ни на [Удалено], шел по своим делам и ел шаурму. Цитата «-Красивое оружие, на каком заводе собрали? – Спросил объект, и добавил, показывая на [Удалено]. – Но его лучше током, или кислотой, тогда бы ты выжил». В завязавшемся затем бою, пострадало множество солдат организации, а сам объект, пешим шагом миновал улицу, легко избегая как пули, так и когти [Удалено]. Через час, он возвращался этой же дорогой, за второй шаурмой. Учитывая что в сражении погиб именно тот человек. на которого указал объект, а так же то, как он предугадывал угрозу, послужило причиной внимания к этой персоне.

 Объект излучает слабые аномальные помехи, регистрируемые датчиком. В захвате не было необходимости, на контакт идет свободно. Однако общаться с ним тяжело, вычленить что-то логическое из слов аномалии, задача непростая. Интерес представляют его фразы, касающиеся будущего. Например, именно «Пророк» однажды сказал, когда смотрел на карту лагеря, где доктор В.Ц. Коллайдер, занималась поиском ЮВАО. «-Хороший лагерь, жалко будет если кто-нибудь…Утопит его».
Для содержания объекта выделена комната со всеми удобствами. Носитель неприхотлив, не требует каких-либо особых ресурсов, фактически, он хочет одного, спокойной жизни. Ни к чему не проявляет интерес, растягивает слова, общается так, будто всё на свете ему окончательно надоело. Вызывает странное напряжение при общении с ним, длительностью превышающей несколько минут. Свободно перемещается по общей территории организации, имеет допуск стандартного уровня. В боевых операциях не участвует, он вообще ни в чем не участвует, не хочет.
 Заключение: Объект необходимо держать под наблюдением, следить за его здоровьем и психическим состоянием, записывать абсолютно все его слова, каким бы бредом они не казались. Однажды, аналитики уже проигнорировали слова «-Слишком глуп и нагл. – Сказал объект одному из бойцов. – Из-за этого, черная змея разжует и выплюнет тебя». Мы не предали этому значения, ведь змеи не жуют. А через неделю, бойца уничтожила аномалия [Засекречено], с тех пор, рядовые солдаты стараются его избегать, опасаясь такого же предсказания. Планируется создание отдельного подразделения аналитиков, разбирающих слова аномалии. Носителю будут предоставляться фотографии и записи не раскрытых аномалий и событий.

Доктор В.Ц. Коллайдер.



Банкетный зал «Ленина».



 Довольно занятное зрелище, наблюдалось вечером на корабле. Все деятели организации, так или иначе попавшие на корабль, сейчас беззаботно отдыхали. Запланированный банкет не отменили, он просто плавно переместился в другой мир. Все виды развлечения, от бильярда и азартных игр, до танцпола и кино-кабинок, а к концу мероприятия планировался фейерверк. По этому поводу немало спорили, но иллюминации быть, а то что демаскировка, так пушки торпеды и сонары работают. Да и будь в этой зоне враги, не заметить лайнер такого размера…
 Кто-то из отдыхающих ел, кто-то просто общался с коллегами (особенно аналитики, эти вообще пришли в халатах, прямо с работы), некоторые оккупировали диваны и стулья, томно потягивая напитки. Кто-то танцевал, под красивую и ритмичную музыку. О, музыка была что надо. На сцене вооружившись гитарами и современным аудио оборудованием, выступал довольно интересный дуэт. Рыжеволосая Алиса, активно играла медиатором, ни разу не сбиваясь и производя впечатление профессионального музыканта, не смотря на молодой возраст. И Мику, пританцовывающая за синтезатором, аквамариновые хвостики порхали по сцене вместе с хозяйкой. Девушки нарядились в специальные свободные платья, сшитые на заказ для концерта, Алиса в янтарном, с белыми вставками, Мику в аквамариновом, с черными вставками. Смотрелось очень гармонично и изысканно, а навыки и подготовка концерта была выше всяких похвал. Зал аплодировал и свистел, особенно бесновались работники японского отдела, хоть и были солидными дядьками в возрасте, они не могли устоять перед обаянием поп-идола Страны Восходящего Солнца.
 -Мику-саааан! – Скандировала восточная толпа.
 В царстве беззаботности и праздника, особняком, стоял накрытый на десять персон столик, за которым расположилась Виола, Седой, Лена и Ямада. Пустые места дожидались своих гостей. На столике у медсестры, впрочем, как и на всех остальных, было сервировано множество блюд. Жаркое из всех видов мяса, от классической говядины, на которую индийские гости смотрели с ужасом, до тушеных рябчиков с ягодами, и вареной нутрии. Десерты и салаты, повара превратили в произведение искусства, сделав не только вкусными, но и красивыми. Чего стоили только торты с зеркальной глазурью, или сладкие прозрачные «капли» из агар-агара. Даже гости соблюдавшие диету и пост, не всегда сдерживались. Виола своими глазами видела, как арабский посол отщипнул кусочек молочного поросенка запеченного с яблоками, и съел, приговаривая что-то вроде - Будем считать, что ты ягненок.

 -Прямо картина, пир во время чумы. – Задумчиво проговорила Виола, баюкая в руках бокал с белым вином, на тарелке перед ней лежал кусочек недоеденной осетрины. Музыкальный дуэт закончил выступление, овации стихли, поэтому слова женщины расслышали все, кто был за столом. – Не знаем, вернемся ли домой, не знаем, что будет завтра, а веселимся, как ни в чем не бывало.
 -Так это же отлично, Ви. – Покачал головой капитан. – Лучше так, чем всеобщая паника. Да и сама посуди, Виола, когда у нас была полностью безопасная работа? Половина из наших парней, те ещё сорви головы. А аналитикам, так счастья привалило по самые уши, я их такими счастливыми сто лет не видел. Вчера выловили пучок голубых водорослей, дружно кипятком писались, только их изучать стали.
 -Тем более, еды купили на тысячу человек, и с солидным запасом. А прибыть на лайнер успело чуть больше половины. Хранить такую кучу скоропортящихся продуктов у нас просто негде, не рассчитан лайнер на это. – Добавила Лена. По случаю праздника, интендант организации надела зеленое платье, и украшения с изумрудами, всё это прекрасно сочеталось с зелеными глазами девушки, а платье так облегало фигуру, что непонятно, кто сорвал бы больше внимания, окажись она сейчас на сцене. Во всяком случае, все гости восхищенно оборачивались, проходя мимо неё, подобранные лично Леной духи, тоже производили сногсшибательный эффект. – На счет провианта можно не волноваться. Запасов СП-1 хватит на несколько лет, голодать не придется. Так что надо набивать животы, пока есть вкусная еда, а не пресные, но жутко полезные батончики.
 -Фух. – К столу, сквозь толпу поклонников, пробрались Мику и Алиса, потные, уставшие, но довольные. Рыжая, тяжело дыша, сразу схватила причитавшийся ей бокал с вином, и осушила до дна. Девушка дунула на челку, убирая с глаз выбившийся локон. – Найду мелкую заразу, выпорю. Как раз большой ремень Дока у меня в комнате остался. Нет ну надо же, спряталась черт знает где, весь день искали.
 -Пришлось партию на барабанах с записи крутить. – Кивнула Мику, и потянулась к тарелке с жареными овощами. – Первый раз ощутила, что такое играть под фанеру, ужас. Лена, передай пожалуйста соевый соус.
 -То есть, Ульяну не нашли? – Обеспокоенно уточнил Седой, нахмурив брови и встопорщив усы. Мужик облачился в свой парадный китель, он вообще на все официальные мероприятия надевал именно его.
 -Найдем. – Алиса допила второй бокал, и положила на свою тарелку цыпленка табака. – Сидит небось где-нибудь, и дуется.
 -Виолетта Церновна, а может… - Многозначительно посмотрел на девушку Седой.
 -Да как? Мимо Дока не то что мышь, блоха не проскочит, если только он ей не позволит. – Медсестра всплеснула руками, и огляделась вокруг, словно выискивая своими гетерохромными глазами сбежавшую проказницу. – Куда там девчонке.

 В этот момент, ещё два места заняли Шурик и Электроник. Оба аналитика пришли в халатах прямо с рабочего отсека, уставшие, но довольные своим занятием, совсем как музыкальный дуэт, который по идее был трио. При этом блондины несли в руках по большой тарелке.
 -С каких это пор, вы ребята официантами успели стать? – Удивленно спросила Виола. Необходимость нести еду, к уже переполненному столу отсутствовала.
 -Это. – Гордо сказал Шурик. – Наш сегодняшний улов.
 Взгляды всех сидящих за столом скрестились на тарелках, где кучками лежали фрукты, похожие на небольшие, размером с кулак, синие арбузы с черными полосками.
 -Это то, что я думаю? – Подняла бровь медсестра.
 -Ага, плоды выловленных водорослей. – Кивнул Шурик, поправляя сползающие очки. – Уникальный состав, что в водорослях, что в корке плодов, вместо хлорофилла совсем другое звено, не зеленого, а синего цвета, но тоже осуществляющее фотосинтез. В мякоти целая таблица микроэлементов и витаминов, а косточек просто нет, водоросль размножается вегетативно. А вкусовые качества, просто нечто.
 -Вы что их ели?! – Ахнула Лена, когда аналитики упомянули вкус. – Это же фрукты другого мира.
 -Не волнуйтесь. Мы проверили их, вплоть до молекулярного уровня, на наличие опасности для человеческого организма. Благодаря вам, Елена, на лайнере нет нехватки в оборудовании. – Уважительно ответил Шурик, и шепотом добавил. – Правда уже после того как попробовали.
 Спустя несколько минут, все за столом кроме Ямады, попробовали желтую мякоть плода. Темноволосая пробурчала что-то вроде «извращенцы», и мановением руки вытребовала у проходящего повара сочный, исходящий паром и ароматами стейк.
 -А вкусно. – Резюмировала Виола, аккуратно откусывая мякоть, и вытирая салфеткой влажные губы. – Ни на что не похоже, из известных мне фруктов.
 -Вот и повара так сказали. – Подал голос необычно сегодня молчаливый Электроник. – Говорят, такой вкус не знают, чтоб и солоноватый, и с лимонной кислинкой, и сладкий как личи, и немного пряный одновременно, а они профи.
 -Надо будет данные в архив внести. – Вздохнул Шурик. – А без Жени, мы запаримся возиться. Хоть и вредничала, но в электронной библиотеке, она была как рыба в воде.
 -Скоро Женя вернется? – Оживился Электроник, впервые проявив активный интерес к разговору. – Она там одна, в компании кучи мужиков.
 -Кто знает?! – Всплеснула руками Алиса, до этого ковырявшая вилкой салат. – Хотела бы я быть вместо неё, и да, это же Женя, тут за нервы мужиков переживать надо. Как бы там вредину не прибили, причем наши же.
 -Не, Док не позволит. – Виола добавила свои пять копеек. – Ещё в лагере ей помогал, а тут тем более позаботится, не даст в обиду.
 -Вы, девочки, как знаете. – Встал из-за стола Седой, при этом поддерживая поясницу руками. Немолодой уже вояка, скорее свой китель съест, чем признает, что волнение за сына подорвало его здоровье. – А я в зал наблюдения, посмотрю, мелькнут ли где на камерах рыжие хвостики.

 Праздник плавно подходил к концу. Лена и Виолой пошли заниматься делами, кибернетики вообще, соскочили сразу же, как поели. Создавалось впечатление, что парни пришли только утолить голод, ну и похвастать плодами заодно, которые, кстати, пока так и не назвали. Ямада, внимательно следила за Алисой и Мику, девочки явно решили злоупотребить сладким, но коварным вином.
 -Может, хватит. – Попробовала угомонить подруг Яма. – Кто вас до кают тащить будет? Алис. Док не говорил тебе, что пить вредно?
 -По чуть-чуть можно! – Икнула рыжая, пока Мику наливала ей ещё бокал. – Мы же совершеннолетние!
 -Вот-вот. По чуть-чуть! – Ямада и сама немного захмелела, но волнующиеся музыкальные подружки, решили убить сразу двух зайцев. Отметить удачное выступление, и залить вином встревоженные нервы. Хорошо, что поклонники дуэта не докучали, субординация для этих людей не была пустым звуком. Хоть япошки и пожирали глазами своего идола издалека, но в стакан не лезли. А самые горячие головы, сдерживал авторитет Виолы и Ямы, сказано было не докучать певицам. – Да, Мику, сразу видно русские корни, да хватит вам пить! Я кому сказала?!
 -Да мам. – Пьяно хихикнула Алиса, а Мику согласно покивала, не сводя осоловевших глаз с бокала.
 -Так, баиньки! Пойдем в номер и на боковую, обе, а завтра поговорим о вашем поведении. – Яма подняла пьяный дуэт, и поволокла в каюту. Большинство народа уже рассосалось, только несколько столиков всё ещё заняты курящими и беседующими людьми. К чести присутствующих, каждый второй предлагал помощь, глядя, как Яма тащит на своих плечах веселых пьянчуг. До каюты Алисы добрались без приключений, и уже полусонную девушку сгрузила на кровать.
 -Вот, одной проблемой меньше. – Ямада закрыла дверь, убедившись, что ключи на тумбочке, а замок надежно заперт. Ох, не сладкое завтра будет утро у Алисы, да и у самой мечницы тоже. Палуба так и норовит уплыть из-под ног. – Нашла за кого переживать, он сам тут, самый страшный.
 -Пойдем, отведу тебя в каюту. – Ямада хотела было проводить Мику, но девочка-оркестр внезапно заупрямилась.
 -Хочу посмотреть на звезды. – Мику потянула подругу за рукав, довольно сильный ветер, колыхал платье девушки, то и дело, выставляя на обозрение её стройные ножки. – Яма-сан, ну пожалуйста. Ну что будет?
 -Хорошо. – Сдалась под таким напором темноволосая, при этом отмечая про себя, странность. Мику ведь могла попросить об этом и ДО того, как они Алису уложили.

 -Вот, одно из самых высоких мест на корабле. – Ямада привела подругу на смотровую вышку, рядом с радаром. Который кстати работал и сейчас, вращался практически не издавая звуков, лишь шумел беспокойный ветер. На площадке было удобно, и достаточно места чтобы развернуться, опять же и перила предусмотрены. – Отсюда хорошо будет видно, вот только сесть негде. Мне без разницы, и на холодном посижу, привыкла.
 -Ну, тогда я посижу вот так. – Мику улыбнулась, придержала платье и уселась на колени мечнице. – Тепло, удобно, приятно. Я же не тяжелая, Яма-сан?
 -Ты то? – Ямада усмехнулась. – Тебе надо вес набрать, слишком худая, болеть будешь много.
 -Говоришь как моя ба. – Мику надула губки, в притворной вредности, однако её глаза смеялись. Аквамариновая певицы, поерзала, устраиваясь поудобнее, а затем обняла Ямаду. Всем своим телом, она прижалась к дорогому человеку.
 -Мику, что ты делаешь? Не такая уж ты и пьяная да? – Ямада вздрогнула, когда ощутила дыхание подруги у самой шеи. Мику пристроила свою голову прямо у неё на плече, и, совсем не собиралась менять столь комфортное расположение.
 -Алиса хоть и бахвалится, но, как это говорят в России…А на самом деле, малолитражка. – Девочка-оркестр усмехнулась, и немного повернула голову, устремив взгляд в темнеющее небо. – Не скажу, что сама трезвая, но меня так сильно не развозит. И пью я редко, в основном, когда тревожно на душе, как и рыжая.
 -А почему тебе тревожно, я же рядом. Мику. – Ямада не могла не обнять свою любимую девушку, руки мечницы нежно обхватили тонкую талию, а подбородок опустился на теплое плечо. – И никому не дам тебя в обиду.
 -В том то и дело. – Мику вздохнула. – Если тут есть опасности, первыми их встретят самые сильные, ты, Док, солдаты. А если с тобой что-то случится, что тогда? Мы так долго не виделись, но каждый день, засыпая, я думала, а как там Яма-сан?
 -Не бойся. Я сильная, как и ты. – Сказала темноволосая, на что Мику удивленно расширила и так большие глаза. Выразительные, с поистине прекрасным оттенком, они притягивали Яму, пробуждали чувства, которые девушка больше не испытывала ни к кому. – Да, да. Ты сильная, не смотри так, петь и танцевать, когда на душе скребутся кошки, это не просто. Алиса тоже умница.
 -Давай, добавь ещё, вот если бы вы не пили, совсем хорошо бы было, да. – Хитро подмигнула Мику. Стемнело окончательно. На палубе зажгли огни, возле тех точек, где патрулировали солдаты, в других частях было темно, а зачем зря расходовать энергию? На палубе гражданских нет, ну, кроме одной полуяпонки.
 -Да ладно, сама не святая. – Отмахнулась мечница, браслет Фаталиса на её правой руке слегка звякнул, сливаясь цветом с окружающей мглой. Ямаду развозило, причем не столько от вина, сколько от сидящей на коленях Мику. От девушки едва заметно пахло духами, а подол платья колыхал соленый ветер. Могла ли она подумать, что когда-либо будет испытывать такое влечение к девочке, с которой провела половину детства? Почти к сестре.

 -Красиво. – Просто шепнула Мику, глядя, как высоко-высоко на небе сверкают звезды. – В городе не увидишь такого, я часто выходила после концертов посмотреть на небо, но там где много искусственного света, нет истинной красоты. Другое дело здесь, или в Совенке. Знаешь, Яма-сан, нам обязательно надо облюбовать один домик в этом лагере, пожить вместе, как раньше. Док построил действительно невероятное место, там всё дышит жизнью, ну, кроме его безвкусной статуи в очках.
 -Это да, сама долго смеялась, когда сказали что Генда – его прикрытие. – Ямада прижала Мику покрепче, скорее неосознанно, на уровне инстинктов. Приблизить к себе то, что любишь, и никогда не отпускать. Она говорила тихо, но Мику слышала каждое слово, сопровождаемое далеким шумом волн. Патрулирующие солдаты, видимо передали по рациям что тут сидит Яма, и обходили вышку. – А в целом, там не плохо. Пляж, вкусная еда, люди приятные. Ольга Дмитриевна хоть и строгая, но добрая, и этот вожатый друг Дока, имя забыла, на О вроде, тоже славный малый.
 -Да, красивое место. – Мику прижалась щекой к щеке Ямады. – Люблю всё красивое: музыку, платья, места, тебя, Яма-сан…
 -Т-ты, чего это, Мику. - Расслабленную мечницу, будто током ударило. Дыхание сбилось, а сердце заколотилось в груди. – Глупости говоришь, сестренка. Я не такая красивая и популярная, как ты. Всего лишь мышцы, оружие от которого полегло куча народу. Зачем тебе такая пара?
 -Глупая. – Мику бережно взяла ладонь подруги, и прижала к своей груди. – Чувствуешь. Как моё сердце бьется. Я правда люблю тебя, больше чем кого либо ещё, больше чем просто друга или даже сестру. Именно с тобой, Ямада, я проводила свои самые счастливые часы, именно с тобой, Хатсунэ Мику хочет провести всю оставшуюся жизнь.
 -Мику. – Мечница не могла найти слов, чтобы выразить накатившие эмоции.
 -Не говори ничего. – Аквамариновый ангел, приподнялся, робко целуя её в уголок губ, обнимая руками и прижавшись к груди. Она словно извиняясь, нерешительно и нежно-нежно, покрывала поцелуями любимую. Легкое касание губами, губ, щек, подбородка. – Ты замечательная, Ямада. Такая спортивная, красивая, не слушай никого! Да, тебе приходилось проливать кровь на заданиях, но с нами ты добра, жестокость к врагам, это нормально.
 -Тебе, правда, всё равно? – Спросила мечница, проводя рукой по браслету на запястье.
 -Нет. Не всё равно. – Ответила Мику, лаская руками талию девушки. – Всё, что касается тебя, мне не безразлично. Твоя аномалия и работа, это часть тебя, принять и понять это, долг любящего человека. Знаешь, в Совенке, прямо у меня под домиком, жил большой кот. Большой, красивый, с пушистой черной шерсткой, он каждое утро ловил и убивал мышей, но его всё равно любили, и я в том числе.
 -Мику. – Ямада, как в омут с головой, нырнула в пучину своих желаний. Она ответила на объятия, и на поцелуи, но с куда большей страстью. Чего стоило долгое время сдерживающей себя мечнице предложить это, но она сказала. – Пойдем к нам.

 В каюту девушки вошли, держась за руки. Лампочки включать не стали, света луны, льющегося из иллюминатора, было вполне достаточно. Что Мику, что Ямада, красовались смущенным румянцем. Мику взяла ладонь подруги, и потянула её в сторону кровати. На ходу сбрасывая платья и мелкие аксессуары. Вечерние наряды, в которых девушки блистали на корпоративе, бесформенными кучами лежали на полу. Вот Ямада скинула заколку, и длинные волосы, цвета вороного крыла рассыпались по обнаженным плечам. Вот Мику, соблазнительно нагнувшись, снимает туфли и довольно шевелит пальцами, избавившись от бесспорно красивой, но не очень удобной обуви.
 -Думаешь, мы совершаем глупость? – Спросила Яма, тяжело дыша от возбуждения. Мику уже лежала на кровати, куда подруга уложила её на лопатки, практически голая, если не считать белых трусиков в ярко-голубую полоску и чулки. Чулки белые, настолько тонкие, что сквозь ткань просвечивается кожа.
 -Да какая разница! Мы ведь обе этого хотим. – Певица порывисто притянула её к себе, буквально впившись в губы девушки. Этот поцелуй был далек от робкого и нежного лобзания под звездами, он пылал страстным, горячим, искренним поцелуем влюбленной девчонки. Язычок Мику проник в Ямаду, влажный и глубокий поцелуй тех, кто долгое время держал всё в себе. Они целовались настолько самозабвенно, что даже не заметили стекающей по подбородку слюны. Плюс ещё в теплой каюте девочек сильнее развезло от выпитого вина.
 -Ты как всегда, чувствительная, Мику. – Прошептала Яма, чувствуя, как девушка изогнулась от простого поглаживания по внутренней стороне бедер. – Наверное и щекотки до сих пор боишься?
 -Вредина ты, Яма-сан. – Надула щечки Хатсунэ, и без предупреждения оставила засос на шее Ямады.
 Мечница томно вздохнула, ощущая легкую дрожь во всем теле, волны наслаждения исходили из того места, которого качались губы любовницы. Мику умело ласкала языком и влажными губами беззащитную шею, девочки, сами того не заметив, плотно сплелись. Поза получилась пикантная, сидящая по-турецки Яма, и Мику у неё на коленях. И если Ямада была практически парализована от накатившего наслаждения, и просто не двигалась, уперев руки в кровать, то Мику настойчиво атаковала все мало-мальски открытые места подруги, а их немало. На Яме остались только черные кружевные трусики и браслет.
 -Я тут диеты соблюдаю, зарядки делаю, а до тебя как до луны. – На выдохе прошептала Мику, лаская руками плоский животик мечницы, на котором проступали едва заметные контуры пресса. После чего, Мику хитро улыбнулась, обхватывая ногами талию Ямады. Легкий наклон, и уже мечница лежит на лопатках, с обожанием глядя в аквамариновые глаза. – И ведь всегда так было, с самого детства.
 -Но звезда ты, а не я. – Голос мечницы дрогнул, а руки сами собой коснулись изящной спины певицы, пальцы медленно и чувственно прошлись по соблазнительным изгибам, остановившись на бедрах, и так уже, с усилием прижали их ближе к телу.
 -Сейчас не имеет значения, кто мы, и кем являемся, что делаем… - Мику легла сверху, прижав свои груди к грудям Ямады. Перед тем, как снова поцеловать её в губы, она прошептала в красное ушко девушки. – Важно только то, как сильно я тебя люблю.
 Рука Мику скользнула между ног мечницы, отодвигая в сторону ткань трусиков, ловкие пальцы, способные управиться с практически любым музыкальным инструментом, добрались до потаенного места любовницы, и не оставили ей ни единого шанса. Тело Ямады напряглось, а потом блаженно расслабилось, волшебные руки Мику заставили её капитулировать без боя. Девочка не просто вводила и выводила пальцы во взмокшую киску, но ещё и двигала ими. Указательный и средний палец, извивались внутри Ямады, создавая возбужденные спазмы, один за другими, в то время как большим, она аккуратно ласкала клитор. Вспотевшая мечница стонала, закусив губами ладонь, её стройное тело изгибалось и просило ещё, ещё! Мику не прекращала ласк, полностью отдавшись порывам, как в музыке. Она словно играла на инструменте, извлекая звук за звуком, а Ямада стала скрипкой в чувственных и ласковых руках. Наконец, мечница вскрикнула, а Мику почувствовала, как её пальцы ритмично сжимает сокращающаяся от оргазма девочка. Глаза Ямы закатились, ресницы подрагивали, рот уже просто беззвучно открывался, не в силах вымолвить и звука.
 -Ну как? – Улыбнувшись, спросила она, пробегаясь кончиком языка по потной шее Ямы, и заканчивая сие действо легким укусом ушка. – Стоило нам сделать это раньше, правда же?
 -Вот это ты выдала, Микуня. – Яма, всё ещё находилась в шоке от накрывшего её блаженства. Тело девушки едва могло двигаться, будто после интенсивной тренировки. – Откуда такие навыки?
 -Это я на видео смотрела, когда мы у Алисы репетировали, то нашли в спрятанных папках Дока столько всего. Или ты думаешь, что я каждый день таким занимаюсь, а? – Усмехнулась Мику, опустив голову на грудь Ямады. – Слышу, как бьется твоё сердце. Микуня, давно ты так меня не называла. Хорошо. Яма-сан, мне так хорошо сейчас.
 -Э, нет. – Ямада поднялась, возвращая контроль над телом, хрустнула шеей… - Вот сейчас, тебе будет хорошо!
 Мечница подмяла пискнувшую Мику под себя, уложив её лицом вниз, и стала покрывать поцелуями аристократично-светлую кожу. Касалась губами шеи, ключиц, спины, она нависала и доминировала, сняв с певицы чулки. Белая ткань легко соскользнула, и Ямада увидела небольшие красные пятнышки на пальцах и пятках Мику. Скакать по сцене несколько часов в неудобной обуви…
 -Где-то тут, вот! – Яма достала массажное масло, из тумбочки подруги. Уже не раз она помогала ей разминать уставшие ножки, но сегодня всё иначе. Сегодня, тонкая грань между ними исчезла навсегда, превращая просто близких подруг, почти сестер, в нечто гораздо более близкое и интимное.

 Ямада нанесла масло на свои руки, чтобы предварительно его согреть, а затем стала разминать ступни любимой. Сначала нежные и гладящие движения, становились всё интенсивнее. Яма с силой надавливала на подошвы хрупких ножек, разминала изящные пальчики и хрустела суставами. Масло делало кожу ещё более мягкой и влажной, Мику почти визжала от восторга, с каждым разом двигая ступнями, напрягая их от удовольствия.
 -Ау. – Пискнула Мику, когда мечница, не удержавшись, куснула её пальцы, а затем нежно провела по ним языком. – Яма-сан, что ты…Ай, о-о-о, ками-сама, как приятно.
 Блеснувшие глаза Ямады, словно говорили, что это ещё не всё. Девушка медленно перевернула любовницу, без единого слова, просто показывая ладонями как её надо двигаться. В итоге, Мику оказалась на спине, с согнутыми и расставленными ногами, к тому же ещё красная, до самых корней аквамариновых волос. Ямада возбудилась ещё сильнее, увидев мокрое пятно на полосатых трусиках Мику, которая бессовестно текла от ласк и осознания происходящего. Снять этот клочок мокрой ткани, стало для неё делом пары секунд. По телу Мику прошел толчок, как от электрического импульса, когда язык Ямады лизнул сочащуюся девочку.
Сперва, просто касание языком, без резких движений, словно спрашивая разрешения и успокаивая. Затем, ритмичные и легкие движения вверх-вниз, вверх-вниз. Без сильного напора, но с чувством, и размеренностью маятника. Эти движения влажного языка, возбуждали и раскрепощали, беря не напором и единым ритмом. Мику двигала бедрами, слегка подмахивая под этот ритм, и потеряв голову от расходившегося от низа живота тепла.
 Дыхание певицы становилось тяжелым, и прерывистым, нос и щеки пылали. Горячий воздух из носа Ямады, которая полностью отдалась процессу, щекотал гладко выбритую кожу Мику. Мечница закрыла глаза от наслаждения, почувствовала как сочащегося из стонущей подруги сока становиться больше, и усилила напор. Язык выписывал пируэты, изгибался, надавливал то всей поверхностью, то самым кончиком. Двумя пальцами, Мику раздвинула половые губы, приглашая Яму глубже. Темноволосая не заставила себя просить дважды, длинные ловкие пальцы, вошли как по маслу, настолько всё там было мокро. Быстрые движения пальцев внутри киски, сопровождались ласкающими клитор и киску махами языка. Мику ёрзала, и Ямада схватила её за бедра, удурживая и не давая разорвать дистанцию. Она припала к ней как у цветку с нектаром, с наслаждением слизывая каждую капельку. Наконец, когда процесс начал сопровождаться хлюпающими звуками, а аквамариновая девочка выгнулась так сильно, будто из неё как минимум изгоняют нечисть, Мику кончила. Вскрикнув, она обмякла и упала на постель, совсем как Ямада недавно.
 -В расчете! – Хлопнула Ямада подругу по попке, и легла рядом, обнимая самого дорогого для неё человека, одна рука на талии Мику, прижимает к себе, вторая на подбородок, приподнимает голову для поцелуя. – Как же давно я этого хотела.
 -Знаю, и не ты одна. – Прошептала Мику, и ответила на поцелуй. – Теперь будем вместе, Яма-сан. Смотри, если завтра вздумаешь сказать, что это был просто дружеский секс по пьяни – поколочу! Не смейся, я страшна в гневе.
 -Знаю. Любимая. – Ответила мечница, тихо, будто пробуя на вкус это слово. За стеклом иллюминатора становилось темнее, это тучи скрыли свет луны и звезд. Первые капли забарабанили по окну, и Яма обрадовалась, что освобождена от патрулирования. Вместо этого, она проведет ночь под мягким боком Мику. – Сладких снов, всё у нас будет хорошо.
 -Сладких, Яма-сан. – Мику уронила голову на плечо темноволосой, и мгновенно уснула, трогательно при этом сопя. Яма только сняла я длинных волос резинки, чтобы ей было удобнее.



***


 Дождь усиливался, сплошной пеленой воды падая вниз. А над палубой, тем временем, пролетали две большие крылатые тени. Вглядываясь в ходящих внизу теплокровных, и выбирая момент для атаки. Однако, во внезапно сверкнувшей вспышке молнии, они увидели рисунок на палубе, переплетение и черных и белых змеиных колец. Злобно зарычав, обе тени стремительно хлопая крыльями уносились прочь, впервые за долгое время, испытав это гадкое чувство. Страх.
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 18.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17


 Белая змея «Кадуцея»: запись в закрытых файлах организации.

 Половина аномалии «Кадуцей», воплощенная в виде белой змеи, вырабатывает уникальную энергию. Единственная в своем роде, она не имеет аналогов. Еще когда объект только начал осознавать природу своей аномалии, эта энергия уже оказывала влияние на организм. Обостряя все чувства и усиливая органы: осязание, обоняние, обмен веществ, иммунную систему, внутренние органы, слух. Объект многократно превосходит стандартные параметры физического развития и восприятия homo sapiens. В отличие от кинетического поля, эта энергия переходит в видимый спектр уже при слабом излучении. Способность белой змеи, проявляется в виде потока чистого света, с вкраплениями сгустков энергии, напоминающих драгоценную пыль. Если носитель вкладывает в это больше сил, то интенсивность и ширина потока возрастают, а свет становиться ослепительным лучом.

 Сила белой аномалии исцеляет раны, причем не только носителя, но и тех, на кого эта энергия будет направлена. Разумеется, я не могла не изучить это явление досконально, настолько насколько это вообще возможно. Исцеление это не чудо, как может показаться на первый взгляд, и у него есть ряд ограничений. Энергия аномалии, не лечит, как какое-нибудь мистическое заклинание, нет, она проникает в ткани, тысячекратно ускоряя клеточную регенерацию. Даже самые глубокие, почти смертельные раны, под воздействием этой аномалии заживают первичным натяжением, не оставляя даже шрамов. Однако материя не берется просто так, регенерация расходует ресурсы самого организма. И, если раненный истощен, или повреждения обширные, то даже аномалия не сможет спасти его. Это же относится к отравлениям и инфекциям. Излучение «Кадуцея», помогает организму быстрее очиститься, но, если бактерии или вирус, или яд, слишком сильные, то даже ускоренный обмен веществ и усиленный иммунитет не спасут. Так же, аномалия бессильна при канцерогенных заболеваниях, человека больного раком, она мгновенно убьёт, вызвав неконтролируемый рост атипичных тканей. К тому же, энергия не способна реанимировать погибшие ткани, направив восстановление аномалии на человека, мозг которого уже необратимо погиб, регенерирует только тело, а сам человек, останется в коме.

 Как и в случае с кинетическим полем, и черным туманом, объект Док научился управлять этой энергией, перешагнув с природных способностей, на уровень оточенных навыков. Он может направить её в один мощный импульс, или в масштабное излучение, способное накрыть область в несколько сотен метров. Эта сила, воздействует на любую органику, ускоряя её рост и регенерацию. Экспериментально (или, как я подозреваю по просьбе ЮВАО) объект использовал это излучения, чтобы вырастить целую плантацию грибов. Мицелий гриба разросся со страшной силой и скоростью, пока не исчерпал все питательные вещества из почвы, не останови объект эксперимент, и всё грибы могли погибнуть.

 Заключение: Белая часть аномалии основательно изучена, но, ввиду невозможности хоть частично воссоздать генерируемую ей энергию, весьма ограниченна в использовании. Ни один из известных накопителей не способен не то, что сохранить эту энергию, но даже просто её засечь. Сам объект тратит на белую способность больше всего сил, она изматывает носителя куда быстрее, чем туман или кинетическое поле. Кроме того, использование объекта в качестве вне боевого целителя – нецелесообразно. С большинством ран вполне может справиться стандартная бригада военных медиков или палата интенсивной терапии и реанимации, различие только в скорости. Разумеется, в бою объект очень виртуозно объединяет все грани своих способностей, потери, при миссиях с участием Дока, всегда минимальны. Непонятным остается одно, каким образом он восстановил тот лагерь, два года назад. Тогда, когда змеи засверкали как портал, энергия «Кадуцея» подняла из руин целый лагерь, восстановив траву, железо, бетон и стекло (воздействуя при этом и на неорганическую материю). Есть теория, что объект способен использовать энергию абсолюта, становясь своего рода проводником между мирами, но последнее время, всё, что так или иначе связанно с межизмерением, объект использовать избегает. Отмечу, что мне лично запомнились следующие его слова «-Эта часть моих способностей, может стать самым страшным оружием. Как кинетическое поле и туман могут спасти, так и эта энергия, при определенных условиях, может убить». Продемонстрировать, как этим излучением можно погубить живой организм, а конкретно лабораторную мышь, Док категорически отказался. Позже, мышь из моей лаборатории пропала. Док утверждает, что Юля делает честные глаза, и говорит что не причем.

Доктор В.Ц. Коллайдер.



Ричард.



