Результаты поиска по запросу «
секретный раздел, lol, rule34, порно,porno
»Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Soviet Games Ru VN Визуальные новеллы фэндомы
Примеритесь все,кто в соре!
Cкачать Олег Митяев Как здорово бесплатно на pleer.com
Друзья!Спасибо вам за эти три месяца лета,спасибо вам всем,я этого не забуду!
![Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы](http://img10.reactor.cc/pics/post/%D0%92%D0%B5%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%91%D1%80%28%D0%91%D0%9B%29-%D0%91%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D1%87%D0%BD%D0%BE%D0%B5-%D0%BB%D0%B5%D1%82%D0%BE-Soviet-Games-Ru-VN-2382151.jpeg)
Коллективное творчество(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы
старт писанины
an22qw /суббота/воскресенье 15:00ОгненныйЛев суббота/воскресенье 16:00
Kabanchik(Am2)\суббота\воскресенье 21:00
Приглашаю всех желающих поучаствовать в написании совместного фанфика
Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Визуальные новеллы фэндомы
U2FsdGVkX1+jQvJI0mwNJ/UprLSfxyc4WatlvVAETR6Rhpk8CBRs0tsgL85ejhqs
kanVk8x7KQaEOGSQi6k6AA==
![Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы](http://img10.reactor.cc/pics/post/%D0%92%D0%B5%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%91%D1%80%28%D0%91%D0%9B%29-%D0%91%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D1%87%D0%BD%D0%BE%D0%B5-%D0%BB%D0%B5%D1%82%D0%BE-Ru-VN-%D0%92%D0%B8%D0%B7%D1%83%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B5-%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BB%D0%BB%D1%8B-2592245.jpeg)
Бесконечное лето Soviet Games Anime сделал сам игра плагиат Пикабу двач длиннопост много букв Визуальные новеллы фэндомы Ru VN anime games Beauty Moon нечего делать
Как насчет поиграть\создать гаму ?
Доброго времени суток дамы и господа , сейчас я вам собираюсь представить результат моего четырехдневного безделья .А именно игру , не простую игру , а игру в жанре симулятор свиданий (да да как и бесконечное лето) , честно говоря именно и
бесконечное лето меня и вдохновило на создание своей подобной игры , так как ещё во время превью на пикабу я сразу же её скачал
и попробовал .
Тогда эта игра мне показалась слишком унылой (не в обиду фанам) , но как бы я не пытался её пройти у меня все время выходила концовка "форевер элон" , да и у моих друзей тоже , не знаю были ли это особенности репака или чего , но учитывая то что выборов за всю игру я сделал от силы штук десять , мне показалось что меня нехило так подна*бали . Практически через два три дня я загорелся идеей показать так сказать "дваченским умникам" как нужно делать подобные игры . Тогда идея вышла да так и ушла в своем направлении , так как мой друг дизайнер , который мог нарисовать арты ушел в армию , а другой друг режиссер (на тот момент обучающийся соответствующему искусству) забухал да и забыл .
Но нет худа без добра так как недельку назад я таки вспомнил (не без помощи реактора) про эту штуку , и собравшись с силами написал её , а точнее её новую версию , не постеснявшись назвать её движком . На тот момент , ещё когда бесконечное лето было в тренде так сказать , я почти сразу написал нечто подобное за сутки , двое , только он оказался слишком сложным для работы с ним с учетом градуса ~_~ , поэтому и бросил её нахер .
Сейчас же я более менее привел её в норму (ну более менее так) , и предлагаю вам её оценить , конечно не столько сюжет игры , сколько встроенный скрипт билдер и её возможности для воплощения сових идей . Сценарий для менно моей игры написал я , с использованием артов (ну как артов , скриншотов из аниме которое я не так давно скачал чтоб посмотреть) из аниме истории мечей . Не стану врать , над сценарием голову я долго ломал голову и потратил на него целых пять часов , и всеравно вышло чет то как то ...
Ладно ближе к делу
https://yadi.sk/d/kN5yKSgEiGqwH
НО ДАЛЬШЕ ТОЖЕ НУЖНО ПРОЧИТАТЬ !
