Результаты поиска по запросу «

Доли еротика

»
Запрос:
Создатель поста:
Теги (через запятую):



Коллективное творчество(БЛ) Бесконечное лето Ru VN много приклеенных голов ...Визуальные новеллы фэндомы 

Коллективное творчество(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы,много приклеенных голов
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Опя-я-ять хулиганить.

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Коллективное творчество(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

И снова рассвет настаёт

P.S. Относительно занят, но уже не учёба. Снятие паузы - до 30 января по МСК.
Визуальные новеллы,фэндомы,Коллективное творчество(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 41 (с голосовалкой)

 Страничка на фикбуке.  


                                             В своё время Искра не прошла тест Тьюринга. Не потому, что не смогла. Она завалила его специально…


                                                                                                                                      Личные записи доктора В.Ц. Коллайдер



Ричард. Лес ущелья.



 Я не успел не то, что отреагировать, а даже как следует выругаться! Пламя дракона окутало меня, полностью скрыв окружающий мир. Оно ревело, наполняя воздух громким гулом. Но боли не было. Вместо этого, золотистый поток превратился в воронку, постепенно втягивающуюся в меня, наполняя силой. На краю сознания мелькнула мысль абсурдности происходящего. Сейчас я проснусь возле Юли и пойму, что всё это простой кошмар, и мои дорогие девочки в безопасности.

 — Крылатый, ты чего, убить меня удумал?! — гул дикого огня полностью поглотил мой крик. Стоп! Вокруг так тепло… Напоминает ощущение, когда я сидел в ванной бункера. Закрываю глаза, переключаясь на зрение аномалии, открываю. Золотой цвет никуда не делся, даже в потерявшем краски мире он сверкал хаотично порхающими искрами. Умирающий дракон отдавал без остатка всё своё «Я». Всё, до последней крохи сил. Мышцы свело судорогой, они напряглись так, что, казалось, тело сейчас разорвет на части.

 Не скажу, в чем тут дело. Может, в том, что эту силу дракон пожертвовал добровольно, а может, в нем изначально было её просто НЕМЕРЕНО! Но, по сравнению с ним, у виверны были лишь жалкие крупицы. Сила буквально кипела внутри. Изо рта вырвалось несколько языков багрового пламени, больно обжигая верхнюю губу. Мощь крылатого ящера, способного рвать на части целые армии!.. Часть его воспоминаний и навыков, в том числе опыт свободного полета. О, теперь я понял, что двигался в воздухе, как пьяная обезьяна! Часть его собственных чувств. Его жгучее желание отомстить за смерть сородичей. Жечь заразу! Беспощадно испепеляя всех, кто служит ЕЙ! Будь то человек или зверь, он должен быть предан огню. На миг перед моими глазами появился образ из самых глубин памяти чешуйчатого: молодое девичье лицо, с волосами цвета снега. Но его тут же сменили восемь белых паучьих лап…

 — Ох, ох, ох, что ж я маленьким не сдох? — Вихрь иссяк. Кряхтя, поднимаюсь на ноги. Напор был настолько сильным, что просто придавил меня к земле, подобно промышленному прессу. Интересно, не обладай я способностью Кукулькана к поглощению, остались бы от меня хотя бы опаленный кратер и парочка дымящихся сапог?

 Поворачиваюсь к дракону, уже представляя, что увижу. Мертв. Когда-то могучее тело сейчас выглядит как скелет, обтянутый кожей. В воздухе пахнет дымом, сырой землей из тоннелей и, БЛЯДЬ, ПОРАЖЕНИЕМ! Твари добрались до Слави и нек! Сердце стучит как бешеное, разгоняя кровь по жилам. Черт! Надо спасти их как можно быстрее от участи страшнее, чем смерть! Я всё могу! Ощущение, во всяком случае, похожее. Ожог на губе затянулся, будто бы его и не было. Как и прошлый хозяин аномалии, я поглощал энергию, восстанавливая плоть. Кукулькан регенерировал смертельные раны, используя жизненные силы. Память дракона что-то подсказывает про «прану». Да, точно, Саша тоже упоминала нечто подобное.

 — Спасибо, — я поклонился своему неожиданному союзнику, отдавая дань уважения. Откуда-то, скорее всего из тех крох знаний дракона, что мне удалось впитать, я знал, что у небесных странников не принято говорить «покойся с миром». Вместо этого… — Мы снова встретимся среди звезд.
 В глазах поплыло. Перед полем зрения вдруг снова появляются разрозненные записи и окна. Что за черт! Мелькающие в воздухе буквы и символы. Совсем как…

 — Твою мать! Да ладно?! — проговариваю вслух, вспоминая слова Искорки: «Ты мимик, Ричард». Я могу копировать и воссоздавать практически любую аномалию, излучение которой меня напрямую коснулось! ЛЮБУЮ! Вспомнить это чувство погружения, когда водоворот информации уносит сознание в виртуальный мир. Пусть и созданный искусственно, он настоящий! Именно память и чувства помогают мне проявить способности аномалии. Искра и её создатели не смогли разгадать и сотой доли той сущности, способности которой я ощутил на себе, а значит, могу повторить! Бегунок!
 Интерфейс становится упорядоченным, а помехи — полностью исчезают. Вместо них я вижу сотни строк информации. Ничем не отличается от того чувства, когда я был в «Элизиуме». Посмотрим на дерево. «Береза: используется для добычи древесины, в настоящий момент обгорело. Прочность 43%». Программа, напрямую обрабатывающая информацию! Ей банально плевать, что здесь не сервера проекта «Лето», а реальный мир! Аномалия просто существует и следует своей природе. Она смогла подсказать мне, как атакует дракон, а значит, вполне может стать просто нереально полезной. Бегунок подсвечивает информацию обо всем, на чем я сосредотачиваюсь. Ну-ка, глянем на прощальный подарок крылатого.

[Совершенный камень душ: создан, чтобы накапливать энтропическую энергию. Заполнен на 79%].



 — А что это за штука? — я тронул пальцами край окна, в котором красовалась информация. Камень исчез. Мгновенно. Испарился в воздухе! А перед глазами выскочило сообщение: «Предмет перемещен в инвентарь». — Офигеть. Нет, не так. О-ФИ-ГЕТЬ! — Достать обратно тоже выходит. Аномалия полностью ассимилировала с реальностью, изменяя и дополняя её. Вот только энергии на это уходит прилично. После стольких тренировок со способностями носителя я уже довольно легко ощущаю, сколько трачу на то или иное действие, а также сами пределы своих возможностей.

 Сосредоточившись, снова перехожу на манипулирование стихиями. Буквы и строки исчезают, заменяясь ощущением каждого камешка под ногами и каждого дуновения ветра вокруг. Всё просто до безобразия. Не время пока разбираться с заимствованными силами. Способности Кукулькана я более-менее освоил (скорее «менее», чем «более», но альтернативы нет). Каждая минута на счету. Дракон, ещё кое за что я должен сказать тебе спасибо… Страх перед огнем, доставшийся как побочный эффект памяти древнего майя, исчез! Подхожу к одному из тоннелей, запечатанному паутинной пленкой. Девочки, я вас не брошу! Черт, это даже не рыцарство или альтруизм. Без вас Я не смогу жить счастливо, так что, считайте, это чистейшей воды эгоизмом!

 Раз! Порыв ветра, щедро разбавленный огненными всполохами, прожигает преграду насквозь. Паутина не просто рвется, она очень даже неплохо горит, совсем как какой-нибудь дешевый пластик. И воняет почти так же! Два! Из кармана извлекается миниатюрная маска. Треугольник, похожий на тот, которым в наше время дают наркоз по время операций. Но в этот встроены фильтры, превращающие его в компактный, но очень надежный противогаз. Хоть «черемухой» дыши, даже не чихнешь. Искра гарантировала. Три! Я прыгаю вниз, открывая за спиной пару невидимых крыльев и подсвечивая дорогу фонариком джоя. Поехали!

 Крылья открываются мгновенно. Пока только два. Тоннели разветвлялись и петляли. Энергия аномалии позволяла чувствовать структуру земли на несколько сотен метров вокруг, а глаза охотника — ориентироваться почти без света. Фонарь нужен только чтобы защититься от пауков, если таковые тут вдруг остались. Спускаясь ещё глубже, я старался не касаться выстланных паутиной стен. Если провести аналогию с земными паукообразными, то нити для этих существ вполне могут служить радаром, и, коснувшись их, я дам сигнал как та микроволновка: «Дзынь! Кушать подано!»

***



 В глубине проходы ощутимо расширялись, превращаясь в самые настоящие пещеры. Проемом они легко переплюнут крупную станцию метро. Тут не то что поезд — небольшой корабль поместится. Сколько лет эти твари существовали под землей, прямо у нас под ногами? Почему на них не наткнулись геологи, или нефтяники, перебурившие полмира? Черт! А куда мне идти-то? Дракон говорил про ледниковый реликт, но какой из туннелей ведет туда? Ничего живого в округе нет. Все членистоногие твари дружно свалили, не оставив ни единой зацепки. Сейчас я был бы даже рад заметить на горизонте их мерзкие волосатые лапки. Даже в зрении аномалии все мертво — ни одной искорки жизненных сил, ни единого червя не копошится в пропитанной паучьим ядом почве.

 В свете фонаря мелькали обрывки колыхающейся от ветра моих крыльев паутины и валяющиеся на полу остатки трапез пауков. Коконы с высушенными обрывками хитина, мумифицированной кожи и костей. В воздухе различалось марево, как искажающие свет горячие потоки воздуха над асфальтом. Ядовитый газ. Пусть и не в очень большой концентрации, но он продержится ещё долго. Может, идти по нему? Свечу фонарем в каждый тоннель. Нет. Он буквально повсюду. Так не сориентироваться.

 — Блин! — противогаз приглушил речь, когда я с криком стукнул ближайшую стену. Рука тут же увязла в паутине, и пришлось отдирать её силой. В этот самый момент я обратил внимание на свой джой. На экране мелькала иконка интерактивного помощника. Точно! Искра же установила мне кучу ПО, в которое я пока не лез. В том числе и карты, собранные ещё Семнадцатым. Кликаем.

 — Приветствую. Чем могу помочь? — На экране появилась проекция Мику Хатсунэ, в стандартном сценическом костюме. Не может быть?
 — Искра? — я чуть не поперхнулся. Дышать в неудобном противогазе непривычно, через сложные фильтры воздух приходится всасывать силой.
 — Нет. Совсем нет. Я — голосовой помощник, разработанный для портативных устройств. Интерфейс проекции индивидуальный и может меняться, но управляющая загрузила меня сюда именно с такими настройками, — Мини-Мику скрестила руки на груди и серьезно кивнула. — Пусть я всего лишь программа, и не обладаю всеми возможностями Искры, но, тем не менее, имею доступ ко всем функциям джоя.
 — Мне нужно отследить аналогичные устройства моих подруг, — я попросил о самом очевидном варианте.
 — Сожалею, — Мику на экране поникла. Заметно, что её мимика уступает живой Искре, но всё же обратной эмоциональной связи она не лишена. — Сигналы не проходят. Я не могу сказать, где они. Даже приблизительно. Мы под землей? — Камера джоя слегка крутнулась. — Да, скорее всего, и ещё довольно глубоко. Сюда и со спутника не пройдет сигнал.