 К очередному сновидению я оказался не готов. Совершенно. То, что ко мне постепенно переходят память и сила Кукулькана, я уже осознал, и принял. Не смирился, а именно принял. Могущество и возможности древнего божества уже спасали нам жизнь. Беспокоило другое, я начинал ощущать его чувства, как свои. Это не одержимость или её подобие, просто со временем стиралась грань, сейчас, пусть и осознавая что это сон, я не мог провести четкую черту между нами. Не мог точно сказать, где заканчивается Ричард, и начинается Кукулькан. Пока что, сходства между смуглым парнем из моих снов, и летающим чудовищем не наблюдалось. Но это он, точно он, та же сила, те же ощущения от его присутствия. Погруженное в сон сознание, затягивало в самые глубины я.

 Вспышка света

 В глазах постепенно проясняется. Солнечно, вокруг влажный тропический лес, такой знакомый пейзаж. Молодой охотник стоит у входа в деревню со шкурой ягуара у ног, и копьем в руках. Жители неверяще оборачиваются, это не тот зверь которого можно добыть в одиночку. Каждый протягивает руку, чтобы коснуться плеча, спины или шеи, идущего к вождю человека. На смуглой коже остаются разводы глины и красок, нанесенных на пальцы жителей. Сегодня праздник, юноша исчез, а в племени появился новый мужчина. Вождь лично забирает шкуру, и дает право завести семью. Даже те, кто когда-то дразнил или бил его, смотрят с удивлением. Слова не нужны, в племени не любили зря чесать языком. Вместо пустых оваций, деревня встречает его едой и напитками. Отдельно стоят восемь молодых свободных девушек, каждая из которых готова стать женой охотника, победившего царя джунглей.

 Вспышка света.

 Охотник забрал себе жену. Выбор пал на молодую темноволосую девушку, которая ему давно приглянулась, раньше, она и не посмотрела бы на убогого сироту, но в древности человека делают его поступки и навыки, а не лицемерная замена современной цивилизации. Охотник всем доказал, на что способен. Его мечта исполнилась, он больше не будет одинок. Два тела, сплелись в страстном соитии. Её губы шептали в темноте, а плоть была податливой и гибкой, словно молодая ветка. Охотник засыпал и просыпался в объятиях любимой, у него появилась собственная семья, о которой, будучи ребенком, он мечтал каждый день. Долгими ночами, молодой парень смотрел на звезды, долгими годами тренировал свои природные силы. Ветер, земля, огонь и вода - его плоть и кровь, его щит и меч. Но тепло стихий, меркло перед стуком сердца любимой девушки, и осознанием нового себя.

 Вспышка света.

 Уже повзрослевший охотник, стоит на заросшем лианами и деревьями холме. Не юноша – мужчина, со смуглой кожей и перекатывающимися под ней канатами мышц. Он не один, с ним маленькая девочка, чертами лица очень напоминающая отца. Лет семь навскидку, совсем юная, худая и смуглая, но полная детской энергии и шалостей. Веселая малышка, которая выросла в любящей семье, она собирала цветы для мамы, ждущей их дома с ужином. То, чего сам охотник был всегда лишен, он беззаветно дарил семье, не раздумывая. Каждый миг, каждый вздох, он посвящал любимым. Я чувствовал это, все его мысли и чаяния, все его страхи. Единственное, чего боялся древний носитель, это потерять дорогих людей. Собственная смерть не пугала повелителя стихий, не раз и не два, он смотрел ей в глаза. Она выглядывала из кустов глазами хищного зверя, она нападала, в форме примитивного оружия врагов племени, но каждый раз охотник выходил победителем.
 Девочка держала в руках воздушного змея, из тонких тростинок и ткани, отец лично сделал его для любимой дочки. Кукулькан стал вторым в своём селении, все спорные моменты и сложные ситуации, решал именно он. Именно к нему, приходили в поисках помощи и совета, именно он научил свой народ столь многому, что барельефы с его изображением уже разошлись по другим племенам. Родные туземцы с трепетом произносили его имя, а враги пугали Кукульканом детей. Даже в древности, без стычек не обходилось, и примитивное оружие проливало немало крови. Обнимая пищащую от восторга девочку, с веревкой от парящего в небесах змея в маленькой ладошке, охотник испытывал ни с чем несравнимое счастье. Бывший сирота, стал пользоваться своими способностями и знаниями, он создал календарь, новые принципы земледелия, механизмы и рычаги. Способности он не скрывал, и некоторые соплеменники стали поклоняться ему как живому идолу. Однако, сам он с большим удовольствием направлял потоки ветра в крылья змея, чтобы развлечь дочь, чем использовать дар для боя. Пусть он и поглощал души животных, питаясь их жизненной энергией, Кукулькан не переходил тонкую грань, не позволял своей жажде крови, поглотить человека. Пока…

 Вспышка света.

 Пепелище. Обугленный дом, сгоревший полностью, остались только каменные стены. Вокруг убитого горем охотника, стоят молчавшие соплеменники. Если бы он только был ЗДЕСЬ! Если бы мог спасти свою семью, а не воевал с другими племенами! Ветер выл как дикий зверь, небо полностью заволокло стальными тучами, отвечая на боль и горечь носителя аномалии. Молния ударила совсем рядом, ослепив зевак, следом за ней пришел оглушительный раскат грома, настолько сильный, что люди попадали на колени. Мужественный первобытный охотник, проливавший кровь и разящий врагов, плакал, не в силах заставить себя смотреть на останки жены и дочери.
 -Они напали ночью, пока тебя не было. – Прозвучал рядом печальный голос. Сам вождь пришел. Невысокого роста толстый туземец. Когда-то он был силен и статен, но оседлый образ жизни, праздность и возраст, сделали его таким. – Мы успели отбиться и прогнать поджигателей, но два дома потеряли. В долине больше нет врагов.
 -Кто? – Просто спросил Кукулькан. Слезы аномалии мгновенно высохли, он жаждал мести. Раз вокруг нет трупов врагов, убийцы его семьи живы, на их несчастье. Именно сейчас, я впервые почувствовал в нем отголоски того беспощадного монстра, в которого майя превратился спустя много лет.
 -Племена Ацтеков. – Ответил один из воинов, приближенных вождя. – Я узнал их по рисункам на телах, и вот, это осталось на поле брани.
 Воин протянул Кукулькану копье, которое он сразу узнал. С таким оружием в бой ходили соседние племена, не раз и не два спорившие с ними за территорию. Но напасть на женщин и детей, ни ограбить, ни пленить, уж пленников он бы отбил, а предать жуткой смерти в огне. Вернуть любимых оттуда, он не сможет, никто не сможет. Снова один, без семьи, без смысла жизни. Опустошение Кукульна, я чувствовал как своё. Своими глазами видел его мысли, как девочка уже проявляла любопытство, к исследованиям отца, как жена ласково гладила его волосы, каждый раз как он возвращался из походов. Другие охотники и воины удивлялись, как можно НАСТОЛЬКО любить женщину и ребенка, но только за спиной. В открытую, никто не смел, осуждать живого бога.

 Вспышка света.

 Тайфун, яростный, беспощадный тропический тайфун. Чудовищной силы ветер рушил примитивные дома, сбивал с ног воинов, ломал деревья. Кукулькан уничтожал очередное селение вражеского племени, вдумчиво, жестоко, как это может только человек. Он был один, без воинов, без оружия. Он сам, оружие, стихия обретшая плоть и кровь. Двое воинов выбежали прямо на него, метя наконечниками копий в сердце. Усилие воли, и земля разверзлась под их ногами, погребая заживо. Он был глух к крикам и мольбам, как были глухи они, к плачу маленькой девочки сгорающей в пламени. Торнадо, землетрясения, наводнения, множество природных катаклизмов обрушились на голову Ацтеков. Убивать и убивать, не останавливаясь ни на мгновение. Пусть и ненадолго, но залить потоками крови пустоту в истерзанной душе.
 -Какая беспросветная глупость. – Безжизненным голосом сказал охотник, глядя, как племя приносит в жертву своим богам одного из воинов. – Никто не откликнется на ваши мольбы. Где теперь ваши боги? Где они были, когда вы погубили мою семью?! Просто исчезните!
Взмах руки, и земля обрушилась под алтарем, просто поглотив около сотни человек. Вырвавшаяся из глубокой каверны на поверхность лава, воспламенила лес, но Кукулькан мгновенно потушил его. Он проклинал огонь, прекрасно понимая, что в смерти дорогих ему людей, виновно не пламя, Кукулькан тем не менее ненавидел, эти багровые языки пламени и треск горящего дерева, в котором он слышал детский плачь.

 Вспышка света.

 Он поднимался к вождю, пирамида которого уже достроена. Величественная каменная гробница, фундамент которой охотник помогал закладывать, будучи ребенком, уже при жизни она стала символом процветания правителя. Не став тревожить стражей, Кукулькан приземлился прямо на вершину, где проводил обряды и отдыхал вождь. Он давно умел летать, ветер стал его крыльями, но радости полет не приносил, некому было разделить с ним восторг свободы, как когда-то. Прошел почти год, а боль утраты ещё не утихла в его сердце. Любая девушка его, и не только его племени, готова была покорно раздвинуть перед ним ноги, любую девушку из чужого племени, он мог взять силой. Но разве будет на дне их глаз такая же любовь, разве родится ребенок, способный хоть частично заполнить пустоту, оставшуюся после его родной крови? Непокорные племена, Кукулькан истребил, последнее сопротивление Ацтеков сломлено, даже враги, признали его богом, и называли не иначе как пернатый змей, Кетцалькоатль, повелитель ветров. Сегодня он доложит вождю, что племя теперь правит всеми землями, получилось это даже раньше, чем все предполагали.
 В комнате за стеной, переговариваются тихо два человека. Воздух доносит до уха повелителя каждое слово. Охотник как всегда передвигался бесшумно, давняя привычка, родившаяся под сенью первобытных лесов.
 -Уже скоро, наш бог уничтожит последних врагов. – Послышался голос вождя, сопровождающегося чавканьем. Слово бог, он произносил с издевательской интонацией. Толстяк как всегда ел, ел не переставая. – Завтра прилетит к пирамиде. Великий пернатый змей, так его теперь называют племена. Скоро и править его сподвигнут.
 -Наш вождь вы. – Отозвался второй человек, самый приближенный к патриарху воитель.
 -Но не бог! – Взвизгнул правитель, удивив Кукулькана настолько, что он не стал спешить, и появляться перед ними. Толстая стена отделяла вождя от него, но это не мешало аномалии слышать каждое его слово. – Кукулькан обладает властью, которая не снилась ни мне, ни моему отцу, ни даже отцу моего отца! Презренная чернь, поклоняется ему. Прикажи он, и все головы сложат ради своего божества. Кто сделает так для меня? Но он слеп! Слеп и глуп! Вместо власти, подавай ему открытия, новые земли и знания, семью.
 -Ему не нужна власть, повелитель. – Разумно сказал собеседник вождю. – Кукулькан стремится к совсем другому.
 -Пусть не нужна! Но она, у него, есть! – Перешел почти на крик толстяк. – Кого приветствуют громче и искренней? Кому ставят алтари добровольно, а не возводят за плату? К кому люди идут за советом, и с подношениями чаще и охотнее? К НЕМУУУУ, НЕ КО МНЕ - ВОЖДЮ!
 -Он нам нужен. Кукулькан сделал для народа больше, чем несколько поколений до него, и не сделают ещё несколько поколений после. – Сказал воин, то, как даже самый преданный правителю боец, защищает охотника, взбесило его окончательно.
 -Теперь не нужен! – Торжественно произнес вождь. – Последние племена падут, и мы избавимся от него. Отравим, как когда-то его жену и ребенка, а потом предадим огню. Страшно представить, что могла случиться, унаследуй его отродье хоть крупицу сил отца.
 Внутри Кукулькана что-то сломалось. Ричард чувствовал, как исчезает его гнев, страх, ненависть…не остается ни малейших чувств. В опустошенной и изорванной, преданной своим народом душе, поднималось безумие, оно вырастало как раковая опухоль, на обломках былого сознания. Если и есть переломный момент, который превратил Кукулькана из человека в одержимого монстра, то это именно он.
 -Мой вождь, не стоит поминать наш грех. – Безжизненным голосом ответил воин. – Это было недостойным деянием. Девочка могла вырасти прекрасным человеком племени, а теперь нам не отмыть с рук их кровь.
 -Что достойно, а что нет, решать мне. Я вождь! – Отрезал толстяк, ударив кулаком по столу, на пол упала золотая посуда, и звон металла эхом отразился от стен.
 Он не убьет их сейчас, решил Кукулькан. Зачем? Это не вернет дорогих ему людей, не вернет в мир их улыбки, тепло и смех. Все кто был ему дорог, погибли. Его родители, его жена, его бедная маленькая дочь, которая совсем не успела вкусить жизни. Хрупкие, родные, любимые девушки, их больше нет. Те же, кто остались, просто…Мусор. Убогая, жалкая масса мяса, которая годиться только для того, чтобы стать пищей.

 Вспышка света.

 На вершине пирамиды стоит вождь, десяток его воинов, и Кукулькан. У подножия собралось практически всё племя. Все у кого были хоть какие-то украшения, будь то золото или кости и перья, щеголяли в них. Лица разукрашены по поводу праздника. Кукулькан печально усмехнулся, как недалеко они ушли от обезьян, крикливые, вычурные, как животные стремящиеся показать друг другу свою яркость и значимость, как попугаи украшают свои перья всякой ветошью.
 -Сегодня мы объявим окончательную победу. Да? – Спросил патриарх у Кукулькана, который кутался в свой плащ из перьев. О, если бы вождь умел читать по глазам, то бежал бы, а то и вовсе, покончил с собой. – А вечером будет пир, с лучшим вином и яствами. Может и траур свой сбросишь, выберешь себе новую жену.
 -Разумеется, сегодня всё изменится к лучшему, повелитель. – Ответил он. Воины с тревогой смотрели на лицо аномалии, оно осунулось, будто постарело за ночь, оно теряло человеческие черты, в нем проскальзывало… что- то страшное. На дне глаз плескались багровые искры. Кукулькан взял с собой копьё, и воины удивленно шептались, ведь за последние три года, никто не видел, как он пользовался оружием смертных. Следующие слова, ножом прошлись по окружающим, даже самые храбрые воины, ощутили дыхание страха. – Как изменилось в ночь, когда ты, вождь, убил мою семью.
 Лицо вождя посерело, лоб покрылся капельками холодного пота, глаза в панике забегали вокруг. Мгновение назад ясное небо, заволокло серыми тучами, сам день померк.
 -Прикажешь убить меня? – Безжизненным голосом спросил охотник. – Вот только я не беззащитная женщина и не малое дитя, которому не исполнилось и десяти лет. Посмотри на своих воинов, кто из них посмеет, напасть на меня, на бога?
 Кукулькан был прав, ни одно копье, ни один меч или дротик, не указывали на аномалию, да что там, воины боялись даже посмотреть в сторону разгневанного майя. Взмах руки, и камень под ногами вождя крошится, вздымается наверх, и замуровывает ноги человека, не позволяя ему шевелиться. Лицо вождя озарило понимание, он понял всё, понял, что сегодня, его дни сочтены. В глубине души, ещё жил былой воин, поэтому он не просил пощады, не скулил. Пусть. Он уйдет, как подобает майя.
 -Сегодня, каждый из майя выберет, за кем вы будете идти. – Обратился к замершей в ошеломлении толпе Кукулькан, он не кричал, но в наступившей тишине, ветер донес слова до каждого жителя. Охотник указал мускулистой рукой сначала на вождя, а затем на себя. – За человеком, или, за богом!
 Всего пару мгновений, и на колени опустились первые майя, те, что давно основали культ пернатого змея, и ждали этот час. На лицах аборигенов сияла улыбка, а в глазах фанатическая преданность. Вслед за ними, пали ниц остальные, даже воины из свиты вождя. Кукулькан поднял копье над головой, устремив навершие вверх, со стальных небес сорвалась ветвистая молния, с громовым раскатом поразившее остриё. Очень редко охотник пользовался этой частью своей силы, самой разрушительной, от которой не было защиты, не было спасения. Уже давно, ещё когда он смотрел в окно на грозу, усадив на колени маленькую дочь, буря шептала ему, что ударит куда захочет Кукулькан. Металл наконечника раскалился, принимая разрушительный напор, разряд испепелил древко, и прошелся по коже аномалии, оставляя ветвистые ожоги. Для людей прошла сотая доля секунды, но сам Кукулькан чувствовал, как его кровь и гнев наполняют молнию. Разряд прошел с левой руки, которой он держал копьё, до правой, которой указывал на вождя. На кончиках пальцев аномалии, сверкал и плевался искрами багровый шар, размером с небольшой мячик, но сиявший подобно солнцу. Свет шаровой молнии превратил пирамиду в нечто невероятное, окрасив сами камни в кроваво красный цвет.
 -В долине больше нет врагов. – Безумная улыбка, в лучах багрового света, стала последней картиной которую увидел вождь. Чудовищной силы разряд, сорвался с рук Кукулькана сопровождаемый раскатом грома, настолько мощным, что лопались барабанные перепонки, и превратил человека в полыхающий факел. Толстое тело вождя сгорало изнутри, было видно каждую косточку, крик не успел вырваться из осыпавшихся прахом легких. Испепеление. От врага аномалии, осталась только горстка тлеющего пепла.
 -Ку-куль-кан. Ку-куль-кан. КУ-КУЛЬ-КАН. – Хор голосов становился всё громче. Культисты бились в экстазе, а простые соплеменники тряслись от ужаса. Живой бог смотрел на своих людей, смотрел светящимися багровыми глазами, из уголков которых, сочилась на лицо густая кровь.

***



 -Вашу мать! – Проснулся я с криком, при этом напугав Юлю, Славю, и несколько сидящих на ветках птиц. Кошкодевочка, до этого спокойно лежавшая рядом, отпрыгнула, и прижав ушки к голове испуганно за озиралась. Мелкие пернатые, хлопая крыльями уносились прочь.
 -Кошмар приснился? – Славя отреагировала не в пример спокойнее, но палец на курке держала. Мы вообще уснули очень весело, я в центре, с левого бока Юля, с правого Славя, положившая винтовку возле себя. Думал, глаз не сомкну, но тепло и уютное сопение девочек быстро вырубили усталое сознание.
 -Не то слово. – Ответил я, вспоминая все подробности. Слишком реалистично, слишком. Утро очень раннее, но уже пора начинать собираться, хорошо, что я не проснулся посреди ночи и не испортил девочкам отдых, силы нам понадобятся. Шум жизни вокруг, постепенно забирал ночные тревоги. Щебетали птицы, стрекотали кузнечики, в мокрой от росы траве шуршали ящерицы, выползающие греться на первые лучи солнца, да и воздух, нес в себе неповторимую утреннюю свежесть.
 Впервые, чтобы не терять времени, мы подкрепились СП – 1. Юля при этом скорчила настолько недовольную мордочку, что мы со Славей искренне посмеялись.
 -Ну правда, хоть соли бы добавили! – Мяукнула недовольная нека, возмущенно дернув хвостиком. Кошачьи атрибуты аномалии, здорово показывали её настроение, никакого индикатора не нужно. Однако, Юля всё же сжевала свою порцию, после чего, мы дружным шагом отправились дальше. Дождь так и не пошел, но разрушительное действие ночной бури, просматривалось невооруженным взглядом. Тут и там, на деревьях зияли свежие раны от отвалившихся веток, а река несла в своих водах целую кучу природного мусора и пыли.
 Природа стала ощущаться ещё ближе. С каждым погружением в себя, я перенимал всё больше способностей повелителя стихий. Сосредоточившись на воздушном потоке, я чувствовал всё, чего он касается, от камней, до пушистого хвоста Юли. Земля под ногами уже не чувствовалась как простая твердь, с каждым шагом, я ощущал как по ней проходит сейсмическая волна. Чувствовал большие подземные камни, норы грызунов и прибрежный ил реки, в котором копошились лягушки. Странно, как можно жить, не ощущая всего этого? Объективно говоря, сейчас я понимал Кукулькана. Да, он стал чудовищем, но на его месте, любой бы сошел с ума. Самых страшных демонов, люди создают сами: ядерное оружие, упадок экологии, политических тиранов, беляши на вокзале, в конце концов.

 Внезапно, запищало устройство на моей левой руке. Джой всё же смог подобрать ключик к данным на флешке. На экране высветилась информация о данных на накопителе, а так же то, что десять процентов этих данных, безвозвратно утеряны.
 -Это то, что я думаю? – Славя внимательно разглядывала экран через моё плечо.
 -Именно. – Я быстро пробежался глазами по файлам. Личный дневник, шифры, а так же, коротко и лаконично подписанная папка «бестиарий», и, самое главное, карта! – Это. Просто. Клад.
 Информация с носителя, как раз то, чего нам сейчас не хватало. Со стороны реки доносился шум текущей воды, над ухом начинали жужжать разные насекомые, а я, неотрывно смотрел на экран. думая, что открыть первым.
 -Рич. – Привлекла моё внимание блондинка. Славе даже пришлось потормошить моё плечо, настолько я был увлечен новой информацией. – Давай доберемся до дневного привала, и там спокойно это всё просмотрим.
 -Так точно, но сначала. – Я открыл файл с картой, и приложение в джое, мгновенно интегрировало новую информацию в свои архивы. Без связи со спутником, о точной геопозиции можно было и не мечтать. Но к счастью, предыдущий владелец накопителя, отмечал на карте свой маршрут. – Смотрите девочки, это ущелье, в котором мы сейчас находимся, оно заканчивается у самого моря, а начинается высоко в горах.
 -А это, отметки разных объектов! – Славя указывала пальцем на пометки в карте. – Бункер 112, Ледниковый Реликт, а вот это, судя по всему, подземелье, в котором мы очутились после прыжка.
 -Да, кто бы ни вел этот дневник и карту, он оказал нам огромную услугу. – Снимаю перед ним шляпу. – И ещё, язык интерфейса и файлов, что-то на английском, но большая часть, на нашем, родном. Славя, дата! Посмотри на дату!
 -Боже. – Девушка ахнула, прикрыв рот ладошкой. Последняя дата записи в дневнике 22.05.2238 года. – Май, две тысячи тридцать восьмого года. Мы в будущем.
 -Или, в одном из вариантов будущего. – Добавила Юлия, многозначительно кивнув головой. Она только что заканчивала осматривать косичку, которую спящей неке заплела Славя, и, по виду, осталась очень довольна. – Миров много, и некоторые, живут по совсем другим физическим законам.
 -Теперь, можно двигаться не вслепую. – К большинству зон, тут есть комментарии. А в дневнике аудио файлы.
 -Включим последний? – Предложила Славя.

 Так, не прерывая движения, мы с девочками прослушали последние слова хозяина флешки. Осторожность, тем не менее, я не терял, периодически переходя на зрение охотника, теперь это стало до безобразия просто, одно лишь желание, и мир теряет краски.
 -Конец мая. – Начал говорить мужской голос из динамиков джоя. Немного хриплый и уставший, он явно принадлежал мужчине далеко за тридцать. – Я остался один. Думаю, эта тварь не станет меня преследовать, после того, как Двадцатый прострелил ей крыло. Жаль, что перед этим, гадина буквально смяла его в кашу, нашего товарища не спасли ни огнеупорные щитки, ни плазменное оружие. Да, я убежал. А что может сделать человек с пистолетом? Обычные пули ИХ шкуру не берут.
 -Господи. – Тихо шепнула рядом идущая Славя. Девушка так увлеклась, что чуть не вписалась в большой куст возле дороги, но бдительная Юля потянула её за локоть.
 -Раны ноют всё сильнее. К экспедиции в ущелье, мы оказались совершенно не готовы. – Продолжил свой рассказ неизвестный. – Я, Семнадцатый, последний из выживших обитателей бункера. Как отвратительно умирать, даже не имея собственного имени. Мы родились под землей, и под землей бы и сдохли. Смотритель так и не решился открыть затвор, за столько лет. Потом, пришли ОНИ. Кха, твари вскрыли многотонную стальную дверь, как консервную банку. Пятерым удалось сбежать, но теперь, все кроме одного, уже отправились к праотцам. Как же болит нога, наверное, мне недолго осталось. Я диктую последние слова в свой дневник, в шаге от вершины ущелья. Кто бы ни нашел эти записи, надеюсь, собранные нами данные о внешнем мире, принесут пользу. Отдохну пока вон на том камне, как раз будет время снять все пароли с данных. Дневник, видимо у меня уже горячка, камень что, шевелиться? Так не быва...
 -Да уж, страшные вещи творятся в этом мире. – Покачала головой Славя. Запись окончилась захлебывающимся криком, и звуками выстрелов. – Жалко его, умер в одиночестве, израненный.
 -Но подарил шанс на выживание нам. – Сказал я, и серьезно задумался. Теперь есть карта, и возможность выбрать, куда идти. Редкие тучи на небе, вроде не предвещают бури, какая покатилась вчера. – Если верить карте, то река впадает в черное море, то есть, можно выйти к большой воде. Правда, тут какая-то странная пометка.
 -Ага, и что-то мне кажется, это не обозначение «тут безопасно». – Славя смотрела на карту, где у самого конца ущелья, в месте соединения реки и моря, нарисован красный перечеркнутый круг.
 -Как назло, именно эта часть данных повреждена. – Посетовал я на судьбу. – Хотя, надо быть благодарными, что хоть что-то сохранилось. Итак, товарищи. Куда пойдем?

 «Стая»: запись в бестиарии Семнадцатого.

 Внешний вид: В стае, есть два типа живых существ. Простые волки, и вожак. За время ядерной зимы, это один из немногих видов относительно крупных млекопитающих, не сильно изменившихся внешне. Выглядит стая, как группа крупных волков, разного цвета. Как правило, во встречавшихся нам группах, стая не превышала пяти-семи голов. В каждой стае, есть вожак, наиболее крупная особь, вот здесь уже видны и первые мутации. У вожака более удлиненное тело, крупные челюсти, и дополнительный орган зрения на лбу, выглядящий как третий глаз.
 Повадки: Полностью их изучить не удалось, на большие группы людей стая не нападает, предпочитая избегать. Ведет себя разумно, некоторые особи играют роль разведчиков, двое всегда в арьергарде. Поведение стаи, в корне отличается, от описанного в довоенных энциклопедиях поведения волков. Есть предположение, что вожак каким-то образом контролирует действия остальных животных, превращая стаю в единый макроорганизм. Стоит убить вожака, и стая разбегается, это и спасло в свою время от смерти Пятнадцатого. Для одиночек или ослабленных групп, стая смертельно опасна, человечиной на поверхности вообще, хищники не брезгуют.
 После столетий жизни без участия цивилизации, большая часть мутировавшей флоры и фауны, считает нас просто ещё одним источником белка. Человек больше не вершина эволюции, миром правят мутанты. Убить простого хищника стаи, не сложно, сердце, легкие, мозг: тело волка вполне уязвимо к огнестрельному и холодному оружию. С вожаком сложнее, во первых, сам вожак никогда не приближается к жертве, пока стая не истощит её, предпочитая добивать уже израненную добычу. Так же, у него очень прочный скелет, особенно череп, а сердце мутанта заключено в своеобразную костно-хрящевую сумку, которую не каждая пуля пробьет. Целиться надо в глаза. Вскрыв убитого Пятнадцатым зверя, я отметил серьезные изменения в органах вожака, показывающие, насколько мутировали звери за двухсотлетний период. Мозг хищника большой, с глубокими извилинами, так что тварь практически разумна, мышцы прочнее, и их больше в грудном отделе. Скелет легкий, с большим количеством хрящей, благодаря этому тварь может двигаться даже с перемолотыми костями. Пятнадцатый убил тварь из крупнокалиберной снайперской винтовки, пробив её центральный «третий глаз», тем самым нанеся критический урон.
 При встрече со стаей, стоит немедленно сгруппироваться, если вас много, или бежать, если ты один. Волков одиночек на поверхности больше нет, так или иначе, они прибиваются к вожакам. Если умирает вожак, то остальные особи ищут нового покровителя, это у них теперь на уровне инстинктов. Выяснить, рождаются ли вожаки от простых особей, или как-то иначе, полка не возможно. Товарищи и так считают меня психом, который тратит время на исследования. Но что наша жизнь? Мгновение, а добытые знания, смогут помочь остальным, выжить во враждебном мире.
Куда дальше?
Бункер
8 (61.5%)
Реликт
5 (38.5%)
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) Женя(БЛ) Виола(БЛ) Мику(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 17.

Страничка на фикбуке. 

Часть 16


Док. Палуба «Ленина»


 Раннее утро выдалось прохладным, горизонт только начинает окрашиваться в цвета рассвета, а на небе ещё видны звезды. Морской ветер, пронизывающе дует прямо в спину. Качка на палубе почти не ощущается, несмотря на волны за бортом. Сегодня день отбытия. Кстати, транспорт для отряда разведки уже готов. Дирижабль. Среднего размера, хорошо оборудованный, дирижабль. На вертолетах и самолетах особо не полетаешь, нет, в хранилищах «Ленина» и не такое ещё валяется, был даже танк где-то. Но для долгих поисков дирижабль – идеальное решение. Кабину подняли краном из трюма, а каркас собрали уже наверху. Сам корпус для пассажиров, был весьма вместительным, размером с двухэтажный автобус, к тому же на порядок длиннее. На боку красовалось название аппарата «Причеши бровь»…
 "-Того, кто отвечает в организации за названия, нужно долго и упорно лечить. – Вспомнил Шиза крейсер, с созвучным именем".
 Провожать отряд, собралась настоящая мини-делегация. Состоящая из Лены, Мику, Алисы, Виолы, Седого и кибернетиков. Отдельно стояла Ямада, и дулась, как мышь на крупу. В отряд для вылазки её не взяли, справедливо рассудив, что одного меня более чем достаточно. Мику молча поддерживала подругу.
 "-Или наша мед сестричка, внимая твоему совету чувак, оставила у себя на корабле козырь. – Задумчиво проговорил на задворках сознания Шиза. – Даже один носитель, может поменять баланс сил. А Яма немало набралась опыта, за последние два года".
 -А где Ульяна? – Спросил я у девочек. Странно, мелкая конечно грустит и весьма недовольна, но провожать нас думал выйдет. Скоро мы поднимемся в воздух, и не ясно, когда ещё сможем увидится.
 -Дуется, сидит в своей комнате, и пыхтит как сердитый рыжий ёжик. – Зевнула не выспавшаяся по моей вине Алиса, хоть совсем и не скажешь, что она по этому поводу опечалена.
 -Извинишься перед ней за меня? – Обратился я к старшей рыжей. Волосы Алисы развевал ветер. девушка зябко куталась в мастерку, а кончик её милого носа, был немного красным.
 -Да Ульна не сердится, зуб даю. – Отмахнулась Двачевская. – Просто боится тут заплакать, и не она одна, между прочим!
 -Будьте очень, очень осторожны. – Вдруг заговорила Лена, которая с самого появления на палубе, не проронила ни слова. – Обязательно вернитесь все целыми, и невредимыми. Ладно?
 -А вот и остальные. – Виола посмотрела на поднимавшихся участников экспедиции. Успех операции, решили брать качеством, а не количеством. В принципе, на дирижабль влезло бы и под пятьдесят человек, но зачем столько?

 Кэп, хмуро докуривая сигару, первым поздоровался со всеми, и без лишних движений нырнул в кабину дирижабля. Следом промаршировали пять бойцов прикрытия, лучших стрелков организации, я их не особо знал, но Ви поручилась, за каждого. Затем показался Джо, чья белая улыбка резко контрастировала с темной кожей лица. Осталось дождаться аналитиков, которых припахали собирать данные, и можно вылетать, однако нас ждал сюрприз. Последней на палубе показалась…Женя.
 -Виола, ты шутишь, да? – Полушепотом спросил я у подруги. Вот только её там не хватало, а если что-нибудь случится? Кэп и его отряд, парни бывалые, да и меня уже, простым гражданским назвать сложно.
 -Она одна, заменит целый отдел этих дармоедов. – Уверенно ответила Виола, и даже бровью не повела. Шурик недовольно поморщился, услышав нелестное мнение об аналитиках в целом. – Женя отлично управляется с приборами, собирает данные, и работает с системами. Вот столкнетесь во время рейда с чем нибудь интересным, а аналитиков рядом нет. К тому же, вы ведь присмотрите за ней, и просто так на землю гонять не будете?
 -Это почему она едет, а я нет! – Возмутилась Алиса. Глаза рыжей сверкали негодованием.
 "-Мда, ситуация напряженная. – То, что в качестве ученого с нами отправят Женю, стало сюрпризом для всех, даже для Шизы. Вот ведь Виола, с импровизировала, кем себя заменить. – Думаю и сама Евгения, тоже не в бешеном восторге".
 -Не очень-то и хотелось. – Немного грубо ответила темноволосая, поправляя очки. Она осматривала всех весьма недовольным взглядом. Когда глаза девушки столкнулась со мной, Женя едва заметно покраснела, а затем опустила голову к палубе. – В общем, мне сказали, и я тут. Оборудование, надеюсь, погрузили?
 -Оружие, боеприпасы, приборы, средства коммуникации, еду, и прочие мелочи и не мелочи, погрузили ещё вчера. – Кивнула Лена. Фиолетовые хвостики дернулись в такт, а зеленые глаза с беспокойством осматривались. – В воздухе проверьте всё, если что, вернетесь и экипируетесь. Вот, здесь список того, что у вас на борту.
 -Спасибо Лен, что бы мы без тебя делали. – Сказал я, без всякого сарказма. Интендант организации из неё получился на диво хорош. Одно только плавучее хранилище аномалий, её идея.
 -Всегда рада помочь. – Довольно улыбнулась девушка. – А кстати, зачем ты вчера просил столько белой и черной краски?
 -Это тебе потом расскажет Виола. – Я спешил на борт, чем быстрее взлетим, тем лучше, до берега ещё надо добраться, и искать, искать, искать. – Ладно, передавайте привет Ульяне. Мы скоро вернемся, со Славей и Ричардом.
 -Попутного ветра. – Хрипло сказал Седой, и покинул палубу. Ему тяжело, как-никак сын пропал, черт знает где, да и жив ли вообще. Представляю, как старик переживает, хоть и не показывает этого. – Найдите там, Славю и моего мелкого.
 Я потрепал рыжую макушку Алисы, кивнул Яме, обнялся с Виолой, под внимательным взглядом янтарных глаз.
 " –Полегче милая, это просто дружеские обнимашки! Отвечаю!".
 -Подождитееее! – На палубу спешил ещё кто-то. Ан-тян, собственной персоной, в толстых защитных очках на растягивающейся оправе. Вместо неизменной маски, на шее девушки красовался камуфлированный шарф, закрывающий нижнюю половину лица. Интересно, кто нибудь в организации вообще знает как выглядит её подбородок?
 "-А может у неё их два? - Предположил Шиза. - С её то любовью к сладкому, хотя нет, слишком она стройная".
 – Вот, это тебе Док, чтоб не говорил потом, что я жадина. - С довольным видом протягивая мне длинный сверток.
 -Я никогда так не говорил! – Возмутился я, принимая довольно тяжелый продолговатый предмет из рук Ан. – Вот лентяйка, это да.
 Посмотрим, что тут у нас. В свертке оказался один из особо охраняемых артефактов. Длинный шест, заканчивающийся лезвием с одной стороны, и металлической набойкой с другой. Выглядит так, будто мастер-оружейник, только секунду назад завершил над ним работу. Гуань-дао, аномалия обладающая свойствами неразрушимости. Ох, как аналитики пытались отколоть от него хоть кусочек!
 -А не жалко? – Спросил я Виолу, догадываясь от кого исходит инициатива.
 -Его же невозможно сломать, что с ним будет? – Виола кивнула на кибернетиков. – Они утверждают, что нерушимость этой аномалии, связана с тем, что она существует одновременно в материальном, и нематериальном мире. Догадываешься, зачем она тебе?
 "-Чтобы надрать зад призраку Кукулькана, так? – Подал мысль альтер-я".
 -Таким как ты и Яма, подобное оружие подходит лучше всего. – Сказал Шурик, стараясь незаметно отодвинуться от метавшей молнии Алисы. – А из плазмометов и солдаты постреляют.
 -По коням! – Раздался поторапливающий крик Кэпа из салона дирижабля. – Если вдруг кто-то запамятовал, планировалось взлететь ДО рассвета, не спите!
 -Давай рыжик, не грусти. – Я обнял Алису, и шепнул ей на ушко, чтобы никто не слышал. – Вернемся домой, отметим шикарным барбекю на берегу моря, нет не моря, океана! Соберем всех наших, и порталом на Гавайи.