вот ссылка с яндекса для загрузки , и сейчас я опишу основные возможности :
основные суперспособности движка на базе делфи
-поддержка видео\аудио\пикчей в следующих форматах (wmv;avi;mp3;wav;png;jpg;bmp;и возможно ещё какие то) :)
-портативность - гама не требует никакой установки , да и вообще одним файлом , не считая контента (просто наголо нахуярил куда попало и пашет)
-низкие системные требования (в отличии от того же бесконечного лета)
-упрощенный интерфейс для разработки своей игры (проще некуда , предельно все просто сделал , чтоб даж самый тупой школьник понял)
более "зрелищный" сюжет (ну это уже на мой взгляд) , вообще мой способ сам под собой предполагает что то большее чем просто чтенье (опять же в отличии от того же бесконечного лета
-визуальная разработка и хорошая автоматизация (да на среду разработки ушло больше всего времени , так как у моего друга безработного алкаша таки появилось желание и идеи)
- и ну короче по обстановке сами смотрите)
Буду рад если оставите в коментах свое мнение (НО БЕЗ КРИТИКИ СЦЕНАРИЯ ПОЖАЛУЙСТА!) :) , а ещё там могут быть ошибки (как простые в тексте так и отсутствие некоторых скриптов , вроде бы друган нашел где то , но я их так и не смог найти , так что буду презнателен если подскажите)
Минусы
- это альфа версия , так что косяки неизбежны и делал уже под конец наотвяз , впрочем если оцените , попробую доработать
- игра на английском (в рамках школьного курса конечно) , но это исправимо и сценарий на русском , чисто меню там и др
И самое главное , секретное меню открывается правым кликом мыши по кнопке "Return To Game" , там и язык сменить можно
И ещё важно , кажется забыл упомянуть в самой гаме , гейм соурс нужно указывать в аутоексек файле , ну это для тех кто загорелся и захотел осуществить свою мечту создав собственную игру )
Не забывайте выбрать и загруить профильигрока , а то возможны лаги и баги !
Возможно тормазнет при первом старте , так как будет сканироваться антивирусом
Ну на этом наверное все и заранее извиняюсь за ошибки в тексте и тут и там . Спасибо за внимание !
... И понимание ...
Ru VN Алиса(БЛ) Лена(БЛ) Мику(БЛ) Ольга Дмитриевна(БЛ) Семен(БЛ) Ульяна(БЛ) очередной бред и другие действующие лица(БЛ) Дубликат(БЛ) Визуальные новеллы фэндомы Фанфики(БЛ) Бесконечное лето
Начало:
Глава 1. http://vn.reactor.cc/post/2626275
Глава 2. http://vn.reactor.cc/post/2649697
Продолжение
III
Конверсия.
Утром опять просыпаюсь одновременно с Ольгой. Деликатно отворачиваюсь лицом к стене и, пока она одевается скрипя кроватью, пытаюсь уловить и запомнить увиденный сон. Но, как и большинство снов он не задерживается в памяти. Вроде бы, это повторение или продолжение сна вчерашнего – про катакомбы; вроде бы начинается все в лесу, по дороге в старый лагерь; вроде бы я ищу Шурика и падаю в Алисин провал. И в лесу, и в бомбоубежище, и в шахте я опять гоняюсь за людьми или не за людьми, или за не совсем людьми – не поймешь. Помню еще, что мне очень грустно было и очень жалко кого-то.
– Встаешь?
Ольга замечает, что я не сплю.
– Непременно.
– Тогда, доброе утро.
– Ага, и вам того же.
Хлопает входная дверь, Ольга выходит на улицу, и я выползаю из под одеяла. Шорты, рубашка, сандалеты, полотенце, мыло, зубная щетка, порошок. В голове, пока одеваюсь, формируется список текущих дел: попросить новую форму или постирать старую, договориться о бане, отметиться в библиотеке – личная обязательная программа на сегодня. Есть еще общелагерная программа и вожатая будет потом плохо спать, если не загрузит меня по полной. Повседневные бытовые проблемы, которые съедают девяносто процентов времени, чтоб их. Выхожу на крыльцо – сборная лагеря по утреннему бегу уже в полном составе.