 — А есть работающий спутник? После двухсот лет постапокалипсиса? — сказать, что я удивлен, значит, ничего не сказать.
 — Один есть, и, думаю, его управляющая — Хаку — вполне могла бы нам помочь, — помощница почесала подбородок. — Где угодно, но не под землей, сюда сигнал сверху просто не пробьется.
 — Тогда… — думай, башка! Мы серьезно ограничены в ресурсах, маневре, и, самое неприятное, времени. — Мне нужно в место под названием «ледниковый реликт». Без поддержки со спутника ты можешь указать, в какой он стороне? Джой следил за геодатой ещё на поверхности, так что наше нынешнее местоположение ты знаешь.

 — О! Вечный лёд. Это знаменитое место, — проекция просияла. — Так можно! Сверюсь с данными автономного компаса, сопоставлю с картами и… всё готово! На экране стрелка, прямо возле карт, я её подсветила, чтобы тебе было удобней, хозяин, в той стороне реликт и находится. Однако настоятельно рекомендую продолжить движение по поверхности.
 — Нет, — пришлось отбросить легкий путь сразу. — Если моих спутниц потащили так, то мне волей-неволей придется повторить этот маршрут, чтобы не упустить ничего. Кто знает, можно ли будет пробиться в туннели оттуда.

 Я набирал скорость, лавируя между проходами. Тоннель шел почти прямо, и даже обходные пути искать не пришлось. Да, по небу было бы быстрее, учитывая, сколько у меня сейчас энергии, я могу потягаться в скорости даже с драконом, но вдруг пауки решили перекусить на полпути? Тело свело спазмом страха, когда я представил щелкающие у самого горла Слави паучьи жвала, или испуганные глаза нек. Лишь бы обошлось! Летим! Ещё два крыла. Так быстрее! Спина трещит от напряжения, но это мелочи. Летим, срывая ветром паутину перед собой. Свист ветра в ушах. Ричард спешит на помощь, как бы это наигранно не звучало.

***



 — Славя. Сла-вя. Славя-я-я!.. — тихо звал тонкий девичий голос, в конце сорвавшись на протяжный и жалобный мяв. — Юля, она в себя приходит!
 — А? Что? Моя голова-а… — блондинка терла виски, постепенно осознавая, что лежит на коленях Саши, и ей очень, очень плохо. Тошнота, слабость, головокружение и боль от нескольких царапин по всему телу. — Ой-ой-й… Раскалывается. Саш, мы где? Где Ричард?
 — Хотелось бы знать. Надеюсь, у него дела получше наших. Похоже на клетку, — ответил всё тот же голос. Неки пришли в себя немного раньше. Юля осматривала решетки, подернутые паутиной, а Саша тормошила подругу.

 — Нас сюда пауки принесли и бросили. Вы были без сознания из-за яда, — Юля прохаживалась вдоль прутьев, периодически принюхиваясь к ним. Камера как камера. Две двухъярусные кровати, отсек с уборной, и голые стены. Единственным источником света был небольшой фонарик, который маленькая кошкодевочка заранее достала из сумки.
 — А на тебя он не подействовал? — спросила Славяна, поднимаясь на ноги. Девочку ещё пошатывало, но она нащупала свое ружье, которое так и висело на спине. — Надо же! Вещи целые. И почему тут так холодно? Пар изо рта идет.
 — Не паукам же их забирать, — Саша нервно икнула. Лицо у ушастика было бледнее мела, а глаза бегали туда-сюда в поисках пути к спасению. Пока тщетно. — Странно, что мы ещё вообще живы.

 — Отсюда не сбежать. Я много раз пыталась, — раздался тихий усталый голос из самого угла камеры. Там, прижавшись к стенам, сидел ещё один, незнакомый троице подруг пленник, а точнее, пленница, если верить голосу. Разглядеть что-то подробнее не получалось. Она была в бесформенном балахоне с капюшоном на голове. Из-под рукавов торчали стертые в кровь пальцы. — Меня два дня назад поймали. Столько лет бегала, и закончить жизнь вот так? Ну, я хотя бы порву горло первому из этих гадов, что протянет ко мне лапы. Вопрос покажется странным, но… У вас не найдется немного зерна? Любое сойдет.

 — Не знаю, кто ты, но зерна у нас нет, в рюкзаках сухой паёк, бери сколько хочешь. И ещё, мы будем бежать, давай с нами. Во всяком случае, это будет не просто, но возможно, — Юля, наконец, закончила осматривать непроглядную паутину. Нека села прямо на пол, задрав трубой хвост, и прикусила нижнюю губу. Пушистые ушки навострились, улавливая малейший шум. Изо рта её вырывался пар. Холод давил, вытягивая силы из тел. Долго тут не протянуть. — Там пауки. Очень много. Слышу, как они шелестят, бегают туда-сюда в темноте. Свет прогнал их, и если сорвем паутину, можно попробовать убежать. Постойте… Этот запах! Не думала, что ОНА здесь!

 — И я тоже не представляла, что встречу здесь тебя, маленькая глупая кошечка, — холодный женский голос прозвучал словно серенада, нараспев. От него по спине девочек прошлась ледяная волна. Шерсть на ушках и хвосте нек встала дыбом. Юля откровенно зашипела, а Саша прижалась к блондинке в поисках поддержки и тепла. Девочка мелко дрожала от макушки до кончика хвоста. Незнакомка в углу встала спиной к стене, капюшон на её голове подозрительно зашевелился. Она тоже смотрела за решетку, откуда доносился напев. — Я так давно, мечтала, тебя… УВИДЕТЬ.

 Красивый женский голос, если бы не его страшные нотки. С придыханием, с маниакальным вожделением и откровенной угрозой. Таким голосом говорит сумасшедший, улыбаясь, доставая нож из-за спины. Миг — и паутина «легко» рвется, удерживаемая такой хрупкой на вид девичьей рукой. Шорох тысячи бегущих от света паучьих лап и шелест опадающих в тусклом свете нитей. Девушка. Полностью обнаженная. Хрупкая и худая, на вид лет восемнадцати, не больше. Абсолютно белая кожа и волосы без единого пигмента. Длинная прическа, до самой середины спины, и темно-красные, цвета крови, глаза, без единого намека на белки. Они словно светились в темноте. Этот взгляд буквально пригвоздил к месту и Сашу, и Славю, а незнакомка рыкнула, рефлекторно попытавшись вжаться в угол. Под волосами, там где он закрывали спину, что-то явно двигалось!

 — А, так Док тебя не уби-и-и-л? — только Юля сохранила дар речи и достаточную прыть, чтобы не только нагло ответить, но ещё осмотреть видимое пространство вокруг. Подземка. На стенах выцветшие от сырости и времени таблички, покрытые блестящим инеем. Каменные стены, переходы, бетонные арки — всюду, куда доставал свет, блестела белоснежная паутина. Она украшала зловещим покровом пол, свисала с потолка, запечатывала входы и выходы. Кроме того, то тут, то там можно было заметить коконы размером как раз с человеческое тело и по очертаниям тоже уж больно напоминающие последние! Только два из них были очень большими, напоминая холмы из белой ткани.

 — Док, — лицо девчонки на миг дрогнуло, словно произнося это имя, приходилось сплевывать яд. Она нежно подхватила небольшого черного паука, ползущего по её бедру, и приблизила к лицу, всматриваясь в молочно-белые слепые глаза животного. Сторонний наблюдатель мог бы поклясться, что он только что выполз из-за спины девушки. Этот подвид специально создан для действий при свете дня. — Он пытался со мной покончить, но не смог.

 — Не смог? А я почему-то думаю… — Юлька нагло усмехнулась, дернув кончиком хвоста и ненавязчиво перемещаясь поближе к подругам. Текучие, хищные движения большой кошки, обманчиво ленивой, но готовой в любой момент сорваться подобно пружине. — Думаю, что он просто раздавил тебя мимоходом, как назойливое насекомое, и пошел себе дальше, даже не проверяя, дышишь ты там, или совсем подохла. Ехидна, ты слишком высокого о себе мнения, мать чудовищ. И как такая бесполезная сущность способна меня видеть, а?

 Хрусть. «Хрупкая» ладошка девчонки-альбиноса раздавила панцирь паука, как перезрелый помидор. Между пальцев сочилась зеленоватая лимфа, капая на пол, а сама Ехидна не смогла справиться с лицом. На нем проступило выражение первозданной ярости, исказив тонкие девичьи черты в жуткую гримасу.

 –Теперь способна. Всё меняется. Я прикончу и его и всех, кто ему дорог! — Она обнажила белоснежные клыки. Сам рот у девочки, язык, щеки, даже десны, тоже оказались абсолютно белыми. — Двести лет подготовки! Двести лет! Я собирала силы, подчиняла животных и людей. Да, в этот раз даже ОН станет моей добычей! Как я рада была узнать, что Док снова в этом мире. Что до вас, просто съесть такой ценный материал — расточительство! Есть кое-что гораздо хуже. Друзья моего врага, вы станете первыми, чьи обезображенные тела он увидит!

 Ехидна запрокинула голову назад и улыбнулась до самых ушей. Детское личико с ухмылкой ополоумевшего безумца. Отвратительное зрелище. Чудовище, воплощенное в теле юной девушки, щелкнуло пальцами, и десятки коконов за её спиной пришли в движение. Воздух прорезали дикие крики бьющихся в агонии людей, разбавляемые её звонким, заливающимся смехом.

 –Просто музыка! — она совсем по-девичьи хихикнула, прикрывая рот ладошкой. — Мои малыши не растут в мертвых телах. Для инкубации жертва должна оставаться живой. Парализующий яд — удобная штука. Посмотрите, как они прекрасны! Мои любимые, мои милые, мои прекрасные детки!

 Коконы извивались, истекая кровью. Крики смешались с хрустом костей и звуком рвущейся плоти. Неки стояли спина к спине перед Славей. Саша дышала так часто и тяжело, что ей стало дурно. Юля бросала взгляд то на бледную тварь, то на незнакомку, забившуюся в угол. Хруст! Первый кокон проткнули изнутри черные шевелящиеся прутья. Нет. Не так.

 — Это л-лапы, — простонала Александра, кончик её хвоста дрожал от ужаса, а лицо покрылось холодной испариной. Девочка пригнулась, её ноги так и рвались наутек, но в этот раз привычный метод спасти свои лапки не поможет.