 Дирижабль медленно набирал высоту, пилотировал его сам Кэп, не доверяя это дело солдатам. В салоне почему-то сильно пахло рыбой, один из солдат захватил перекус с камбуза? Да и вентиляция шумела сильно, во всяком случае, для моего тонкого слуха.
 "-Спорим, через часа два он сам посадит за штурвал кого-нибудь другого? – Шиза неплохо изучил характер Кэпа, вне боя он тоже становится ленивым".
 -А это ещё что такое? – Задумчиво проговорил один из солдат, глядя на лайнер с высоты птичьего полета. На палубе, водостойкой черной и белой красками, был нарисован знак, в точности повторявший рисунок на моей спине. При взгляде с палубы, черные и белые линии казались хаотичными, а сверху его было видно очень хорошо.
 -Это, дружище, лучшая защита для нашего кораблика. – Ответил я бойцу, похлопав того по плечу. Тесновато тут мне, выпрямиться бы во весь рост, да не могу. – Если этот мир ещё помнит нас, то мало кто рискнет приблизиться к этому знаку, а если забыл, то и фиг с ним, рисунок красивый, пусть будет.
 "-О, да. Урок мы преподали хороший. – Вспомнил былые делишки, кровожадный Шиза. Хотя, тут я с ним солидарен, случись такая ситуация ещё раз, поступлю так же. Может я повторюсь, но прощение – удел великодушных. Меня же, кто укусит, останется без зубов! ".

Ричард.



 Полдень, как и планировалось, мы пережидали в тени скал. Сверху уже показывались деревья, самые макушки которых видно из-за склонов, а значит мы уже близко к выходу. Да и само ущелье, расширяется, река становится спокойнее и глубже, земли больше, деревья выше. Даже здесь, вдали от прямых солнечных лучей, было довольно жарко. Флора и фауна тоже менялись. Возле реки, Юля обратила внимание на следы копыт. Из зарослей то и дело взлетали утки и камышницы, которых мы с ушастой провожали голодными глазами. Славя либо не подавала виду, либо более-менее держалась, в отличии от вечно голодной аномалии, и, чего греха таить, тоже большого любителя пожрать (меня). Нет, если надо я несколько дней могу обойтись без пищи, или питаясь очень скудным рационом, но зачем? В этом мире, еда так и носится вокруг, умоляя, ну сожри меня Ричард, сожри. Мне бы ружье, или лук на худой конец. Недавно в чаще пронеслось целое стадо кабанчиков, но единственное из чего их можно было подстрелить, это оружие Слави. А есть месиво из распавшихся от плазмы тканей…Фу.
 -Духотаааа. – Недовольно мурлыкнула Юля, присаживась на один их валявшихся вокруг мшистых камней. Перед этим хорошенько его осмотрев, прошлого сюрприза хватило всем. – Может, я пойду рыбку ловить?
 -Потерпи Юль, мы с Ричардом тоже перекусили бы, но ты же видела какие следы от зубов, были на той туше? – Славя решила перестраховаться. Девушка всю дорогу держала палец на курке, не то что раньше, когда винтовка просто свободно висела на её спине.
 -Я думаю, что не стоит так нервничать. – Обратился я к девушкам. Славя переживала больше всех, вокруг шеи девушки, на костюме, четко прослеживались следы пота. Если даже чистоплотная Славя побоялась лишний раз лезть в реку, это уже о чем-то да говорит. – Следы видели? Оно размером со слона.
 -Подумаешь, да? Мелочь. – Услышал я сарказм в голосе блондинки, пожалуй, впервые с тех пор как её знаю.
 -Незаметной она к нам не подберется, габариты не те. – Ответил я, глядя прямо в голубые глаза, девушка испытывала страх перед неведомой тварью, и неудивительно. Когти оставившие на боку рыбы борозды глубиной под метр. Чем бы ни была неведомая тварь, без боя я не сдамся, девочки не должны пострадать. Да, одна из них формально мой командир, а вторая одна из самых удивительных аномалий в мире, но и я не лыком шит. В крайнем случае, есть способности, доставшиеся от Кукулькана. – Я вас защищу. «Или умру, пытаясь. Добавил я про себя».
 -Ну, тогда я за рыбкой? – Юля умилительно посмотрела на валькирию, после такого взгляда, я бы для неки горы свернул. – В чем проблема-то?
 -Проблема в том. – Задумчиво начал я. – Что Юля невидима только для разумных, ну, за редким исключением. Животные тебя видят, не так ли?
 -Да. – Кивнула ЮВАО. Зрачки девушки на миг сузились, но потом снова расслабились. В спокойном состоянии, в темноте, они выглядели как человеческие, только с изумительным желтым оттенком. И только когда зрачки сужались, принимая вертикальную форму, отчетливо понимаешь, перед тобой фактически хищница, разумная, обаятельная, сексуальная, хищница. – Но звери предпочитают не трогать меня.
 -Хорошо. – Вздохнула Славя, и стала раздавать ценные указания. – Значит так, идем вместе. Юля не возражай, пожалуйста, подруга.
 -Мр? – Ушки девушки дернулись, а хвост обвил левую ногу. Она даже немного потупилась, от удивления.
 -Представь себе, я переживаю за друга, пусть сама и слабее тебя. – Щеки девушки тоже тронул непрошеный румянец. – Ты ловишь рыбу, а мы с Ричардом тебя прикрываем, идет?
 -Конечно! – Обрадовалась ушастая, и даже подпрыгнула от нетерпения. – Рыбка, рыбка, рыбка. Мы уж идем!
 -Тебе только рыба нравится? – Спросил я девушку, пока мы двигались к берегу, хотелось узнать об этом чуде как можно больше. Мой взгляд, невольно цеплялся за маячивший впереди пушистый хвостик, и, природа сильнее меня, за то, к чему он собственно крепился… Блин! Тут форс-мажор, а гормоны настойчиво твердят одно и то же.
 -Ну почему. – Не согласилась Юля, и закатив глаза, мечтательно облизнулась. – Я много что люблю. Грибы например, сыр, парное молоко, сахар, булочки, омлет, курочку…
 -Круто. – Резюмировал я через пять минут, когда девочка закончила перечисление, остановившись на копченых ребрышках. А ушастик оказалась настоящим гурманом, или обжоркой, это как посмотреть. Если судить чисто по стройной фигуре, с изгибами во всех нужных местах, то метаболизм у неки ого-го. Перед глазами всплыл образ девушки, когда она голышом ела сырую рыбу у костра. Видок тогда был что надо, эти небольшие ямки возле позвоночника, округлые бедра, изгибы спинки, едва различимые в свете костра мышцы. Она сама, как древний и прекрасный идол. Первозданная красота и изящество, в ней сочетались очень гармонично. Вот бы она мне да… Тьфу, ну что за мысли? Да нормальные мысли, нормального мужчины! А кто бы не возбудился глядя на такое, вон даже Славя глаза скосила, а она девушка!

 Мы почти у водоема, надо перестраховаться, сосредоточься Ричард. Цвета исчезли, я снова почувствовал себя дальтоником. Вижу только серое, белое и черное, зато ни в траве, ни за облаками, ни под водой, от меня теперь не скрыться. Вот в воздухе летает орел, в кронах прыгают мелкие пернатые, в тельцах которых сверкают крохи энергии в виде серебристых искорок. С практикой, зрение охотника вызывать было не трудно, однако с каждой секундой, внутри нарастал голод. Появлялось навязчивое стремление, поглотить, эти двигающиеся вокруг сгустки энергии, желание очень сильное, подстегиваемое животными инстинктами. Примерно как если стоять с пустым желудком, возле своего самого любимого блюда, и не съесть его, но только помноженное раз в сто. Звучит просто, для того кто ни разу по-настоящему не голодал. Я пока держался на одном упрямстве и силе воли, причем непонятно чего больше. Решив, что лишняя разведка не повредит, я осматривал прибрежную зону и воду в поисках опасности. Крупных красных пятен не было, только у берега несколько подозрительных кочек, едва-едва выделяющихся алыми пятнами в сером окружении камней и песка.
 -Обождите. – Остановил я Юлю, уже собравшуюся прыгать в воду, где призывно блестели косяки разнообразной живности. И тут же об этом пожалел, ведь ушастая уже тянула руки к подолу своего платья, явно собираясь от него избавиться. Облом, сам себя лишил стриптиза, вот не дурак? Дурак. – Как насчет, перекусить сегодня ракообразными деликатесами?
 -В каком смысле? – Удивленно спросила Славя.
 -А вот в таком. – Я ловко поддел носком сапога одну из серых «кочек», которые располагались у самой воды. На первый взгляд неотличимые от мокрых камней, они оказались пресноводными крабами. Точь-в-точь как тот гигант, только размером намного меньше, так, с небольшую кастрюлю, имеющую лапы и хитиновый панцирь. Перевернутый краб, возмущенно засучил ногами, и защелкал клешнями, тщетно пытаясь достать, до моей вовремя отдернутой ноги. Пока панцирный беспомощно барахтался, моё лезвие нашло уязвимую щель возле морды. Один готов.
 -Ух ты. – Воскликнула Юля. Глаза девушки задорно блестели, ушки встали торчком, приняв боевую стойку, а хвост превратился в пушистую карусель, приподнимая платье куда выше приличной границы.
 Тут же показались и другие членистоногие. Ещё три валуна, стали выкапываться из грязи, доставая из-под себя клешни и лапы, и щёлкая ими, направились к нам.
 -Так, девчата, не стрелять в наш обед! Я сам. – Остановил я Славю, уже взявшую на мушку самого шустрого крабика. Надо замочить их старым способом, после выстрела из оружия Слави, там и есть-то, будет нечего. Не говоря уже о том, что заряды надо беречь. – Смотрите на мастер класс.
 Подняв с пола заранее присмотренный толстый сук, я ловко вставил его в клешни первого краба. Хитиновый капкан мгновенно захлопнулся, и я потянул ветку на себя. Второй краб, легко потерял равновесие, и получил удар лезвием ножа, прямо между глаз. Металлический наконечник вошел легко, и, из разом обмякшего животного засочилась кровь. Пришлось приложить немалую силу, доставая обратно застрявшее оружие. Минус один, осталось двое. Отвлекая противника на себя, я громко зашуршал, загребая сапогами речной грунт. Оставшиеся поступили так, как велели им их крохотные мозги, дружно попёрли прямо на меня, ловя каждое движение взглядом фасеточных глаз. А они довольно ловкие, для ракообразных. Отличия от земных сородичей, заключались в более выпуклом панцире, и массивных клешнях, да и ареал их обитания… пресноводных крабов такого размера, на земле просто нет. Славя, если судить по бегающим глазам, думала, справлюсь ли я сам, или всё же пальнуть разочек.
 -Так их, так. Вот хитрые гады, и пахнут как камни, я их даже не почуяла. - Юля прыгала вокруг, и чуть ли не в ладоши хлопала, подбадривая меня, и готовясь прийти на помощь, случись что.
 Третьего я достал красиво, срезав одну из клешней. Нож с треском пробил уязвимое основание, на стыке хитиновых пластин лап, и жалобно попискивающий краб попытался удрать, но тщетно, он окончил свои дни с лезвием в пасти. Последний, двигаясь бочком-бочком вокруг нас, выбирал момент для удара. Раз за разом, он пытался достать меня, не отвлекаясь ни на кого другого, большая ошибка. Азарт захлестывал, легкие горели от перенасыщения кислородом, а мышцы, двигались как налаженный механизм, тело двигалось удивительно легко, легче даже чем обычно. Но всё хорошее, рано или поздно заканчивается. Славя, ударила краба палкой, направление сверху вниз, плюс вес довольно увесистой дубинки, помноженный на неслабую приложенную девушкой силу. Удар пришелся по ногам краба, и две из них, с хрустом подломились. С прошлым гигантом такой трюк навряд ли бы прокатил, а тут, прямо загляденье. Добить подволакивающий ногами обед, стало делом пяти минут. А что, и еда, и разминка, не дурно. Единственной сложностью оказалось не впитывать энергию при ударах, прикладывая просто неимоверные усилия. Что-то в глубинах души твердило. Поглоти, иссуши, выпей до самого дна. Что такое пища для плоти, рядом с пиром духа?

 -Порыбачили, называется. – С усмешкой резюмировала Славя, на лице которой красовались брызги крабьей гемолифмы, удар у девушки что надо. – Ричард, а ты глазастый, я их от камней не отличила бы.
 -Бывает, сейчас самое главное, чтобы они оказались вкусными. – Я подобрал сразу двоих крабов, оказавшихся довольно тяжелыми. Девочки же, взяли по одному.  Вот такой первобытной толпой охотников, мы и вернулись под тень скал. Панцири так и норовили выскользнуть из рук, и нести приходилось аккуратнее, перемазаться кровью в диком ущелье, не самый умный поступок. Надо успеть поесть да заката, и пройти какое-то расстояние перед отбоем, в идеале ещё и помыться. Погода этого мира, будто решила показать нам что она не статичный элемент, и вполне себе может меняться. На небе появились тучи, сначала небольшими клочками, потом всё больше, и больше, пока всё не заволокла бело-серая пелена грузных облаков.
 -Как-то не охота мокнуть. – Задумчиво проговорила нека, почесав за пушистым ушком. – Вот бы обошлось.
 -Это да. – Согласился я с хвостатой, собирая сухих дров для костра. Намокнуть не страшно, но то, что такая река вполне может выйти из берегов, это уже не самый приятный вариант развития событий. – Смотрите, это там что, пещера?
 И правда, у самого основания скал, было природное углубление, всего метров на десять, но вполне пригодное для того, чтобы переждать дождь. Вход был широким, и вся пещера просматривалась полностью, вряд ли тут спрячется крупный хищник, но на всякий случай…
 -Чисто. – Сказал я девочкам, раздавливая сапогом единственного обнаруженного обитателя пещеры, довольно крупного паука размером с теннисный мячик. Может он и не ядовитый, но, раздавленный паук совершенно точно безопаснее, чем «может быть не ядовитый паук». Юля и Славя натаскали хвороста и разожгли костер. Пока девушки собирали ветки для ночевки, я разложил вокруг огня четыре больших камня, чтобы получился квадрат. Благо этого добра было вокруг полно, сама структура ущелья, говорит о том, что когда-то оно полностью было под водой, очень много вокруг гладких камней и отвесных скал. А может тут стоял ледник?
 Разделывать краба нетрудно, если он конечно не такого размера, самый большой был с суповую кастрюлю, остальные только самую малость уступали ему. Так что с нашим обедом пришлось повозиться, то и дело нож застревал, хорошо хоть сталь была отличного качества. С грехом пополам, я отдербанил конечности двум крабам. Можно было бы сказать, отрезал, но хитин пришлось откручивать, ломать, дергать, так что да, отдербанил. Пару раз чуть не порезался о крошечные шипы на поверхности панциря, но обошлось. В итоге, я разместил обе тушки на камнях панцирем вниз, так, чтоб под каждым находились раскаленные угли. Дрова мы пока не подкидывали, чтобы нежное мясо не сгорело, потом можно будет закидать угли ветками, вспыхнет мигом.
 -Красиво. – Проговорила Юля, сидя на корточках возле готовящихся крабов. Из отверстий в панцирях, валил пар, заполняя пещеру аппетитными запахами.  Странно, крабы обычно пахнут не очень, когда варятся, может из-за того что пресноводные, они не имеют специфического душка морских? Как бы на огонек не заглянул кто нибудь крупный, привлеченный витающими ароматами, те же волки или медведи чуют еду на очень большом расстоянии. К тому же, есть подозрение, что простые хищники, не самое страшное в этом мире.
 -Даже в животе урчит. – Улыбнулась Славя предвкушая трапезу, даже облизнулась, с видимым нетерпением проведя языком по губам. Пусть девушка и держала оружие наготове, положив винтовку у своих ног, но страха в глазах уже почти нет. Так, разумная осторожность. Уже хорошо. – Скоро будут готовы?
 -Минут пять-десять. – Прикинул я, осматривая покрасневший панцирь, и подпалины у самого его основания, где хитин уже начал обугливаться. Само мясо в принципе не подгорит, спасибо толстому слою хитина, но пропарить его надо хорошенько, на всякий случай. Славя уселась на охапку веток с листьями, которых они натаскали немало, и, выбрав несколько наиболее прямых и толщиной чуть больше карандаша, тщательно обстругала их.
 -Ты прямо мастер на все руки. – Отпустил я честный комплимент блондинке, очень ловко орудовавшей ножом чуть поменьше моего, однако из такого же сплава. – Уже догадываюсь, что именно вырезаешь.
 -Ага, времени на более изящные варианты нет, но думаю, и так сгодиться. – Славя взяла две получившиеся палочки на восточный манер, и пощелкала ими в воздухе. Пусть и грубоватый, но столовый инструмент, чтобы не есть горячее голыми руками. Интересно, китайские палочки так и появились в древности, из-за дефицита металла и хорошего сырья для ложек и вилок? Или просто азиаты любят всякие утонченности?
 -Вот как бы это снять с огня, и не обжечься, а, ладно. – Я подошел к лежанке, и вытащил два пучка листьев, чтобы защитить руки от жара. Снять обед с огня, стало минутным делом, приходилось лишь следить, чтобы между раскаленным хитином и моими ладонями всегда была прослойка их нескольких листьев, ну и, разумеется, делать всё очень быстро. Пол в пещере был каменным, а земля влажной, что стало большим плюсом, не люблю, когда в воздухе взвесью летает пыль.

 -Ну что, налетаем? – Надрезав панцирь по бокам, я с небольшим усилием оторвал нижнюю часть. Получилось своеобразное блюдо, с полукруглым дном, и заполненное ароматным крабьим мясом. Живот Слави заурчал, и девушка первой оторвала кусочек мякоти, и стала на него дуть, остужая. Что интересно, она держалась всегда естественно, ну заурчал живот, теперь краснеть что ли? Это мне в ней очень нравилось, чувство комфорта и легкости в общении.
 -Ммм. – Мечтательно пробормотала Славя, прожевывая первый кусочек, и готовясь достать второй. – Это просто великолепно, мясо тает во рту, а ещё, оно солёное!
 -Не может быть? Ну-ка. – Удивился я, даже в морских крабах недостаточно соли, для того чтобы почувствовать её на вкус. Выбрав кусочек мяса поаппетитней, я отправил его в рот, и, что удивительно, оно и правда оказалось таким, будто при готовке использовали поваренную соль. – Это, это, это…
 -Что такое, Ричард? – Славя прервала прием пищи и смотрела на удивленного меня, пришлось объяснять.
 -Так не бывает, Славя. – Ответил я девушке, наблюдая, как Юля принюхивается к мясу, не спеша его есть, и гипнотизируя обед пристальным взглядом. Нека не любила очень горячую еду, и ожидала, пока мякоть хоть немного остынет. – Понимаешь. У них в организме столько соли, что просто невозможен нормальный гомеостаз, эти крабы уникальные, изучение их обмена веществ, может открыть много нового в современной науке. А мы, едим их на обед.
 -И очень вкусно кушаем. – Мурлыкнула Юля, принимаясь за трапезу наравне с нами. Ели так, что за ушами трещало. Пусть это и открытие, но очень уж аппетитное, и, впервые за несколько дней, еда не пресная! Этот мир удивителен, и полон загадок, и самая главная, почему? Почему именно сюда, Док забросил Кукулькана, невозможность открыть портал просто так, не единственное объяснение, я больше чем уверен в этом! Должно быть что-то ещё!

 Пока мы приговаривали первую партию, на огне уже коптились два оставшихся продукта. Напор стихии нарастал. Снаружи шелестели листья деревьев, колыхаемые ветром. Большая часть живности попряталась по норам, дуплам и прочим укрытиям, неслышно было щебета птиц и возни грызунов. Несмотря на полдень, создавалось ощущение вечера, сквозь густые облака пробивалось немного света. Задумавшись, глядя на небеса, я вдруг ощутил тепло. Юля села рядом, и сыто облокотилась на мой бок, пристроив очаровательную макушку прямо на голом плече. Пользуясь привалом, я снял верх костюма, оставшись с голым торсом. Ветер приятно холодил кожу, уставшую от жары и пыли. Вроде не так и много прошли, но экстремальные условия выматывают, отнюдь даже не изнеженного, меня.
 -На здоровье. – Пожелал я девушке. Говорить приятного аппетита уже поздно, спокойно ночи, ещё рано, а сказать что-то приятное её хочется. Доброе слово, и кошке приятно, вот каламбур. – Тебе удобно.
 -Очень. - Кивнула ЮВАО. Мягкие волосы девушки щекотали кожу, а пушисты ушки, дернувшись, прочесали прямо по моей шее, вызывая щемящую нежность где-то в глубине души. Осмелев, я обнял её, слегка придержав талию рукой. Какая она мягкая, теплая, нежная. Для одинокого, большую часть жизни, Ричарда, такие моменты – настоящее сокровище.
 -Любуемся стихией? – Задала риторический вопрос Славя, присаживаясь на лежанку рядом с Юлией. Блондинка задумчиво начала перебирать её мягкие волосы. – И как у тебя в них никакой ветоши не застревает? Я свои минут десять распутывала и отряхивала от всякого.
 -Не знаю. – Честно ответила нека, откровенно наслаждаясь тому, как пальцы Слави перебирают её шевелюру. – Всегда так хожу, и ничего, сколько себя помню. Док однажды подарил мне красивое новое платье, но в нем не так удобно. Много куда меня заносило, но сейчас, я очень рада, что вы со мной. С вами хорошо.
 -Думаю, надо переждать здесь непогоду. Как считаешь? – Спрашивала у меня капитан. Ласковые руки девушки и сытость, усыпили Юлю надежнее любого снотворного. Нека уложила голову на ладони, а ладони мне на колени, и тихонько посапывала, её хвостик расслабленно обмяк.
 -Конечно. В любую минуту может ливануть, причем не слабо. Переждем под крышей, а как распогодится, выдвигаемся. – Согласился я, стараясь говорить тише, чтобы не побеспокоить хвостатую.
 -Только посмотри на неё, что ты чувствуешь сейчас? – Вдруг прошептала Славя, любуясь на дело рук своих. В волосах девушки, среди свободных прядей, появилась возле ушка аккуратная маленькая косичка, с желтой ленточкой, которую Славя достала из своего кармана.
 -Не могу точно сказать. Иногда мне кажется, что она маленькая девочка, а иногда, что Юля старше, чем весь наш мир. Странно, да? – Потянуло меня на откровенности. – Но, без разницы кто она, главное, эта малышка наша подруга.
 -Угу. – Славя сонно зевнула, потягиваясь всем телом. – Ладно. Листья и ветки мы сложили в одну кучу, спать сегодня тоже будем вместе. Прошлой ночью я просыпалась от холода, бросая на вас завистливые взгляды. Ты же не прогонишь меня?
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Алиса(БЛ) Юля(БЛ) Ульяна(БЛ) Виола(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 16.

Страничка на фикбуке. 

Часть 10

часть 11

часть 12

часть 13
часть 14

часть 15


 Объект «Трасса – 60»: запись в информационных файлах организации.
 Тип объекта: Аномалия врат.
 Код:Оранжевый (опасен)
 Уровень излучения: невозможно измерить.
 Примечания:

 Аномалии врат довольно частое явление, вот только, обычно их находят уже не функционирующими. Порталы в Антарктиде и найденные в карстовых пещерах [Доступ закрыт], излучают остаточный фон, но перенести материю уже не в состоянии. Арка врат Антарктиды повреждена, левая часть портала визуально оплавлена. Но есть и до сих пор функционирующие, врата, что открываются в случайных точках, хаотично и непредсказуемо. Такими являются «Бермудский треугольник» и «Трасса – 60». Подробнее о последнем.

 Объект «Трасса – 60», не существует. Да, именно так, у этой аномалии нет воплощения в реальном мире, но, есть хранитель. Существо гораздо более древнее и непонятное, чем большинство современных цивилизаций. Именно эта сущность является проводником в аномальную зону. Людей, контактировавших с хранителем, было немало, кто-то называл его джинном, кто-то дьяволом. Последний зафиксированный контакт, когда человек смог выбраться из аномалии, произошел в Америке в штате [Доступ запрещен]. Некто [Удалено], встретил странного человека, который курил табачную трубку, вырезанную в виде обезьяньей головы. Он называл себя O.W. Grant, и обещал исполнить одно желание, взамен на маленькую услугу. Так пострадавший и попал в аномальную зону.

 Есть одна теория. Если объединить в одно все данные, собранные об этой аномалии, то внутри, она оказывается для всех разной. Для [Удалено], аномалия превратилась в трассу, несуществующую на карте, и с множеством странных мест и людей. Выбравшись из аномалии, контактировавший с ней полностью поменял взгляды на жизнь.

 Аномалия опасна, и таит немало секретов, не каждый может выбраться из неё живым. Уступи своим желаниям, порокам, и страстям, и навсегда останешься заперт в ином измерении. Хранитель не контактирует с внешним миром уже много лет, либо, просто никто так и не выбрался из аномалии, чтобы об этом рассказать. За последнее десятилетие, загадочных исчезновений людей произошло больше тысячи (причины которых так и не выявлены).

 Заключение: Необходим дополнительный сбор данных, либо контакт с хранителем аномалии. Проявлять осторожность, и ни в коем случае, не загадывать желание.

Доктор В.Ц. Коллайдер.




Каюта Алисы и Дока.



 За стеклом иллюминатора блестели звезды, и робко светила луна. Шум моря едва слышался, ведь наша каюта располагалась на одном из самых верхних уровней лайнера, звук волн сюда просто не добирался. В углу стояла так и не понадобившаяся гитара, на тумбочке пылились медиаторы, подаренные Ульяной к концерту. Свет я не включала, настроение стремилось к нулю. Предстоящее расставание камнем лежало на душе. Как быстро человек привыкает к хорошему, к любящим рукам, глазам, теплу и заботе. Умом я понимала, что присутствие Дока в рейде многократно увеличивает успех миссии, но сердце велело вцепиться завтра в него, и не отпускать никуда! Ульяна наверняка разделяла мои чувства, пусть пробует казаться спокойной, но кого это обманет?

 У Ульяны была своя комната, но периодически она оставалась с ночевкой, то у нас, то у Мику с Ямой. Сегодня Ульяна решила спать одна, и за весь день не устроила ни одной шалости, что было довольно странно. Как бы не выкинула чего... Подругу не пугало ни то, что мы находимся черт знает где, ни то что на корабле простых людей раз два и обчелся, сплошь солдаты, агенты, и прочие сотрудники организации. Ульяну терпели, и даже любили, вон повар ей всегда вкусностей накладывает, больше других. Один раз правда молодой агент накричал на нее, за безобидную проказу в столовой, но тут же был бит морально Кэпом, морально и физически Ямой, и половником повара (который наверняка раньше служил, удар у него был что надо), хорошо ещё Доку не рассказали.

 Сейчас, лежа на большой кровати, и накрывшись одеялом, я слушала музыку. На любимом плеере хранилось много композиций. Кожу лица, приятно покалывал прохладный поток из кондиционера. Корабль обладал такими удобствами, какие не в каждом отеле встретишь, попрошу Дока поставить такую же систему в нашем Совенке. На часах уже было далеко за полночь, а сна ни в одном глазу. Интересно сколько их не будет, неделю, две, год? И найдут ли разведчики Славю целой и невредимой. Пусть и не всегда мы полностью ладили, сказывались особенности характера, но она наша дорогая подруга. Как-то уже вошло в привычку, присутствие этого блондинистого воплощения порядка, без неё, наши посиделки лишатся чего-то очень важного.

 В полумраке комнаты, единственными звуками оставались включенный кондиционер и холодильник. Плеер пришлось выключить, музыка впервые не дарила спокойствия. Отогнав соблазн достать из последнего бутылочку мартини и напиться, я повернулась на бок, заматываясь в одеяло наподобие кокона. Уже собиралась закрыть глаза, как почувствовала теплую ладонь на щеке. Кроме Дока, свободно сюда могли войти только девочки, Док и Виола. Ладони у них поменьше будут.
 -Сколько можно где-то шататься! – Возмутилась я, откидывая одеяло сторону и бросаясь в объятия любимого. – Ты знаешь, как я нервничаю!?
 -Был серьезный разговор с Виолой. – Спокойно ответил Док, снимая рубашку, и метким броском отправляя на стул к моему белью. Дни, когда я смущалась находиться рядом с ним голой, давно минули. За относительно короткое время, мы успели стать роднее всех в этом мире, а как можно стесняться своей второй половинки? – Но, в итоге, удалось отговорить её от участия в авантюре.
 -Представляю, как она сопротивлялась. – Вот, теперь моё сердце спокойно, когда я уселась на его колени, и прижалась к широкой груди. Как хорошо. Мой. Не отдам, ни-ко-му. – А она, почти-почти выпросила у меня разрешение, ночевать под твоим теплым боком…
 -Да ладно? – Док обнял меня, отвечая лаской на каждое движение. Вот его руки обхватили бедра, чтобы мне было удобнее сидеть, теплая кожа и запах любимого расслабляли. – Наша рыжая ревнивица, да готова была меня уступить?
 -Не в таком смысле конечно. – Задумалась я, подбирая слова. Наконец, отыскав самое удобное положение, я расслабилась, буквально легла на него. Разместив свою голову прямо под подбородком парня. – Ульяна же тоже спала с нами, тогда в палатке, и в Совенке.
 -Знаешь же, как сильно тебя люблю, кроме тебя, мне никто не нужен. Кстати, почему ты полностью голая? – Задал он вопрос, а глаза просто неотрывно смотрели, любуясь. Именно этот взгляд, больше всего заставлял таять, искренне восхищение, желание, чувства, которых мне никогда не хватало, до знакомства с ним.
 -Чтобы не терять времени! Вы же рано утром выдвигаетесь. – Слегка приподнявшись, я нашла губами его шею, и страстно поцеловала, оставляя засос, пусть на нем они и исчезают мгновенно.

 -Алиса. – Просто произнес он имя, а по низу живота уже пробежали мурашки, и разливалось тепло. Он ни одно слово не произносил с такой интонацией, только моё имя. Алиса, с губ Дока, звучало как музыка. – Значит, не стала надевать даже трусиков, чтобы не терять ни секунды? Иди сюда, игривая лисичка.
 -Лисичка? Вчера вроде была котён…ах. – Стон вырвался сам собой, когда меня прижали к телу, и куснули мочку уха. Начиналась игра, кто быстрее возбудит партнера, в которой мы оба, всегда старались проиграть…
 Ладони Дока опустились ниже, лаская талию, заставляя тело трепетать. Пальцы аккуратно и нежно сжали бедра, а губами, он поцеловал чувствительную кожу возле ключицы.
 -Ай, нечестно… - Прошептала я. Дыхание перехватывало. Он слишком хорошо знает мои эрогенные зоны, и умело этим пользуется. От ключицы по телу пробегали волны удовольствия, когда я ощутила горячее дыхание и влажный поцелуй.
 -Разве. – Голос любимого становился вкрадчивей, руки настойчивее. Полностью превращая моё тело в податливый пластилин. – А, по-моему, вполне честно. В любви и на войне, как говорится.
 Не давая ему полностью перехватить инициативу, я опрокинула Дока на спину. Не то чтобы он сопротивлялся…
 -Вот так, теперь ты мой, пол-нос-тью. – Голова кружилась от возбуждения, дыхание учащалось, а стук сердца стоял в ушах набатом. Мы были именно той парой, отношения которой не теряют ни капли яркости со временем, наоборот мы хотели друг друга, хотели всё больше, с каждым прожитым вместе днем. Жадно впитывая тепло, любовь и заботу, которых были лишены до встречи друг с другом.
 Первым делом, я жадно впилась в его губы, а Док с охотой ответил на это. Два дыхания и сердца, существовали в унисон, вдох-выдох, удар за ударом, всё кроме этого сейчас не важно.

 -Ты сегодня очень напориста, любимая. – Проговорил Док, тяжело дыша от возбуждения. Джинсовая ткань его штанов, готова была разорваться, показывая самый честный для девушки комплимент.
 -Молчи, и продолжай. – Велела я, дрожащими от нетерпения руками стягивая с парня ремень.
 -Слушаюсь, и повинуюсь. – Улыбнулся Док, присасываясь к моей груди.
 Он обхватил меня руками, лишая пространства для маневра, и целовал беззащитные соски, иногда покусывая их. Стон за стоном, вырывался из моего рта, я даже прикусила губу от удовольствия, когда Док прошелся ладонями по внутренней стороне бедер. Он знал, где моя кожа нежнее и чувствительнее, этот бессовестный искуситель, который проявлялся только наедине со мной.
 -Не волнуйся милая. – Прошептал он мне на ушко, когда повалил на спину и раздвинул ноги. – Я вернусь к тебе, даже если придется разобрать этот мир по кусочкам.

 И тут случилось то, чем он раньше никогда не баловался в постели. Его аномалия, рисунок обрел плотность, постепенно обретая объем, змеи поднялись со спины, а затем, без предупреждения, обвили мои руки и ноги. Змеи принимали одну и ту же черно-белую форму, но размер их мог меняться. Сейчас они были толщиной в руку, и обивали меня полностью, превращая в куклу, и двигая, как угодно.
 -Это то, что я думаю да? – Игриво проговорила я, чувствуя, как змейки слегка сдавливают ноги и руки, приподнимая меня. В отличие от настоящих хладнокровных, аномалия Дока источала тепло, а мелкие чешуйки приятно щекотали кожу. – Так и знала, что та папка "тентакли", у тебя на диске не просто так. Да-да, я её нашла, и не только её.
 Вместо ответа, змеи притянули меня к нему, Док взял рукой мой подбородок... Глубокий, искрений и ненасытный поцелуй, с языком самозабвенно ласкающим меня. Вкус, запах, теплота любимого, смешивались в бурлящий коктейль. Чувствовалось, что тело оплетают большие теплые шланги, с текущей по ним водой, именно так ощущалось касание аномалии. Белая часть объемного рисунка, слегка подсвечивала комнату, отчего двое обнаженных людей казались скульптурами.
 -Тебе не слишком больно? – Спросил Док, кусая шею. Пусть довольно ощутимо, но черт, ещё! Ещё!
 Пошевелиться я не могла, но посмотрела на него ТАКИМ взглядом, что слова не требовались. Совсем. Змеи перевернули меня, уткнув лицом в подушку, одно из мягких черных колец обвило рот, лишая возможности говорить, а второе белое, закрыло глаза. Сквозь веки всё ещё было заметно свечение светлой части аномалии. Это что-то, с одной стороны странно, но с другой. Чувствовать себя скованной и беспомощной, в руках человека, который скорее сам умрет, чем мне навредит, было нереально возбуждающе.