– Привет Славя.
– Доброе утро Семен. После завтрака не исчезай, пожалуйста.
– Гм. А что будет?
– Сюрприз тебе Славя приготовила. – Вмешивается Ольга. Мы бежим или вы тут еще побеседуете?
– Бежим, бежим, бежим… Семен, не забудь.
И уносятся в направлении горизонта, а я отправляюсь умываться. Я не знаю почему, я не собирался, честное слово, оно само получилось, но я опять снимаю рубашку и опять плещу на себя ледяной водой. Я хотел успеть до того, как появятся Ольга со Славей, поэтому торопился, но не успел. Есть у меня подозрение, что бегуньи тоже поторопились с целью проследить за моим утренним стриптизом.
– Физкульт-привет!
Нет, я честно не хотел с ними пересекаться, но опять я стою голый по пояс, только сегодня с полотенцем в руках. Опять девушки, ради меня, прервали пробежку. Опять мокрые пятна на моих шортах провоцируют на вопрос про дождь и ветер, правда, это Ульянкин вопрос. Опять я их стесняюсь. Не надо было ждать, пока они отправятся на пробежку, надо было сразу хватать полотенце и идти умываться. Завтра попробую прийти чуть позже, между бегуньями и остальными девочками из отряда есть несколько минут времени, надо только угадать.
– Девушки, хватит меня разглядывать, вы или присоединяйтесь, или дальше бегите. А то я вас стесняюсь.
– Присоединиться? А мылом поделишься?
Славя задумчиво смотрит на меня, берется за край безрукавки и слегка тянет его вверх. «Славя, мне пощекотать твое пузико?» – надо бы спросить мне, но язык меня не слушается. Все что я могу, это с трудом сохранять ироничное выражение на морде лица, по крайней мере, я считаю, что мне это удается, но, чтобы откровенно не пялиться, приходится расфокусировать взгляд. Когда на свет божий показывается пупок, Славя резко одергивает безрукавку, расправляя ее и оглядывается на вожатую.
– Побежали, Ольга Дмитриевна?
– А я думала, ты Семена попросишь спинку потереть. Побежали, а то к линейке не успеем.
Перед тем, как скрыться за кустами, Славя еще успевает оглянуться и показать мне язык. Вот сейчас оне просто поправляли безрукавку? Или оне меня сейчас дразнили? Или оне меня соблазняли? Или это был элемент естественного поведения и Славя решала, не облиться ли ей ледяной водой? Я уже боюсь думать о том, что меня ждет на складе.
Возвращаюсь в домик, как-будто бодрый и посвежевший, а на самом деле дрожащий от холода, надо прекращать утренние измывательства над организмом. Там же, где и вчера, пересекаюсь с бредущей к умывальникам девчоночей зомби-командой.
– Привет, спящие красавицы.
– Обзывается, – бурчит Ульяна.
– Доброе утро, Сенечка.
Мику находит в себе силы улыбнуться. А я только мысленно вздыхаю, ну хоть не Семечкой обзывают, и то хорошо.
– Спасибо Микуся.
Алиса опять фыркает, Лена, в знак приветствия, только молча кивает и коротко улыбается. Ну, значит я уже перестал быть чужим, раз со мной так по свойски здороваются.
Заношу умывальные принадлежности в домик и устраиваюсь в шезлонге, передвинув его так, чтобы просматривалась вся наша аллейка, чтобы можно было видеть домик Лены и Мику. Возвращается после пробежки Ольга, переодевается в домике.
– Семен, линейка.
– Ольмитриевна, время еще есть. Честное пионерское – я там буду.
– Не засни тут.
Ольга скептически смотрит на меня, потом прослеживает направление моего взгляда.
– Понятно все с тобой. Знаешь, я не могла придумать, куда тебя пристроить на сегодня, но теперь ясно – ты поможешь в уборке музыкального кружка.