 Чудища выбирались из коконов, отряхиваясь от остатков крови и внутренностей. Они не походили на прежних монстров. Более мощные лапы, как у австралийских прыгучих пауков, покрытое ворсинками тело, и восемь опалесцирующих в свете фонаря глаз. Свете, которого они больше не боялись…

 –Акромантулы, — беловолосая погладила прильнувшего к её ноге паука размером с теленка. Он шевелил лапками и довольно щелкал окровавленными жвалами, которыми мгновение назад выгрыз путь наружу через человеческое тело. Обезображенные, раздутые от яда и инкубируемых яиц тела постепенно остывали, зияя в полутьме кровавыми кучками. — Древние твари. Пережиток прошлого, попавший на Землю миллионы лет назад. Пришлось попотеть, разводя их заново. А сколько ушло времени создать этот вид! Видите ли, все, кого я подчиняю, начинают бояться света, и приходится их ослеплять, или использовать только в кромешной темноте. Годы селекции, поколения брака — и вот, первая партия идеальных солдат. Они не боятся солнца, яда, холода, да даже драконьего огня! С ними поверхность станет моей окончательно.

 — Люди тебя остановят, — Славя резко выставила вперед дуло оружия и выстрелила без единой секунды промедления. Даже она всеми фибрами души понимала, что перед ней не просто человек, на этот раз рука добродушной блондинки, тысячи раз щадившая преступников, не дрогнула. Снаряд сорвался вперед, пролетая между прутьями, он раскалил металл, и, не теряя даже толики убойной силы, почти достиг головы альбиноса. Лишь в последний момент, сбоку выскочил прыгающий паук. Столь стремительно, что легко перехватил плазменный залп, и умер на месте, буквально выжженный изнутри.

 — СИДЕТЬ! — рявкнула Ехидна. Глаза её на долю секунды вспыхнули красным светом, и приготовившаяся было ко второму выстрелу Славяна упала на колени, как марионетка с подрезанными нитями, упираясь обеими руками в землю и не в силах не то что встать, а хотя бы поднять голову. Оружие из бункера заискрилось, с аккумуляторов повалил едкий дым, винтовка плавилась практически на глазах. Девочка дрожала изо всех сил, упрямо сопротивляясь чужой воле, пока между ней и древним как мир монстром не встала хрупкая нека. Саша, едва живая от страха, закрыла блондинку собой. Ехидна не оставила это без внимания, она очень пристально посмотрела на неку, а затем на Славяну.

 — Любопытно. Знаешь, девочка. Сильнейшие мира сего подчинялись одному лишь моему брошенному слову, но не ты. О, эта воля! Этот свет глубоко в тебе, кажется, я нашла настоящее сокровище. Не только кошка. Надо же. Вы, люди, ещё способны меня удивить. Хочешь маленький секрет? Как же легко было стравить всю вашу свору недалеких политиков, чтобы вы сами, своими собственными руками, разнесли свои города в клочки! Как детишек перессорить! Ха, — она внезапно затихла, и улыбка на безмятежном лице сменилась мимолетным страхом. Ехидна посмотрела наверх, туда, откуда шел мороз, покрывая инеем потолок бомбоубежища. Холодно. У неё изо рта, в отличие от девочек, не вырывалось ни единого клубочка пара.

 — Но попадаются и такие, кого приходится опасаться даже мне. К счастью, люди сами предали его, единственного, кто был страшнее даже этих крылатых ящериц. Здесь, под реликтом, я была в безопасности, все эти годы скрываясь в построенном людьми бункере, под аномалией, которую даже сильнейшие драконы облетают стороной. О, кажется, я слишком много говорю. Бывает. В конце концов, мало с кем удается почесать языком. На чем мы там остановились? Ах да. Живые инкубаторы, — пауки и Ехидна подошли к клетке вплотную. Глаза белой дьяволицы налились красным светом, а цепкие руки легко разогнули толстые прутья, будто те были отлиты не из каленой стали, а сделаны из пластилина. — Кто из вас будет первой? Забавно. Я даже позволю вам выбирать.

 — Отойди, или очень пожалеешь об этом, — Юля оказалась между проходом и монстром. Девочка была на голову ниже Ехидны, но стояла так уверенно, что та даже остановилась.

 — Пожалею? Ахаха. Ты не в тех условиях, кошка драная! — Беловолосое чудовище высунуло абсолютно белый язык, который оказался раздвоенным, словно змеиное жало. Пара капель слюны альбиноса упало на пол, растворяя паутину под ногами. —  Ты не сможешь воспользоваться своими порталами, я знаю. Хочешь скажу, почему? НЕТ! Не скажу! Умри!

 Ехидна бросилась на Юлию, метя когтями в горло кошкодевочки, но в этот самый момент земля затряслась. С потолка посыпалась пыль, вперемешку со льдом и каменным крошевом. Протяжный гул бил по ушам. Пауки заволновались. Они жались к стенам, щелкали своими челюстями и озирались вокруг, пытаясь понять откуда идет шум.

 — Колосс? — Ехидна удивленно смотрела на с трудом протискивающегося внутрь через узкий проход паука-гиганта. В катакомбы было несколько путей. Большая арка, опечатанная железными воротами, и множество туннелей с рельсами. Как раз из одного такого и приполз членистоногий монстр, еле подволакивая брюшко. — Тупое животное, я же поставила тебя охранять вход!

 В этот самый момент Ехидна была слишком занята и не заметила две вещи: как принюхивается Саша к витающему в воздухе запаху дыма, и как на экранах КПК у Саши и Слави появляется проекция с аквамариновыми волосами.

 — Закрываем глазки и ушки, девочки! — прошептала Мику, материализуя на своем цифровом лице темные пиксельные очки. — Сейчас вылетит птичка.

 –Что за… — Белобрысая убийца присмотрелась к подыхающему от ран пауку, по всему панцирю которого были примотаны паутиной странные металлические штуки.

 ВСПЫШКА! Одновременная детонация трех свето-шумовых гранат в закрытом помещении была фееричной. Ужасающая ударная волна оглушила, а всполох ослепил всех пауков в округе. Даже девочки, вовремя успевшие зажать уши и зажмурить глаза, оказались дезориентированы. Славя почувствовала резкий порыв ветра, а Юля услышала, как пола касаются подошвы сапог. Знакомый запах заставил ушки неки радостно дернуться, а сердце непривычно затрепетать.

 — Какая наглость! – Ехидна первой пришла в себя, пусть и стояла ближе всех к эпицентру взрыва. Из её обожженных глаз градом текли кровавые слезы, а кукольное личико исказила гримаса, за которую режиссеры фильмов ужасов продали бы душу дьяволу. — Дракондор?!

 Древний монстр увидел в стоящем возле своей добычи пареньке опасного врага. В нем и вокруг него, клубилась стихийная энергия, а за спиной маячили воздушные крылья, на которых он преодолел расстояние от прохода до сюда, за жалкие пару мгновений.
 –Нет. Не дракондор. Глаза обычные, человеческие. Но эта сила… — Ехидна могла ощущать способности живых существ, и её инстинкты твердили, что перед ней некто очень опасный. Просто ещё один носитель? Девушка улыбнулась, поглаживая рукой своё тело, она подчеркивала тонкую талию, бедра, груди. — Малыш, а ты не хочешь стать моим?

Ричард.



 И что теперь? Когда пещера вдруг оборвалась рукотворным проходом в старое убежище, я не растерялся. Когда помощница с джоя сказала, что это тот самый бункер, в котором проводились исследования порталов, я взял себя в руки. Когда из бокового отнорка на меня бросился паук размером с бульдозер, я выругался и смертельно ранил противника. Когда зрение охотника помогло оценить ситуацию внутри, я привязал к полудохлому пауку свето-шумовые заряды и подпалил ему задницу, чтобы он уполз внутрь. Но сейчас, когда передо мной девочка, чья аура в зрении аномалии выглядит как огромный сгусток белого киселя, я немного растерялся. Её голос и глаза, они завораживают.

 –Просто не сопротивляйся. Опусти руки. Я согрею, я приласкаю тебя. Мои объятия станут твоим домом. У нас будет куча детишек, — уговаривала она, смотря мне в глаза. Красные зрачки девушки наливались светом, от которого тело немело, а мысли путались. Девочки… Юля, Славя, Саша. Я тут не для того, чтобы слушать врага! На мои плечи опустилась мягкая ладошка.

 — Прочь! — горячая волна энергии пробежалась по телу, прогоняя наваждение, а вихри ветра за моей спиной, служившие крыльями, хлестанули страшную гадину так, что её отбросило на несколько метров и впечатало в груду паутины.
 — Ричард! Ты почему так долго! — громко мяукнула Юля, нервно дергая хвостом. Она подставила плечо Славе, помогая той подняться на ноги.
 — Я уж думала — всё, кирдык, — бледная Саша, с прижатыми к голове ушками, поддержала Славю с другой стороны.
 — Не стоит, я в порядке, — блондинка потерла виски, поднимая с пола винтовку. — А вот она — нет, жалко.

 — Это её не задержит, к сожалению, — вдруг подала голос ещё одна девушка, глядя из-под капюшона с решимостью загнанного в угол зверя, вдруг заметившего новую лазейку. Балахон за её спиной странно топорщился, а глаза были почти такие же красные, как и барахтающегося в паутине альбиноса, только с белками, в отличии от сплошных красных озер монстра.

 — И эти тоже приходят в себя, — пробормотал я, наблюдая, как несколько десятков крупных паукообразных протирают лапками глаза, яростно щелкая жвалами. Не понравился им презент из света и звука, чую, сейчас они выскажут своё «фи», причем в самой радикальной манере

 Так, надо спасаться! Что-то мне подсказывает, что драться с этой беловолосой бестией — дохлый номер, тем более — здесь. Катакомбы неудобны в том плане, что они основательно обжиты паучьем, а сверху чувствуется не просто сила, а чудовищная сила. Что-то там, на поверхности, излучает мощную энергию, видимую глазами аномалии как сплошной поток голубого искрящегося тумана. Ледниковый реликт, значит, вот что это такое — аномалия, диаметром несколько километров, и неимоверным потенциалом. Касаюсь земли, дорога каждая секунда. Стихии отвечают охотно, а энергии во мне просто океан.

 — Здесь за стеной ещё один тоннель, он выведет нас в пещеры. Если мои глаза не обманывают, то ничего живого там нет, а значит, и ядовитых паров, — делаю рывок, будто рву перед собой что-то руками, и бетонная стена ломается, открывая зияющий проем. — Быстрее!

  –Бегите, бегите прямо в паутину, глупые маленькие мотыльки, — голос раздался прямо за спиной. Чудовище улыбалось, искренне. Она не только встала, но на голой коже, напоминавшей чистотой свежевыпавший снег, не осталось даже царапинки! И еще кое-что: за её спиной, прямо между лопаток, клубился странный поток тумана, видимый только глазами аномалии. На простое зрение я даже не переходил, прекрасно осознавая, что восприятие сейчас мой основной козырь.