 Кольца становились толще, и сильнее. В какой-то момент, я оказалась в весьма пикантной позе, попка кверху, спинка выгнута, а грудь прижата к постели. Змеи обвивали меня почти полностью, талию, плечи, лодыжки, шею. По аномалии струилась энергия, проникая в тело, опьяняя разум и расслабляя мышцы. Я чувствовала себя как тогда, когда мы с Мику перебрали шампанского после концерта. Расслабленная, беспомощная, но довольная. Некоторые части тела, оставались открытыми, чем не преминул воспользоваться мой любимый извращенец. На плечо легла тяжелая рука, с силой разминая суставы, что-то хрустнуло, и я поплыла еще сильнее. Другая рука поглаживала меня между ног, предательски намокшая киска сдавала меня с потрохами. Ещё вопрос, кто из нас двоих более раскрепощен, когда мы наедине. И применимо ли понятие извращение, к двум любящим друг друга людям, когда каждая клетка партнера, ощущается как своя. Когда стираются все границы, и чувства берут верх. Ладони и ловкие пальцы продолжали возбуждать меня, трогая абсолютно везде. Кольца то сдавливали, то расслаблялись, а губы соблазнителя исцеловали шею, лопатки, бедра...

 Когда горячая плоть вошла в меня, я замычала сквозь своеобразный кляп. Не закрывай чешуйчатое кольцо мой рот, наверняка перебудила бы стонами весь корабль. Это было как удар током, сильный, мощный, пробирающий до костей. Обхватив руками мои бедра, больше для контакта, ведь аномалия и так держала крепче канатов, Док ритмично входил в меня. По комнате разносилось шумное дыхание великана. Спустя минуту, когда я уже готова была капитулировать, а покрывало под моими бедрами можно было смело выжимать. Он остановился, растягивая удовольствие и переводя дыхание. Мою шею аккуратно поцеловали, за теплыми влажными губами, пришли твердые клыки. Укус Дока заставил меня извиваться от удовольствия. Отпусти он меня сейчас, и я натурально наброшусь на него, и изнасилую в позе наездницы. И плевать там на весовые категории, трахну! Но он держал крепко.

 Вот путы приподняли меня, позволяя открыть глаза, но не рот. Вау, а он разошелся, причем не на шутку. Глаза Дока светились желтым, а зрачки приняли хищную вертикальную форму. Взгляд этих глаз гипнотизировал, сердце таяло, даже если бы не змеи, вряд ли я смогу пошевелиться по таким жадным напором. Он смотрел, как на величайшее сокровище, и на самую желанную добычу. Зверь. Ласковый зверь. Ноздри Дока трепетали, он глубоко вдыхал мой запах, и не мог им насытиться. С тихим рыком, вырвавшимся изо рта Дока, аномалия раздвинула мне ноги, и опустила прямо на него. Второй раз он решил не сдерживаться, превратившись в настоящий отбойный молоток. С меня уже струями стекал пот, лицо горело, и наверняка было залито румянцем до самых корней волос. А он не останавливался, поддерживая темп.
Крепкое объятие, присоединилось к удерживающим меня кольцам. Он сидел на кровати, прижимая меня связанную меня к себе, и двигал бедрами, входя в меня раз за разом, раз за разом. Теперь уже не сдерживался, и я кончила мгновенно, миг спустя, присоединился и он. В тех местах, где кольца аномалии касались кожи, стало покалывать, сознание уплывало, в голове поселилась пустота, а в теле удовлетворенность. Глаза сами собой закрывались, пока кольца аккуратно отпускали меня на руки любимого. Поцелуй перед сном, уже легкий, успокаивающий, и легкое поглаживание ладонями по взмокшим бедрам.
 -Сладких снов, любимая. – Эти слова я уже еле слышала, через сонную пелену, и не могла даже пальцем пошевелить, но перед тем как отключиться, я успела почувствовать, что меня заботливо накрыли одеялом. В этом весь Док.

Ричард.



 Утро после сна, встретило меня пением птиц, ясным рассветным небом, а так же уютным сопением Юли, свернувшейся прямо под боком. Разбитость ощущалась во всем теле, будто вообще не отдыхал, сказывались эти чертовы сны. Как бы ни хотелось лежать дольше, но надо подниматься, добыть поесть, и, обязательно, размяться. Не порядок, что только Юля занимается добычей провианта, я мужик или где? Есть ещё сухпайки СП-1, но это на крайний случай. Голод конечно утоляют, но на вкус как бумага, и выглядят как бумага, и по консистенции, если честно недалеко от неё ушли.
 Теплая нека, так близко, что я ощущаю её дыхание, чувствую как двигается её грудь при каждом вздохе. Как не хочется прерывать такой момент, но, надеюсь это не последняя такая ночь. Одной рукой, я с слегка коснулся самого кончика пушистого ушка. В ответ на эти действия, Юля приоткрыла один глаз, и вопросительно посмотрела на меня.
 -Сегодня, за завтраком схожу я. – Тихо шепнул ушастой, аккуратно вставая с теплой лежанки, стараясь при этом не разбудить лишним шумом Славю. Листья слегка зашуршали, но блондинка так и не проснулась. Умаялась, сразу видно. Да и рано ещё, небо уже светлое, но солнце только-только поднималось из-за горизонта.

 Обходя расставленные вчера сухие ветки, так и не понадобившиеся в качестве сигналок, я тщательно выбирал, из чего сделать инструмент. Сорвав, с одной из в изобилии растущих вокруг ив, ветку покрепче и ровнее, я соорудил себе примитивную острогу. Это Юля может голыми руками ловить рыбу, мне проще так. Заострив верным ножом один угол палки, и осмотревшись, я направился к берегу. Отдалившись от стоянки на приличное расстояние, я, тем не менее, передвигался издавая минимум шума. Природа в ущелье, жила своей жизнью, не стоит лишний раз её тревожить. Спускаясь ниже по течению, туда, где сегодня днем будет идти наш маршрут, я начал чувствовать, как утренняя слабость отступает. Тело наливалось бодростью и силой, а свежий воздух хотелось вдыхать и вдыхать полной грудью.
 Едва слышно шумела река, шелестели листья на кронах деревьев, там же, иногда раздавался шорох мелких птичек. Воды реки буквально сияли в утреннем свете, что ни говори, а это мир, прекрасен. Чистый широкий поток, несущий тонный воды, и кишащий жизнью, чем ниже мы спускались по ущелью, тем больше и глубже становилась река. В неё впадали ручьи, и вода из источников, щедро разбросанных в горах. То, что ущелье окружено горами, это факт, вон на самом краю обрыва, видны торчащие далеко заснеженные вершины. При моем приближении к берегу, в воду нырнуло сразу несколько лягушек, распугав мелкую рыбу, а из травы неподалеку взлетела белая цапля, и плавно махая крыльями, перенеслась на противоположный край. Подальше от странного двуногого, и его острой палки.
 Прохлада и влага, переносились намного легче дневной жары. Не последнюю роль в этом играл спец костюм, черная ткань которого очень хорошо защищала от воды, и обувь. Несмотря на то, что вся трава была в капельках утренней росы, ноги оставались сухими. Вот и место, которое подходит для первобытного добытчика. Одно из больших деревьев, рухнуло прямо в воду, но корни его всё ещё цеплялись за берег. Двигаясь по стволу, я добрался до того места, где уже было достаточно глубоко, и приготовился к охоте, или всё же, рыбалке? Под водой двигались крупные тени, поднимая со дна муть, а я замер, с занесенной острогой в руках. Вдох-выдох, в душе легкость и предвкушение, может это чувство, наследие далеких предков. Времен, когда человек так и жил, охотой и собирательством, без всяких государств и лишней социальной шелухи. Вот, одна неосторожная рыбка всплыла слишком высоко.

 Удар! Острая палка (назвать это самопальное орудие копьем, язык не поворачивается) протыкает рыбу насквозь, тут же начиная дрожать в руках. Довольно крупная добыча, килограмм под десять минимум, отчаянно трепыхается, борясь за жизнь. Острога проткнула её почти посередине, из раны в боку вытекала кровь, окрашивая прозрачную воду в алый цвет. Азарт взял верх, настолько, что выкинув на берег пистолет, а больше ничего боящегося воды у меня нет (джой непромокаем, а остальное защитит костюм), я нырнул за рыбой. Острога, не гарпун, там нет зазубрин. Проткнуть, проткнула, но удержать не сможет. Барахтаясь в воде, и распугав всё плавающее неподалеку рыбное изобилие, я схватил наш завтрак, и уже собирался вынырнуть, как произошло сразу две вещи. Первое, цвета мира мгновенно исчезли, а в реке замигало множество сверкающих пятен. Зрение охотника из сна, я видел всё, в чем теплится хоть капля жизни. И мать его за ногу, одно огромное красное пятно, двигалось с центра реки прямо на меня!
 Бросив уже еле двигающую плавниками рыбу, я начал грести к берегу, но подводная тварь оказалась быстрее. Чует кровь? У самого дна, неслось огромное илистое облако, которое поднимало торпедообразное тело хищника. Невероятная скорость. Щука, по сравнению с этим гигантом, неповоротливый инвалид. Мда, лезть в воду, не зная броду, не слишком ли я самонадеян? Искрящийся туман, который покидал пробитую острогой рыбу, навел на идею. Если есть возможность, почему бы не воспользоваться ей? Усилием воли, я потянулся к нему, к туману, наполненному энергией, и пусть крохи, но они послужили катализатором. Тело рыбы растаяло в воде, просто распавшись на кусочки, которые тут же унесло. Вода вокруг, стала частью меня, я чувствовал движение её потоков, чувствовал, как шевелятся плавники пятиметровой рыбы рядом со мной, как дышат её жабры. Я, суть стихий.

 Ощущения, как тогда во сне. Происходящее казалось не совсем реальным. Вот прямо подо мной открывается усеянная частоколом зубов пасть, но поток воды, резким выбросом, подхватывает меня, и относит в сторону. На том месте, где я стоял, сомкнулись челюсти, переломив несколько крупных веток на затопленном стволе дерева, с которого я нырял. Взмах руками, и ещё один поток, куда как мощнее, обрушивается на врага. Видимость почти нулевая, рыбина подняла очень много ила и песка со дна, если бы не зрение аномалии, то быть мне кормом. Если хищник и получил урон, то точно не критический, отплыв и раздраженно дернув плавниками, он со скоростью торпеды пошел на второй заход в увлекательной игре «сожри человека». Что делать, тут, в реке, он царь и бог. Стоп, в реке!
 Когда нас разделяли всего десять метров, поток воды, повинуясь моей воле, утянул меня вниз. Хотя, это не совсем управление. Вода. Она ощущалась как продолжение рук и ног, единство. Запас воздуха почти заканчивался, когда я ощутил прилив сил. Кожа засверкала синими искрами, а в голове прояснилось. Река отдавала растворенный в ней кислород мне, я дышал под водой!
 -Получай! – Хотел прокричать я, но вместо этого просто булькнул. Резкое движение рукой, и под брюхо рыбины бьет поток воды, настолько мощный, что становится похож на подводный взрыв. Ударная волна оказалась нереально сильной, и ненадолго оглушила даже меня, но, тем не менее, я добрался до поверхности целым. Не приходилось даже грести, потоки сами несли туда, куда надо, словно полёт. А на берегу, подпрыгивала, тщетно пытаясь вернуться в воду, огромная тварь. Больше всего, она походила на форель-переростка. Переливающаяся на солнце чешуя, играла всеми цветами радуги, от плавников и хвоста, во все стороны летели брызги. Тело её было настолько тяжелым, что при каждом его трепыхании, земля ощутимо вздрагивала. Длина тоже, порядком превышала все земные стандарты, акула по сравнению с ним, так, малёк.
 -Мда уж. И как тебя прикончить, а? – Пробормотал я, выбираясь на берег, и отряхиваясь. Попутно поднимая с земли свой пистолет. Мысль стрельнуть в неё транквилизатором, отпала сразу, слишком уж она большая. Зрение постепенно обретало цвета, а клочки тумана, снова виделись как птицы, рыба, и прочая живность. Наконец, приняв решение, я вонзил нож, в самое основание черепа, безрезультатно, слишком глубоко находятся нервные сплетения у такого гиганта. Пришлось отпрыгивать, чтобы забившаяся рыба меня не раздавила. Раз за разом, я бил в одну и ту же точку, пока не добрался до мозга. Только тогда она утихомирилась. Стоило огромных усилий, не впитывать её туман. Энергии в пресноводной добыче было столько, что я боялся за свою адекватность.

 -Фух, сходил порыбачить называется. – Сказал я, утирая пот со лба, и многозначительно, от самых глубин русской души добавил. – Блядь.
 Только сейчас, пришло понимание, что меня вполне могли сожрать! Нельзя тут расслабляться, это не наш мир, он опаснее, намного опаснее. Надо будет предупредить Юлю рыбачить осторожнее, хотя, подозреваю, что ей не составит труда удрать от такого, уж больно ловкая. Смыть бы с себя ещё рыбью кровь, щедро пролившуюся, пока я орудовал ножом. Пахну, как рыбный отдел в супермаркете. Лезть в воду, или не лезть? Вот в чем вопрос.
 В итоге, сделав ставку на то, что такие крупные водные хищники, как правило, не живут большими косяками, я быстро ополоснулся, затем отрезал от тушки форели несколько самых аппетитных кусков. Нести их пришлось, проткнув тонкими ветками, предварительно обмотав листьями лопуха, чтобы защитить от мух и прочих насекомых. К стоянке я добрался быстрее, двигаясь уже без лишней осторожности. Времени мало, надо поесть, и покрыть как можно большее расстояние, пока солнце не превратит землю в чертову духовку.
 По пути, я наткнулся на несколько диких груш, растущих небольшой рощицей, и набрал немало мелких, но вкусных плодов. Нести всю добычу, было неудобно. Полцарства за самый простой туристический набор! Бритву, рюкзак, да хоть фляжку! Жизнь – боль, когда удобств – ноль. Хоть голова по пути высохла, и то хорошо. И эта способность, проявившаяся не первый раз. Тогда, во время ещё битвы с крабом, земля под ним осыпалась не просто так. Я, это сделал! Что же происходит? Наследие падшего Кукулькана? Или не падшего… Одно ясно точно, этой силой надо пользоваться очень осторожно. Датчики аномалий, вмонтированные в джой, молчат. По возможности, включу их в момент, когда снова стану дальтоником. Может тогда они что-нибудь засекут.

 Уже возле холма, я стал свидетелем умилительной картины. Возле сложенной кучки хвороста, сидели обнявшись Славя и Юля, спасаясь от зябкого воздуха. Хвост ушастой обхватывал талию Слави, и девушка поглаживала шерстку, самыми кончиками пальцев. Разжигать огонь они его не стали, дожидаясь моего возвращения, или нет, спички-то остались у меня…
 -Ричард. Как прошла охота? – Спросила Юля, поднявшись и принюхиваясь, видимо рыбий запах, смылся не до конца. – О тебя тааак вкусно пахнет.
 -Да вот, рыба, груши. Будем готовить, или так поедим? – Спросил я девочек, раскладывая добычу на траве.
 -Потратим полчаса, так уж и быть. – Славя взяла у меня спичку, и запалила костер. Как девушка отыскала более-менее сухие ветки в такую сырость, остается загадкой, но костер почти не дымил. Быстро схватывает наша валькирия, к тому времени как вернемся домой, она вполне сможет выживать в лесах не хуже моего.
 Рыбная диета полезна, но не каждый же раз. Несколько дней, рыба, рыба, рыба. Вон Юля таким рационом вполне довольна, а мне бы хлебушка, пару булок. Мясо речного монстра, подкопченное на углях, оказалось на удивление мягким и вкусным, без мелких костей. Да и откуда взяться мелким костям у огромной речной дуры!
 -Надо же, такую даже я не ловила. – Юля облизнула пальчики от удовольствия, и взяла ещё один кусочек. – Вкусно. По размеру кусков, вижу что трофей не маленький.
 -Ага, будем идти, покажу вам саму рыбку. – Сказа я, поднимаясь на ноги. Славя с Юлей, повторили мой маневр, тем самым заканчивая утренний привал.

 Жажду утоляли возле одного из ключей по дороге, там же быстро освежились и помыли груши. Источников в ущелье было немало. Груши хоть и кисловатые, с жесткой мякотью, оказались очень вкусными и душистыми, их мы ели уже на ходу. Дикие фрукты, выращенные вне теплиц и ферм, пусть и были мельче своих окультуренных собратьев, но куда как вкуснее. Это я вам как практик говорю, который выживал в жопе мира. Если вернемся домой, смогу внести в список достижений ещё одну ачивку «Выжил в альтернативном мире, с ножом и палкой».
 -Надо бы соли раздобыть, и приправ. – На ходу, задумчиво заговорила Юля, нарушая молчание. – Я помню, как до встречи с Доком, даже мышей порой ела, и сырые грибы, и ничего. А сейчас хочется вкусненького.
 -Да, он нас разбаловал. – Согласилась Славя, и мечтательно зажмурилась. – Помню, в Совенка такие штуки готовил, пальчики оближешь. Яблоки в карамели, жаркое, коктейли из мороженого и фруктов. Они даже поспорили однажды с Ульяной. Док утверждал, что всё можно приготовить так, чтобы было вкусно. Ульяна же, говорила что это чушь, приводя в пример перловку.
 -Ульяна, это та, маленькая рыжая девушка? – Спросил я, вспоминая встречу возле джакузи. Там была Мику, Яма, и две рыжие девочки. Красивые, с озорными искорками в глазах. Правда, тогда всё моё внимание поглотила Хатсунэ, целиком и полностью.
 -Да, она самая. – Славя улыбнулась, и продолжила. – Так вот, Док, приготовил перловку с мясом и специями, всё это потушил в горшочках. В общем, получилось, пальчики оближешь, и, формально, это всё ещё была перловка. В общем, спор был такой, если Ульяне понравится, то она неделю, не поднимает лагерь на уши, и ведет себя как образцовая вожатая, а если нет, то Док исполняет один её каприз.
 -И чем всё закончилось? – Действительно интересно, такие веселые воспоминания. Может и меня однажды, пригласят в этот лагерь?
 -Мелкая слопала три порции, даже тарелку хлебом вычистила. – Славя усмехнулась, показав свою очаровательную улыбку. – И сказала что не вкусно.
 -А она прикольная. – Представил я эту ситуацию, и лицо Дока.
 -Более чем. – Согласилась Юля. – Вернемся, познакомлю вас поближе.

 К тому времени, как мы дошли до места экстремальной рыбалки, воздух уже прогрелся. Дышать становилось всё тяжелее, а макушку припекало лучами как в солярии. Последовав примеру Слави, я накрыл голову листом лопуха, о, а реально хорошо, только придерживать надо, чтоб не слетал.
 -Ох, ёлки. – Вырвалось у Слави, когда мы добрались до трофея. Речной монстр ещё не успел протухнуть, но рыбий запах разносился далеко. На боку зияли прорехи, откуда собственно я и вырезал мясо. – Даже спрашивать не буду, как ты это завалил.
 Когда мы обходили тушку, я оттяпал ещё немного мяса, как раз на дневной привал. Юля внимательно осмотрела голову гиганта, даже под жабры заглянула, но этим и ограничилась, так как была сыта. Запасаться впрок не выйдет, засолить мясо нечем, а на такой жаре оно протухнет уже к вечеру. Сюрприз ждал, когда девочки посмотрели на другой бок рыбы.
 -Знаете, хорошо, что мы батарею нашли к винтовке. – Славя заметно побледнела, в голубых глазах промелькнул страх, и было отчего. Второй бок рыбины, перестал существовать, что-то сожрало под сотню килограмм мяса, оставив после себя кровавое месиво и крошево костей.
 -Следы. – Указала Юля на землю, но я и сам уже заметил. Когда монстра вынесло на берег, вместе с волной, землю хорошо промочило. На грязи четко отпечатались пятипалые ноги, заканчивающиеся глубокими бороздами от когтей. Существо позавтракавшее моим несостоявшимся убийцей, ходило на четырех лапах, но следы были разными, задние лапы намного больше передних. Что-что, а следы я читать умел, и, судя по глубине и размеру с канализационный люк, это точно не крошка-енот.
 -Держи оружие наготове, ладно? – Попросил я девушку, но блондинка и так уже сняла винтовку со спины, и положила палец на курок, внимательно оглядывая окружающие заросли.
 Сосредоточиться, вызвать старое ощущение, и… Будто нажали снижение насыщенности на телевизоре, цвета блекли, а вокруг загорались сгустки искрящегося тумана. Крупных сгустков в поле зрения не наблюдалось, кроме золотистого облака Слави и зеленых искр Юли. Как я понял, у всего живого свои цвета, у простых организмов серо-белый, у крупных хищников красный, с людьми сложнее. Чтобы тут не питалось, оно быстро убралось прочь. Но как? Весит немало, а значит не спринтер, чтобы отдалиться настолько. Кусты вокруг места трапезы обломаны, а вот дальше, всё стоит целым, ни травинки не примято. Так не бывает, если только оно не летает. Не летает же, да?

Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Толик(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 15.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 10

часть 11

часть 12

часть 13
часть 14

 «Табель о рангах»: Запись в информационных файлах организации.

 Внутри организации, с самого момента её основания, успела сложиться определенная система. Уровни допуска к информации, и масштаб привилегий, не для всех были одинаковыми. Приходилось доказывать, достоин ли ты, получить закрытые от других знания и ресурсы. Главе организации, подчиняется центральный аналитический отдел, а так же главы подразделений (защита людей, особые операции, контроль аномалий, и.т.д.) Кроме того, большинство деятелей высокого уровня, или те, чья работа связанна с боевыми операциями, берут себе имена -псевдонимы, полностью отказываясь от реальных (Капитан, Седой, Генда, Шурик, Электроник, и прочие). Такой позывной является уникальным, и записывается в личное дело сотрудника. Сотрудникам высокого ранга, предоставляется практически любая информация об аномалиях и артефактах, а так же неограниченное финансирование и поддержка.

***



«Черный туман Кадуцея»: запись в закрытых файлах организации.
 Генерируемая аномалией «Кадуцей» энергия, делится на несколько типов, и «туман», один из них. В отличие от сугубо физического воздействия кинетического поля, эта энергия не совсем материальна. Для изучения тумана недостаточно данных, эта сторона способностей очень редко используется объектом. Сбор данных затруднен ещё и тем, что при непосредственном контакте с туманом, большинство электрических приборов выходят из строя, энергия этого типа подавляет практически любую другую. Однако, кое-какие характеристики вполне удалось изучить.

 «Туман» это только название, на самом деле, эта часть аномалии существует не в виде мелкодисперсной водяной взвеси, как обычный туман, а в форме чистой энергии. Туман «Кадуцея» невосприимчив к препятствиям, его не уносит ветром, он свободно проходит сквозь стены и другие преграды. Основное его воздействие – психическое. Через него, аномалия опосредованно влияет на высшую нервную деятельность живых организмов, тысячекратно обостряя негативные эмоции. Даже животные, бегут от него в ужасе. В одной из стычек, когда объект устранял организованную преступную группировку, черный туман унес жизни нескольких сотен человек, попавшие в него, обречены. Кто-то застрелил товарища, испугавшись его, некоторые из преступников, пустили себе в лоб пулю, хоть как-то пытаясь спастись из кошмара. Но туман не самое страшное, самое страшное, это монстр который в нем обитает. Воплощение аномалии, первое, с чем столкнулась организация, при несогласованном захвате объекта, тогда был потерян элитный отряд бойцов. Неуязвимая змея, размером с железнодорожный состав, без тени сомнений уничтожающая всё, что враждебно объекту.

 Заключение: На данный момент, объект контролирует аномалию полностью, это не просто симбиоз, которого удалось достичь другим носителям, а абсолютное единство, и спонтанное возникновение тумана исключено. Следует помнить, это оружие объект использует редко, и только против тех, кого действительно собирается устранить. Воздействие тумана на союзников, попавших в него, ослаблено, туман – часть объекта, и практически не вредит его друзьям. Тем не менее, даже бойцы, которых носитель прикрывал, чувствовали страх, обреченность, и упадок сил. Не сравнить с седыми трупами преступников, но все же, в туман желательно не соваться, никому.                                                                             Аналитический отдел организации.

Ричард.



 В путь мы отправились только тогда, когда солнце уже садилось за горизонт. Даже сейчас, над ушами назойливо жужжали крылатые твари, а над рекой тучами носилась мошкара, страшно представить, что было бы ночью, включи мы здесь фонари. Насекомых в этом влажном и жарком месте, не просто много, их дохрена! Вот кому здесь хорошо, так это земноводным. Лягушки на берегах были настолько жирными, что прыгая при нашем приближении в воду, поднимали небольшой фонтан брызг. Закат освещал багрово-розовым светом всё вокруг, дневная жара постепенно сменялась прохладой, причем довольно ощутимой. Что за климат! Днем жарко, ночью холодно, гнус, крабы размером с автомобиль, летающие монстры: филиал ада! Хорошо замаскированный, филиал ада, кругом цветы, жизнь и зелень, довольно живописное место.
 -Смотрите, вот это штуковина. – Юля обратила наше внимание на реку. Там, на дне, среди камней и водорослей, двигалось действительно нечто. Прозрачная вода, позволяла рассмотреть во всех деталях огромную рыбу, практически неподвижную, только ритмично колыхались большие жабры. Изначально, я принял её за утонувшее бревно, а вот Юля сразу распознала водную живность.
 -Не советую её ловить. – Славя принялась отговаривать хвостатую, уже вставшую в боевую стойку. Хвост трубой, грудь колесом, в глазах голод, она даже на носочки поднялась от возбуждения.
 -Почему? Я легко с ней справлюсь. – Девочка-аномалия уже записала рыбу в вечернее меню, и смотрела на дно реки с чисто гастрономическим интересом. От неё, как и от нас со Славей, пахло душистыми травами, которые я собрал возле реки. Этот запах неплохо защищал от оводов и прочей кровососущей мелочи. – Не верите?
 -Верим, но съесть эту гору мяса будет не кому, а завтра на жаре оно пропадет. – Ответил я, поудобнее перехватывая плетеную корзинку. В тени нашего укрытия, я нашел целое гнездовье куропаток, и собрал достаточно яиц, чтобы ложиться спать не голодными. А Славя сварганила из веток своеобразную переноску, чтобы не разбить всё в дороге. Сколько у неё ещё талантов припрятано? Юля, однако, была разочарована, несколько дней рыбьей диеты, её только раззадорили. Всем своим видом, она говорила, что рыба на завтрак обед и ужин, это очень даже неплохо. «-Как некому?! Это же рыба! Не съем, так понадкусываю!».
 -Лааадно.- Неохотно согласилась нека, но нет-нет, да поглядывала на движущиеся в воде тени, искренне считая, что чем больше рыбки, тем лучше жизнь.

 -Ты так беззаботно улыбаешься, Рич. – Задумчиво сказала Славя, аккуратно обходя замшелый валун. – Будто совсем не волнуешься. Мы в чужом мире, и неизвестно попадем ли вообще домой.
 -Сказать правду? – Настроение было хорошим, а закат настраивал на романтический лад. Запахи и звуки ночного берега, легкий ветерок, колышущий волосы девушек, лягушачий хор… Мне нравятся эти девочки, очень, так почему ба немного не открыть своих чувств. – Я счастлив!
 -Да? – Славя немного удивилась, и добавила. – А как же дом?
 -Отец и мать не пропадут, мы и так почти не видимся из-за работы. А здесь, здесь я в компании с двумя очаровательными девушками, каждая из которых нравится мне ещё и как личность. Здесь, одиночество меня отпустило. – Я посмотрел на небо, на котором уже появлялась новая луна, и несколько первых звезд. – Или, моё присутствие вам в тягость?
 -Ты мне тоже нравишься Ричард, и пахнешь хорошо. – Наградила меня комплиментом Юля, и в качестве доказательства подарила объятие, ненадолго прижавшись всем телом, и тронув кончиком носа моё ухо. Для этого ей пришлось встать на носочки, а обнимая меня, она зажмурилась, совсем как котенок когда его гладят. Я, правда, ей нравлюсь? Или это мята ещё не успела до конца выветриться?
 -Спасибо Юль. – Я буквально чувствовал, как таю, заливаясь краской, и ничего не мог с собой поделать. Краснею как девственник, которым не являюсь, всё же довелось однажды посетить несколько развязных клубов и саун. Но, положа руку на… на сердце! А не куда-то там ещё! Могу смело сказать, что чувства как к этим девушкам, не испытывал ни разу, никогда. Странная, щемящая в груди радость, радость от простого присутствия рядом с ними.
 -Нет, не в тягость конечно! Ты хороший человек Рич, пусть и немного странный. – Блондинка улыбнулась, и слегка потрепала руками одну из своих прядей. Нервничает? Надо запомнить этот жест. – Дома много людей, которые на нас надеются, которым мы нужны. Семья, друзья, коллеги, в конце концов. Нельзя просто взять, и исчезнуть. Но я рада, действительно рада, что мы вместе.
 -Хорошо. А почему странный? – Улыбка появлялась сама собой, раз уж Славя так откровенно говорит что рада моему обществу. – Обычный боец организации, каких тысячи.
 -Ага, обычный. – Хмыкнула девушка. – Обычный боец, со знанием науки и биологии на уровне ученого, навыками выживания в любых условиях, и продвинутой тактической подготовкой. Я читала записи о тебе в архивах, и сейчас убеждаюсь лично. Того краба, без вреда для себя и хорошего оружия, одолели бы разве что Яма или Док.
 -Мне повезло. – Отмахнулся я, стараясь сменить тему. – Смотрите, там что-то лежит.
 На берегу реки, возвышалась странная преграда. В последних лучах солнца, можно было разглядеть нагромождение камней, вперемешку с металлическим хламом. Металл! Если не это следы деятельности человека, то не знаю что.

 -Наверное, это было частью сооружения. – Задумчиво протянула Славя, вытаскивая из небольшой груды блестящую пластинку. – Канистра или цистерна.
 -Не думаю, это нержавеющая сталь, или сплав поинтересней, дай-ка. – Я забрал у Слави осколок, и разложил их рядом. Немного подумать, представить, что это трехмерный паззл. - Если сложить всё вместе, и убрать хлам, то получится…
 -Обалдеть. – Вырвалось у Слави, после чего девушка удивленно уставилась на то, что получилось. – Это доспехи!?
 -Не просто доспехи, гляди. – Я указал командиру на несколько примечательных мелочей. Юля смотрела без интереса, как будто каждый день такое находит, кто знает, может так оно и есть. – Тут. Тут, и тут, это не просто сочленения, это контакты, а вот здесь возле левой руки, скорее всего, было место для компьютера, как у нас. Не хватает только шлема, и самого компьютера. Это либо экзоскелет, либо что-то очень и очень на него похожее.
 -Шлем наверное забрал тот, кто его убил. – Подала голос Юля, говоря это так спокойно, будто само собой разумеющееся. – Не смотрите так! От этих железок пахнет кровью, и тухлятиной.
 -Если принюхаться, то да. О, а вот тут на груди несколько дырок, и на следы пуль это не похоже. Края не оплавлены, будто отверстия оставили большие когти, или зубы. – Согласился я с аномалией, приблизив одну из частей доспеха к носу. Пахло тиной, вперемешку с чем-то ещё, неприятным, но знакомым. – Хочу нос как у тебя, и ушки, да и от хвоста бы, не отказался. Юля, ты чудо.
 -Знаю. – Согласилась ушастая, и, нагнувшись в кусты неподалеку, достала…ружьё. – Вот, это наверное тоже его, ну, было.
 -Ричард, это оружие, оно… - Славя протянула руку к прикладу, но уже было понятно. Добытое Юлей оружие, брат близнец висящей за спиной валькирии винтовки.
 -Да, почти такое же, как и твоё. – Вынес я вердикт, осматривая механизм. – Только сломано. Затвор разбит, ствол изогнут, заполнен песком, контакты сгорели и оплавились, оптика в хлам. С кем или с чем, воевал этот незнакомец, не знаю, но это нечто жуткое.
 -Ага, особенно если взглянуть на это. – Юля указала пальцем на камни и часть берега, если обратить внимание, они были оплавлены. Часть каменного берега реки, растеклась словно воск, и деревьев поблизости не наблюдалось. – Трава успела вырасти, а следы битвы остались, деревьев и кустов тут тоже нет, им нужно больше времени. Этот человек умер давно, примерно…
 -Примерно тогда же, как и скелет, найденный под крабом. – Перебил я девушку. – Месяца два тут лежит, минимум. Но где тогда кости.
 -Кости. Тут камни плавились, а ты кости ищешь? – Славя внимательно осмотрела валун, половина которого отвалилась и чернела от копоти. Даже дожди и время, не смогли смыть все следы. – Жалко доспех пострадал, притащили бы аналитикам эту штуку целой, так они бы нас расцеловали.
 -Ну, как минимум один трофей у нас есть. Попробуй, это подходит к твоей винтовке? – Из приклада сломанного оружия, я вытащил магазин. В плазменной пушке, им была небольшая круглая батарея, чуть больше обычной бытовой, но раза в два тяжелее. Надписи стерлись вместе с копотью, но сама она выглядела целой. – Оптику тоже прикарманю, будет время – разберу и достану линзы, хоть что-то должно было уцелеть, в солнечную погоду сэкономим спички. Как раз посоревнуемся, кто быстрее добудет огонь без спичек.
 -Три выстрела. – Славя смотрела на индикатор, и не верила своим глазам. Батарея сидела в магазине как влитая, а на дисплее возле приклада, отображался уровень заряда. – Вы понимаете, что это значит?
 -Прототипом твоей винтовки, стало оружие, которое Док принес из другого мира. – Разрозненная информация, потихоньку складывалась воедино. – Если Док побывал тут, и смог вернуться, значит как-то выбраться из мира можно. И неработающие порталы Юли, не единственный способ.
 -Ты прав. Но это не всё. – Славя довольно улыбнулась. – Это значит, что Док точно вернется за нами, будет нас искать, а может, и не один!
 -Давайте двигаться дальше, надо успеть найти место для ночлега, и поесть. – Юля фыркнула, одна из пролетавших мошек решила покончить со свое бренной жизнью неё в носу. – Только немного отойдем от реки, эти насекомые уже надоели!

 Отойти далеко от реки не удалось, там, где кончался каменистый берег, заросли сильно сгущались, и затрудняли передвижения. Когда Славя в третий раз наткнулась на паутину, то приняла решение вернутся на изначальный маршрут. Ночь становилась темнее, тот тусклый свет, который давали звезды и молодой месяц, скрыли набежавшие тучи. Вот бы обошлось без дождя, мокнуть совсем не охота, особенно учитывая наступившую прохладу.
 -Вот это место, подойдет. – Сказала Славя, облюбовав для ночлега небольшую полянку на холме неподалеку от реки. - Располагаемся, если кому-то надо отойти в кустики, то быстрее, пока ещё хоть что-то видно. Костер разводить, думаю, не будем. Перекусим на скорую руку.
 -Спокойной ночи. – Пожелал я девочкам, располагаясь на кучке листьев. Внутренняя паранойя, заставила раскидать в просветах между деревьями дополнительных сухих веток. Пускай на это и ушло лишних десять минут. Собирая мягкие ветки с листиками для девочек, я срывал ещё и сухие, кидая их под ноги, но, теперь если к нам попробует подобраться что-то крупное, я услышу. Юля чуткая, но береженного как говорится…
 -Спокойной. – Согласилась Юля, перетаскивая свой импровизированный матрац ко мне. Заметив мой удивленный вид, она объяснила. – Уже сейчас холодно и сыро, что ночью будет? Зачем мерзнуть одной, если вместе будет теплее.
 -Уверена? – Переспросил я неку, хоть в глубине души и был всеми руками за такое общество. Славя, весь день поддерживавшая наш темп ходьбы, уснула без задних ног стоило только белокурой голове коснуться лежанки.
 -Ты меня не обидишь. – Это был не вопрос, Юля утверждала. – Ещё на корабле, я стала приглядываться к тебе. Ты хороший.
Я лежал на боку и не находил слов, они тут будут лишними, а Юля просто пристроилась рядом. Легла со спины, и обняла меня обеими руками, прижалась плотнее, чтобы сохранить тепло. Мягкий нос девушки уткнулся в основание шеи, её дыхание заставляло мурашки маршировать по спине. В нос ударил приятный аромат трав, смешанный с запахом самой девушки, убийственный коктейль. Уже засыпая, она закинула на меня одну ногу, и мурлыкнула что-то, что можно расценить как спокойной ночи.
 -Уснешь тут, как же. – Едва слышно прошептал я под нос, стараясь отрешиться от ушастого соблазна. Что-то мохнатое коснулось лодыжки, хорошо я быстро понял, что это просто хвост Юли. Перед лицом колыхалась от ночного ветра трава, тучи расходились, так и не пролившись на землю дождем. В свете месяца я заметил колокольчики, маленькие цветы двигались, в такт воздуху. Тепло Юли умиротворяло, так легко, приятно, спокойно… Сознание уплывало. Ночные тени размывались всё сильнее, вдалеке слышалось уханье одинокой совы.

***



 Вспышка света.

 Снова тропический лес, огромные деревья с длинными стволами, чьи кроны возвышаются на много метров над землей. Солнце едва-едва пробивается сквозь густую листву и лиан, под сенью леса царит влажный полумрак. Мир вокруг заполнен множеством звуков, крики обезьян, стрекотание насекомых, шелест листвы под ногами. Я иду, пригибаясь, то же самое смуглое тело, в котором я лишь наблюдатель. Но теперь это уже не ребенок, юноша, лет пятнадцати – шестнадцати. Поджарое тело, пусть и худое, но жилистое и ловкое. Сегодня мой обряд совершеннолетия. Мужчиной в племени можно стать лишь тогда, когда в одиночку убьешь лесного хищника, причем, чем солиднее трофей, тем больше уважения охотнику. Двойственное чувство, я одновременно и я, и он. С ума сойти можно, учитывая то, что какой-то частью сознания, я понимал, что это сон. Своего рода видения, доставшиеся от Кукулькана.

 -Больше никто не сможет насмехаться надо мной. – Едва слышно шепчут сухие губы, на том же самом древнем языке, который я почему-то понимаю. В руках копье с грубым наконечником, и кривой нож за поясом. На лице раскрашенная ритуальная вязь, сложным узором покрывающая лицо.
Парень не терял времени даром, сейчас его движения были плавными, гибкими, и совсем не походили на того ребенка. В лесу возле ручья, двигался хищник, выслеживая другого хищника, древние как сам мир инстинкты, вели его. Но было у юноши то, чем не могли похвастаться другие его соплеменники.

 Вспышка света.

 И зеленый мрак леса теряет цвета, остается лишь черное и белое, а на стыке их призрачно-серое. Миг, и вокруг вспыхивают сгустки мерцающего тумана. Мышки под лесной подстилкой, любопытные макаки в кронах, змея на соседней ветке: всё, в чем теплится искра жизни, сверкает в негативном мире. Среди небольших сгустков, отчетливо видно красный туман, большой сгусток энергии на одной из крупных веток. Если приглядеться внимательнее, то начинаешь различать пятна и желтую шерсть. Ягуар, грозный хозяин джунглей, беспощадный хищник, которого трудно разглядеть. Обычно, охотник замечает его только в прыжке, и это становится последним зрелищем, что он видит в подлунном мире. Усилием воли, заставляю ветер дуть в мою сторону, чтобы хищник не мог учуять запах человека. Смуглый парень чувствовал стихии как часть себя, не приказывал, не колдовал, для него изменить поток ветра было так же естественно, как шевельнуть рукой.
Он даже не стал пытаться подкрасться к зверю, или бездумно атаковать его. Зачем? Вместо этого он затаился, ожидая. Парень был намного умнее своих соплеменников, раз ягуар ждет возле водопоя в засаде…

 Только ближе к вечеру, на водопой пришло несколько тапиров, зверьки и не подозревали, что над ними приготовился к прыжку смертоносный хищник. Под шерстью ягуара перекатывались мускулы, глаза внимательно выбирали цель, бесшумной тенью он спрыгнул на голову одной из своих жертв. Пока остальные бежали в ужасе. Острые клыки вспороли шею тапира, а когти исполосовали тело. В тот самый момент, когда истекающее кровью травоядное животное испускало последний вздох, атаковал самый страшный монстр – Человек. Ветер стал крыльями, толкнувшими тело вперед, его бушующие потоки сносили ветки и листья с пути живого снаряда с копьем в руке. Ягуар не успел отреагировать, когти завязли в добыче, а клыки наслаждались кровью, пока охотник не стал жертвой.
Копье пронзило сердце зверя, и туман медленно клубясь, стал истекать из него, сама жизнь, покидала плоть. Зверь рвался, боролся за жизнь до последнего вздоха, оглашая лес яростным рыком. Но я держал трещащее древко, молясь, чтобы оно не переломилось. Страшным усилием воли, юноша не стал пить эту энергию. Иссушенные тела распадались прахом, стоило поглотить туман, а вождь вряд ли примет такой трофей. Ягуар умирал, хрипел в агонии, но его глаза до последнего смотрели на убийцу. Я не питал иллюзий, охотник может только убить этого зверя, но не сломить или победить, в этом людям до них далеко, очень далеко.

 Вспышка света.

 Костер, рядом лежит шкура зверя, завтра утром юноша уже покажет её вождю, и станет мужчиной. Ему разрешат выбрать женщину, и построить дом, завести семью, он подарит своим детям то, чего никогда не мог познать сам. Неплохо для бывшего сироты. Ночные мотыльки, изредка пролетавшие мимо костра, падали с обугленными крыльями.
 -Вы, без тени сомнения, летите на пламя, погибаете…- Задумчиво проговорил смуглокожий, в глазах которого отражались языки пламени. – Зачем? Это, смысл вашей жизни? Сгореть? А в чем тогда наш…зачем человек рождается?
 Я протянул руку над огнем, ладонью вниз. Странное чувство, тоски и одиночества заполнили душу. У него никогда не было семьи, он просто не помнил её, очень рано оставшись сиротой. У него не было и друзей, племя не слишком трепетно относилось к слабым детям, тем более не родным. Языки пламени медленно и послушно угасали, пока не остались только тлеющие угли. Тишину лунной ночи нарушили.
 -Было ошибкой выслеживать меня в одиночку. – Он первым поприветствовал ночного гостя. Вдруг. Из темноты вылетел небольшой дротик, однако сгустившийся ветер, замедлил его, настолько, что охотник поймал снаряд голыми руками, и пригляделся к острию... – Яд древолаза, подлое оружие, подлого человека. Выйдешь сам? Нет? От меня не спрятаться.
 Я закрыл глаза, и поднял голову к небу. Воздух вокруг завыл, порывы ветра раскидали угли, зашуршали кроны деревьев, ветер был моим телом, продолжением собственного я. Всё чего он касался, чувствовал и человек, единство со стихией. Рывок, и прячущийся за деревом соплеменник падает, придавленный к земле ногой, ставшей вдруг очень тяжелой. Наконечник моего копья утыкается в горло, ещё миг, и он пронзит артерию, отправив нападающего к праотцам. Рядом валяется духовая трубка, с так и не пригодившимися ему отравленными дротиками. Другого оружия нет. Как глупо, вверять свою жизнь одному лишь яду.
 -Не дает покоя, что ритуал я пройду раньше тебя? – В нападавшем человеке, я узнал туземца, того самого который задирал парня ещё с детства. – Где остальные твои друзья?
 -Эти шакалы решили оставить тебя в покое. – Придав ленный к земле человек, сделал попытку подняться на ноги, но я только сильнее прижал его ногой. От бессилия он сплюнул, и зло проворчал. – Я думаю иначе! Такой как ты, не должен пройти ритуал! Все знают, что ты странный.
 -Однако, твои друзья умнее, раз не стали трогать меня. – В моих глазах, враг уже был мертв, отпусти крысу сейчас, и она обязательно вцепится со спины. Мне не нужны живые враги.
 Лезвие копья перерезало артерию, и из шеи толчками полилась кровь. Сердце человека делало удар за ударом, но крови становилось всё меньше. Ягуар умер достойно, а этот, визжал как крыса, скулил и плакал. Шакалы ничего не могут поодиночке, только здохнуть. Минус ещё один враг, осталось не так уж и много, о, все ещё увидят, на что я способен. Уже разворачиваясь, он заметил туман, у человека, пусть и такого убогого, его было больше чем у любого зверя. Искры энергии, растворяющиеся в пространстве, самое желанное, самое манящее естество на свете. Если душа животного способна наполнит тело силой, а разум эйфорией, то, что может человеческая? Просто протянуть руку, и поглотить его, так хочется. Эта жажда превышающая простое желание. Это чувство усталого путника перед чашей с чистой ледниковой водой, это чувство умирающего от голода, перед ароматным куском прожаренного мяса, это чувство молодого юноши, перед обнаженной красавицей. Жажда, желание, нестерпимый, ГОЛОД

 -Подожди, давай я объясню тебе, почему не стоит этого делать. – Голос раздался из-за спины охотника, который замер над остывающим телом. Спокойный, глубокий, немного отрешенный, и, самое интересное, он говорил на чистом русском. Поэтому часть меня, что была древним охотником, не поняла ни слова, а вот Ричард, я настоящий, был, мягко говоря, в шоке.
 Автобус. Икарус с номером 410 и включенными фарами, на свет которых уже собиралась ночная мошкара. Как он появился посреди тропических джунглей, где нет дорог это одно, а вот как, он оказался во времени, когда ещё автомобиля не существовало как данность, уже другое. Водительская дверь была распахнута, а на земле рядом, стоял Толик. Тот самый полноватый и лысеющий паренек знакомый мне со встречи в хранилище, с глазами настолько глубокими, что казалось он, видел всё в этом мире. Сейчас на нем была пионерская форма, если я правильно распознал эти шорты и галстук, интересно, никого не смущает, что ноги у пионера волосатые как у взрослого мужика?
 -Он меня не понимает. – Пожаловался Толик кому-то в автобусе. – Сёма, ты, совершенно случайно, не знаешь древние языки Майя, или наречия полуострова Юкатан?
 -Откуда. – Ответил скучающий голос из открытого окна икаруса. С одного из сидений, наружу смотрел молодой паренек, с каштановыми волосами, на глаза его падала тень, и разглядеть удавалось только нижнюю часть лица. Выходить из автобуса, он по видимому не собирался. – Ты говорил, что доставишь меня на новый цикл, так почему мы тут? Не верю что ТЫ, мог ошибиться в пространстве и времени.
 -Иногда, важен сам путь, а не его конечная цель. – Толик внимательно смотрел на меня. Охотник замер. Возникшая из ниоткуда железная машина, шокировала туземца. Смуглокожий чувствовал, как внутри этой странной, незнакомой ему вещи, движется огонь. А я, в отличие от необразованного индейца, понимал, что он ощущает работу двигателя внутреннего сгорания.
 Кукулькан перехватил копье, готовясь бросить его в незнакомцев. Толик совсем не нервничал, глядя на острие, только что оборвавшее жизнь второго индейца, а вот незнакомый мне человек, по имени Семен, спрятался за сиденьем, побормотав что-то похожее на -Ну нахер.
 -Дороги назад не будет. – Толик помогал себе жестами, показывая то на труп, то на охотника, а затем на оружие. Под конец, он сделал вид, будто ест что-то. – Поглотишь душу разумного, и больше никогда не сможешь остановиться, станешь ненасытным монстром, который уничтожит твой народ. Довольствуйся животными, прошу, пойми же.
 Я не думаю, что смуглокожий понял хоть слово, но он не стал поглощать туман. Искры растворились в воздухе, отправившись далеко за грань. Толик поднял руки вверх, демонстрируя, что он безоружен, и медленно отступал к автобусу. Ноги уверенно ступали по траве, огибая камни. Когда он запрыгнул за руль, с довольно ловкими для его комплекции движениями, Семен спросил его.
 -И что, думаешь, это поможет? – Голос парня был нервным, не люблю таких. – Он мог и нас, того… Посмотри, он же убил его, убил!
 -В будущем он так и остался монстром, но не попробовать, я не мог. – Печально сказал водитель, надавливая на педаль, с легким шипением пневматического затвора, дверь закрылась, а автобус становился прозрачным. Последними словами, прозвучавшими в ночных джунглях, стали… - Кто знает, может мы только что создали вариант будущего, где он не стал монстром. Миров бесчисленное множество, нам, кстати, пора в один из них. Ты ведь не хочешь заставлять её ждать?
 Я недолго смотрел вслед исчезнувшему металлу. Мановение руки, и земля под погибшим туземцем становится мокрой и рыхлой, пропитываясь из подземных течений, а затем, она осыпается, погребая тело, и смыкаясь над ним. Поднимая шкуру, я не думал больше о бледнолицем человеке, в необычной одежде. Завтра одинокий сирота исчезнет, вместо него в племени появится полноправный мужчина, который больше не будет страдать, и терпеть лишения.


Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Славя(БЛ) Юля(БЛ) Виола(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 14. Выбран вариант с Доком в рейде.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 10

часть 11

часть 12

часть 13


 Объект «Атлантида»: Запись в информационных файлах организации.
 Тип:аномалия местности.
 Код: зеленый (практически безопасна)
 Уровень регистрируемого излучения: 3%
 Примечания:

 Атлантида – мифический остров, воспетый античными деятелями искусств и философами. В своих трудах, её упоминали Платон, Геродот, Сократ, и не только они. Многие годы, этот материк оставался просто красивой сказкой. До тех самых пор, пока организация не нашла её.
 Разрушенный город, ушедший под воду, от которого остались лишь затопленные руины. Находится по координатам [Доступ запрещен] на дне Атлантического океана. Обнаружить Атлантиду, а вернее, то немногое, что от неё осталось, удалось лишь с помощью измерителя аномалий. Город покоится в нескольких километрах под толщей морской воды, там, где не прокладывали подводные коммуникации, и не исследовали детально ландшафт.

 Руины дают слабое, но стабильное излучение в 3%, на много миль вокруг, именно благодаря остаточному фону, Атлантида и была найдена среди подводных скал. Исследования с помощью глубинных дронов дали интересные результаты. Пусть Атлантида и покоилась на дне моря многими столетиями, кое-что из её наследия сохранилось. Первое, и самое важное. В Атлантиде было электричество, или что-то наподобие него. Об этом говорят металлические механизмы, сплав которого обладает повышенной проводимостью энергии (лучшей, чем у самых современных сверхпроводников!), а так же остатки чего-то служившего изоляцией. Второе, сохранилось много металлических статуй, посуды, и прочих выплавленных из металла предметов быта. Это говорит о высоком развитии промышленности. Слишком высоком для того времени.

 Источником аномального излучения, является разрушенный собор, расположенный в самом центре руин. На стенах сохранились барельефы, письмена расшифровываются, пока безрезультатно. Среди развалин здания, валяются обломки статуи. Человекообразная скульптура, если верить аналитикам, была почти 30 метров в высоту, до того как её разрушили, и состоит из того же сплава сверхпроводников.
 Дополнение: Примерный перевод с барельефов собора, который удалось получить недавно. «Нас погубила не природа, не катаклизмы, а собственное тщеславие»
 Заключение: Место нахождения руин, держать в строжайшей тайне. Территорию надводного и подводного периметра, закрыть для всех судов, приравняв к военному объекту. Статую и остальные части металла поднять со дна, и доставить в [Доступ запрещен], для дальнейшего исследования. Отдел аналитиков: «Шурик»

Ричард.



 Вспышка света.
 Город. Странный город, погруженный в тень тропического леса. Деревья окружают его со всех сторон, лианы ползут прямо по зданиям, редкие лучи света пробиваются сквозь густую листву, и играют бликами на стенах. Каменные дома, с пустыми провалами вместо окон, чей проем задрапирован занавесями из грубой ткани, вписаны в окружающий мир, не нарушая гармонию деревьев. Видимо, строители не вырубили ни одно из них, из крыш некоторых зданий, торчали громоздкие кроны, чьи стволы служили основой дома. Множество смуглых людей, занятых повседневной работой. Расхаживающих в минимуме одежды, а так же с необычными украшениями из костей и перьев. Рядом какая-то грандиозная стройка, к которой тащат большие камни.

 Смотрю на свои руки, почему они такие худые, меленькие, и, черт побери, смуглые! Пыльные, грязные пальцы, все в ссадинах и порезах. Антисанитария, жуть!
 -Что за чертовщина! – Хочется кричать во весь голос, но губы не могут разомкнуться, тело не слушает меня.
 -Держи, заслужил. – Одна из девушек в набедренной повязке и письменами на лице, протянула мне глиняный кувшин, не знаю что в нем, но пахнет вкусно. Она говорила на незнакомом мне языке, с множеством согласных звуков, однако я понимал, понимал смысл каждого её слова. – Завтра приходи ещё, вождь награждает всех, кто помогает строить его усыпальницу.

 Вспышка.

 Ноги сами шли, я был словно сторонним наблюдателем, в собственном теле. Или, не собственном? Пыльная дорога, ничем не вымощенная и с множеством ям, горячий, влажный воздух, дышать которым весьма сомнительное удовольствие. Но этот город - мой дом, приходит понимание из глубин «Я».
 -Какая встреча! – В одном из переулков меня окружила толпа подростков. Самый высокий и самый уродливый парень, глава местной шайки, эти пятеро зазнавшихся гадов, постоянно меня достают. Почему я смотрю на них снизу вверх? Мои ноги, такие короткие, я что, ребенок?!
 -Дайте пройти. – Пытаюсь обойти, но все пути к отступлению перекрыты. До чего же писклявый у меня голос!
 -Отдавай кувшин, и иди на здоровье. – Мерзкая ухмылочка главного, посмотрел бы я, окажись он тут один, без своей стаи шакалов.
 -Я его заработал! Пока вы лежали в тени, как стая ленивых макак! – Пусть ростом и не вышел, это не значит что я слабак, и просто так сдамся.

 Вспышка.

 Кое-как встаю на ноги, в голове шумит, ударили сзади, когда я отвлекся. Как подло! Рядом валяется один из нападавших, возле которого лежит мой разбитый кувшин с маслом. Прощай ужин, снова спать голодным. Ещё чуть подальше, глава банды, с рассеченной бровью. Пусть меня и побили, невредимым не остался никто, чем не повод гордиться собой?
 -Ты пожалеешь, наглый сирота! – Двое схватили меня, вывернув руки за спину. Почему я так слаб? Почему это тело, такое хрупкое и тщедушное? Побить пятерку невооруженных людей, это не самое тяжелое для бойца моего уровня. Пока я пытаюсь вырваться, заводила берет с земли осколок кувшина, и с явными намерениями порезать меня, приближает острый край к моему горлу. – Никто не будет по тебе плакать. Держите его крепче, он же дергается! Подожди, сейчас заскулишь как девчонка.
 -Уроды, здохните. Здохните все. – Я мог только бессильно кричать, в надежде, что хоть кто-нибудь услышит. Убить не убьют, но унизят, будет больно. Сколько можно? Почему надо издеваться над тем, кто слабее, над тем, у кого нет семьи и его некому защитить. НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ ВСЕХ ВАС! Воля и гнев, превратились в энергию, окружающие камни и воздух, стали частью меня. Они ощущались, так же как и руки, как ноги, стихии стали моей плотью и кровью, отвечая на стремления души. Дрогнула земля, налетел сильный порыв ветра. С легким треском, от крыши над переулком, отвалился большой камень, и полетел вниз.

 Вспышка.

 Тело главаря остывает, из разбитой, лопнувшей как спелый арбуз головы, течет густая алая кровь. Тягучая жидкость смешивается с дорожной пылью, а в теле угасает мерцающий туман. Остальные четверо бегут, орут во всё горло. А я… Мне не жалко этого человека, нет ни страха, ни огорчения, только радость что одной проблемой стало меньше. Получи что заслужил! Лишь безумный смех вырывается из горла, собаке – собачья смерть. Жалкие, слабые, убогие, я вас…Ненавижу.

***



 Вспышка света. Это солнечный луч, пробившись сквозь колыхающуюся от ветра листву, ударил сквозь веки прямо в глаз. Я возле родника, там же, где вчера уснул.
-Машу вать! – Постепенно прихожу в себя. Я лежу, глаза закрыты. Руки-ноги на месте, о мои мускулы, как я по ним соскучился. Привычное ощущение собственной силы, к которой я привык, когда каждая связка готова к нагрузке. Фух, это был сон. Но какой, с-сука, реалистичный! Аж до костей пробирает. Как там говорил китайский философ? «-Снилось ли ему, что он бабочка, или бабочке снилось, что она человек?». И как звали этого китайца? А впрочем, пофиг. Важнее, что это за приятная тяжесть под боком?

 Медленно смотрю направо. Вот это поворот! Славя лежала на охапке листьев, там же, где уснула вчера, а вот Юля. Ушастая перебазировалась на мою лежанку, и использовала бренное тело Ричарда как подушку-обнимашку. При этом спящая девушка вела себя довольно странно. Ресницы подрагивают, кончик хвоста выписывает в воздухе пируэты, и вцепилась она довольно крепко. Не скажу, что чувство неприятное, наоборот, невероятно возбуждающее. Молодая, мягкая, и приятно пахнущая девушка, прильнувшая под утро к мужчине. Посапывает, как пригревшая кошка, едва ли не мурлычет. Ляпотаааа. И странный лимонно-мятный запа… Точно! Я же весь в кошачьей мяте! Ну, наркоманка хвостатая.
 -Юля, просыпайся, уже утро. – Легонько потряс я неку, стараясь не смотреть на открывшиеся виды, и отрешиться от упругих холмиков, так призывно давящих на плечо. Вчера, убедившись что запах травы защищает от кровососов, я позволил себе раздеться до трусов, и в данный момент между мной и Юлией, пролегала только тонкая ткань её потрепанного платья. Я целомудренный, я спокойный. О-о-о. Не удержавшись, потрепал пушистое ушко. Так приятно! – Юль, вставай, или я за себя не отвечаю.
 -Мрр. Ричарррд, а как ты оказался на моем дереве? – Девушка протирала тыльной стороной ладони заспанные глаза, и только сейчас огляделась. – Что я тут делаю? И чем так приятно пахнет?
 -Ну, это… - Я не успел объясниться. Юля принюхалась, зрачки глаз девочки-аномалии расширились. Ничего не смущаясь, она легла мне на грудь и уткнулась носом в шею, делая глубокие вдохи-выдохи. Начав урчать и тереться о кожу. Пальцы девушки рефлекторно сжались, оставляя на моих плечах царапины, не до крови, но немного неприятно, или, приятно. О, я ещё и мазохистом становлюсь, просто замечательно.

 -Доброе утро, отряд. О, для кого-то даже слишком доброе я смотрю. – Славя проснулась, и сейчас внимательно наблюдала за открывшейся её взору «порнографией». Улыбаясь, блондинка спокойно спросила. – Может мне погулять часик?
 -Ты знала, что у Юли такая реакция на кошачью мяту? – Спросил я у валькирии, хотя на язык просилось комическое «-Это не я, она сама пришла».
 -Вот значит как? – Славя задумалась. – Если честно нет, не знала. Прыгай в воду, глядишь отпустит. Или, наоборот, сорвать вам ещё пучок?
 -Проще сказать, чем сделать. – Пробурчал я, мысленно утихомиривая либидо. А ведь будь мы тут вдвоем с ушастой, может и обломилось бы. Нет, Юля наш друг, пользоваться таким её состоянием, стало бы натуральным свинством с моей стороны!
 Кое-как поднявшись на ноги, я прыгнул в холодную родниковую воду, прямо с Юлей на руках. Отцепить её от себя, получилось бы разве что с потерей части тела. В момент погружения, девочка наверняка пожалела, что не отпустила меня.
 -Ай, холодно! – Взвизгнула от неожиданности Юля, мгновенно приходя в себя, и выпрыгивая на берег. Глаза отряхивающейся девушки говори о том, какая я сволочь, и садист.
 -Прости, это был единственный способ. – Говорил я, тщательно обмывая кожу чистой водой. Ещё бы бритву сюда, небольшая щетина на подбородке начинает раздражать, но, мечты, мечты. Главное, смыть запах. – Ты не реагировала на внешние раздражители, точнее реагировала, но только на один. На аромат мяты
 -Тут ничего не поделаешь, природа. Кошачья мята бьет мне в голову, и валерьянка тоже. Почти как вам алкоголь с афродизиаками. – Юля чихнула, распушив мокрый хвост, ушки прижались к голове. Солнце только встало, воздух ещё не прогрелся до привычной дневной жары, и был довольно холодным. – Ладно, в качестве извинений, пожаришь мне рыбку. Раз уж я и так мокрая…
 С этим словами, она побежала в сторону реки. «Рыбачить». Раздавшийся оттуда громкий всплеск, стал ознаменованием очередного истребления речной живности. Ну да ладно, гринписа тут нет, вегетарианцев тоже не наблюдается. Как говорится, ешь, чтобы жить, и мы не виноваты что рыбка единственный источник белка в этом ущелье. Употреблять в пищу растущие на стволах странные грибы, со свисающими нитями, никто не спешил. Как и некоторые виды, незнакомых даже мне, ягод. А птиц, в изобилии прыгающих в кронах деревьев, подстрелить было нечем. Ну, с голоду не помрем, отец учил меня добывать пищу в дикой природе. По принципу жри всё что двигается, а если не двигается, двигай, и жри!
 -Тебе помочь, гроза семейства кошачьих? – Поинтересовалась ехидно Славя из воды. Выспавшаяся и бодрая, она, фыркая от холода, умывалась в роднике. Не став терять время, пока я был занят тем, что собирал ветки и разводил костер.
 -Я не специально! – Смущенно ответил я капитану, ну не знал я, не знал.
 -Верю. Но согласись, забавно получилось. – Кончик носа Слави, покраснел от прохладной воды, девушка даже шмыгнула пару раз носом. Как бы ни заболела, хотя, в джоях вроде есть инъекторы с антибиотиками, надо будет посмотреть.
 -Это, да. Меня чуть удар не хватил, проснулся, а тебя сжимают, как добычу. – Правда, сжимают очень нежно, прикасаясь прекрасным девичьим телом, и удар был бы скорее от удовольствия, но вслух я этого не скажу…

 Костер разгорелся моментально. Сухая кора для розжига, и ветки покрупнее сверху. Яркое пламя прогнало утреннюю зябкость, на несколько метров вокруг создав зону тепла и комфорта. Славя присела рядом, с кожи девушки на траву стекала вода. Свои белокурые волосы, Славя перекинула через плечо, себе на грудь, чтобы те быстрее высохли. Что удивительно, они не утратили свой лоск за эти дни, вот что значит натуральная красота. Сомневаюсь, что капитан прячет в кармане шампунь. Она, так и не облачилась в костюм, и, как собственно и я, щеголяла черным бельишком. Картина маслом «Лагерь эксгибиционистов», сейчас ещё Юля придет платье сушить, предварительно его сняв, и можно фотографироваться.
 -Эх, ещё бы рюкзак с туристическими принадлежностями, и можно сказать, у нас полноценный отпуск. – Расслабленно проворковала девушка, сгруппировавшись и обхватив руками колени. – Палатка, котелок, чашки, соль, пакетик чая.
 -Ага, турфирма Док и КО, путешествия в иные миры, новые знакомства и возможности. Порталы на любой вкус. – Я усмехнулся, повторяя позу Слави и группируясь, о, так действительно теплее. – Хорошая компания в заказ не входит.
 -Кстати насчет компании. Ричард. – Славя вдруг стала серьезнее. – Как думаешь, куда подевался Кукулькан?
 -Без понятия, сгинул, наверное, в портале. Тут мы появились уже втроем. – Соврал я. Славя потеряла сознание раньше, чем нас затянуло в портал, и наверняка не видела развязки. Не хочу говорить о моих подозрениях, но и голову в песок тоже прятать не буду. Если я одержим аномалией, то просто покину их. Убегу одной ночью, и постараюсь выжить, забрав опасность с собой. А пока есть возможность, попробую держать себя в руках.
 -Погоди, эти не жги. – Я остановил Славю, уже занесшую над костром очередную порцию дров, вот только эти она собирала сама. – Видишь, ветки не совсем сухие.
 -Хорошо. – Девушка не стала строить из себя супер умного начальника, и отложила топливо в сторону. – А почему? Не подумай что это праздное любопытство, но ведь вчера кидала вечером, да и эти уже спокойно сгорят, пламя поднялось неслабое.
 -Я собрал только самые сухие дрова, они почти не дают дыма, который днем видно за много километров. – Пояснил я ситуацию. Эх, нравятся мне спокойные люди, которые воспринимают, что им говорят, и не спорят по пустякам. – А твои ветки, хоть и сгорят, но надымят на всю округу, а мы не знаем где находимся.
 -А ты молодец Ричард. Нет, правда, не смейся. – Славя надулась, глядя на мою улыбку до самых ушей.
 -Без обид, я не над тобой смеюсь. Просто рад, что мы вместе, я, ты… - Начал я, но нас прервал шелест кустов.
 -И я! – Произнесла Юля, крайне довольная собой. В этот раз наша добытчица вернулась со щукой, причем немаленькой, размером с половину её роста. Надеюсь, не вся фауна тут настолько гипертрофирована, встреча с огромным волком или медведем меня не прельщает.
 -И как она тебя не цапнула? – Задал я вопрос ныряльщице.
 -Я ловкая. А когда ещё и голодная, мне вообще никто не страшен, давай готовь, нечего прохлаждаться! – Юля сгрузила добычу мне, и уселась возле огня, рядом со Славей. Снимать платье в этот раз не стала, а жаль. Судя по тому, что добыча не подавала признаков жизни, нека отправила её в щучий рай ещё возле реки. Действительно, одно дело тащить живого сома и совсем другое хищную рыбу.
 -Как скажете, госпожа. – Поклонился я девочке. – Обождите минутку, и кушать будет подано.
 -Ричард, хватит играться, давай готовь. Я приказываю как глава нашего отряда. – Славя пригрозила мне пальчиком, обе девушки не сводили голодных глаз с будущего завтрака. – Спасай нас от голодной смерти.

 За минуту управиться не удалось. Войдя в раж, я не только выпотрошил и почистил рыбу, но и дождался догорания костра, на углях будет намного вкуснее, чем жарить на открытом пламени. Мне бы фольгу, щепотку соли и лимончик и лук…такое бы сварганил, но нету. К тому времени как завтрак был готов, и ароматы рыбьего барбекю наполнили воздух, солнце уже основательно прогрело пространство, и отслужившие свое угли пришлось закидать землей. Около двадцати минут, все молча наслаждались свежим нежным мясом, которое ещё час назад плавало и жрало карасей. Мы прямо как древние люди, без соли и столовых приборов, едим с палочек предварительно обструганных ножом. Осталось найти пещеру и разрисовать там стены, например, изобразить на камне Юлю, вот удивятся археологи этого мира лет через двести-триста.
 -Как думаете, куда выведет ущелье? – Начала разговор Славя. Рядом с блондинкой валялась небольшая горка косточек, как и возле нас с Юлей. – Там данных нет ещё с флешки?
 -Если бы! – Ответил я, посмотрев на экран. – Чертов носитель уперся, джой до сих пор расшифровывает.
 -Можно оставаться здесь, какое-то время. – Подала идею ушастая. Юля задумчиво догрызала рыбий хвост, с подкопченными плавниками, и, по виду, была вполне довольна жизнью. – Мне тут нравится, много рыбы, и целых два друга, которые меня видят. Сюда бы ещё Дока для полного счастья.
 -Ладно. Посидели, а теперь надо двигаться. Здесь неплохо, но надо разведать местность. – Славя вытерла руки об траву и первой поднялась на ноги, подавая нам пример. На сытый желудок двигаться немного лень, но что поделать? Рыбу бросать было жалко, на солнцепеке она быстро испортится, вот и набили животы. – В крайнем случае, всегда можно вернуться назад. И советую всем напиться, как следует, вода в реке тоже питьевая, но родниковая чище, а фильтры надо беречь, неизвестно насколько мы тут застряли.
 Опять дорога, опять жара, причем жара невыносимая, сильнее, чем вчерашняя. Над камнями возле реки поднималось марево искаженного воздуха, настолько их припекло. Даже двигаясь под деревьями, в тени, дышать было почти нечем. Такое ощущение, что в нос дует раскаленный воздух из фена. Гомон птиц начинал действовать на нервы, сейчас бы хоть рогатку! И душу отвести, и мясом запастись. Вон те пернатые похожи на соек, орут во всяком случае так же громко, а насколько я помню, они съедобные. Одно утешение, по пути удалось собрать несколько пучков душистых трав, старательно игнорируя при этом кошачью мяту. А значит ночь без комарья нам обеспечена, вон, Славя тоже чешет плечи, её неслабо покусали.
 -Нет, стоп, я так больше не могу! – Славя остановилась, прислонившись спиной к стволу дерева. – Упасть от теплового удара не хочется. Давайте обождем до вечера.
 -Я за, обеими лапами. – Тут же согласилась Юля, и юркнула в тень ближайшего дерева. – Поспим днем, а ночью пойдем дальше?
 -Не получится. – Ответил я, и объяснил девушкам. – Ночью придется включать фонари или диоды на джое, единственный источник света в темном ущелье. Это не прогулка по вечерней набережной. Даже если нас не заметят опасные ночные хищники или враги, то мошкара со всей реки слетится точно, а идти и отплевываться от тучи гнуса то ещё удовольствие, и выматывает страшно. Днем адское пекло, думаю, здесь такое изобилие жизни только благодаря реке, а там где нет пресной воды, будет настоящая, выжженная солнцем пустошь. Я предлагаю двигаться с рассветом, пока не сильно жарко, и вечером, пока не стемнело. Остальное время - отдыхать. Это, самый оптимальный вариант.
 -Согласна. – Кивнула Славя. – Тогда давайте отойдем ближе к склону, там прохладнее, а вечером, как духовка остынет, продолжим движение.
 У самого подножия скал, росла густая темно-зеленая трава. На ней мы и расположились, сырость после такой жары, была как раз. Тень от нависающих над головой скал, приятно охлаждала. Кстати, если не считать нескольких пауков, то, вполне, неплохое место. Я сел прямо на один из валунов, предварительно потыкав его палкой со всех сторон и пару раз пнув ногой, встреча с плотоядным крабом до сих пор не выходила из головы. Юля со Славей расположились в траве, убедившись предварительно, что там нет опасной живности. Ветер качал кроны деревьев, и приносил с собой жар с центра ущелья, неплохо. Прохладное место с теплым контрастным обдувом, не хватает только гамака.
 -Слышите? – Юля внезапно застыла, как статуя, только дергающийся кончик носа, да стоявшие торчком уши, говорили, что перед нами живое существо. Хвост девушки встопорщился, глаза забегали по сторонам, она двумя прыжками преодолела разделявшее нас расстояние, увлекая за собой Славю. – Быстро к скале!
 -Что случилось, Юль? – Славя шепотом пыталась спросить аномалию, пока мы прятались непонятно от чего, прижавшись к самому основанию скалы.
 -Тшшшш! – Зашипела девушка, поднося указательный палец ко рту, она велела нам молчать.
 Вдруг, над ущельем пронеслась огромная тень. Пронеслась, и тут же скрылась, сопровождаемая порывом ветра. Довольно резкого, раз даже деревья трещали, а со скал сорвалось несколько камней. Что-то больше пролетело над нами…и, похоже, я слышал хлопанье крыльев.
 -Ушел. – Выдохнула Юля. – Без понятия что это, но инстинкты велели не попадаться ему на глаза. Чуете?
 -Нет, Юля, наши носы не такие классные как у тебя. – Созналась Славя.
 -Пахнет серой, и ещё чем-то, неприятным, похожим на… - Девушку передернуло, было видно, что ей неприятно это чувствовать. – Кровью пахнет. Человеческой кровью.