 — Без тебя разберемся! — я запрыгнул в проход последним, хлопая ладонями по земле. Энергия аномалии устремилась в почву широким потоком, пропитывая бетон и камни. Землетрясение. Грохот обрушивающихся стен и перекрытий. Одна из способностей, отточенных Кукульканом до совершенства. Древний бог мог стирать им города, а я хотя бы намертво завалил туннель.

 — Все целы? — девочки были за радиусом поражения, но удостовериться стоит.
 — Более-менее, Ричард, — Славяна откашливалась от пыли, перебрасывая за спину свой рюкзак. Она и Саша успели не только дать деру, но и захватить свои припасы. Александра отряхивала одежду от песка. Роскошный хвост неки был в грязи, а сама она очень бледной и напуганной. Чего стоило малышке встать между чудовищем и Славей, даже представить страшно. Да у неё лапки до сих пор трясутся! И ведь прыгнула, загораживая собой подругу…

 — Мои бедные ушки! Ну и грохот ты устроил, — громко возмутилась Юля, приближаясь вплотную ко мне и тщательно обнюхивая. Затем, без всякого перехода, она поцеловала меня в губы. После любви неки осталось такое знакомое и нежное тепло. — И чтоб в следующий раз даже секунды не думал! Развесил уши при Ехидне. Ишь ты! «Стань моим!» Да как эта дрянь вообще осмелилась позариться на мою добычу!
 — Это всё, конечно, здорово, — подала голос незнакомка в капюшоне. — Но надо бежать, не теряя ни секунды. Такое препятствие им на пять минут.
 А она права. Не знаю, кто эта девушка. Её туман странного оранжевого цвета, как опадающие осенние листья. Ни я, ни даже Кукулькан, если верить его памяти, никогда не встречали подобного цвета у людей. Касаюсь пола. Материя охотно отзывается, позволяя ощущать всю землю на километры, как собственную кожу. Потрясающе. Я могу почувствовать, как переминается с ноги на ногу Саша. Как неподалеку, почву омывает море. Но есть ещё кое что… С той стороны пауки уже раскапывают завал, шустро работая лапами, а за всем этим следят пустые красные глаза без белков.
Далнейшие действия.
Пробиваться на поверхность.
8 (72.7%)
Бежать по туннелям.
3 (27.3%)
Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Славя(БЛ) Юля(БЛ) Виола(БЛ) лагерь у моря Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 48. Финальная глава перед эпилогом (Продолжение в комментах)

«Люди. В каждом из нас скрыта как огромная любовь, так и дьявольская жестокость, божественная сила и критическая слабость, храбрость легендарного героя и страх самого жалкого животного. Многогранные существа, что в равной степени приближены как к сиянию жизни, так и к забвению смерти. За годы скитаний я стал своего рода, — ну, будем называть вещи своими именами, — расистом, и мало кого признавал себе равным, кроме homo sapiens. Почти все старейшие расы называют нас «жалкие смертные»… Ха… идиоты.

Разве что… дракондоры, или, как они себя сами называли, — драконьи жрецы. О, вот эти оказались вполне адекватными, хоть можно было договориться. А что до остальных… Я был поистине счастлив доказывать всем и каждому, насколько сильно они заблуждались, переходя мне дорогу. Когда пылали города надменных эльфов, когда рушились катакомбы уверенных в своей несокрушимости гномов, когда ударная волна стерла в пыль огромную зеленокожую орду, что имела глупость напасть на меня. Стоя выше всех, сминая врагов, защищая друзей, снося преграды и уничтожая опасности, я гордо называл себя тем, кто я есть. Я — это Я. Человек. Ничто так и не смогло остановить простого жалкого смертного… Люди — венец творения. Этот урок они запомнят надолго.»


Личный дневник Генды.



***



Ночь становилась всё темнее и темнее, мрак всегда становится непроглядным, перед тем переломным моментом, когда свет робко вступает в свои права. Время теперь перестало играть на стороне хищного альбиноса, с рассветом её преимущество сойдет на нет. Харди, породившая своим порочным разумом чудовищного монстра, передала ему как свою силу, так и свои слабости. Свет лишал альбиноса львиной доли сил.


Несмотря на это, Ехидна вполне могла отступить в тектонические катакомбы, а затем напасть уже следующей ночью, но… Демоница понимала, что рано или поздно тут будет ещё один враг, враг, с которым лучше сражаться отдельно. День, максимум два — и летающий пузырь доберется до острова. Док плюс вооруженный лайнер вместе взятые — они слишком крепкий орешек даже для неё. Альбинос самонадеянно думала, что ослабленный повелитель порталов, лишенный почти всей своей силы, будет уязвим. И это чуть не стоило ей жизни. В этот раз на одни и те же грабли она не наступит.


С Ехидной творилось что-то поистине странное. Никто не мог увидеть чудовищную мощь, что она излучает, но чувствовали всем нутром, как их окутывает противоестественный ужас. Да ещё сходили с ума детекторы аномалий на лайнере. Пауки, от мала до велика, вдруг разом дрогнули, сменив направление. Целая сотня шелестящих жвалами членистоногих в едином порыве бросилась к своей хозяйке. Они облепили её со всех сторон, образовав шевелящуюся гору из тел. Мгновение — и она поплыла, заколыхалась, превращаясь в кокон кипящей изнутри плоти.


— Это нехорошо, — пробормотала Хаку, поворачивая все камеры лайнера в сторону берега. На лице у красавицы появилось испуганное выражение, она сжала кулачки. — Совсем нехорошо! Никогда раньше она такого не делала!

— Трансформации, белая гадина меняет тело как ей угодно! — догадалась Виолетта Церновна. Она как никто другой следила за боем врага с мечницей, и старалась разработать стратегию по её устранению. Смогла же гетерохромный гений однажды загнать в угол даже Неуязвимую Рептилию! — Зачем ей столько материи?

— Без понятия, — вставил свои пять копеек Шурик. — Но лучше что-нибудь предпринять, пока не стало слишком поздно, не нравится мне происходящее.


— Артиллерия, вы слышали? — произнес Седой, обращаясь к орудийным расчетам. Кокон пугал всех и каждого, кто его видел.

— Да, капитан! — хором ответили солдаты, и грянул гром. Все пушки корабля отвлеклись от истребления ползущей на «Ленин» орды, разом разрядившись по кокону. Атаку поддержали и драконы-близнецы, закружив над врагом смертельный хоровод и поливая пламенем землю не слабее, чем арта. Синхронный удар канонады и раскаленного синего потока — аргумент в бою более чем серьезный. Но…

— Да ладно?! — Взгляд Виолы прикипел к мониторам. Стоило дыму рассеяться, как оказалось, что кокон даже не пострадал, словно его что-то защищает!


— Там какой-то энергетический барьер, — доложили аналитики, чудом собрав информацию с детекторов уцелевших дронов. Механические камикадзе кружили над полем боя, снуя между рвущими их в клочья обломками и плавящим армированный металл голубым огнем. — Мощная физическая преграда. Он совсем как…

— Как кинетическое поле Генды, — Виола, перебившая аналитика на полуслове, пришла в ужас от одной только мысли, что им противостоит сила, хотя бы приблизительно равная Доку. Даже работая на Организацию, этот человек ни разу не показал свою настоящую мощь. Для этого требовалось загнать носителя в угол, а он был умён, хитёр и труслив. Неплохое сочетание для агента. Враг опасен, но он не может быть всесилен, ведь так? А значит, есть шансы. — Поле. Или, во всяком случае, что-то очень на него похожее. Скорость, подобная защита… Кажется, наша гостья подражает Доку, а значит, у нее вполне могут быть схожие недостатки. Плазма!


По команде Виолетты Церновны, все солдаты разрядили прототипы оружия будущего, и несколько десятков плюющихся сгустков одновременно обрушились на колыхавшуюся под коконом плоть. Ещё раз, и ещё. Они легко прожигали первую защиту, но увязали в толстом хитине: для такой крупной цели огневой мощи слишком мало. Сгусток плоти тем временем рос, будто надувался изнутри, и постоянно пульсировал. Ритмично содрогался, так, словно…

— Черт меня побери, если это не сердцебиение… — Заворожено прошептала Виола, зачарованно приподнимаясь в кресле. Звук был слышен даже на палубе. Тук-тук, тук-тук, тук-тук… — Боюсь представить, ЧТО оттуда вылезет! Седой, быстро в хранилище, собери кого успеешь, и улетайте на оставшихся воздушных средствах эвакуации! Пару дирижаблей и вертолетов найдется! Боюсь, с лайнером покончено, надо спасти хоть кого-то…

— Но я… — попытался было оспорить приказ старый вояка, искренне считая, что долг капитана пойти на дно вместе с кораблем. Не увидит больше сына, ну и ладно, Ричард вырос настоящим мужчиной. — Пусть лучше моё место займет беззащитная девочка, и спасется она, чем пятидесятилетний старик. Я своё пожил, а умереть на таком корабле — чем не мечта?


В один момент кокон просто лопнул со страшным хлюпающим звуком. В воздухе ещё только оседала уносимая ветром невесомая паутина, а окрестности уже сотряс чудовищный по своей силе рёв. Он заставлял тела храбрейших, стоящих под сотней перестрелок бойцов, дрожать. Да что там солдаты — даже могучие драконы резко развернулись, инстинктивно стараясь отдалиться от того, во что превратилась Ехидна.


Оставаясь верна себе, она сражалась, используя подобное против подобного — меч против меча, клык против клыка. Превосходи, развивайся, уничтожай, поглощай. Фиаско в битве с Доком много лет назад вылилось в её эволюцию, как моральную, так и физическую. Форма для сражений с целой армией! Драконоподобный монстр колоссального размера, по габаритам приближающийся к небольшому крейсеру, он намного превосходил кружащих над ним близнецов. А по разрушительной силе приближался вплотную к их далёким прародителям — Логам.


Абсолютно белый дракон, с красными как кровь глазами. Вместо чешуи — прочнейший даже на вид хитин, переливающийся в свете прожекторов всему цветами радуги. По нему ещё стекала густая жидкость после кокона. Вместо кожистых крыльев — голые кости с натянутой на них прозрачной пленкой, как у стрекозы. На морде — паучьи хелицеры вместо клыков, а на кончике хвоста — скорпионье жало (наверняка, нет, даже стопроцентно ядовитое!).


Изо рта Ехидны при дыхании вырывался раскаленный поток жара, от которого плавился пляжный песок — настолько выросла её температура во время трансформации. Скоро она придет в норму, твердо встанет на ноги, адаптируется к этой форме, и тогда мало никому не покажется! Эта мысль одновременно пришла в головы драконов, Виолетты Церновны и доброй половины солдат на корабле. Но враг не собирался отдавать инициативу, не для этого она коснулась источника силы, который вполне мог её убить. Энергия растекалась вокруг демоницы, пропитывая всё, чего только касалась. Эманации Ехидны заставляли траву и деревья увядать, а с трупами пауков по всему острову творилось что-то действительно жуткое.


Умерщвленные ранее членистоногие, павшие от клыков, огня, артиллерии — снова зашевелились. Вроде бы ещё секунду назад не подававшие никаких признаков жизни, разорванные, обугленные тела стали двигаться, и, кто сохранил конечности, вновь поднялись на ноги. Ползущие в сторону лайнера мертвые пауки, пропитанные сутью Ехидны, из каждой раны которых сочился белый ядовитый пар, стали последней каплей. Даже среди обученных солдат поднялась вполне оправданная паника. Драконы в небе заревели от ярости, пытаясь спалить белоснежного «собрата» с остервенеем конченых маньяков. То, что древний враг принял подобную уродливую форму, они посчитали кровным оскорблением, и это затуманило обычно холодный рассудок повелителей неба.


Однако ни драконье пламя, ни артиллерийский обстрел, ни даже прямое попадание главного калибра «Ленина» не достигло врага. Прочнейшая броня, сверху прикрытая тонкой энергетической пленкой, абсорбировала повреждения на раз-два. Плазма — и та оставляла только подпалины, которые прямо на глазах бесследно затягивались. Что до самой твари, то она вовсе не собиралась просто так стоять и смотреть, как её обстреливают все кому не лень. Взмах титанических крыльев — и в вихре песка и пепла Ехидна отряхивается от остатков кокона и поднимается в воздух. Громоподобный рык ярости разносится по округе. Страшный звук. Погребальный реквием существа, что старше иных планет.


— Вы все сегодня умрете! — Монстр не бросал слова не ветер, он резко хлестнул неосторожную близняшку хвостом, да так молниеносно, что даже она не успела увернуться. Ловкость прирожденной летуньи в этот раз подвела сестру. С поразительной для такой туши скоростью скорпионье жало вонзилось в чешуйчатое бедро, сокращением мешка впрыскивая смертельный яд, и тонкий девичий визг услышали даже на корме корабле.

— Но ведь… на нас не действует … — пролепетала крылатая рептилия обиженным голосом. Тело стремительно немело, из последних сил она отлетела от врага, падая на палубу, а Ехидна не стала добивать подранка. Зачем? Губительный для всего живого токсин сделает всё за неё. Черная сестра не могла отправиться следом и защитить собрата, сдерживая Ехидну постоянным огнем и соблюдая четко выверенную дистанцию. Знание того, что нельзя подлетать к альбиносу на расстояние удара хвостом, стоило слишком дорого, чтобы им разбрасываться.


Приземлившись на палубу, ослабевшая близняшка сделала от силы всего пару шагов, после чего, тяжело подволакивая одеревеневшую ногу, свалилась без чувств. Даже палуба ощутимо дрогнула. Крылатую союзницу тут же окружил отряд солдат, подгоняемый Олегом. Отбиваться от мертвых пауков было намного сложнее. Только с размозженными конечностями они и переставали двигаться. Ладно мелочь, а попробуй остановить таким образом колосса?

Крупнокалиберные винтовки работали не смолкая. Картечь и пули рвали хитин слуг в клочья, огнеметы солдаты отбросили за ненадобностью. Для того чтобы остановить тварей теперь, приходилось сжигать их чуть ли не в пепел, а спокойно стоять под струёй пламени они не собирались! Оттого что сдохли, прыть пауков только возросла. Не чувствуя боли, арахниды наступали, пересыщенные эманациями Ехидны. Теперь уже точно не цепные псы — марионетки. Без боли, без даже отголосков эмоций. Зомби.


— Оль, бросай свой сраный героизм, и валите оттуда нахрен! Время прикрытия закончилось, всё стало слишком опасным! Оставьте чертову ящерицу, спасите хотя бы себя! — Виола вцепилась в край стола до обеления кончиков пальцев, даже свой интеллигентный тон отбросила. Хаку на экране согласно закивала, когда Церновна добавила: — Ваши жизни важнее всего! Живо, я кому сказала!

— Простите, Виолетта Церновна, но я не могу. Солдат не держу, а сам останусь. Сердце и так не на месте, — теплым басом ответила «Ольга», жестами показывая бойцам, что те в принципе свободны. Не ушел никто, ни один человек. Всем было страшно, но… Круг военных рассредоточился по периметру и не подпускал пауков к парализованному ядом дракону. Беглый огонь оружия не смолкал ни на секунду, а артиллерия не могла работать на таком расстоянии. Свои пострадают больше.

— Как глупо… — фыркнула драконица, глубоким женским голосом, едва ли в силах приоткрыть хоть один глаз. Вертикальный зрачок с ярко-голубой радужкой расширялся, дыхание стало прерывистым, тяжелым. Какое другое живое существо нейротоксин Ехидны прикончил бы в мгновение ока, слон — и тот пикнуть не успеет, а вот кровь черного дракона боролась. Из последних сил, но боролась. — Меня защищают смертные. Уж лучше умереть, чем умереть с позором.


— Ой, да заткнись ты. Мы не бросим тех, кто нам помогал в трудную минуту. Ну что, парни? Зажжем напоследок?! — Олег вскочил на спину ящера, ловко цепляясь за черную чешую и гребни. Отстреливаться с этой позиции было легче, плюс обзор открывался намного шире. Одна из сильнейших драконов, черный дракон-близнец, потеряла дар речи, и только широко открыла удивленные от шока глаза.

— Помирать, так с музыкой, командир! — отозвался ближайший солдат, удачным выстрелом отправляя за борт только-только сунувшегося наверх паука-гиганта. Стальной сердечник крупнокалиберного снаряда перебил подсвеченный Хаку сустав, оторвав ему лапу к чертовой бабушке. — Тем более, музыка играет очень даже ничего, а?

— Спасибо, старалась! — отозвалась по внутренней связи польщенная Хаку.


***



В небесах тем временем разразилась нешуточная баталия. Падение сестры отрезвило второго дракона, и она зашла к врагу со спины, лавируя между прозрачных крыльев, размах которых превышал сотню метров. Тщательно выбранный момент и место удара. Хищница вцепилась в их основания, пробуя плоть Ехидны на прочность зубами и огнем. Повреди крылья, и тогда противник падет. Беспроигрышная тактика воздушного боя. Безрезультатно. Защитный покров альбиноса, сотканный из заемной энергии, был куда слабее, чем кинетическое поле Дока, но, вместе с прочнейшим хитином, вполне выдержал тысячетонный пресс драконьих зубов.


Белый кошмар перевернулся в воздухе, собираясь упасть на спину и тем самым окончательно похоронить вцепившегося в спину паразита. Но осторожная и ловкая, как ящерица, близняшка вовремя соскочила. Гребни на её спине засветились, а вдогонку монстру отправился поток синего огня. В воздухе стоял невыносимый шум. Смешалась музыка Хаку, играющая из каждого динамика, симфония грохочущих выстрелов, канонада артиллерии, хруст хитина паучья, треск огня, но один звук перекрыл все остальные. Когда Ехидна упала у самого берега, на многие мили вокруг дрогнула земля. Поднявшаяся волна ощутимо тряхнула даже лайнер, а грохот оглушил всех и каждого в округе.


Враг довольно ловко перевернулся на все четыре лапы, будто и не было тяжелого падения. Колоссальные размеры этой формы позволяли Ехидне доставать почти до середины корпуса корабля, а вода на берегу едва покрывала лапы до бронированного брюха. Хоть древняя тварь и копировала своего исконного врага — драконов, но не на все сто процентов. Панцирь на животе альбиноса (место, где чешуя у рептилий тоньше) не пробивали даже бронебойные заряды, в чем лично убедилась команда корабля, когда тварь, встав на задние лапы, дотянулась до палубы. Огромная пасть плавно открылась, выдыхая на борт поток медленного белого пара, как раз в сторону неподвижной близняшки и окруживших её солдат. То, что крылатая не скопытилась от яда, монстр воспринял чуть ли не как личное оскорбление.


— Противогазы же нас спасут? — нервно икнув, поинтересовался один из солдат у Олега, который тем временем внимательно смотрел на ползущую к ним взвесь.

— От яда бы спасли, — голос носителя не дрогнул, а вот по его спине пробежал холодок липкого страха. Каким бы храбрым человек не был, перед лицом гибели все равны, а особо безбашенной Ольга себя никогда не считала. Палуба под текущим паром плавилась, как пломбир под знойным летним солнцем. — А вот от кислоты, навряд ли.

— Уходите, двуногие молокососы, — рыкнула черная рептилия, не в силах не то что крылом взмахнуть, даже самым кончиком хвоста дернуть.


— Да куда?! — воскликнул боец, лихорадочно стреляющий в сторону раскрытой пасти, из которой сочилась сама смерть всему живому. Бесполезно, глотку тоже покрывал хитин, а языка там не было. — Помирать, так вместе, красавицы!

— Приятно было с вами служить, парни, и с тобой особенно, агент Футунарь, — один из бойцов достал гранату, собираясь разменять жуткую участь в кислоте на мгновенный суицид.


***



Выручила солдат драконица, спикировав вниз в потоках собственного пламени прямо на палубу — красивый, отработанный годами боевой прием повелителя небес. Выдохнув синий огонь, она резко рванула вниз, прикрывая себя покровом раскаленного потока — собственный огонь не ранил близнецов. Стремительный удар крыльев по воздуху прозвучал как громкий хлопок. Близняшка приземлилась когтистыми лапами прямо на голову Ехидны, всем своим немалым весом обрушившись на раскрытую пасть, тем самым заставив её захлопнуться и прекратить выдыхать кислоту.


— Наглая мелочь! — Альбинос зарычала от досады и снова попробовала достать врага хвостом, но тем самым только добавила себе головной боли, обрушив многотонный удар на то самое место, где мгновение назад сидела крылатая дева. Прочный хитин выдержал напор, и когти дракона, и выстрелы команды корабля, и собственное жало просто отскакивали от непрошибаемой белоснежной шкуры. Грязь не липла к древней твари, оставляя её обманчиво чистой внешне, но глубоко порочной внутри. — Вы все сегодня умрете!


— Вот заладила. «Умрете, умрете»… Пластинку заело? — Олег собрался с духом, и больше не чувствовал страха, поливая врага огнем из винтовки, он думал только о том, как там пострадавшая Ямада. Что будет с жителями «Ленина», если последняя преграда между ЭТИМ и беззащитными людьми рухнет. — Нам конец, да, союзнички вы наши крылатые?