Док. Комната Виолы.



 -Я всё же думаю, что тебе лучше остаться на судне. – Вечерело. Битый час, мне не удается отговорить Виолу лично участвовать в вылазке. Стоило только красавице выспаться, она включила себя в состав рейда. – Если так хочешь собрать данные этого мира, мы возьмем парочку аналитиков. Информацию с приборов и образцы, ты получишь в полном объеме.
 -Док, я давно не маленькая девочка. – Виолетта продолжала гнуть свою линию. – Твоё присутствие в отряде разведки, делает его безопаснее всех других мест. Удивляюсь, что Алиса и Ульяна не отправятся с нами.
 -Виола, я не часто тебя о чем-то прошу, останься здесь. – Я посмотрел подруге прямо в глаза, и она не отвела взгляд, твердо настаивая на своем. Одна из самых умных особ в организации.
 "-К сожалению ещё и одна из самых упертых и любопытных. – Добавил Ши"

 В воздухе стоял запах кофе, и дыма сигарет. Сразу видно, она готовилась к этому разговору и нервничала, ведь давно старается бросить, и дымит очень редко. Виола повернулась ко мне спиной, обхватив плечи руками, она смотрела в иллюминатор, туда, где за стеклом плескалось море. Наконец, она вздохнула, и очень неохотно спросила.
 -Назовешь причину? – Задав вопрос, она шагнула ближе, почти касаясь меня. Легкий шлейф её духов, приятно сочетался с собственным тонким ароматом молодой девушки. – Знаю, ты ничего не делаешь просто так. Ценю твою заботу, если есть в этом мире человек, которому я могу доверить свою жизнь, то это ты. Скажи почему, и я останусь, обещаю Док.
 -Хорошо, будь по-твоему. – Пришлось согласиться, она хочет объяснений, пожалуйста. – Во-первых, я хочу, чтобы именно ты присмотрела за кораблем. Седой вояка, а Лена пока слишком неопытна, они могут прозевать момент, когда пассажиры устроят бунт. Да Ви, не все в организации белые и пушистые, если они решат, что домой нам не вернуться, могут натворить дел. Здесь остаются все кто мне дорог, защити их. Во-вторых, раз уж сегодня день откровенностей… есть те, кого нельзя заменить, ты-одна из них.
 -В каком смысле? – На мгновение, она дрогнула, и вопросительно уставилась на меня.
 "-Эмм. Чувак. Может не надо? – Подал голос Шиза – Кто знает, как она отреагирует?".
 -У тебя же нет тут прослушки? – Дождавшись утвердительного кивка со стороны Виолы, я продолжил. Пусть, пора показать своё доверие, и, проверить её. – Я знаю, что глава организации, который общается с остальными только через зашифрованную связь и меняя голос программой, это ты. Не хотелось бы потерять основу нашего дела.
 -Дурацкие у тебя шутки. Док. – Сказала она, но побледневшее лицо выдавало девушку. Минута молчания, и она серьезно уточнила. – Кто ещё знает? И как? Как ты узнал!? Я перестраховывалась каждый раз, просто не могла проколоться.
 -Знаю только я.
 "-И я. – Добавил внутренний голос".
 -Что до твоего второго вопроса. – Решил расставить я все точки над и. – То в одном из параллельных миров где мне довелось побывать, организация вышла из тени, и управляла всеми странами, а на вершине её, стояла ты.
 -Думала. Ты начнешь рассказывать про свою наблюдательность, или ещё чего подобного, а ты взял, и выложил всё как есть. Дурак. – Виола улыбнулась, и посмотрела на меня так, этот взгляд…таким на меня смотрела Алиса. – Ты правда мой друг, и очень мне дорог, сам наверное не понимаешь насколько. Но рассказывать такие секреты, Док, надо беречь и себя.
 -Мне лично, мало что угрожает. – Отмахнулся я. - Скажи, вы ведь с аналитиками прогнозировали, ну так, чисто теоретически, какие, против меня нынешнего, шансы, у всех наших вооруженных сил?
 -С вероятностью 17%, пусть и с огромными потерями, тебя удастся устранить. – Ответила Виола, тоном голоса намекая, что это всё глупости, и организация мой союзник. – Если использовать все ресурсы и подконтрольные аномалии.
 -Вы мне льстите, 19%, будет точнее. – Душевный порыв, велел приобнять девушку. Виола не дернулась, и не отстранилась, а я решил поставить в этом разговоре точку, тихо добавив ей на ушко. – Но, в этом случае, погибну только я. Тебе, Виола, я верю безоговорочно, знаю, что ты не предашь меня и девочек, а вот остальным главам организации, не очень. Саманта, добрая искренняя девушка, она вдохновила вас создать действительно прекрасное сообщество, с благородными целями, но время идет, кадры меняются, рано или поздно, кто-нибудь может предать.
 -Все кто возглавляет отделы, следуют своим целям. С самого основания организации, наша внутренняя безопасность на высоте. – Заверила Виола. – Аналитики говорят, что шанс такого, нулевой.
 -Я, фиолетовый единорог. – Сказал, и с удовольствием наблюдал расширенные от удивления глаза Виолы, красивые они у неё, а гетерохромия придает изюминку. – Видишь? Сказать можно что угодно, но правдой, слова от этого не станут.
 -Поняла. – Виола что-то решила для себя. – Раз так, то останусь, и буду смотреть за всеми в оба, а вернемся домой, организую ещё один слой внутренней защиты. И можно вопрос, что ты имел ввиду, говоря «погибну только я»?
 -Направь на меня датчик аномалий. – Попросил я доктора, раз уж пришло время открывать карты.

 Как только Виола включила один из своих приборов, я позволил своей аномалии выпустить пар, на мгновение, она явила миру свою истинную сущность. Абсолют изменил меня, человек может в него попасть, может его покинуть, но отголосок дыхания вечности, навсегда останется в самой глубине его души, на самом дне глаз. Меняя, усиливая, совершенствуя. Надеюсь Ричарда и Славю не особо изменило. Юля гораздо дольше меня путешествует по межизмерению с ней всё будет хорошо, а на Кукулькана срать, пусть вообще сгинет. Черный туман заполнил комнату, но не причинял Виоле вреда, он не опасен для друзей.
 -Это, это невозможно. – Виола как завороженная, смотрела на датчик. Он высветил 101%, перед тем как погаснуть, туман вытягивал энергию из техники. – Ты логия! Всё это время, у нас под носом была логия! Черт, я должна была догадаться, ещё увидев ледяную статую. Раз твоё воплощение в одном мире такое, то и в другом не слабее.
 -Да, в нашем мире я не рискую настолько выпускать её, слишком опасно, но здесь и на чуть-чуть… - За моей спиной, клубы тумана сформировались в голову черной змеи, заполнившей почти всю, отнюдь не маленькую комнату.
 "-Жалко места маловато, не развернуться. – Радостно проговорил Шиза, ненадолго обретая физическую форму. Длинный раздвоенный язык прошелся по щеке Виолы. – Давно хотел это сделать".
 -Донеси ненавязчиво до всех. Если мне навредить, он…-я показал большим пальцем на аномалию за своей спиной. – Убьет того, кто это сделает. Если навредить девочкам и тебе в том числе, то он, разорвет виновного. Логия превосходит физическое существование материи, даже если уничтожить меня, она не исчезнет сразу.
 -Почему, ты не использовал ЭТО против Кукулькана? – Виола совсем не боялась воплощения аномалии, похвально.Осознание того, что она мне доверяет наполнило сердце теплом.
 -Говорю же, опасно. Одно дело ненадолго перейти грань, и совсем другое, сражаться в таком состоянии. – Туман втянулся обратно, и приборы вокруг снова запищали, тот же датчик, показывал всего 23%. – Да и не был уверен, можно ли вообще ранить призрака. Пойдем отдыхать Виола, у меня сегодня последняя ночь перед разлукой с Алисой.

Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Глава 17: «общие секреты сближают»

ссылка на фикбук

новостная группа


предыдущая глава



      Добираясь до дома приходилось постоянно озираться — ну как из-за угла сестра с ножом выпрыгнет. Хотя нет, нож — это как-то слишком кроваво. Пусть будет Советский энциклопедический словарь. Да. Так вот, Анна выпрыгивает из-за угла с Советским энциклопедическим словарём в руках и забивает меня оным насмерть. Неприятная перспектива. Надо поскорее переодеться и огородами бежать на линейку. Площадь — место людное, ну, а при свидетелях мне ничто не угрожает.
 Скользнув внутрь, я убедился, что меня не ждёт засада и только заперев дверь позволил себе расслабиться. Теперь дело за малым — форма. Так, а где она? Форма, форма, форма, форма… Может, опять спёрли? Нет бы что-то новенькое… А, стоп. Вот же. Рубашка, шта… шорты. Ну нет, мне штаны нужны. Ладно, вот и они. Теперь самое тяжёлое — галстук. Да ладно, фиг с ним, просто перекину через шею.
    В дверь постучали. Первая мысль — бежать через окно. Вторая — сестра бы сначала дёрнула дверь за ручку.

    На пороге стояла Славя. Во время зарядки лясы точить было как-то недосуг, а потом она сразу куда-то пропала и пообщаться мы пока не успели. Прошло секунд десять, а она продолжала стоять в дверях и сверлила меня растерянным взглядом, как будто глядела сквозь меня рассматривала убранство комнаты.
 — Привет?
 — Привет, — очнулась арийка, — Надо поговорить. Можно?
 — А-а-а… Да, заходи. — жестом я пригласил её внутрь и притворился, что всё же собираюсь завязать этот дурацкий галстук.
 — Я… Не знаю даже с чего начать… — войдя, Славя села на мою кровать, обхватив локти руками.
 — С начала, — посоветовал я, вспомнив Короля из «Алисы в стране чудес».
 — В общем, мне кое-что приснилось… — заговорила она, — я думаю, что приснилось… Там были вы с Анной и я… и мы были в бункере…
 — Ага. Значит, ты тоже это помнишь.
 — Помню. Хотя сначала думала…
 — Что это только сон. Добро пожаловать в клуб.
   Славя облегчённо выдохнула.
 — Я с утра так перепугалась, думала, что с ума сошла.
 — Ну, в любом случае, с ума люди обычно сходят по одному и видят разное. Так что волноваться не о чем — мы живы и, — я оглядел девушку с головы до ног, — конечности все при нас. И металлического привкуса во рту ни у кого нет. Ведь нет же?
 — Наверное, нет.
 — Ну вот, значит, всё в порядке, — на самом деле, я не помнил симптомов лучевой болезни, но очень надеялся, что никому в голову не приходила идея устроить лагерь над хранилищем отработанного ядерного топлива.
 — То есть, как — в порядке? Но это же неправильно! Такого не может быть! — воскликнула она.
 — Славь, негры в Африке голодают. Вот это неправильно и не может быть. А тут мы имеем дело с явлением, зафиксированным по меньшей мере тремя свидетелями, которые ещё и подопытные.
 — Но ведь это телепортация!
    Её восклицание повисло в воздухе. Я очень не хотел применять этот термин. Всемирно признан лишь один вид телепортации — квантовая, и с перемещением материи и энергии он не имеет ничего общего. Мгновенное изменение координат сложного объекта в пространстве это уже научфан. Мда. Рассуждать в моём положении о фантастике… В конце концов, когда-то фантастикой был и самолёт.

 — Ага, дети подземелья в полном комплекте. — Внутрь нашего прибежища вошла, хлюпая кроссовками, Анна, — Ну-с, что я пропустила?
 — Немногое. Как с Алисой прошло?
 — Положительно.
 — Так она нашлась?! — обрадовалась  Славя, но сразу притормозила — а почему ты вся мокрая?
 — Увы, без нашего участия, — сестра проигнорировала второй вопрос и, стянув майку, выжала её в окно, — в лесу её вовсе не было. Кстати, надеюсь все понимают, что о произошедшем лучше помалкивать?
 — А я считаю, что надо рассказать Ольге Дмитриевне, — заявила Славя, сев на мою койку.
 — Нафига? — Анна уставилась на неё так, будто ей предложили на рассмотрение проект шагающего телеграфного столба.
 — Для науки, — Славя недоумённо пожала плечами, — для чего же ещё? У телепортации огромный прикладной потенциал.
 — Для науки, значит, — усмехнулась сестра, — как бы не так.
 — В лучшем случае, — пояснил я, — подобное заявление проигнорирует любой здравомыслящий взрослый, просто потому что дети не могут сделать открытие века и тем самым подмочить репутацию седовласых академиков в твидовых пиджаках.
 — А в худшем, — добавила Анна, — сюда понаедут эти самые академики, всё засекретят, лагерь закроют, всех отправят по домам. Кроме трёх пионеров, которые подверглись воздействию аномалии, или агрегата, неважно. Этих на полное обследование. Чего? Какой мама-папа? Вы теперь собственность государства, полезайте в этот уютный контейнер, пожалуйста.
 — Но надо же что-то делать! — запротестовала Славя. — Что, если эта аномалия опасна? Если будут побочные эффекты, нельзя просто оставить всё как есть!
 — Если она естественного происхождения, о ней уже в курсе все, кто рыл эти туннели, — у сестры на лице не дрогнул ни один мускул, — если она возникла позже — её тем более засекли. Мы оказались в радиусе действия, заснули, а потом очнулись каждый в своей же постели, то есть, перемещение объектов происходит ещё и относительно друг друга, потому что Андрей был в нескольких десятках метров от нас, когда заснул. Этот же факт свидетельствует о том, что охват у этой штуки нешуточный. Короче, как раз с точки зрения науки, телепортом эта аномалия точно не является.
 — Однако, как бы то ни было, — добавил я, — Славя права. В первую очередь надо позаботиться о том, чтобы больше никто рядом с тем местом не ошивался — пострадавшие нам не нужны. Предлагаю за завтраком собраться и всё обдумать.
 — Если только раньше от зарядки не загнёмся, — проворчала сестра, застёгивая рубашку. — Сколько там на часах, линейку ещё не прогуляли?
 — На часах? — переспросил я и запустил руку в левый карман — их в нём не оказалось. Я решил, что перепутал карманы и другой рукой проверил правый, но нащупал там… ключи. Те самые ключи от спортзала, которые ещё позавчера выдала мне Ольга Дмитриевна! Я вспомнил о них только сейчас, но это всё ерунда. Как минимум потому, что эти ключи должны быть на дне речки неподалёку от причала. Если, конечно, они не остались в кармане штанов после моего невольного кульбита в воду. Но в этом случае, им было положено оставаться в той паре брюк, что сейчас сушилась на дверце шкафа… До этого утра.
 — Часы потерял? — надменно спросила Анна.
 — Совесть нашёл, — буркнул я. — Твою.
 — Ладно, пойдёмте, — вмешалась Славя — нас, должно быть, уже ждут.

   Благодаря Славе на площади мы оказались первыми. Спасаясь от уже раскочегарившегося не на шутку солнца, мы спрятались в тени близ той самой скамейки, что приняла тушку сестры отдыхающей от жёсткого фитнеса.
 — Откуда тут лужа, интересно, — задумалась Славя, — дождя, вроде бы не было.
 — Да были тут гаврики, — Анна отмахнулась, — меня после физры замочили и безвозмездно смылись. Героически, я бы сказала.
 — Вот уж точно, — хохотнул я, — пойти на такого дракона с одним ведром и выжить.
 — Ничего героического, обыкновенное хулиганство! Ещё и сбежали как трусы.
 — Забавно. Про Одиссея и команду, когда те Полифема ослепили говорили совсем другое, — хмыкнула Анна.
 — А разве Полифем не съел нескольких соратников Одиссея, а остальных оставил на другой раз?
 — Нет уж, подожди. Следуя твоей логике, кто их вообще приглашал в пещеру? Ну хорошо, другой пример. Прометей. Проникновение в кузницу Гефеста, вероятно — со взломом и кража божественного огня — уже нарушение божественной воли, причём с отягчающими в виде раздачи оного людям. И всё одно — герой.
 — Да, но мифы состоят из устаревших идей и смыслов, — возразила светлая голова, — то, что было правильно тогда не всегда подходит современному человеку. Хотя бы Аргонавтов взять — Ясон желал вернуть себе власть над Иолком. Геракл тоже совершал подвиги на службе Эврисфея по указу богов, а не из побуждения помочь грекам.
 — То есть, с твоих слов — если бы сейчас некий мужик пошёл и по личным мотивам порвал пасть льву-людоеду, терроризирующему округу, героем бы его не признали? — сестра ударила точно в цель, — да плебс его за избавление на руках качать будет, ещё и памятник поставят.
 — Девчонки, — вмешался я, — раз пошла такая пьянка, то вот вам такой пример: Пускай, будут два солдата с одинаковым приказом ликвидировать пулемётную точку. Первый не задумываясь бросается грудью на амбразуру и, погибнув, заставляет адскую тарахтелку заткнуться. Тем временем, его коллега не спешит прощаться с жизнью. Он, скажем, стягивает с себя ватник и набивает его сырой землёй, после чего накидывает его на пулемёт. Результат одинаков, но угадайте, кто из них по мнению командования совершил подвиг, а кто — всего лишь проявил смекалку?
 — Ну всё правильно, — заметила Анна, — в античности героев определял народ, передавая новости и слухи из уст в уста, а теперь товарищ комиссар отсылает наверх рапорт и кандидата в герои при одобрении сверху пускают в массы через радио, газеты и телевизор. Да и кто больше подходит на роль героя? Живые ненадёжны — сегодня ты в одиночку заглушил ватником пулемёт, а завтра начистил физиономию снабженцу за то, что он, гад такой, отказался выдать тебе новый комплект формы взамен похеренного. И куда теперь героя, на гаупвахту? С мертвецами всё куда проще — тушку закопать, а медаль выслать родственникам.
 — Как я и сказала, каждому времени — свои герои, — подытожила Славя, — в античности греки проводили через мифы идею служения богам, а в империалистическую войну героизировалась преданность родине.
 — Всё так, — подтвердил я, — а между ними, и до, и после них деятели искусства наделяли героев своих творений качествами и идеями, преподносимыми публике. Поздравляю, мы только что разобрали значение героя как культурного архетипа.
 — И всё же, обливать людей водой это не героизм. В этом нет никакой идеи, ничего благородного.
 — Тем более, что это Андрей Двачевскую подговорил.
 Славя вопросительно посмотрела на меня.
 — Анна сама попросила что-нибудь придумать! Алиса с ней отказывалась разговаривать после Ульянкиного побега.
 — Я просила с ней поговорить, а ты…
 — А я воспользовался вашим методом и между прочим, всё прошло успешно.
 — И как вы всю жизнь вместе прожили, — поразилась Славя, — не представляю.
 — Случайно, — ответили мы вместе.
 — Видишь, Славь? — вернулась к теме сестра, — всё как с теми же пресловутыми мифами, — сначала происходит что-то, что запоминается свидетелям и те по сарафанному радио искажают информацию — умышленно или нет — не важно. И вот, пересказанная так несколько раз новость, история, или слух — становится мифом, легендой, сагой или другой побасёнкой, к которым интереса или воспитательного эффекта ради приписывают какую-нибудь мораль из тех, что сейчас в моде. Так появляются герои и всем плевать, что у них на уме. Однако, с обратным знаком это тоже работает.
 — Хм. очень интересная точка зрения, — призадумалась Славя, — а вы не думали про это в какой-нибудь журнал написать?
 — Это вряд ли. Цензуру не пройдём…

 — А вы почему здесь? — Ольга Дмитриевна появилась опять из ниоткуда, бесшумная, словно в программу подготовки вожатых входит обучение искусству ниндзя, — бегите завтракать, весь отряд уже там.
    Мы с сестрой переглянулись, затем посмотрели на Славю — её объявление смутило не меньше.
 — А разве линейки не будет? — спросила она.
 — Сегодня не будет, — высматривая что-то в стороне реки отвлечённо проговорила Ольга и помахала рукой, — Ах да, Славя, у меня на тумбочке программа на сегодня лежит, сможешь всем после еды зачитать?
 Славя кивнула.
 — И кое-что ещё, пока помню, — ты не брала ключи от спортзала? С утра их никак не найду.
 — А они у меня, —  я достал из кармана ключи, протянул ей, — вы мне их позавчера выдали, забыл отдать.
    Вожатая удивлённо посмотрела на меня, словно видела впервые в жизни, но ключи приняла.
 — Спасибо, Андрей, но больше постарайся не забывать таких вещей, — слегка пожурила меня вожатая,
 — Больше не повторится.
 — А больше и не надо. Ах да, лучше начните готовить стенгазету сегодня, к экватору всё должно быть готово.
 — Кхм… Ольга Дмитриевна, — перебила вожатую Анна, — тут такое дело — в стене, которая вдоль второго квартала дыра есть. С ней бы сделать что-нибудь…
 — Это та, которую сегодня закладывать будут? — спустилась обратно к нам вожатая, — про неё уже давно все кому положено знают.
 — Тогда почему её никто до сих пор не трогал? — допытывалась сестра.
 — А мы через неё в походы по лесу ходили раньше, — подмигнула она всем троим и чуть ли не побежала в сторону дебаркадера.

 — Чего это она вдруг? — пробормотала Анна, — ОДэ же меня с твоих слов воспитывать собиралась?
 — Странно всё это, — сказала Славя, — обычно линейку не отменяют без необходимости.
 — То есть ты тоже не знаешь, что ей в голову стукнуло? А ещё помощница…
 — Ну я же не хожу всё время за ней, — парировала блондинка, — на мне ещё библиотека вообще-то.
 — Чёрт возьми, да вы с ней под одной крышей живёте, могла бы и разузнать всё заранее.
 — Анна. Я не буду устраивать слежку ни за Ольгой Дмитриевной, ни за кем бы то ни было ещё, — обиделась Славя.
 — Да пожалуйста, — с притворным безразличием сестра развела руками, — не хочешь упростить отряду жизнь — упрашивать не станем. Моральный облик ведь превыше всего.
 Признаюсь, мне больше нравилось, когда сестра игнорировала Славю.
 — Слушайте, давайте уже пойдём есть, — взмолился я, — в конце концов, у вас ещё целый день впереди будет для выяснения отношений.
 — Вы идите, — ответила Славя, — а я за планом мероприятий сбегаю и потом догоню.
 — Идёт, — согласилась сестра и прежде чем я успел предложить Славе — чисто из вежливости — посильную помощь, подхватила меня под руку и потащила за собой.
 — Слушай, а это что же получается, Славя теперь тоже вовлечена в наши… дела? — задался я вопросом.
 — Я не хочу спешить с выводами, — сестра отвела взгляд в сторону, — но в любом случае, от неё нам не отделаться, так что постараемся извлечь наибольшую выгоду из положения.
 — Это называется «дружба», — подсказал я.
 — Чёрт! — она резко остановилась.
 — Что опять?
 — Алиса линейку прогуливает, — буркнула Анька, — и наверняка не в курсе про завтрак.
 — Ясно, пошли, — мой желудок негодовал. С каких пор ей стало не плевать на… ах да.
 — Нет, я сама схожу, а ты займи лучше нам столик.
 — Кому — нам? Не, я-то не возражаю, — врубил я дурака, — но вряд ли Двачевская захочет сидеть рядом со Славей…
 — Ты можешь без придури найти стол для двоих или нет? — прорычала сестра, — И лучше, если он будет подальше от наших.

Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Дубликат(БЛ) Алиса(БЛ) Ульяна(БЛ) Мику(БЛ) Славя(БЛ) разные второстепенные персонажи. и другие действующие лица(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Год дракона

Кусочек мира Дубликата.
По сути, это вставка в последнюю главу Исхода.
Описывается тот мир, который снится Алисе между циклами. Для понимания лучше, кроме Исхода (он же Анабасис), прочитать еще вторую, третью и пятую части Дубликата.