— Дерзкое дитя. Её сила почти равна Логу, и никто в целом мире не сможет… — Хотела было ответить черная драконица, но прервалась, и, ловко подцепив хвостом одного из солдат, рванула бедолагу на себя. В то место, где стоял уже попрощавшийся с белым светом боец, ударила добрая сотня отравленных шипов. Дракон только что спас человека. Ехидна торжествующе оскалилась, предчувствуя скорую победу, опасности для себя она не видела. Не для этого наращивала личную мощь двести лет, чтобы бояться столь незначительной угрозы. Энергия щедро лилась по жилам альбиноса, изнутри, оттуда, где был сокрыт исток истинной силы, могущественнейшей в материальном и нематериальном мире. Но тут в бой вмешалась третья сила… Высоко в небе раздался оглушительный гул. Реальность будто порвалась, затрещав, распалась на сотни мелких осколков. В ночном небе засиял нестабильный, плюющийся искрами, портал…


***



Ричард.



Этот портал не напоминал красивые переходы Дока, наоборот — он весь дрожал, искрился, и, казалось, вот-вот схлопнется. Из огромного колыхающегося проема медленно выплыл дирижабль с гордым названием «Причеши бровь». Свет прожекторов выловил его корпус из ночной темноты. Ночь становилась непроглядной, и там, куда не доставали лампы, царила глубокая тьма. Ветер нес с собой горький запах горелой плоти и, чем черт не шутит, яда, ощутимые даже высоко над землей. К счастью, в противогазах были почти все, включая Хоро.


— Ты как, Сашка? — обеспокоенно спросила у подруги Славя, заботливо поддерживая лежащую на спине неку. Все сейчас находились на мостике, кроме Ульяны, которую Док самолично запер в каюте шантажом и угрозой расправы ремнем над тощей задницей.

— М-м-ожно я-я н-н-небуду от-в-вечать? — заикаясь, пробормотала кошечка. Всё тело Александры содрогалось: минуту назад через хрупкую девочку протекала вся чудовищная мощь Дока, без неё она подобное чудо и не осилила бы. — Будто поездом переехали. Всё болит, даже шерстка! Чтобы я ещё раз на такое… Да никогда в жизни. Ты что, ядерный реактор?!

— Гораздо хуже, моя маленькая, гораздо хуже, — зло проворчал Док, оглядывая происходящее внизу и сжимая зубы. — Прости, пожалуйста, что мы рисковали тобой.


— Ничего, я куда крепче, чем кажусь на первый взгляд, — мяукнула ушастая прелесть, старательно улыбаясь. Ведь видно же что ей больно, а нет, показывает свои белые зубки! Набралась от Слави всякого героизма! — Там же ваши друзья? А вы мои друзья. Друзьям надо помогать. Славь, атпути, задушишь!

— Ну нет, ты прелесть, Саша! Спасибо. Спасибо. Спасибо! — Блондинка уткнулась в волосы кошечки, старательно наглаживая пушистую макушку, в уголках голубых глаз предательски блестело.

— Это всё, конечно, здорово, но что делать будем? Спускать дирижабль в этот писец — форменное самоубийство. Вы на своих двоих вниз, мальчики? — поинтересовалась Женя у меня и у Дока. Идея совместить энергию сильнейшего носителя и способность Саши открывать порталы в этом мире пришла именно в её светлую вихрастую голову. За это Славяна поглядывала на аналитика с легким осуждением.


— Естественно, — Док оскалился, по его телу струилась энергия, невидимая другим, но мои глаза унаследовали способность Кукулькана, и всё это чудо было как на ладони. За что мне нравились силы этого парня, так за то, что они полностью завязаны на физиологию. Не непонятный «ахалай-махалай», не «суперсила», а четко структурированный поток энергии. Каждый процесс, каждая клетка, каждая искра его тумана — это произведение искусства, ни у одного живого существа я пока не видел ничего даже близко похожего. Кожа Дока исчезала под слоем черно-белой чешуи, формирующей причудливый узор? как у тигрового питона. Радужка поменяла цвет, будто капнули жидкое золото на карие глаза, зрачок — и тот стал вертикальным? как у Юли, когда та зла или возбуждена.


— А там ведь Алиса… — dспомнил Кэп, уж он-то как никто другой знал: злой Док — это бедствие локального масштаба, а вывести его из себя проще всего угрожая тем, кто ему дорог.

— Хоро? — Джо первым заметил, как волчица вся напряглась, медленно пятясь назад, неосознанно увеличивая дистанцию между ней и Гендой, вокруг которого гудел воздух. — Что-то не так?

— Всё не так, — серьезно сказала девушка, исподлобья глядя на переливающуюся энергией чешую, а её вставший дыбом хвост сейчас напоминал ёршик. Напряжение на борту ощущалось невооруженным взглядом. — Он больше не пахнет как человек.


— Да кто бы говорил! — Голос Дока тоже менялся, становился глубже, вкрадчивее. Он уже не походил на тот спокойный, иногда даже менторский, тон, каким любил говорить наш товарищ. — Я Человек, не надо тут вводить в заблуждение, да и время поджимает о всякой фигне болтать! Сашка!

— Да! — ойкнула нека, отзываясь на голос. Кончик кошачьего хвоста затрепетал, а мягкие ушки неосознанно прижались к голове.

— Котенок, ты помогла нам успеть вовремя. Если бы не ты, то… Спасибо. Я (!), никогда этого не забуду. Клянусь именем Стража, — гигант вдруг повернулся к Саше, и все взоры устремились на уставшую неку. Солдаты смотрели с нескрываемым восхищением, Юля и Женя с любопытством, а глаза Слави излучали такую нежность, что под этим теплым взглядом растаял бы даже тот чертов ледник. — Поехали, мужики, у меня сил не так много после портала, и растягивать поле слишком далеко пока не получится. Редко такое говорю, но… В БООООООООООЙ!


— Мои ушки-и! Предупреждать надо, — промяукала Юля, прижав пушистые локаторы к голове, я её еле слышал, почти распрощавшись с дорогими сердцу барабанными перепонками. Рык, громом разнесшийся по округе, оглушил стоящих на мостике бойцов, что уж говорить про чувствительные кошачьи ушки.


Док прыгнул за борт первым, оставляя за собой след из кинетической энергии. Она покрывала всё тело, меняя форму и прорастая поверх одежды шипастой броней. Напряжение поля было настолько сильным, что его сияние предстало перед глазами всех, а не только в зрении охотника. Над костюмом носителя засверкала полупрозрачная защита, напоминая рыцарскую броню и двигаясь вместе с телом. Способность «бегунка» услужливо подсветила его как «Кинетический бастион».

Своим громким появлением он безраздельно привлек внимание врага, перехватив всю инициативу атакующих орд на себя. Внизу, на лайнере, творился сущий пиз… АД! Титанический белый дракон, с до боли знакомыми кровавыми глазами, опирался на борт двумя лапами, конкретно сейчас собираясь отправить к праотцам двух черных драконов, смотревшихся на её фоне мелкими голубями, и отряд солдат. Своими фанфарами Док переключил всё внимание на себя, и белоснежный кошмар, зло оскалившись, отпрыгнул в сторону берега. И, я готов поклясться, досадливо перед этим сплюнув!


— Будьте осторожнее, все вы! — сказал я, прыгая за борт. Что ж, мне тоже нельзя тут ошиваться. Внизу нужна помощь, и причем срочно. Крылья раскрылись почти сразу, в груди клокотал азарт, ощущение, что по жилам тек чистый адреналин, с легкой примесью крови. Интересно, когда-нибудь это чувство, чувство полета, станет для меня обыденным? Надеюсь, никогда! Переворачиваюсь в воздухе, делая мертвую петлю — не только Генда умеет дразнить противника, могу и я! Взмах крыльев, импульс энергии аномалии — и на море поднимается шквальный ветер. Потоки воздуха нужны для перестраховки, в таких условиях медленный газ пауков будет бесполезен. Теперь надо что-то сделать с окружившей лайнер каменной ловушкой, сверху напоминающей ровный круг из скал. Сам «Ленин» заплыть сюда не смог бы…

Что до нашего могучего союзника, он вовсе не терял времени впустую, рухнув на палубу перед отстреливающимся от орды пауков солдатом. Жесткое приземление смягчила полупрозрачная мембрана под его ногами, но все же, удар должен был быть нехилым. Скорее всего, чешуя — это только обертка основных изменений, вон как клубится туман по всему телу. Смутно знакомым, кстати, солдатом. Отсюда не очень хорошо видно, но… Отец! Папа?! Воевать лично в его-то годы?! Док приземлился рядом с ним, и… никто не успел разглядеть его движений.


Трансформация выводила его и так огромную скорость на совершенно недосягаемый уровень восприятия. По палубе будто ударили установкой залпового огня. Разъяренный, как тысяча демонов, Док ускорился, превращая врагов в фарш скупыми атаками кулаков и ног. Покрытый кинетической бронёй, удар оказался настолько мощным, что буквально раздирал плоть. Арахниды лопались, как перезрелые арбузы. Удар — и голова разлетается в клочья. Взмах ноги — и кинетическое поле выбрасывает за борт мешанину из искореженных тел.
Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN лагерь у моря Юля(БЛ) Женя(БЛ) Ульяна(БЛ) Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 45 (продолжение в комментах)

 Страничка на фикбуке. 


Я не уверен на все сто процентов, но рано или поздно каждый из нас находит нечто действительно важное, то, что переворачивает его годами устоявшуюся пирамиду ценностей. Я нашел, и больше никому не позволю сбить меня с пути. Генда


«Ленин». Остров.



 Ночь выдалась безоблачной. Шум моря и легкий бриз на этот раз не успокаивали команду, наоборот — каждый человек на лайнере, будь то патрулирующий палубу солдат или затаившийся в каюте гражданский, ощутимо нервничали. Придумали же однажды очень точную фразу — «затишье перед бурей»! Вот сейчас все ощущали тоже самое. Команду разведки так и не нашли, и, мало того, Виола перевела плавучую крепость в осадный режим. На наружные палубы до сих пор не пускали никого, кроме вооруженных бойцов, да и желающих рисковать не находилось. После того, как всем продемонстрировали запись с камер одного из дронов…

 Летающий беспилотник смог заснять на приборы ночного видения несколько ОГРОМНЫХ пауков, шастающих в лесу. Ноги размером с человеческий рост, бронированное хитином брюшко, габаритами напоминающее кузов автомобиля, и жвала, способные перекусить пополам арматуру. Аналитики не зря ели свой хлеб, сложив дважды два (днем пауков нет, ночью есть): ученые предположили, что света монструозные членистоногие товарищи не переносят. А даже если переносят — на борту есть огнеметы, ракеты, артиллерия, химикаты. Что-то да подействует, из неуязвимых врагов Организация встречала только Рептилию. Так что, несмотря на позднее время, вокруг было светло, как днем, прожекторы исправно разгоняли мрак на сотни метров от корабля. Часовые не сводил глаз с камер, а несколько вооруженных до зубов отрядов круглосуточно находились в полной боевой готовности.