***

Квартира номер два. Дощатая дверь, покрытая многими слоями половой краски, кнопка звонка на уровне, чуть выше пояса, чтобы внучке было удобно. Вот только внучка эта давно выросла и уехала. Слышу как подходит хозяйка и, без всяких «Кто там?», отпирает мне дверь.
— Здрасьте, Марьпетровна. Что-ж вы не спрашиваете, кто пришел?
— А зачем, Алисочка? Только ты одна так и звонишь. Как-будто точку ставишь. Переночевать пришла? Заходи.
— Нет, я по другому делу. Я, Марьпетровна, неожиданно в пионерский лагерь уезжаю на две недели. Пусть мои вещи у вас полежат?
Потому что не хочется мне их в квартире оставлять: маманя разных мужиков к себе водит. Раз в полгода новый «папа», и не каждый из «пап» безобидный тихий алкаш.
С некоторых пор я стала угадывать, что сейчас произойдет или о чем меня спросят. Вот и сейчас Мария Петровна запахнёт халат потуже и непонимающе посмотрит на меня, а я объясню в чем дело.
— Самой смешно. Семнадцать лет и пионерский лагерь. Туда, оказывается, до восемнадцати ездить можно. У завучихи дочка должна была поехать, но заболела. Шампанское холодное на выпускном оказалось. Вот, чтобы не пропала путевка, я и поехала.
Отдали мне путевку, потому что путевка в старший отряд. Иначе я бы ее не увидела — рылом не вышла. Ну не хотят старшие в пионерский лагерь ездить: тебе семнадцать лет, а тебя в шортики или юбочку наряжают и заставляют под барабан строем ходить! Лагерь то — пионерский. Вот и не хотят. А вот я, я согласилась — были на то причины. И, мы еще посмотрим, кто там будет под барабан в красном галстуке маршировать. А я как знала, что мне путевку предложат, когда утром мимо школы пошла и на крыльце завучиху встретила. Я же говорю что стала угадывать, что должно случиться.
— Понятно, Алисочка. Может тогда чаю попьем на прощание? Мать то дома? Знает что ты уезжаешь?
Вот не надо про мать. Хотя, Марии Петровне можно.
— Дома она, не проспалась еще. Ничего она не знает, записка на столе лежит. Прочитает, если захочет. И вы простите, Марьпетровна, некогда мне чай пить, правда-правда. А то на поезд опоздаю.
Мария Петровна хочет сказать что-то ещё, но только показывает на угол прихожей.
— Ставь туда своё приданое, не пропадет. Потом в кладовку уберу.
Ставлю, куда показали, пакет с «приданым»: две пластинки, кое-какие документы, тетрадка со стихами и табами, золотая цепочка, письмо от Ленки — она, как уехала в Ленинград семь лет назад, письмо написала, я ей ответила и всё, и закончилась переписка. Вот и всё моё приданое. Остальное везу с собой: спортивная сумка с вещами и гитара в чехле.
— Может все-таки попьешь чаю-то?
— Марьпетровна, ну поезд же ждать не будет. А как приеду, так попьем обязательно. Я обещаю.
Мария Петровна обнимает меня, я обнимаю ее, даже слезинка подступила. Что может быть общего у семнадцатилетней пацанки и семидесятидевятилетней бабушки, всю жизнь проработавшей (она говорит: прослужившей) на должности литературного редактора? Но вот уже пять, нет шесть лет мы общаемся. Началось с того, что она, не вынеся издевательств над гитарой, взяла меня за руку и затащила к себе домой, чтобы: «Хоть три аккорда тебе показать, а то уши отваливаются». Всякое бывало: и орали друг на друга, и ночевала я у нее, и скорую к ней вызывала, и она ко мне в больницу ходила… в больнице все думали, что ко мне бабушка ходит.
— Марьпетровна, вы так прощаетесь со мной, будто я не на две недели, а навсегда уезжаю.
— Беги на поезд, Алисочка. Для меня и две недели могут «навсегда» оказаться. И ты через две недели уже другая приедешь.
Меня разворачивают и легонько выталкивают на площадку. Слышу сзади всхлип.
— Марьпетровна...
— Беги-беги. Может ты и вовсе не приедешь.
На меня последний раз пахнуло смесью запахов валерьянки, герани, книг и каких-то духов, и дверь за моей спиной мягко закрылась.
Ну вот, с единственным взрослым, который что-то для меня значит, я попрощалась. Но что-то было неправильное в этом прощании, как будто последняя ее фраза, про то что я не приеду, не вписалась в ожидаемую картину.
Стою спиной к двери Марьи Петровны и шагнуть к выходу не могу, а вместо этого разглядываю наш подъезд: сантиметровый слой масляной краски на стенах и лестнице, стены зеленые, деревянная лестница — коричневая. Ступеньки за пятьдесят лет вышарканы жильцами так, что на них углубления от ног остались, отполированные руками перила так удобны, чтобы скатываться по ним. И везде: на штукатурке стен, на перилах, на дверях в подъезд — выцарапаны надписи. Каждое поколение детей считает нужным здесь отметиться, оставляя свои имена, а ЖЭК только красит поверх выцарапанного, так что надписи остаются видны. Вон и две моих: «Алиса» и «Алиса+Лена», а к последней надписи Алик дописал «=дуры», за что потом от меня по шапке получил. Один раз за меня, один раз за Ленку… Что-ж мне так идти то не хочется? Может вернуться и попить чаю у Марьи Петровны? Нет! Встряхиваюсь, поезд, действительно, ждать не будет.
Вот и двор. Хороший двор, чтобы там не говорили. Самое главное, что чужих здесь не бывает. Две двухэтажки и одна трехэтажка, стоящие буквой П, огораживают его с трех сторон, а с четвертой он закрыт от посторонних сараями. Когда-то в них дрова хранились, а в шестидесятых, еще до моего рождения, в дома газ провели. Газ провели, а сараи остались. И теперь наш двор, это такой закрытый от посторонних мир: детская площадка у первого дома, перекладины для сушки белья у третьего, и два десятка старых тополей, которые все называют «парк» — посередине.
Наши должны уже собраться у крайнего сарая. Так и есть, вон они сидят и дымят: четверо в карты режутся, Миха с мотоциклом ковыряется, Миха-большой на турнике повис. Венька, как обычно, чуть в стороне и в книжку уткнулся. Портвейн еще не доставали, ну правильно, светло еще, незачем народ дразнить, а то 02 звонить начнут. Сейчас спросят, куда я собралась.
— Привет, Алис. Ты куда это собралась?
— Привет. — Подхожу, пожимаю руки, у Веньки изо рта сигарету вытаскиваю. — Рано тебе еще.
— В пионерский лагерь она собралась. — Говорит, не поднимая головы от баночки с бензином, где лежат детали от карбюратора, Миха. — Пион-нерка…
Миха — единственный кто не курит, еще и отодвинулся от курильщиков, загородившись от них мотоциклом.
Миха-большой отцепляется от турника и подходит к нам.
— В последний раз — пионерка. А вернется — уже взрослая будет.
Не нравится мне взгляд, которым он на меня сейчас посмотрел, а в чем дело — понять не могу.
— Ладно, побегу я, ребята. А то на поезд опоздаю.
Венька закрывает книжку, встает.
— Алиса, я с тобой. Хлеба надо купить, пока магазин не закрылся.
Ну, со мной так со мной, жалко что-ли. Ныряем в заросший кустарником промежуток между сараями и домом, и по тропинке идем к цивилизации. Все я здесь знаю, могу с закрытыми глазами пройти. Слева две девятиэтажки — китайских стены, справа шесть штук пятиэтажек, а между ними пустырь — ничейная территория. Говорят, тут еще девятиэтажки должны были построить, но что-то с грунтом не так. По той же причине и наши три дома не сносят, что ничего серьезного построить нельзя.
— Алиса! — Венька догнал меня и идет рядом. — Алиса, не возвращайся домой, после лагеря.
С чего это вдруг? А Венька продолжает.
— Это сейчас ты живой талисман, а вернешься уже взрослая, и не будет талисмана. Миха уже… — Венька краснеет и замолкает.
Да ну, не верю я ему. Хоть Венька и самый умный из нас, но не верю я ему. Ошибается он. Так ему и говорю, а Венька обижается, еще сильнее краснеет и до булочной больше не произносит ни слова. А меня опять кольнуло неправильностью, вот про это «Не возвращайся», я думала он мне в чувствах признаваться будет, а он… Только, на крыльце магазина Венька прощается, хочет сказать что-то еще, но так и не решается, снова краснеет, говорит дежурное: «Пока!» — и убегает внутрь. Нет, не «Пока!», он «Прощай!», почему-то говорит. Хочу спросить, почему прощай? Но его уже не видно.
Веньке за хлебом, а мне на остановку. До вокзала не так и далеко, но под вечер ноги бить неохота. Набегалась я за день по врачам, пока в поликлинике справку для лагеря получала. Тем более, что уже показалась морда автобуса. Захотелось, чтобы никуда не пересаживаться, чтобы прямо этот автобус меня к воротам лагеря привез, даже номер маршрута для него придумала: 410. Но нет, обычная маршрутная «двойка».
«Следующая остановка — Вокзал!» — вот и приехали. Мне в кассу: завучиха сказала, что договорилась, чтобы для меня билет на проходящий придержали. Плохо, что электрички неудобно ходят, приходится один перегон на поезде ехать. Сейчас сяду на поезд, доеду до следующей станции. Там от вокзала по Вокзальной же улице пройти три квартала и направо еще квартал. Будет горком комсомола, в нем нужно спросить у дежурного, где автобус в «Совенок» стоит. Вот интересно: город один, а на две половины разделен, и между половинами пятнадцать километров степи. Наш район, он перед войной начал строиться вокруг химзавода, и так и называется: Заводской. А в войну еще заводы привезли и народ эвакуированный. Так и получился город разделенный пополам: Старый и Новый город.
Надо документы приготовить, чтобы перед кассой в вещах не рыться. Перекладываю из сумки во внутренний карман куртки паспорт и путевку: картонку, размером с открытку. На одной стороне картонки нарисован совенок в пионерском галстуке, а на другой напечатано: «Пионерский лагерь «Совенок», вторая смена», — и впечатаны на машинке имя и фамилия завучихиной дочки. Потом дочку зачеркнули, и ниже, уже шариковой ручкой, написали: «Алиса Двачевская» — я, то есть. А, чтобы не подумали, что я эту путевку украла (а я могу, у меня это прямо по морде лица видно), еще ниже написано: «Верно. Заведующий учебной частью», — и завучихина подпись. И школьная печать, поверх всего.
Едва захожу в здание вокзала, как над выходом на перрон начинает шелестеть электрическое табло. Все номера прибывающих и отходящих поездов на нем, пути, на которые они прибывают, время их отправления, в общем вся информация заменяется пустыми белыми строками. Острое чувство неправильности буквально пришпиливает меня к месту. Я кручу головой, но больше ничего необычного не вижу. Ну сломалось табло, успокаиваю себя, мне то что? И вообще, мне сейчас к кассам, а там на стене бумажное расписание висит. Ну и табло к тому времени починят, а не починят, так объявят посадку по радио.
Кассы расположены в отдельном здании и проход туда из зала ожидания через тоннель. Мне надо подойти к третьему окошку, к старшему кассиру, Вере Ивановне, и сказать, что я от Ольги Ивановны — завуча. После этого подать свой паспорт и путевку.
В тоннеле безлюдно. Только дядька какой-то идет навстречу, со стороны касс. Я направо и он направо, я налево и он налево. И так несколько раз. Я колеблюсь, или обматерить его для начала, или сразу кастет доставать. Не люблю я таких дядечек с некоторых пор, не люблю аж до кастета, седина им в бороду. Но дядька улыбается обезоруживающе, поднимает руки, прижимается к стене и делает мне приглашающий жест, иди мол. А я сразу успокоилась, даже улыбнуться в ответ захотелось.
— Проходи, барышня, а то до утра тут танцевать будем. Касса то закрыта. — И подмигивает еще, охальник.
Дяденька окает, а я анекдот про охальника в окрестностях Онежского озера сразу вспомнила. Мне, правда, самой захотелось улыбнуться в ответ, но я сдерживаюсь.
— Я слишком юна для тебя, дядя.
И иду к кассам. Дядя, кажется, что-то хотел ответить, но я только слышу, как удаляются его шаги. И опять это ощущение неправильности. Почему в тоннеле не души, что это за дядька, почему закрыта круглосуточная касса? А касса и правда закрыта. Все пять окошечек. И в предбаннике никого, только скучающий милиционер, сидя на скамье дремлет над газетой. Сначала стучусь в третье окошко, не дождавшись ответа начинаю стучать во все подряд.
— Деточка, ты читать умеешь? — Голос из-за спины. Милиционер проснулся.
На окошечке записка, которой только что не было: «Кассы закрыты до 9-00. Администрация». Поворачиваюсь к милиционеру, чтобы отлаять его за «деточку», а того уже нету. Только фуражка на подоконнике лежит. Мне становится не по себе от этой чертовщины и я, переходя с шага на бег, возвращаюсь по тоннелю в зал ожидания. Возвращаюсь. Вот я сделала три шага, спускаясь в тоннель, вот мне стало страшно и я побежала, и вот я уже в зале. Кажется — мгновенно перенеслась.
Пока меня не было зал ожидания изменился. Куда девались люди: отъезжающие, встречающие, провожающие? Почему закрыты все киоски? Куда исчезли ряды кресел в зале ожидания? Табло не работает, расписание со стены снято, только след от него остался, окошечко справочной заколочено. А в буфете сидит давешний дядька, перед ним гора пирожков на тарелке, несколько бутылок с лимонадом и минералкой и начатый стакан с чаем. Кожаную куртку он снял и повесил на спинку стула, оставшись в рубашке с короткими рукавами. Он кивает мне, как старой знакомой, и возвращается к своим пирожкам. По моему у дядьки или стальной желудок, или он самоубийца — что-то брать в вокзальном буфете. Я хочу выйти на перрон, может удастся уехать без билета, но вместо дверей обращенных к перрону я натыкаюсь на свежеоштукатуренную стену. Тупик. Да тут еще и потемнело, откуда-то натянуло грозовые тучи, перекрывшие свет заходящего солнца. Желтые лампочки накаливания не могут до конца победить темноту и в зале устанавливается полумрак. Никого, только дядька, я и стайка цыганок, которые испуганно жмутся в тамбуре, не решаясь выйти на привокзальную площадь, под ливень, который вот-вот начнется.
— Сейчас ливанет. — Слышу я обращенную ко мне реплику дядьки. — Садись, перекусишь, я и на тебя взял. А вокзал закрыт, уже два месяца как, перестраивать в торговый центр будут.
Я, непонятным мне образом, оказалась рядом с дядькой, в кармане, выделенном в зале ожидания, под буфет. Мне становится страшно, но я держусь, а вместо этого начинаю наступать на дядьку.
— Ты. Что все это значит? Это ты все устроил!?
— Что устроил? — Дядька улыбаясь смотрит на меня снизу вверх. — Закрыл вокзал за нерентабельностью? Или подвел тебя к границе пробуждения? Ну да, интерференция снов имеет место быть, но и здесь я не причем, цыгане, конечно, мои, но они же тебе не мешают? Так и шляются за мной ромалэ через все сны, прости уж их за это. Да ты кушай. — Дядя меняет тему, пододвигая ко мне тарелку с пирожками и бутылку с лимонадом. — Или, как хочешь, — девчонки съедят. Вон они, уже бегут. Славяна — та точно не откажется.
Что-то шевелится у меня в памяти в ответ на имя «Славяна», но успокаивается. За окном грохочет, тут же, как по заказу, начинается ливень и становится совсем уж темно, а в буфет забегают две девушки, примерно мои ровесницы, только вот не моего круга. Одна — колхозница, выбравшаяся в город и одевшаяся во все лучшее, хотя вкус, конечно, есть. И каблуки носить умеет и макияж явно не колхозный. «Марьпетровна, зачем вы меня всему этому учите? — Вспоминаю беседу со старушкой. — Мне то эти тонкости зачем? Через три месяца детство закончится, и привет, ПТУ при ткацкой фабрике. А там главное, чтоб помада по краснее была». «Алисочка, никто никогда не знает, как повернется его жизнь». Вторая девушка, невысокая и хрупкая, с умопомрачительно длинными двумя хвостами бирюзовых волос — наверняка иностранка. И одевается как иностранка и ведет себя как иностранка. Кстати, заодно, разглядываю и дядьку: среднего роста, лет ему около сорока, сам не очень крепкий, но мышцы на предплечьях развиты и кисти все в мелких ссадинах. Остатки черноты под ногтями. Слесарь? Может быть. Вот только говорит грамотно и без мата, и слова «интерференция» от слесаря трудно ждать. Я вот только и помню, что интерференция, это что-то из физики, хотя экзамен всего две недели назад сдавала, а откуда это слово знает слесарь сорока лет?
— Еле спаслись от дождя, дядя Боря! — Обращается к дядьке «колхозница».
— Здравствуйте, дядя Боря. — Иностранка обращает на меня внимание. — Здравствуй, меня зовут Мику, Мику Хатсуне. Мику это имя, а Хатсуне это фамилия. Это японские имя и фамилия, потому что мама у меня… — И тут Мику вздрагивает, шепчет что-то вроде: «Никак не отвыкну», — и внезапно замолкает отвернувшись.
На имя «Мику» и на этот словесный поток у меня опять поднимаются невнятные воспоминания. Где-то я слышала это имя, и эта манера тараторить мне знакома. Не могла слышать, но слышала, как-будто даже общаться приходилось. Причем Славяна только чуть задела мою память, а вот Мику — основательно. Пытаюсь вспомнить, не могу, и тут меня осеняет: я, кажется, поняла, что все это сон! А как иначе объяснить эту чертовщину с вокзалом? И дядька этот, он тоже про сон говорил. Грустно. Значит скоро я проснусь и окажется, что ждут меня моя беспутная маманя и взрослая жизнь в общаге ткацкой фабрики.
Девочки делят между собой пирожки и жадно накидываются на еду, при этом иностранка не отстает от колхозницы. Пока они едят и переговариваются о чем-то своем я пью лимонад, закусывая его своим личным печеньем (надеюсь, лимонад безопасный) и разглядываю всех троих.
— Не смотри на них так, Алиса. — Дядька называет меня по имени, а я даже не удивляюсь. Во сне и не такое возможно. — С ЭТИМИ девушками ты не знакома. Позволь официально представить тебе моих подруг по несчастью: Мику Хатсуне и Славяну Феоктистову. Девочки, это Алиса Двачевская, которая вот-вот проснется и покинет нас. Ну, это вы знаете, иначе нас бы сюда не выкинуло.
— Дядя Боря. — Я ожидала бесконечного потока слов от Мику, а она неожиданно грустно и очень просто говорит. — Зачем вы так? Я понимаю, что вам нужно объяснить Алисе, почему мы трое вместе, но я себя несчастной не считаю. Славяна тоже. Да и вы тоже, не прибедняйтесь.
Подольше бы не просыпаться, не хочу! Представляю себе мать, злую с похмелья и не хочу просыпаться! Пусть мне, хотя бы еще две недели в пионерском лагере приснятся.
— Но как я теперь в лагерь попаду? — Обращаюсь к дядьке. В жизни я бы их всех послала, но во сне — почему нет?
— Как всегда, на автобусе. — Дядька пожимает плечами так, будто я у него спросила, какого цвета трава.
— Дядь Борь, — вмешивается Славяна, — она же спит еще, она же место не может выбирать, ты ей хоть наводку дай какую. Где этот автобус, как на него сесть?
— Не ты нОходишь четырестОдесятый Овтобус, а четырестОдесятый Овтобус нОходит тебя!
Дядька окает совсем уж преувеличено. И еще поднимает блестящий от жира указательный палец кверху, чем портит все впечатление. Славяна ждет продолжения, но дядя Боря опять занялся пирожками и замолк, тогда Славяна берет инициативу в свои руки.
— Понимаешь, Алиса. Дядя Боря и есть водитель того самого автобуса.
А дядя Боря, я уже мысленно так его называю, кивает в подтверждение.
— Точно, отправление через час, и автобус, между прочим, у твоей остановки тебя дожидается. Какого… ты на вокзал поперлась?
И оканье его куда-то пропало. Я хочу сказать что вообще-то мне на поезд надо, и тут меня накрывает двойным рядом воспоминаний: я помню, как завучиха инструктировала меня насчет вокзала и отложенного билета, и, в то же время, я помню, как она говорила, что автобус специально завернет за мной, надо только выйти к остановке; я помню, как два месяца назад ездила на поезде в старую часть города в центральный универмаг, покупать себе платье на выпускной (так совпало, что у мамаши короткий период просветления был, и деньги на платье нашлись), и, в то же время, я помню, как два месяца назад закрывали наш вокзал и объявляли, что его перестроят в универмаг. И инструктаж про билет на поезд я помню смутно, а про ожидающий меня автобус все отчетливее и отчетливее. И даже то, как отмахиваюсь от завучихи: «Да поняла я, поняла. Водителя зовут Борис Иванович», — вспомнила. Так, а как кассира должны были звать? Вера… отчество не помню.
Ну и фантазии у меня, надо же, какую то историю с поездом придумала и сама в нее поверила. Ладно Мария Петровна, она и забыть могла про закрытый вокзал, ей простительно, но я то! Главное, не говорить никому. Хорошо, что нужного человека тут встретила.
Пока я так сама себя унижаю эти трое расправляются с пирожками, Мику относит тарелку на мойку (за все время ни буфетчица так и не появилась, ни посетителей никого не было) и мы, обогнув цыганок, выходим на привокзальную площадь.
— И идти нам пешком. — Изрекает дядя Боря, показывая пальцем на оборванные троллейбусные провода.
Я хочу напомнить про автобус «двойку», на котором я сюда приехала, и вспоминаю, что маршрут ликвидировали, почти сразу как закрыли вокзал. Так что, либо троллейбус, либо пешком. На вокзал пешком, с вокзала пешком — бедные мои копыта.
Дальнейшие события воспринимаются почему-то фрагментами.
Вот девочки прячутся под зонтиками, а дядя Боря снимает с себя кожаную куртку и отдает мне, потому что дождь, хоть и ослабел, но еще идет, оставаясь в одной рубашке. Я сопротивляюсь, а он только отмахивается, смеется и говорит, что фантомы не болеют. От куртки слабо пахнет машинным маслом, бензином и табаком. На мгновение мы встречаемся взглядами и я вижу… тоску и что-то еще, даже не могу описать — что. Я не Достоевский, чтобы описывать, но что-то похожее я в глазах у Марии Петровны видела. Дядя Боря извлекает из кармана куртки пачку сигарет и ключи от автобуса, закуривает и контакт теряется. Но я вдруг жалею, что маман, в своих попытках устроить личную жизнь, скатывалась все ниже и ниже, не встретив вот такого дядю Борю. Я бы даже согласилась папой его звать. Может и тоски в глубине его глаз поубавилось бы. Я еще хочу спросить про то, что за фантомы он поминал, но забываю.
Вот мы идем по улице, Славяна оглядывается.
— Идут за нами.
Тут уже оглядываюсь я. Все те же цыганки, что стояли в тамбуре вокзала, тащатся за нами метрах в пятидесяти, не отставая и не догоняя.
— Я же говорил, что так и таскаются за мной от сна к сну. Где я их подцепил, ума не приложу. — Комментирует дядя Боря.
О каком сне речь вообще идет? Не понимаю.
Вот Славяна с дядей Борей вырвались вперед, а Мику жалуется мне, что хотела, пока мы были под крышей, попросить у меня подержать гитару, а то ей поиграть хочется, аж пальцы болят. А потом, без перехода заявляет.
— Я тебя ненавижу, Алиса. — Голос спокойный и бесцветный какой-то. — За Сенечку. Зачем ты убила его?
Я ничего не понимаю и только пожимаю плечами. А Мику продолжает, Мику почему-то надо выговориться.
— Хорошо, что все обошлось. Потому что иначе… Меня нельзя убить, я остаточный фантом, но случилось бы что-то нехорошее. Молчи, Алисочка. Просто молчи. Ты убила его и теперь за тобой долг. Ты мне его никогда не выплатишь, а я не буду с тебя его требовать. Просто помни о нем. Я не сумасшедшая, я знаю, что ты не виновата, и сейчас ничего не помнишь и не понимаешь о чем речь, и в лагере мои слова забудешь.
Ну молчи, так молчи. Я и молчу.
Вот Мику убежала вперед всех, чтобы мы не видели, как она плачет, а я оказалась вдвоем со Славяной.
— Вы тоже в лагерь?
— Нет! — Резко и испуганно отвечает Славяна. — Нам нельзя. Мы всего лишь остаточные фантомы. И не спрашивай об этом больше никогда!
Еще одна сумасшедшая.
— А дядя Боря, он тоже фантом? — Чтобы не беспокоить Славяну спрашиваю я.
— Почти. Дядя Боря, он застрял на полпути. Он говорит, что в институте авария была и трое пострадало. Слишком поздно решились на запись подлинников, двоих переписали, а он умер в процессе записи. Поэтому для него ТАМ нет тела.
Произносится все это спокойно и грустно, как будто о чем то обыденном рассказывают, так что я даже не знаю, как к этому относиться. Похоже на бред, но вдруг я что-то не понимаю? И где это, ТАМ?
Вот мы стоим у автобуса. Мику вдруг обнимает меня и шепчет: «Прости меня, Алисочка. Забудь, что я тебе наговорила». Следом Славяна: «Прощай, Алиса. Передай Семену, что… Ничего ему не передавай. Забудь». Тут автобус заводится, хлопает водительская дверь и из кабины выходит дядя Боря.
— Всё, по машинам, Алиса. До встречи, девочки.
Славяна и Мику отходят подальше, я порываюсь стянуть с себя куртку, но дядя Боря меня останавливает.
— Потом, Алиса. — И засовывает что-то в карман куртки. — Все, поехали.
Я забираюсь в салон, вижу, как дядя Боря коротко обнимает девочек и бежит в кабину, под усиливающимся дождем. Что-то скрежещет под полом и мы трогаемся.
Дядя Боря включает печку в салоне, и мне куда-то в ноги дует теплый воздух. Мне становится очень уютно, я поплотнее заворачиваюсь в куртку, вытягиваю ноги и прижимаюсь виском к прохладному стеклу, глядя на пробегающие за окном дома. Какое-то время еще пытаюсь понять, почему на имя «Семён», что-то откликается внутри меня. Никого же не знаю и не помню, чтобы его так звали.

Где-это я? А, это же автобус, я же в лагерь еду. Как-то я с приключениями сюда добиралась, но не вспомню так, с ходу. Или это сон мне снился? Интересно, что за компания у меня на две недели будет? Рядом мелкая спит, лет четырнадцати. Тоже рыжая, как и я. Что-то родственное в ней чувствую, надо, как проснется, познакомиться с ней поближе. Поднимаюсь на ноги и выглядываю в проход. Люди как люди. Вон девочка спит, на Ленку похожа. Парней всего двое и оба явные ботаники. Так, еще одна гитаристка, кроме меня, интересно, как она с такими длинными волосами живет? Да еще и в такой цвет выкрасила. Кто еще интересный? И тут меня пихают в бок.
— Привет, Рыжая!
Я конечно рыжая, но нельзя же так сразу.
— От рыжей слышу, а меня, вообще-то, Алиса зовут.
— Ты что, Алиса, это же я, Ульяна… — Лицо соседки обиженно вытягивается и, кажется, она вот-вот заплачет. — Ты что, всё забыла? Семена помнишь? Бомбоубежище помнишь? Вечер в столовой помнишь? Ну ничего, Алиса, я тебя в покое не оставлю, я заставлю тебя все вспомнить! — А вот сейчас соседка точно или заплачет, или поколотит меня.
Я машинально сую руку в карман куртки. «Что за куртка? Откуда она у меня?» И нащупываю там свернутую бумажку. Записка, почему-то чертежным шрифтом, очень уверенно, как-будто человек много так писал: «Алиса, а сильная отдача у арбалета? — И вторая строчка. — Надо тебе дать пендель, чтоб проснулась. Если ты и так все вспомнила, то поймешь меня. Прощения не прошу». Соседка что-то продолжает говорить, а я не слушаю ее. Перед глазами стоит наконечник стрелы и спина, обтянутая пионерской рубашкой. Вот я плавно тяну спуск, арбалет вздрагивает, и в этот момент Ульяна толкает меня. А я вижу, как стрела входит между лопатками Семена. Семен? Ульяна?
— Улька! — Кричу я, так что те, кто еще не проснулся — просыпаются, а те, кто уже проснулся — вздрагивают и оглядываются.
Я обнимаю Ульяну и начинаю плакать.
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Мику(БЛ) Славя(БЛ) Юля(БЛ) Ульяна(БЛ) Виола(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 13.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 10

часть 11

часть 12


Ис­сле­дова­ния ки­нети­чес­ко­го по­ля «Ка­дуцея»: за­пись в за­сек­ре­чен­ных фай­лах ор­га­низа­ции. Дос­туп толь­ко для ана­лити­чес­ко­го от­де­ла и глав бо­евых под­разде­лений.

 Ге­нери­ру­емое ано­мали­ей объ­ек­та «Док» ки­нети­чес­кое по­ле, име­ет нес­коль­ко свой­ств, не изу­чен­ных сов­ре­мен­ной фи­зикой. Пер­вым, в гла­за бро­са­ет­ся его уни­вер­саль­ность. Имен­но оно за­щища­ет объ­ект во вре­мя ис­поль­зо­вания [Дос­туп зап­ре­щен], не да­вая те­лу пос­тра­дать от тре­ния и наг­ру­зок. Но, кро­ме это­го, ки­нети­чес­кое по­ле, яв­ля­ет­ся уни­каль­ным ору­жи­ем. Нап­равлен­ное фи­зичес­кое воз­дей­ствие, не спо­соб­но про­бить этот щит. Лю­бой сна­ряд, стал­ки­ва­ясь с ку­полом, те­ря­ет свою ско­рость и век­тор нап­равле­ния. При­мер. Бро­небой­ный тан­ко­вый сна­ряд при по­пада­нии в ки­нети­чес­кое по­ле, па­да­ет на зем­лю, при этом на бо­его­лов­ке не ос­та­ет­ся ни еди­ной вмя­тины, буд­то её прос­то дос­та­ли из пат­ро­на и по­ложи­ли на зем­лю. Но всё ме­ня­ет­ся, ког­да по­ле при­ходит в дви­жение.

 Раз­го­ня­ясь, ки­нети­чес­кая энер­гия сме­та­ет всё на сво­ем пу­ти, не де­лая раз­ли­чий по плот­ности и хи­мичес­ко­му сос­та­ву пре­пятс­твия, си­ла, сми­на­ющая да­же ар­ми­рован­ную сталь. Всё за­висит от вло­жен­ной в не­го энер­гии. Каж­дое воз­дей­ствие на по­ле, ни­гили­ру­ет­ся с по­мощью энер­гии, пос­ту­па­ющей от но­сите­ля. Те­оре­тичес­ки, мож­но ис­то­щить объ­ект, наг­ру­зив по­ле боль­шим ко­личес­твом уро­на, что зат­рудни­тель­но, учи­тывая мо­биль­ность До­ка.

 Ос­новные фор­мы ис­поль­зо­вания, за­доку­мен­ти­рован­ные ор­га­низа­ци­ей, от­ли­ча­ют­ся по ха­рак­те­ру стро­ения и на­сыщен­ности из­лу­чения ано­малии:

 «Ки­нети­чес­кий пок­ров»
 Из­лу­чение ано­малии: 7-14%
 Опи­сание: Плот­но при­лега­ющая к те­лу обо­лоч­ка, дви­га­юща­яся вмес­те с объ­ек­том. Ис­поль­зу­ет­ся прак­ти­чес­ки пос­то­ян­но, вви­ду ос­то­рож­ности но­сите­ля ано­малии. При фи­зичес­ких ата­ках в ру­копаш­ном бою (объ­ект всту­па­ет в от­кры­тые стол­кно­вения край­не ред­ко), вно­сит в каж­дый удар эле­мент мо­леку­ляр­но­го сот­ря­сения, поз­во­ляя ло­мать сте­ны, а тка­ни ра­нен­ные та­ким об­ра­зом прак­ти­чес­ки не ре­гене­риру­ют.

 «Ки­нети­чес­кое по­ле»
 Из­лу­чение ано­малии: 12-76%
 Опи­сание: Ку­пол или шар, варь­иру­ющий­ся в раз­ме­рах. Соз­да­ет­ся объ­ек­том как вок­руг се­бя, так и в про­из­воль­ной точ­ке. При сла­бом на­пол­не­нии энер­ги­ей, прак­ти­чес­ки не­видим не­во­ору­жен­ным гла­зом, при бо­лее на­сыщен­ном по­токе, выг­ля­дит как по­луп­розрач­ная, слег­ка опа­лес­ци­ру­ющая пе­лена. Вы­дер­жи­ва­ет лю­бую фи­зичес­кую ата­ку, вплоть до зал­па ко­рабель­ной ар­тилле­рии.

 «Ки­нети­чес­кий по­ток»
 Из­лу­чение ано­малии: 1-53%
 Опи­сание: Ха­отич­ный выб­рос энер­гии ано­малии, рас­простра­ня­ющий­ся в прос­транс­тве на по­добии по­лус­фе­ры. Мощ­ность за­висит вло­жен­ной в выб­рос энер­гии. Ред­ко ис­поль­зу­ет­ся но­сите­лем, эф­фект по­хож на те­чение ре­ки, и прак­ти­чес­ки не пов­режда­ет за­детые пред­ме­ты, толь­ко сдви­га­ет их.


 «Ки­нети­чес­кий удар»
 Из­лу­чение ано­малии: 5-87%
 Ос­новное ата­ку­ющее уме­ние объ­ек­та, про­тив жи­вой си­лы про­тив­ни­ка. Им­пульс нап­равлен­ной ки­нети­чес­кой энер­гии, соб­ранный в сгус­ток. При кри­тичес­ком на­пол­не­нии про­бива­ет бе­тон­ные сте­ны. Урон по жи­вым тка­ням – дро­бящий. Кру­шит кос­ти и рвет внут­ренние ор­га­ны, по­пав­шие под та­кой удар вра­ги, не вы­жива­ют.

 «Ки­нети­чес­кое копье»
 Из­лу­чение ано­малии: 89-97%
 Опи­сание: Соб­ранная в прон­за­ющий луч ки­нети­чес­кая энер­гия, тол­щи­на варь­иру­ет­ся от 1 – 100 см, но мощ­ность всег­да кри­тичес­кая. При сла­бом на­пол­не­нии копья энер­ги­ей, оно прос­то рас­па­да­ет­ся в по­ток. Этот тип ата­ки про­бива­ет всё, в том чис­ле мно­гомет­ро­вые слои ком­по­зит­ной бро­ни. Единс­твен­ная те­оре­тичес­ки воз­можная за­щита – рас­сто­яние. Мощ­ность па­да­ет при пре­одо­лении нес­коль­ких ки­ломет­ров. Ис­пы­тана на по­лиго­не, ис­поль­зу­ет­ся объ­ек­том очень ред­ко.

 «Удар­ная вол­на»
 Из­лу­чение ано­малии: 100%
 Опи­сание: Са­мое раз­ру­шитель­ное и мас­штаб­ное уме­ние ано­малии, ис­поль­зу­ющее ки­нети­чес­кое по­ле. Вы­сокая сте­на энер­гии, пе­реме­ща­юща­яся с чу­довищ­ной ско­ростью. Сно­сит всё на сво­ем пу­ти, сми­ная с оди­нако­вой лег­костью зда­ния, ска­лы, тех­ни­ку. По са­мым скром­ным под­сче­там, удар­ная вол­на спо­соб­на раз­ру­шить сред­них раз­ме­ров го­род. Пер­вое за­регис­три­рован­ное при­мене­ние – ис­поль­зо­вание про­тив цу­нами в ла­гере [Скры­то] (лю­битель­ская съ­ем­ка про­ис­шедше­го дос­тупна в ар­хи­ве). Да­же не кон­тро­лируя пол­ностью свою ано­малию, эти уме­ни­ем объ­ект ос­та­новил сти­хий­ное бедс­твие ог­ромно­го мас­шта­ба.

 У всех спо­соб­ностей, свя­зан­ных с по­лем, есть плю­сы и ми­нусы, од­на­ко вы­сокий ин­теллект но­сите­ля сгла­жива­ет все эти не­дос­татки. Нап­ри­мер, та же удар­ная вол­на, спо­соб­на смес­ти с ли­ца зем­ли не­боль­шой го­род, а ки­нети­чес­кое копье, прон­зив пер­во­началь­ную цель, про­лета­ет ещё поч­ти ки­лометр, не те­ряя сво­ей убий­ствен­ной си­лы. Ис­поль­зуя спо­соб­ности ано­малии, объ­ект из­бе­га­ет лиш­них по­терь, копье ис­поль­зу­ет­ся по воз­душным це­лям, или на­ходя­щим­ся на воз­вы­шен­ности, тем са­мым слу­чай­ные жер­твы прак­ти­чес­ки ис­клю­ча­ют­ся. Не­дос­татки за­щиты, в том, что по­ле не пол­ностью за­щища­ет от кос­венных атак, ла­зер­ное и ра­ди­оак­тивное из­лу­чение, элек­три­чес­тво, и не­кото­рые би­оло­гичес­кие ти­пы ору­жия (яды и ви­русы) те­оре­тичес­ки его пробь­ют. По­ле не мо­жет дер­жать­ся веч­но, и прак­ти­чес­ки не про­пус­ка­ет кис­ло­род.
 Зак­лю­чение: Сле­ду­ет изу­чить ос­таль­ные ти­пы спо­соб­ностей ано­малии объ­ек­та. Де­монс­три­ровать не­кото­рые из них, Док ка­тего­ричес­ки от­ка­зыва­ет­ся, од­на­ко есть за­писи с за­даний, где по­ле ис­поль­зо­валось в ка­чес­тве сжи­ма­юще­гося кап­ка­на, уби­вая всех зах­ва­чен­ных им вра­гов, или лез­вий, ре­жущих на­попо­лам че­лове­ка в бро­нежи­лете. Объ­ект до­казал свою ло­яль­ность ор­га­низа­ции, по­это­му си­ловые ме­тоды неп­ри­ем­ле­мы, и, бу­дем от­кро­вен­ны, прак­ти­чес­ки не­воз­можны. Док­лад пер­во­го ана­лити­чес­ко­го от­де­ла ор­га­низа­ции.

 Ви­ола. Лай­нер «Ле­нин»



 Прош­ло два дня, с мо­мен­та пе­реб­роски. Но­вость о том, что ко­рабль пе­ремес­тился в дру­гой мир, при­няли до­воль­но спо­кой­но. Во вся­ком слу­чае, ник­то не бе­гал, под­давшись па­нике, да­же на­обо­рот. Боль­шая часть гос­тей сос­то­яла в ор­га­низа­ции не пер­вый день, а уди­вить та­ких лю­дей ой как не прос­то. Не­кото­рые бы­ли от­кро­вен­но ра­ды, то­му, что мо­гут хо­рошень­ко от­дохнуть от нап­ря­жен­ной ра­боты. Од­ни толь­ко ана­лити­ки но­сились по лай­не­ру ту­да-сю­да, как ужа­лен­ные. Вы­пус­ка­ли ку­чу дро­нов как в не­бо, так и на мор­ское дно, де­лали за­боры во­ды, воз­ду­ха, со­бира­ли во­дорос­ли, ло­вили ры­бу и тут же её пре­пари­рова­ли. От­ли­чия во фло­ре и фа­уне бы­ли, ми­зер­ные, но бы­ли. Пер­вое что от­ме­тили ум­ни­ки, прак­ти­чес­ки пол­ное от­сутс­твие хи­мичес­ко­го заг­рязне­ния во­ды. В на­шем ми­ре, да­же в са­мых по­та­ен­ных угол­ках, в са­мых глу­боких во­дах оке­ана и на са­мых вы­соких го­рах, при нас­той­чи­вос­ти и хо­рошем обо­рудо­вании, мож­но отыс­кать сле­ды раз­ру­шитель­ной де­ятель­нос­ти че­лове­ка.

-Док, а ты уве­рен, что мы в ми­ре, пе­режив­шем тех­но­ген­ную ка­тас­тро­фу и ядер­ную вой­ну? – Спро­сила я у си­дяще­го воз­ле ок­на кол­ле­ги. В ка­юте мы на­ходи­лись на­еди­не, по­ка ры­жая бра­тия за­нята при­емом пи­щи с под­ру­гами. Боль­шинс­тво сис­тем лай­не­ра уце­лели, в том чис­ле кон­ди­ци­онер, под ко­торым сей­час рас­слаб­лялся мой кол­ле­га. – Ум­ни­ки в во­де ни ку­соч­ка плас­ти­ка или дру­гих от­хо­дов не наш­ли, а счет­чи­ки Гей­ге­ра мол­чат, как Ан-тян ког­да я спро­сила её ку­да по­пал весь мой за­пас бель­гий­ско­го шо­кола­да.
 -Объ­яс­не­ний мо­жет быть два. – За­дум­чи­во про­гово­рил Док, выг­ля­дывая в ил­лю­мина­тор. – Пер­вое, мы до­воль­но да­леко в от­кры­тых во­дах, а ра­кета­ми с за­ряжен­ны­ми яд­ренба­тоном бо­его­лов­ка­ми, би­ли по круп­ным го­родам и во­ен­ным объ­ек­там. Но это, са­ма по­нима­ешь, ма­лове­ро­ят­но. Ве­тер ядер­ной зи­мы нак­рыл этот мир пол­ностью, в своё вре­мя… Вре­мя...
 -Ду­ма­ешь, это тот мир, но дру­гое вре­мя? – До­гада­лась я. Очень хо­телось за­варить ко­фе, но при­ходи­лось сдер­жи­вать­ся, сей­час об­су­дим всё, и за­валюсь спать, в го­лове уже ка­ша от ус­та­лос­ти.
 -Поч­ти уве­рен. – Док под­твер­дил мою до­гад­ку. – Пор­тал стал нес­та­биль­ным уже пос­ле ука­зания це­ли, весь от­кат я при­нял на се­бя, по­это­му точ­ка вы­хода, за­дан­ная мной до ут­ра­ты кон­тро­ля, не из­ме­нилась. А вот вре­мя, впол­не мог­ло. Точ­нее ска­жу, ког­да приб­ли­зим­ся к бе­регу. И кста­ти, Ви­ола, ты ког­да пос­ледний раз спа­ла? Выг­ля­дишь ус­тавшей.
 -Я в по­ряд­ке, не бес­по­кой­ся. – Кое-как вы­мучив улыб­ку, я се­ла на крес­ло, ве­ки и прав­да на­лива­лись свин­цом от ус­та­лос­ти. Док стал и рань­ше был за­бот­ли­вым, а жизнь под од­ной кры­шей с Али­сой, сде­лала его ещё бо­лее чут­ким и наб­лю­датель­ным. – Сей­час важ­нее…
 -Сей­час важ­нее Ви­олет­та. – Прер­вал ме­ня Док, под­хо­дя поб­ли­же и об­хва­тив сво­ими ру­ками мои за­тек­шие пле­чи. – Что­бы моя до­рогая под­ру­га и кол­ле­га, не пос­тра­дала от сво­его собс­твен­но­го уп­рямс­тва. Вот ска­жи, за­чем бы­ло си­деть с ана­лити­ками и не спать трое су­ток? Все док­ла­ды те­бе и так по­том пре­дос­тавля­ют­ся.
 -Но­вый мир Док, как я мо­гу сдер­жать лю­бопытств…ах. – Он ак­ку­рат­но сда­вил мне пле­чи и шею, ко­торые пос­ледние ча­сы ка­зались де­ревян­ны­ми. Стон выр­вался сам со­бой. Боль­шие, силь­ные ру­ки, спо­соб­ные ло­мать кос­ти, сей­час за­бот­ли­во и ак­ку­рат­но мас­си­рова­ли, не при­чиняя ни грам­ма бо­ли. По­вез­ло Али­се.
 -На­до знать ме­ру Ви. – Док как всег­да прав, я ув­леклась. Од­нажды нез­до­ровое лю­бопытс­тво и тя­га к зна­ни­ям мне а­ук­нутся, здо­ровье то, важ­нее. Как хо­рошо-о-о. Он да­вил имен­но там где на­до, всё те­ло рас­слаб­ля­лось, я по­чувс­тво­вала, как ста­нов­люсь плас­ти­лином, по­дат­ли­вым и мяг­ким. Гла­за са­ми со­бой зак­ры­вались. Но­ги ста­ли ват­ны­ми, ру­ки, про­тив во­ли, опус­ти­лись. Нат­ре­ниро­вал­ся на ры­жих, блин. За­сыпаю.
 -От­ды­хай. – Миг, я уже на сво­ей кро­вати, да­же не по­чувс­тво­вала ни­чего. Ус­ко­рение страш­но удоб­ная шту­ка, пе­ренес ме­ня на кро­вать за се­кун­ду. Хо­рошо хоть не раз­дел, толь­ко обувь и ха­лат снял, или пло­хо? По­шеве­лить­ся уже не по­луча­лось, от­крыть гла­за то­же. Ус­та­лость и рас­слаб­ля­ющий мас­саж де­лали своё де­ло. Спать. Пос­леднее что я ус­лы­шала пе­ред тем как вы­рубить­ся, это спо­кой­ные сло­ва. – Всё бу­дет хо­рошо. Слад­ких снов.

Жи­лые от­се­ки лай­не­ра.



 Ми­ку и Яма­да, мир­но спа­ли в од­ной кро­вати. Хоть пер­вый стресс дав­но про­шел, Хат­су­не ка­тего­ричес­ки от­ка­зыва­лась спать без сво­ей под­ру­ги. И Яме, во­лей-не­волей, при­ходи­лось сос­тавлять ей ком­па­нию. Не то что­бы она бы­ла про­тив, ско­рее очень да­же за, но де­вуш­ка нем­но­го сму­щалась сво­их собс­твен­ных чувств. Тем­но­воло­сая меч­ни­ца уже и не пом­нит, ког­да бы­ла так счас­тли­ва, пос­ледний раз они спа­ли в од­ной кро­вати, бу­дучи деть­ми. Пер­вой прос­ну­лась Яма­да, и тут же ощу­тила при­ят­ную тя­жесть. Во сне, Ми­ку об­ня­ла свою под­ру­гу, при­жав­шись к ней всем те­лом, и за­кинув на неё од­ну из сво­их изящ­ных но­жек. Ког­да толь­ко ус­пе­ла? На Ми­ку бы­ла од­на толь­ко тон­кая хлоп­ко­вая пи­жама, а на Яме бе­лые тру­сики, кон­такту тел поч­ти ни­чего не ме­шало. Меч­ни­ца пок­расне­ла как обык­но­вен­ная школь­ни­ца, и об­ра­дова­лась, что Ми­ку спит как мла­денец и не ви­дит её ре­ак­ции.

 Ком­на­ты, или, вер­нее ска­зать, ка­юты, на лай­не­ре яв­ля­лись при­мером рос­ко­ши и ра­ци­она­лиз­ма в од­ном фла­коне. Ни­чего лиш­не­го, и, тем не ме­нее, ди­ваны, кро­вать, те­леви­зор со встро­ен­ным пле­ером, кон­ди­ци­онер, от­дель­ная ду­шевая и до­воль­но боль­шие ил­лю­мина­торы, де­лали их по­хожи­ми на неп­ло­хой гос­ти­нич­ный но­мер. Да и прос­тор, не каж­дое суд­но пох­васта­ет­ся та­ким, вы­сокие по­тол­ки, есть, где раз­вернуть­ся. Хоть всем де­воч­кам и вы­дели­ли ин­ди­виду­аль­ные по­кои, боль­шую часть дня ком­па­ния про­води­ла вмес­те. Ком­на­той для по­сиде­лок еди­ног­ласно выб­ра­ли ка­юту Ми­ку. Они с Али­сой при­были рань­ше всех, и ус­пе­ли внес­ти в ком­на­ты из­ме­нения, твор­ческий бар­дак в ка­юте Али­сы и До­ка, и вос­точный у­ют у Ми­ку. Док у се­бя толь­ко но­чевал, по­это­му в бит­ве лю­бяще­го по­рядок пар­ня, и им­пуль­сив­ной на­туры ры­жей, по­беди­ла пос­ледняя.

 На сте­нах по­лу­япон­ка раз­ве­сила пла­каты вос­точных му­зыкаль­ных групп, а так же с фо­тог­ра­фи­ями из Со­вен­ка, бы­ло да­же нес­коль­ко пос­те­ров с ве­чер­них по­сиде­лок. Ког­да Док пор­та­лами тас­кал их от­ды­хать в са­мые раз­ные угол­ки ми­ра, имен­но Ми­ку всег­да бра­ла с со­бой ка­меру, и сни­мала са­мые ин­те­рес­ные мо­мен­ты. В уг­лу по­меще­ния, сто­яли му­зыкаль­ные инс­тру­мен­ты: акус­ти­чес­кая и элек­тро­гита­ры, син­те­затор, сбор­ник дис­ков, да­же губ­ная гар­мошка. На тум­бочках рас­по­ложи­лось нес­коль­ко ваз и аро­мати­чес­ких ламп. В об­щем, са­мая у­ют­ная и об­жи­тая из всех ка­ют на «Ле­нине».
 -Тук-тук, со­ни, мы приш­ли. – Уль­яна и Али­са собс­твен­ной пер­со­ной, толь­ко они мог­ли под­нять та­кой шум пря­мо с ут­ра по­рань­ше, и зап­росто вва­лить­ся к по­лу­япон­кам. – Да­же зав­трак вам при­нес­ли. Ми­ку, Яма, про­сыпай­тесь!
 -И че­го те­бе не спит­ся, мел­кая. – Го­лос Яма­ды был ещё сон­ным, а са­ма де­вуш­ка хоть и се­ла на кро­вати, всё ещё ку­талась в оде­яло, гля­дя на то, как Али­са кла­дет на стол под­нос и кас­трю­лю, с ме­тал­ли­чес­ки­ми крыш­ка­ми. – Ле­жи се­бе, от­ды­хай, дай ста­руш­кам по­валят­ся.
 -Ой-ой, то­же мне, по­дума­ешь, на нес­коль­ко лет млад­ше вас. – Уль­яна вы­суну­ла язык и улыб­ну­лась, вот кто поч­ти не уны­вал с са­мого на­чала, да­же ког­да по внут­ренней свя­зи объ­яви­ли о том, что про­изош­ло. Мел­кая ры­жая мол­ния, це­ликом и пол­ностью ве­рила в До­ка. Как и в то, что они вер­нутся до­мой нев­ре­димы­ми. – Да мне че­рез пол­го­да во­сем­надцать!
 -Как ле­тит вре­мя. Доб­рое ут­ро, де­воч­ки. – Ми­ку сон­но про­тира­ла гла­за, по угол­ку её губ сте­кала тон­кая струй­ка слю­ны, ко­торую де­воч­ка, зар­девшись, вы­тер­ла тыль­ной сто­роной ла­дони. В ком­па­нии Ямы, она спа­ла как уби­тая, да­же пох­ра­пыва­ла иног­да. – Чем так вкус­но пах­нет?
 -Мел­кая с кух­ни при­нес­ла, хо­чет по­кушать в спо­кой­ной об­ста­нов­ке. Кам­буз прев­ра­тил­ся в фи­ли­ал ор­га­низа­ции, где ку­ча на­роду си­дит, фи­лософс­тву­ет, осуж­да­ет пла­ны на бу­дущее, бол­та­ет… – Вмес­то Уль­яны от­ве­тила Али­са.
 -И ку­рят, ку­рят как па­рово­зы! – Воз­му­щен­но про­вор­ча­ла млад­шая. – Как буд­то все дол­жны тер­петь этот дым. Я, нап­ри­мер, не люб­лю за­пах та­бака!
 -Че­го это вы ух­мы­ля­етесь? – Спро­сила Яма, за­метив, как Али­са и Ми­ку син­хрон­но улыб­ну­лись.
 -Да вспом­ни­ла, как Кэп на це­лую не­делю ос­тался без си­гарет. – Али­са ткну­ла паль­цем в Уль­яну, ко­торая уже дос­та­ла из тум­бочки пять та­релок и ло­жек, и рас­став­ля­ла их на сто­ле. – На­ша юная во­жатая зап­ре­щала, ку­рить в Со­вен­ке, да­же ему.

 -То-то же! – Уль­яна гор­де­ливо зад­ра­ла под­бо­родок. – Он там был как прос­той физ­рук, а я во­жатая. Дол­жность пок­ру­че бу­дет.
 -А по­чему пять та­релок? – За­дала воп­рос Яма­да, пе­рес­чи­тав ещё раз по­суду. – Кто к нас ещё зай­дет?
 -Док. – От­ве­тила Али­са, поп­равляя во­лосы. Со сто­роны де­вуш­ки до­нес­ся лег­кий за­пах шам­пу­ня, учу­яв ко­торый, хо­зя­ева ка­юты ре­шили то­же от­дать дань ут­ренним про­цеду­рам.
 -Лад­но, на­до ус­петь по­мыть­ся и одеть­ся! Не бу­дем же мы пе­ред Док-са­ном бель­иш­ком све­тить? – Ми­ку под­ня­лась с кро­вати, под­ня­ла ру­ки вверх, и слад­ко по­тяну­лась. При этом ноч­ная ру­баш­ка в об­ласти гру­ди взды­билась, удос­то­ив­шись за­вис­тли­вого взгля­да Уль­яны. А Ми­ку, не за­метив это­го, об­ра­тилась к под­ру­ге. – Яма, пой­дем вмес­те, а то мо­жем не ус­петь, и спин­ку те­бе пот­ру.
 -Лад­но. – Прос­то сог­ла­силась тем­но­воло­сая, ста­ра­ясь не вы­дать сво­его вол­не­ния. Меч­ни­ца под­ня­лась, и нап­ра­вилась сле­дом за Хат­су­нэ. Оде­яло сос­коль­зну­ло с де­вуш­ки, и все при­сутс­тву­ющие мог­ли бес­пре­пятс­твен­но по­любо­вать­ся го­лой Яма­дой. – Это что за вздох об­легче­ния, Уль­яна!

 Ин­ди­виду­аль­ная ду­шевая в ка­ютах, бы­ла прос­торной для од­но­го че­лове­ка, и нем­но­го тес­но­вата для дво­их, да­же учи­тывая строй­ность де­вушек. Ми­ку, сра­зу же как толь­ко ока­залась внут­ри, сбро­сила в кор­зи­ну свою пи­жаму, ос­тавшись пол­ностью об­на­жен­ной. Яма­да су­дорож­но сглот­ну­ла, ра­ду­ясь, что у неё нет муж­ско­го ор­га­на, ко­торый мгно­вен­но бы её сдал со все­ми пот­ро­хами. Го­лая Ми­ку яв­ля­лась воп­ло­щени­ем кра­соты и изя­щес­тва. Идол от при­роды бы­ла прек­расна, и кро­ме то­го, тща­тель­но сле­дила за со­бой. Глад­кая ко­жа, ухо­жен­ные ног­ти и во­лосы, на не­боль­ших ло­дыж­ках де­вуш­ки ак­ку­рат­ным ря­дом блес­те­ли ног­ти. Ног­ти на но­гах она ни­ког­да не кра­сила, толь­ко мас­си­рова­ла пе­ред сном, с ув­лажня­ющим мас­лом.
 -Яма, мож­но я пер­вая, хо­рошо? – Улы­ба­ясь спра­шива­ла Ми­ку. Ак­ва­мари­новые во­лосы нис­па­дали по спи­не, поч­ти до са­мых бе­дер. – Или, да­вай луч­ше вмес­те, как рань­ше, ду­маю, мы по­мес­тимся в ка­бин­ке.
Яма­да на­мыли­ла мо­чал­ку, и заб­ра­лась в ка­бин­ку вмес­те с под­ру­гой. От­ре­гули­рован­ная до прох­ладной тем­пе­рату­ры во­да по­лилась свер­ху на двух вздрог­нувших де­вушек.
 -Не зна­ла, что ты за­каля­ешь­ся Ми­ку. – Ска­зала меч­ни­ца на япон­ском, сту­ча зу­бами. Ос­та­ва­ясь на­еди­не, де­вуш­ки час­то об­ща­лись на род­ном язы­ке. – По­чему та­кая хо­лод­ная?
 -Брр. Что­бы прос­нуть­ся ско­рее. – Ми­ку по­вер­ну­ла кран, раз­бавляя хо­лод­ную во­ду го­рячей. Пос­те­пен­но по­калы­ва­ющий хо­лод сме­нил­ся теп­лым по­током, при­ят­но рас­слаб­ля­ющим ко­жу. Так как Ми­ку заш­ла пер­вой, а Яма сле­дом за ней, то в ка­бин­ке они так и сто­яли. Об­на­жен­ная спи­на и всё что ни­же Ми­ку, на­ходи­лось пря­мо пе­ред Яма­дой.
 Теп­лый душ, мгно­вен­но на­мочил во­лосы. По спи­не Ми­ку по­тока­ми тек­ла во­да, омы­вая отя­желев­шие от неё ак­ва­мари­новые ло­коны. Зре­лище бы­ло нас­толь­ко за­вора­жива­ющим, что Яма не­осоз­нанно пог­ла­дила спи­ну под­ру­ги.
 -Дер­жи. – Ми­ку про­тяну­ла ей ку­сочек мы­ла, и тре­бова­тель­но по­дер­га­ла пле­чами. – Сна­чала ты ме­ня. Пом­нишь, ког­да бы­ли ма­лень­кие, я всег­да пер­вая мы­ла те­бе спи­ну, по­ра и ме­ня ба­ловать, Яма-сан.
 -Как ска­жешь, мне вов­се не труд­но. Хоть каж­дый день. – Лег­ко сог­ла­силась тем­но­воло­сая, на­мыли­вая мо­чал­ку. Яма не ви­дела, как пос­ле этих слов дрог­ну­ли гу­бы Ми­ку, как по­розо­вели её уши.

 Влаж­ный пар за­пол­нял ка­бин­ку, осе­дая кон­денса­том на ка­феле и стек­лянной две­ри, и сте­кая тя­желы­ми кап­ля­ми. Под шум ль­ющей­ся во­ды, Яма­да тер­ла спин­ку под­ру­ге, или, боль­ше чем под­ру­ге? Боль­ше, нам­но­го боль­ше, во вся­ком слу­чае, для Яма­ды. Сна­чала она про­води­ла по ко­же Ми­ку мо­чал­кой, тща­тель­но и силь­но, за­тем на­мылен­ной ла­донью прог­ла­жива­ла это же мес­то, ус­по­ка­ивая и рас­слаб­ляя.
 -Да, вот так. – Ми­ку не смог­ла сдер­жать слов удо­воль­ствия, ког­да ру­ка про­вела у са­мого коп­чи­ка. – Как при­ят­но.
 -Об­ра­щай­ся. – Улыб­ну­лась Яма­да, с тру­дом отор­вав взгляд от соб­лазни­тель­ных бе­дер. Ми­ку заб­ра­ла мо­чал­ку, и до­мыла мес­та спе­реди, при этом, ког­да дош­ла оче­редь до ног, она нак­ло­нилась, а мес­та в ду­ше не очень то и мно­го…
 -Прос­ти Яма, я те­бя за­дела? – Из­ви­нилась Ми­ку. Её поп­ка, са­мым бес­це­ремон­ным об­ра­зом, толь­ко что тол­кну­ла под­ру­гу.
 -Нет, н-н-ни­чего. – Яма­да умо­ляла Ми­ку не по­вора­чивать­ся. Пос­ле то­го как она ощу­тила мяг­кие и неж­ные яго­дицы под­ру­ги, ли­цо де­вуш­ки пок­расне­ло, до са­мых кор­ней чер­ных во­лос. – Бы­ва­ет, те­перь ты.

 Яма­да спеш­но от­верну­лась от Ми­ку, скры­вая сму­щение. Тон­кие и лов­кие паль­чи­ки, ко­торые при­вык­ли пе­реби­рать стру­ны му­зыкаль­ных инс­тру­мен­тов, сей­час уби­рали мок­рые чер­ные во­лосы со спи­ны меч­ни­цы.
 -Твои во­лосы сей­час, та­кие длин­ные. Ты ещё с млад­ших клас­сов лю­била рас­пу­щен­ные при­чес­ки. – Ми­ку на­конец отод­ви­нула их, и вплот­ную за­нялась спи­ной. – А вот те­ло из­ме­нилось, но мне нра­вит­ся.
 Ес­ли у Ми­ку бы­ли неж­ные пле­чи и ру­ки, то у Яма­ды под ко­жей от­четли­во прог­ля­дыва­лись мыш­цы. Ес­ли у де­воч­ки-ор­кес­тра бы­ла глад­кая спи­на и уп­ру­гие бед­ра, то на те­ле, у пол­жизни тре­ниру­ющей­ся но­сите­ля ано­малии, мож­но бы­ло изу­чать ана­томию. Каж­дая мыш­ца, каж­дая связ­ка ды­шали си­лой. В одеж­де это не так за­мет­но, а вот ког­да Яма го­лая… Но Ми­ку нап­ро­тив, нра­вилось, что под­ру­га от­да­ет всю се­бя, что у неё те­ло нас­то­яще­го мас­те­ра.
 -Твои ру­ки я уз­наю из ты­сячи, Ми­ку. – Яма­да не­ожи­дан­но для се­бя по­вер­ну­лась, и взя­ла ла­донь Хат­су­нэ. – Мо­золи на паль­цах, лов­кие кис­ти. Жал­ко, что все ре­пети­ции впус­тую, мы с де­воч­ка­ми очень жда­ли этот кон­церт. С са­мой на­чаль­ной шко­лы, я вос­хи­щалась тем, как ты от­да­ешь му­зыке всю се­бя.
 -Ус­пе­ем, ещё вся жизнь впе­реди. Ты де­ла­ешь нам­но­го бо­лее важ­ные де­ла, чем прос­тая пе­вич­ка, пусть и из­вес­тная на весь мир. – Ми­ку об­ня­ла под­ру­гу, при­жав­шись к ней всем те­лом. Го­лова де­вуш­ки ут­кну­лась в гру­ди меч­ни­цы. – Да­вай боль­ше не бу­дем рас­ста­вать­ся. Мне так хо­рошо с то­бой, сов­сем как в детс­тве. Об­ни­маю те­бя, и все проб­ле­мы, все стра­хи, уле­тучи­ва­ют­ся. Пом­ню, как мы иг­ра­ли, как спа­ли вмес­те, ты мне как сес­трен­ка.
 -Ми­ку, я… - Яма не зна­ла что ска­зать, что от­ве­тить это­му тре­пет­но­му ко­моч­ку, что так до­вер­чи­во при­жал­ся к ней. Она прос­то бо­ялась. Де­вуш­ка, с ме­чем на­голо сра­жа­юща­яся про­тив прес­тупни­ков и ано­малий, бо­ялась лиш­ним сло­вом раз­ру­шить до­рогие ей чувств. Но не от­ве­тить на та­кое сей­час, не мог­ла. Яма­да об­хва­тила пле­чи Ми­ку, и пос­мотре­ла в ак­ва­мари­новые гла­за. – Я те­бя не бро­шу, сес­трен­ка. Ни­ког­да.

 -Вы там ско­ро? – Раз­дался го­лос Уль­яны из ка­юты. – Я сей­час с го­лоду пом­ру! У ме­ня мо­лодой, рас­ту­щий ор­га­низм!
 -Пой­дем тог­да? – Уши и кон­чик но­са Хат­су­нэ, всё ещё сох­ра­няли ро­зовый цвет сму­щения.
 Пос­ле то­го, как по­лук­ровки оде­лись и выш­ли к ос­таль­ным, вы­яс­ни­лось, что пя­тый гость уже тут. Док, собс­твен­ной пер­со­ной, в май­ке и брид­жах, с боль­шим под­но­сом го­рячих кот­лет. Блю­до с по­сыпан­ны­ми зе­ленью ку­соч­ка­ми жа­рен­но­го фар­ша, встре­тили на ура.

Док. Ка­юта Ми­ку.



 Де­воч­ки не ску­чали, к мо­ему при­бытию они уже ус­пе­ли ос­ве­жить­ся, су­дя по за­паху шам­пу­ня и мы­ла, ви­та­юще­го в воз­ду­хе. Уси­лен­ное обо­няние уже ста­ло при­выч­кой. Хоть не уны­ва­ют, в глу­бине ду­ши я бо­ял­ся, что они ис­пу­га­ют­ся си­ту­ации, в ко­торой ока­зались по мо­ей ви­не.
 "- У-и-и-ху! – Вос­хи­тил­ся Ши­за. – А су­дя по мок­рым во­лосам Ми­ку и Ямы, ку­пались они вмес­те. О, ос­та­нови­те мою фан­та­зию".
 -Лад­но, се­год­ня обой­дем­ся без здо­рово­го зав­тра­ка. – Ми­ку пос­мотре­ла на хо­лодиль­ник, в ко­тором си­рот­ли­во ле­жали й­огур­ты, ва­реный рис, фрук­ты, и, не­дол­го ду­мая, при­со­еди­нилась к ос­таль­ным.
 Кот­ле­ты, ко­торые при­нес я, и крем-суп до­бытый ры­жей бра­ти­ей, пош­ли за ми­лую ду­шу. Люб­лю я, этих де­вочек, прос­той зав­трак с ним, уже под­ни­ма­ет нас­тро­ение.
 -Се­год­ня мы без ки­бер­не­тиков? – Спро­сила Ми­ку, вспо­миная как вче­ра на ужи­не, нам сос­та­вили ком­па­нию Шу­рик с Элек­тро­ником.
 -Вче­ра они за мной весь день хо­дили, хвос­ти­ком, приш­лось приг­ла­сить. – От­ве­тил я, раз­ре­зая од­ну из кот­лет Уль­яны но­жом. Ры­жая ела, не за­мора­чива­ясь та­кими ме­лоча­ми как тща­тель­ное пе­реже­выва­ние, а это вред­но меж­ду про­чим. – Вби­ли се­бе в го­лову, что тут мож­но отыс­кать но­вые тех­но­логии, для сво­его ро­бота, вот и нап­ра­шива­ют­ся в рейд. Мои сло­ва о том, то тут кам­ня на кам­не не ос­та­лось, про­пус­ка­ют ми­мо ушей.

 -Рейд? – Пе­рес­про­сила Али­са с на­битым ртом, и чуть не по­пер­хну­лась. Док мгно­вен­но по­дал ей ста­кан со­ка.
 -Да, раз­ве­дыва­тель­ный от­ряд. – От­ве­тил он, ре­шив не ута­ивать ни­чего. – Нес­коль­ко че­ловек для раз­ведки, де­тали сей­час об­сужда­ют­ся, но брать этих дво­их мы не бу­дем. Их фа­натизм в ро­ботос­тро­ении уже пу­га­ет. Пред­став­ля­ете, они го­ворят, что пос­тро­ят ги­гант­ских бо­евых ро­ботов, ко­торые ста­нут ос­новной за­щитой Зем­ли. Ха, да ес­ли у них по­лучит­ся, лич­но воз­глав­лю этот от­дел.
 -А ты, от­пра­вишь­ся с раз­ведкой? – Уль­яна за­дала са­мый глав­ный для неё воп­рос. Мел­кая с са­мого на­чала, по хо­зяй­ски усе­лась ря­дом со мной, а дру­гую сто­рону ок­ку­пиро­вала Али­са.
 "И это, за-ме-ча-тель-но! – По­дал го­лос Ши­за – Ры­жики на­ше всё. К чер­ту де­ла, да­вай за­вис­нем тут на па­ру не­дел... А хо­тя, блин, Сла­вя и Рич".
 -Ещё не яс­но. – Я от­ку­сил ку­сочек го­рячей кот­ле­ты, соч­ной, све­жей, при­готов­ленной лич­но мной. Не­кото­рые в ор­га­низа­ции сме­ют­ся над этим хоб­би, но го­тов­ка по­мога­ет ус­по­ко­ит­ся, да и, на­кор­мить сво­их лю­бимых собс­твен­но­руч­но сос­тря­пан­ным зав­тра­ком… Чем не счастье? – Ана­лити­ки взве­шива­ют все за и про­тив. С од­ной сто­роны, вас, я ос­та­вить не мо­гу, пусть этот лай­нер и за­щищен. А с дру­гой, шан­сы на спа­сение Сла­ви и Ри­чар­да, при мо­ем учас­тии, су­щес­твен­но воз­раста­ют.
 -Тог­да и ду­мать не­чего! – Али­са серь­ез­но на ме­ня пос­мотре­ла. – Мы как-ни­будь спра­вим­ся, а Сла­вя и Ри­чард там в опас­ности, и Юля то­же.
 -До­едай­те. – Я под­нялся и от­ряхнул ру­ки от кро­шек. – А мы с Ви­олой, до­дума­ем де­тали вы­лаз­ки.

Ри­чард.



 Сол­нце скры­лось за го­ризон­том, а но­ги при­выч­но по­бали­вали от ус­та­лос­ти. Как при­выч­но, и не­обыч­но в од­но и то же вре­мя. До­ма, я каж­дый ве­чер за­сыпал, ис­то­щен­ный тре­ниров­ка­ми, под эту са­мую мы­шеч­ную боль. В ка­кое-то вре­мя, да­же на­чал по­лучать удо­воль­ствие, чувс­твуя, как но­ет каж­дая связ­ка. А сей­час? Вмес­то опос­ты­лев­ших че­тырех стен, без­дна не­ба над го­ловой, треск кос­тра не­пода­леку, и об­щес­тво двух кра­сивей­ших де­вушек. Я мо­жет и мо­раль­ная свинья, но до­мой не то­роп­люсь.

 -Рич, ты опять ушел в глу­бокую за­дум­чи­вость? – Выр­вал ме­ня из тран­са го­лос Сла­ви. Де­вуш­ка ски­нула са­поги, и вы­тяну­ла но­ги бли­же к кос­тру. Но­чи здесь на удив­ле­ние прох­ладные, при­шед­шее вслед за за­ходом сол­нца по­холо­дание, соз­да­вало до­воль­но рез­кий кон­траст, меж­ду жар­ким днем, и прох­ла­дой су­мерек. Ря­дом с кос­тром ле­жала за­готов­ленная за­ранее куч­ка хво­рос­та. Мож­но бы­ло наз­вать её вя­зан­ка, но мы не ста­ли скла­дывать ак­ку­рат­но, а прос­то наб­ро­сали су­хих ве­ток го­рой. Пос­ле уто­митель­но­го марш-брос­ка по кань­ону, за­мора­чивать­ся ещё и обус­трой­ством ла­геря ни­кому осо­бо не хо­телось. Вмес­то это­го, мы на­тас­ка­ли под боль­шую иву хво­рос­та, и нар­ва­ли ве­ток с листь­ями, ус­тро­ив две ле­жан­ки. По­чему две? А вот пог­ля­дите на бли­жай­шее де­рево.

 -Юля, а те­бе точ­но там удоб­но? – Спро­сил я ушас­тую. Де­воч­ка-кош­ка, заб­ра­лась на од­ну из тол­стых ве­ток, у са­мого ос­но­вания кро­ны. И, воль­гот­но све­сив хвост, кай­фо­вала на де­реве, пря­мо над на­ми. Чем я и поль­зо­вал­ся, рас­смат­ри­вая нож­ки Юли во всех де­талях. Сто­ит приз­нать, они и прав­да ши­кар­ные. Эх, эти паль­чи­ки, эти ик­ры и бед­ра, а уж то, к че­му они кре­пят­ся.
 -Удоб­но, ко­неч­но. И ве­терок тут све­жий, мрр. – Ле­ниво от­ве­тила де­воч­ка. По­рывы ноч­но­го вет­ра, ко­лыха­ли листья ивы, и во­лосы на­шей не­ки. Пе­ред но­чев­кой, она ус­пе­ла пой­мать в ре­ке ог­ромную ры­бу. Как? Как, ма­лень­кая, хруп­кая на вид де­вуш­ка, вы­тащи­ла из глу­бокой ре­ки со­ма ве­сом под де­сять ки­ло? За­гад­ка. Спи­шем это на осо­бен­ности ано­малии. Про­жарен­ная на уг­лях ры­ба бы­ла прос­то паль­чи­ки об­ли­жешь, ещё бы со­ли дос­тать, а так, ужин был плот­ным.
 -Ду­маю, нам сто­ит по оче­реди сто­ять на ча­сах. – По­дала идею Сла­вя, прис­лу­шива­ясь к да­леким кри­кам ноч­ных птиц. – Ма­ло ли ка­кие тва­ри тут оби­та­ют?
 -Не бес­по­кой­ся Сла­вя. – Раз­дался тихий го­лос за­сыпа­ющей Юли. – Мои уши и нос, очень чут­кие, ес­ли кто-то поп­ро­бу­ет приб­ли­зить­ся, я за­мечу.

 Ре­шив до­верить­ся на­шей осо­бен­ной ком­пань­он­ке, Сла­вя лег­ла на свою ле­жан­ку, ус­тра­ива­ясь по­удоб­нее сре­ди ве­ток и листь­ев. Бо­сые но­ги де­вуш­ки за­бав­но тор­ча­ли сре­ди им­про­визи­рован­но­го при­род­но­го мат­ра­са. Кос­тю­мы мы сни­мать не ста­ли, а я, ещё и не ра­зул­ся. Прос­то ле­жал на спи­не и смот­рел на звез­ды. Все соз­вездия на без­лунном не­бе, бы­ли та­кими же, как и на на­шей Зем­ле, единс­твен­ное от­ли­чие в том, что не вид­но спут­ни­ков. В ноч­ном не­бе на­шего ми­ра, нет-нет да про­лета­ла по не­бу яр­кая точ­ка вид­ная с зем­ли, и по­хожая на дви­жущу­юся звез­ду.
 Со сто­роны ре­ки за­тихал ля­гуша­чий хор. И сла­ва бо­гу! Слу­шать их ква­ка­ющий ор всю ночь, нет уж, уволь­те. Ды­хание, ле­жащей не­пода­леку Сла­ви, ста­ло ров­ным и глу­боким. Уто­мив­ша­яся де­вуш­ка креп­ко ус­ну­ла. Уди­витель­но, за день мы пок­ры­ли не­малень­кое рас­сто­яние, и ни од­на из де­вушек не по­каза­ла свою ус­та­лость. Раз­ве что Юля один раз меч­та­тель­но про­тяну­ла, что не от­ка­залась бы от хо­лод­но­го мо­лоч­ка. Ля­пота, пос­ле столь дол­го­го вре­мени под па­лящим сол­нцем, осо­бен­но це­нишь прох­ла­ду. Эк­ран джой-боя, по­казы­вал 78% рас­шифров­ки дан­ных. Ду­маю к ут­ру, мы уже смо­жем уз­нать что хра­нить­ся на но­сите­ле.

 Бац! Ори­ен­ти­ру­ясь на звук я схва­тил про­летав­ше­го ми­мо ко­мара, и, не раз­ду­мывая при­давил его. На се­кун­ду, кос­тер стал се­рым, но цве­товое зре­ние в этот раз вос­ста­нови­лось мгно­вен­но. Черт Ри­чар, это не есть хо­рошо. Кос­тер пос­те­пен­но уга­сал, и я под­ки­нул ту­да дров. До ут­ра дол­жно хва­тить. Уханье со­вы на со­сед­нем де­реве дей­ство­вало уми­рот­во­ря­юще, нас­коль­ко я пом­ню, пти­цы ред­ко шу­мят в при­сутс­твии круп­ных хищ­ни­ков. Ес­ли вып­рыгнет волк или ша­кал, прибью его од­ной ле­вой, да­же без ог­нес­тре­ла, а вот наб­ре­ди на на­шу сто­ян­ку мед­ведь, тут бу­дет слож­нее. На этот слу­чай я при­гото­вил боль­шой пу­чок су­хой тра­вы. Ки­ну в кос­тер, и пос­мотрим, бо­ит­ся ли мес­тная жив­ность яр­ко­го ог­ня. На край­ний слу­чай, есть план Б. Я на­щупал ру­кой пис­то­лет с тран­кви­лиза­тором. И тут в мыс­лях сно­ва на­чал­ся бар­дак.

 Ру­ка сжа­лась на ору­жии, так силь­но, что по­беле­ли кон­чи­ки паль­цев. Ок­ру­жа­ющее прос­транс­тво сно­ва прев­ра­тилось в чер­но-бе­лое ки­но, а я ду­мал. Имен­но Я ду­мал! Это не бы­ло на­вяз­чи­выми мыс­ля­ми со сто­роны, или им­пе­ратив­ным ше­потом. Имен­но моё пос­тыдное же­лание, ро­див­ше­еся в глу­бине сер­дца. «Один выс­трел, и она твоя. Сон­ная, бес­по­мощ­ная. Ле­карс­тво дей­ству­ет быс­тро, да­же прос­нуть­ся не ус­пе­ет, не уз­на­ет. Не пой­мет что с неё сня­ли одеж­ду. Рас­слаб­ленное те­ло, пол­ностью по­кор­ное мо­ей во­ле. Я смо­гу де­лать с ней что за­хочу. А ес­ли Юля вме­ша­ет­ся, есть ещё дро­тики...» С ужа­сом, я за­метил, как собс­твен­ная ру­ка нап­ра­вила ору­жие в сто­рону Сла­ви, спус­ти­ла с пре­дох­ра­ните­ля, и поч­ти на­жала на ку­рок. Ми­шень ука­зыва­ла точ­но на её шею. Нет! НЕТ! Я не бу­ду это­го де­лать!

 С ог­ромным тру­дом, уда­лось по­давить эти тем­ные мыс­ли. Ле­вой ру­кой пе­рех­ва­тив зат­вор, мед­ленно опус­тил ору­жие. Я был про­тивен сам се­бе. Всё вок­руг сно­ва ста­ло оран­же­во-баг­ро­вым, от све­та кос­тра, и мож­но, на­конец, вдох­нуть спо­кой­но. Ли­цо об­ли­валось хо­лод­ным по­том, а по те­лу ещё бе­гала слад­кая дрожь пред­вку­шения. И об­ра­зы в го­лове, где го­лая де­вуш­ка в мо­их объ­яти­ях. Зав­тра же от­дам пис­то­лет Сла­ве! Я слиш­ком ува­жаю её, и слиш­ком не до­веряю се­бе, пос­ле то­го как рух­нул в пор­тал. Что же там про­изош­ло? Вос­по­мина­ния очень смут­ные, как в ту­мане. Пом­ню ог­ромное прос­транс­тво, нет, не так. БЕС­КО­НЕЧ­НОЕ прос­транс­тво, веч­ность, что смот­рит в ду­шу ми­ри­ада­ми си­яющих звезд, и теп­лая ла­донь, ко­торая схва­тила ме­ня за ру­ку.
 Я пос­мотрел на­верх, ту­да, где спа­ла Юля, по­ложив од­ну ла­дош­ку се­бе под ще­ку. Вто­рая ру­ка сви­сали с де­рева. На­до бу­дет спро­сить у де­вуш­ки. Впол­не воз­можно, что имен­но её ру­ка, удер­жа­ла ме­ня. Вот эта са­мая ма­лень­кая лап­ка. Но это зав­тра, а сей­час…
 На­до что-то де­лать с об­наглев­ши­ми ко­мара­ми! Они же ме­ня живь­ем сож­рут! Дым от кос­тра вет­ром уно­сило в стро­ну Сла­ви, от­го­няя от неё на­секо­мых. Юлю, мос­ки­ты не тро­гали, не­понят­но по ка­ким при­чинам, а вот на мне лю­бимом, ре­шили отыг­рать­ся спол­на. Вот бу­дет ве­село, Ри­чард, убив­ший кра­ба-монс­тра чуть ли не го­лыми ру­ками, ис­ку­сан ар­ми­ей мел­ких кро­вопийц. Прих­лопнув с де­сят­ка два зло­ебу... дос­та­вучих тва­рей, ста­ра­ясь не на­делать лиш­не­го шу­ма, и не раз­бу­дить де­вочек, я под­нялся на но­ги. Ес­ли этот лес, так на­поми­на­ет на­ши, зна­чит тут рас­тет и… Вот он!
 Да­же не приш­лось да­леко от­хо­дить от сто­ян­ки. Воз­ле ре­ки цве­ло так не­об­хо­димое мне рас­те­ние. Ко­тов­ник ко­шачий, или прос­тым язы­ком, «ко­шачья мя­та». Не­боль­шой кус­тик, с фи­оле­товы­ми цвет­ка­ми, стеб­ли ко­торо­го я не раз се­год­ня ви­дел. Сор­вав хо­роший пу­чок, я рас­тер его меж­ду ла­доней, и об­ра­ботал со­ком тра­вы все от­кры­тые учас­тки ко­жи, осо­бен­но шею. Спе­цифи­чес­кий ли­мон­ный за­пах, пос­лу­жит от­личным при­род­ным средс­твом про­тив ко­маров. И ни­како­го ре­пел­лента не на­до. Доб­равшись до ле­жан­ки, я ре­шил до­верить­ся на­шей кош­ко­девоч­ке. Раз го­ворит, что её нос и уши на стре­ме, зна­чит, так оно и есть. По от­че­там в ор­га­низа­ции ЮВАО мно­го где по­быва­ла, и на­вер­ня­ка не все чу­жие ми­ры пред­став­ля­ют со­бой ку­рорт.
Состав группы.
Отряд+Док.
11 (84.6%)
Док остается на лайнере.
2 (15.4%)
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые интересные картинки, арты, комиксы, статьи по теме Фанфики(БЛ) (+246 картинок, рейтинг 1,894.4 - Фанфики(БЛ))