***



 — Знаешь, подруга, я всё ещё надеюсь один день проснуться и осознать, что всё это было просто страшным сном, — нервно икнула Мику Хатсунэ. Аквамариновая певица облюбовала каюту Алисы, не желая оставаться в одиночестве ни на минуту. Её любимую Ямаду гоняли туда-сюда по поручениям Виолы, так что видеться девочки могли только по ночам. Отсутствие Ульяны подорвало настроение рыжей бунтарки сильнее, чем она думала. Алиса почти не улыбалась, всё время ходила понурая и очень мало ела. Нет, на людях она держалась бодрячком, даже ругалась иногда с солдатами (характер Двачевской последнее время заметно шалил), но все же…
 — Был бы Док тут… — устало вздохнула Алиса. Девушка сидела на кровати в одном только нижнем белье, закутавшись в одеяло по самые уши. Блестящие рыжие волосы падали на белую ткань. Алиса хоть и весьма стеснительная особа, но к Мику уже привыкла, и не просто привыкла, а считала очень близкой подругой, позволяя себе сбросить лишние маски. Характер Двачевской далеко не сахар, но со всеми девочками из лагеря у них за эти годы сложились очень теплые отношения. — Надеюсь, Славя и остальные тоже в порядке.
 — Тут за нас переживать надо, — Хатсунэ села рядом, обнимая подругу и утешительно поглаживая по понурой голове. Сама Мику сейчас была в легкой хлопковой майке и шортиках под цвет волос. — Док-сан не даст их в обиду, так что за безопасность пассажиров дирижабля можно не переживать. А на лайнере — подумаешь, всего-то несколько сотен солдат и вооружение, которого хватит разбомбить небольшой городок. Считай, ничего.

 — Хах, скажешь тоже, — хмыкнула Алиса, улыбнувшись краешком губ. Она была искренне благодарна Мику, которая, как и Лена, приходила поддерживать её в трудную минуту. Лену, как и Яму, заваливали делами круглые сутки, ей приходилось контролировать большую часть ресурсов на корабле, в том числе и оборот расходного материала, а это дело весьма и весьма ответственное. Как Седой отвечал за боевую составляющую, так интендант титанического лайнера следила за всем остальным. Откровенно говоря, иногда Алиса и Мику чувствовали себя тут лишними, пока Хатсунэ не предложила петь по вечерам для команды. Искреннее восхищение в глазах солдат стало для девочек большой наградой. Ну, для музыканта это как бальзам на душу. Чем не отдушина в напряженных буднях? Восхищением, правда, всё и ограничивалось. Про теплые отношения полуяпонок не догадывался разве что слепой, а возлюбленную Дока доставать решился бы только отчаянный самоубийца.

 — Я была в Гинзе в тот день, — глаза Мику смотрели в никуда, а пальцы так и продолжали перебирать мягкие локоны, будто в руках у певицы были не волосы, а струны гитары. Алиса даже не заметила, как нежные ласки Мику стали её убаюкивать. В чем — в чем, а в этом плане аквамариновый ангелочек очень неплохо натренировалась на мечнице. — Док и Ямада остановили целую армию, вдвоем, а солдаты были так, скорее, для антуража. Спасли целый город моей страны, не ради медалей или славы.

 — Опять вы тут обжимаетесь! А совесть? Мику, сколько можно мне изменять? Алиска барышня красивая, но я чем хуже! — шутливо заявила прямо с порога Ямада, снимая обувь и закрывая за собой дверь. Темноволосая мечница могла «похвастаться» усталым и весьма помятым внешним видом, а мешки у неё под глазами уступали разве что аналогичным у Виолетты Церновны. Кофеин их уже не спасал, а экспериментальные стимуляторы девушки пока не использовали, оставив на самый крайний случай. Полуяпонка сбросила с пояса небольшой противогаз, которые аналитики заставили носить всех бойцов с собой. Умники изучили заборы материала из пещер, и нашли там нейропаралитический яд, растворенный в воздухе. Мало того что огромные, твари ещё и ядовиты! Тут волей-неволей арахнофобом-параноиком заделаешься. — Прикрывала весь день береговую команду, ставили сюрприз возможным опасностям. Вы хоть подкрепились?

 — Лена нам ужин принесла прямо сюда, на тебя кстати тоже, а потом убежала, они с Ан-тян что-то в хранилище проверяют, — Хатсунэ кивнула на стол, где стояли три уже пустые тарелки и ещё одна, с давно остывшими котлетами. Они с Алисой преступно скрыли тот факт, что к ужину прилагалась ещё и большая шоколадка, оторванная от сердца Анной, приговорив сладкое угощение вдвоем раньше, чем успели опомниться. — Как сходили?
 — Вылазка на берег закончилась так себе, — призналась Яма, расстегивая костюм и сбрасывая все на тумбочку возле кровати. Сил аккуратно повесить вещи она в себе не нашла. — Ничего особо не обнаружили, хоть и осмотрели днем каждый кустик. Наткнулись на несколько скрытых паутиной пещер, страшных таких. Представь себе — куча веток и камней, сотканных вместе, чтобы служить крышкой. А проход там широкий. Очень. Внутрь не полезли, но зато заминировали всё вокруг основательно, одно нажатие кнопки и — бум!
 — Кошмар, — Мику почувствовала, как волосы становятся дыбом. Ямада рассказывала об этом так обыденно, будто сходила на пикник. Страх за подругу, вынужденную рисковать своей жизнью, и лежащий в кармане пневматический шприц, подаренный Виолой по подсказке Оракула, стоили ей искусанных ногтей, дрожи в руках и постоянной тревоги на душе. Идол была сильнее многих в плане характера, но всё же оставалась девочкой, которой только недавно исполнилось двадцать лет. Пару раз она даже отхлебнула вместе с Алисой её лекарства и спала с рыжей без задних ног до самого утра.

 — О чем хоть болтали без меня? — Яма потянулась всем телом, чувствуя, как ноют мышцы, а пропотевшая за день на зное кожа отчаянно просится к спасительной горячей воде. Всё естество стройной полуяпонки буквально зудело и липло. Фу! Купаться! И срочно!
 — О том, что за Дока можно не переживать, а мы в глубокой жо… — начала было рыжая пессимистка.
 — Алиса-сан! — Мику жестами показала пантомиму «болтун — находка для шпиона».
 — Ну ладно, ладно вам! Как носитель я и правда намного слабее, чем он, — согласилась мечница, заимствуя из тумбочки Алисы гель для душа, про себя добавляя, что враг доберется до дорогих сердцу подруг только переступив через её труп. — Но тут дело не только в силе.

 — А в чем тогда? — подняла одну бровь аквамариновая девочка, с любопытством склонив голову набок.
 — Характер, — одновременно ответили Алиса и Ямада, переглянулись и прыснули.
 — И чего смешного я такого сказала? Баки! — надулась Мику, скрестив руки на груди и громко фыркая. — Да, я знаю его не так хорошо, как вы. Одна у него училась, а вторая с ним живет.

 — Не сердись, сестренка, — Яма хотела было обнять подругу, но, понюхав себя, отложила это удовольствие на потом. — Просто понимаешь, хм-м-м… как бы сказать. Он… как Итами! Вот. Они с братом очень похожи в том плане, что оба весьма ленивые, кажутся со стороны не такими, какие в действительности есть. Да у них даже вкусы на мангу одинаковые! При мне, сволочи, контрабанду друг другу через порталы устраивали. Но…
 — Но? — поторопила подругу любопытная певица.
 — Но если тронуть тех, кто им дорог, то перед тобой появляется совершенно другой человек, — Яма добавила это очень серьезно. — Тогда их уже не остановить. Монстры. Итами устроил государственный переворот в чужом мире, чтобы защитить доверившихся ему людей и мирные переговоры, а Док за своих вообще… Эм, лучше вам на ночь такое не рассказывать, наверное.

 — Скучаю по Юле, и по Славе, и по Ульяне, пусть она и сломала тогда мой саксофон, как только умудрилась? Нет, серьезно? Он был титановый, сувенирный! — Мику с улыбкой вспоминала посиделки со всеми, когда девочки играли в игру «нащупай ушки Юли», а та пищала, когда пальцы подруг хватали не то. Тон писка различался в зависимости от части тела, попавшей в тиски.

 — Ладно, девочки, я быстро приму душ и вздремну с вами, пока мне с барского плеча перепало хоть несколько часов отдыха, — мечница нырнула в ванную комнату с такой скоростью, будто опасалась, что снова появится Виола и запарит работой по самое не хочу. Сейчас она как никогда понимала Дока, которому, из-за уникальных способностей, приходилось делать то, что другим просто не по силам.

***



 Берег моря без всяких прикрас напоминал место ковровой бомбежки. Мокрый песок хранил глубокие следы кинетических копий, нагнанная мной волна переломала опушку леса, повалив деревья и сравняв с землей кусты, а прямо от Дока начиналась глубокая борозда, которая постепенно наполнялась солёной водой. Последний удар этого парня оказался действительно жутким, покрошив и ландшафт, и Ехидну. На минуту я представил, какова разрушительная сила этой атаки. Используй он её в городе, например? Жуть! Ещё хуже, чем Кукулькан, от стихийных бедствий хотя бы теоретически можно спастись, а как выжить под ударной волной, мчащейся со скорость звука и неумолимой силой катастрофы? Да никак!

 — Теперь-то ей крышка, да? — зависаю возле сухого, несмотря на дождь и потоп, Дока. Садиться не хочется, потом снова взлетать будет просто лень. Как же я устал, оказывается! Адреналин постепенно рассеивался, а вместе с этим возвращалась слабость. Глаза аномалии обшаривают округу в поисках опасности. Пока чисто. Суетятся на дирижабле девочки и солдаты, да под землей ползает около десяти пауков-недобитков, судя по едва теплящемуся в их телах туману, жить им осталось недолго. С воздуха я видел обезглавленное тело трехглазого волка и несколько трупов псин поменьше. Врагов вроде не осталось, но победы я что-то не чувствую. Это как в предсказуемом голливудском фильме, когда вроде всё, финита ля комедия, герои победили, но тревожный саундтрек ещё играет, и в душе ты чувствуешь, что писец таки подкрадывается.

 — Не уверен, но, чтобы восстановить тело после кинетического всплеска, ей понадобится немало времени. Раны, нанесенные моей кинетической энергией, создают в тканях молекулярное сотрясение и очень тяжело заживают, — Док смотрел на небо, капли дождя срывались всё реже, надеюсь, он скоро совсем закончится, мокрые уши и хвост уже начинают раздражать. — Или… погоди, она подозрительно себя вела, будто… Ричард. В прошлый раз, когда я покидал этот мир, в пещерах под нами был Разлом, огромный природный портал, не заметить невозможно. Вы же оттуда убегали с девочками. Скажи, скажи, пожалуйста, что он ещё там!

 — Не, ничего такого мы не видели. Только паутина и куча коконов. Но из весьма осведомленного источника мы узнали, что тут наш билет домой, вот и попались в западню. — Я мельком глянул на то, что осталось от хищницы-альбиноса: клочки хитина, кровь, но ни одной человеческой части. Неужели действительно выжила? Не нырять же в поисках на дно, тем более, глаза Кукулькана ничего опасного не видят? Когда девочки в безопасности, инстинкт самосохранения мягко намекнул, что героизм — это хорошо и круто, но только когда в меру.

 — Что ж, тогда дело дрянь. Не отставай, отсюда надо убираться немедленно! — Док развернулся на месте и прыгнул. По его ногам пробежал импульс, толкая могучее тело в воздух как пушинку. Кинетическое поле сопровождало каждый прыжок громким хлопком, когда энергия, защищающая ноги, сталкивалась с опорной площадкой. Со стороны выглядит, будто прыжки по невидимым ступенькам. Неплохо, но мой способ передвижения всяко получше будет.

 Взмах крыльями — и я направляюсь к дирижаблю следом за ним. Летать — это нечто, как я раньше без этого жил? Энергия камня душ ещё не исчерпана, но в груди какой-то холодок. Слова Дока заставляют нервничать, тем более, что противника он, судя по всему, знает намного лучше, чем кто-либо другой в этом мире.

 — Это было круто! — первым, кто подал голос, стоило только нам оказаться на борту, был Джо. Темнокожий солдат буквально разил эмоциями. — Всех наших спасли, да ещё ту странную тварь прибили!
 — Ричард, ты как себя чувствуешь? — Саша подошла поближе, взволнованно прижав ушки к голове. Наличие такого количества незнакомых людей заметно смущало скромную неку. Продрогшая и мокрая до нитки, она как никогда напоминала просто маленькую девочку, на долю которой выпало слишком много испытаний. Хочу погладить…
 — Я в полном порядке! — даже ударил себя кулаком в грудь, для солидности. Выбраться из такой передряги целым — уже достижение. Единственное, что настораживает, это невидимый голос со стороны Дока, и он явно разделяет мои мысли!
 «Чувак, ну посмотри, какая она миленькая! Саша, вроде так её Славя называла. Мини-нека! Это же просто кр-р-расотища! Хвостик, ушки, изящные лапки! Погладь её! Погладь, я сказал!»
 Больше всего пострадали мои нервы и костюм (особенно жалко стимулятор, шприц обуглился прямо в кармане, интересно, содержимое ещё пригодно для использования?).
 — Тут будет во что переодеться?

 — Найдем. Подвиньтесь, на борту тесновато становится. Ульяна, хватит болтаться по всей рубке, возвращайся в каюту! — громко сказала темноволосая девушка в очках, бочком протискиваясь между Доком и Сашей. По пути незнакомка накинула на голову притихшей кошечки полотенце и тепло добавила: — Иди в душевую, там сейчас Славя и Юля, будет смешно выбраться из такой передряги только чтобы потом слечь от воспаления легких.
 — Спасибо, — благодарно мурлыкнула Александра, повторяя маневр Евгении и протискиваясь в узкий проход, я точно видел, как рука Дока дернулась к пушистой макушке, но вовремя остановилась.
 «Да ладно тебе! Ну чего сдерживаться? Посмотри, какие пушистые, а как пахнут! Не знаю, как ту волчицу, а красавицу неку надо забрать с собой в наш мир — такое сокровище! Да, сам вижу, что стесняется. Ладно. Наше время ещё придет. Заглажу!»
 — А как Хоро? — спрашиваю я вихрастую. Надо поинтересоваться её состоянием, раз уж даже невидимый голос про неё упомянул.

 — Волчица? Спит. Объелась сухпайков и валяется как убитая, на моей, между прочим, койке. Кстати, я Женя, приятно познакомиться, Ричард. Тебя я заочно знаю, от Виолы. — Девушка на мгновение замялась, вперив в меня пристальный взгляд умных глаз. — Слушай, как отдохнешь, не будешь против пары тестов, заодно побольше расскажешь о том, что с вами тут произошло, а?
 — Не думаю, что Ричард откажется, Жень, но сейчас самое главное — убраться отсюда подальше, — прервал нас Док, обшаривая цепким взглядом поверхность под нами. Он заметно нервничал, а туман в его теле искрился, более чем на половину ослабев после начала стычки с Ехидной. Значит, даже его силы не безграничные…
 — Что-то не так? — спросил из капитанской рубки старый знакомый, и боевой товарищ моего отца. Кэп, один из самых опытных бойцов организации, лично сидел за штурвалом.

 — Всё не так, — устало выдохнул Док. На его шее медленно показалась черная змея. Чешуйчатый рисунок выглянул на миг, попробовал воздух раздвоенным языком, а затем уполз по коже обратно. В моей голове опять раздались странные слова: «Не так… пф… «не так» — это ещё слабо сказано. Мы в нешуточной опасности, если выражаться цензурным языком…» Судя по спокойным лицам остальной команды, этот голос слышу только я один. — Кэп, разгоняй этот пузырь, летим в сторону корабля. Путь неблизкий, а время поджимает. В этом мире куда опаснее, чем я мог представить. Обращаюсь ко всем: отдыхать в обязательном порядке, пока можем восполнять силы. Женя, тебя это тоже касается, выглядишь как ученый-зомби. Виола не простит, если я перегружу её лучшего аналитика до полного истощения.

***



 Прошло чуть меньше часа. Солдаты разошлись по местам: кто-то в рубку, кто-то, как, например, наш снайпер, обосновался возле борта. Дождь всё так же барабанил снаружи, но темнота постепенно развеивалась, уступая место новому дню, а вместе с ночью проходил и липкий страх, от битвы с таким могущественным противником как Ехидна. Как хорошо, что помощь подоспела вовремя! Подхожу к иллюминатору. А пейзаж внизу что надо! В лучах утреннего солнца реликт смотрелся просто потрясающе. Гора абсолютно прозрачного льда, с вмурованным в ней на века лагерем, которого не посмела коснуться ни война, ни коррозия, на даже само время. Ощущение, будто он застыл буквально только что. Деревья с нетронутой зеленой листвой. Казалось, подует ветер, и она зашелестит как ни в чем не бывало. Тропинки, мусорные урны, торговые автоматы и скамейки, корпуса, даже сетка на теннисном корте — всё было в идеальном состоянии. О чем говорить, если в толще льда сохранились даже замороженные голуби, сам видел, ещё когда мы внизу были! Очень странная аномалия.

 — Там, внутри, спит вечным сном мой старый друг и его возлюбленная, — Юля подошла настолько тихо, что я заметил девушку только тогда, когда она обняла меня, прильнув всем телом сбоку. Босые лапки не издавали лишнего шума ни в лесу, ни на борту дирижабля. Вместе мы так и смотрели на проплывающий внизу пляж, пока корабль всё набирал высоту. Ледник постепенно скрывался из виду. — Он был одним из самых добрых людей, каких я только встречала в своей жизни, но в то же время очень одиноким. Место под нами он всей душой стремился сохранить, навсегда запечатав там себя, и девочку, которую любил больше жизни. Когда я думаю об этом, всё остальное кажется таким мелким, незначительным. Док правильно говорил: важнее всего в мире — любовь. До встречи с тобой я этого не понимала, но, прожив под одной крышей со всеми вами, я очень на многие вещи стала смотреть по-новому. Спасибо тебе за это, любимый.

 — Ты никогда не рассказывала про то, что уже была в этом мире, — моя рука обхватила тонкую талию неки. Так тепло, мягко, хорошо… От слов девочки по спине пробежали сладкие мурашки, а щеки обожгло. Юля слегка щурилась от солнца, выглядела немного уставшей и потрясающе пахла шампунем. Невидимая для остальных, нека купалась одна, пока я был вынужден пройти быстрый осмотр у Дока. Он подлечил всех, равно пользуясь как аптечками, так и своей аномалией — белая змея затягивала раны, взамен оставляя дикое чувство голода. Вот только ожоги от молнии не исчезли полностью. Нет, моя кожа перестала напоминать нечто среднее между отбивной и стейком прожарки medium rare. Прошли кровоподтеки и синяки, регенерировали ссадины, но ветвистые следы от неосторожного использования силы никуда не делись. Док сказал, это не простые раны, а физическое проявление аномалии, а значит — теперь часть меня. Сильные носители меняются физически, и телом, и душой… искренне надеюсь, что я не стану таким, как Кукулькан. Летающий чешуйчатый танк, взмахом крыла стирающий города — это, безусловно, внушает трепет, но мне и нынешний облик нравится. Может, со временем шрамы пройдут. Та же мимикрия под Юлию, стоило только перестать ей пользоваться, как кошачьи ушки и хвост исчезли.

 — Есть такие воспоминания, Ричард, которые причиняют боль, даже если они о друзьях, — лоб девушки уткнулся мне в грудь, а руки — провели по отметинам от молнии. Темные древовидные нити от плеча и до пояса, после чудовищного электрического разряда это небольшая цена, хорошо, что углем не рассыпался. Странно, конечно, но они больше не болели. Следующими словами нека подтвердила догадки нашего союзника: — Это не просто раны, а знак аномалии, иначе Док бы тебя уже вылечил. Когда эта белобрысая гадина положила на тебя глаз, я так испугалась, так испугалась!..

 — Ну-ну, никуда я от тебя не денусь, родная, — поглаживание макушки кошкодевочки можно смело занести в таблицу высших форм удовольствий, между объятиями и совместной ночевкой с ней же. Вот я и стал тем, кем меня поддразнивала Саша ещё под землей — кошкофилом. Как будто это что-то плохое… — Я ведь твоя добыча, верно? А не завтрак какой-то там паучихи.
 — А вы о чем тут секретничаете? — Если кто-то и учил Ульяну этике, то этот человек явно халтурил… Нет, не так — он определенно потерпел фиаско. Рыжая непоседа бесцеремонно встряла в наш мирный дуэт, похрустывая питательным батончиком и не сводя с меня любопытных синих глаз. Ну сущий ребенок, хоть и выглядит на все восемнадцать! Она бы и дальше слушала, но тут в дело вмешался стихийный фактор.

 — Ульяна! Дай ребятам спокойно отдохнуть, — Док появился внезапно, подхватив возмущенно пискнувшую девчонку подмышки, и так же быстро уволок её с собой. Мелкая явно сопротивлялась только для виду… вот лиса! Перед дверью он повернулся: — Время пока играет на нас. Все дети Харди прокляты и не переносят никакой свет. Однако ночью или в подземельях с ними лучше не сталкиваться. Ехидна не исключение, та же слабость передалась и её слугам. Думаю, не преследуют нас потому, что пока просто не могут, но у паучихи есть одна пагубная привычка — азарт. Если она положила на кого-то глаз, то уже не отстанет. Полудохлая будет, но поползет по следу. К наступлению ночи чтобы все были в полной боевой и моральной готовности! Джо, харе маяться дурью, завари чай, сделай за день хоть что-нибудь полезное!

***


Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме Доли еротика (+213 картинок)