Кажется вожатая, только что воспользовалась правилом: «Чтобы сделать процесс управляемым, надо его возглавить». Она вот, в отличии от меня, уверенна в существовании этого процесса. Я, вообще-то, собирался девочек дождаться, чтобы вместе на линейку пойти, не с Ольгой же под ручку мне там появляться. А уборка… Можно и помочь конечно. Правда все тут сами справляются и моя помощь оказывается востребованной только в библиотеке и медпункте, ну хоть рояль отодвину, а потом поставлю на место.
– А как же Славя, она на складе меня ждет.
– Ты там нужен ровно на две секунды, а с уборкой Славя сама справится. Ну все, линейка через пять минут. Опоздаешь – до самого отъезда будешь иметь бледный вид.
Что там дальше? Сегодня нужно опять пинать аборигенов, не смотря на то, что это выматывает. Когда они хоть чуть-чуть, но показываются из-за своих масок: «Вот они мы, живые!», я, как будто сам доказательства получаю, что я тоже живу. Какое-же удовольствие было бы, если бы я однажды увидел, как кто-то из них просыпается и осознает себя. Вспоминаю, как я долго считал, что аборигены все-таки живут по настоящему, а это я попадаю раз за разом в один и тот же недельный отрезок времени, как убедила меня только метка, собственноручно оставленная мной в Шопенгауэре. Как я долго мучился определяясь, кто мы: загипнотизированные люди, попавшие во временную петлю; виртуальные имитации, не существующие в материальном мире; нечто промежуточное, вроде искусственных существ, жизнь которых определяется некими алгоритмами. Так ничего на сто процентов и не решил, нет у меня точки опоры для доказательств. Утешаю себя известным постулатом, что если кто-то выглядит как кошка, ведет себя как кошка и мяукает как кошка, то это и есть кошка.
Лена и Мику выходят из домика, Мику замечает меня и…
– Сенечка! Ты нас ждешь?
Едва сдерживается, чтобы не побежать ко мне. Вот непосредственный ребенок, от Ульянки такое можно ждать, а теперь знаю, что и от Мику, оказывается, тоже. И вот это распахнутое навстречу каждому, кто хоть чуть-чуть проявит к нему интерес, чудо, неизвестный мне сценарист запер в музыкальном кружке, навязав маску мозговыносящей болтушки! А мне почему-то неловко. Правда и приятно, и радостно тоже, но и неловко. А еще – узнали бы аборигены, что я их мысленно ребенками называю – обиделись бы.
Встаю с шезлонга, улыбаюсь Мику, улыбаюсь, через голову Мику, Лене. Вот Лене мне проще улыбаться, тут я никакой неловкости не испытываю.
– Я тут подумал, что плохо знаю лагерь и не дойду до площади без сопровождения.
Подошла Лена, вспомнила вчерашнее.
– Великий следопыт, Коробка на Голове, плохо знает лагерь? Если он так говорит, значит так оно и есть.
У нас складывается тайный язык.
– Идем, Большая Панама не любит, когда опаздывают на собрание племени.
Шестнадцать лет. А мне, вроде как, двадцать семь. А дурачимся, играем в двенадцатилетних, если не в тех кто еще младше. Или не играем? Или играем, но все всерьез?
На линейке, меня, к радости японской красавицы, действительно отправляют ей на помощь, в музыкальный кружок, Лене достается, конечно, медпункт, Алисе – сцена, Ульяне – спортплощадка. Кибернетики идут к себе, Женя к себе, а Славя отвечает за все остальное. Ну и младший и средний отряды нам в помощь.
– Сенечка, это замечательно, что ты будешь мне помогать, потому что в кружке столько работы, что я одна ни за что бы не справилась. И, мы же можем разговаривать, когда будем наводить порядок? Я вот, например, хочу о тебе узнать всё-всё. – Мику задумывается на мгновение. – Ну, конечно, всё, что расскажешь, а то будет не вежливо выспрашивать у тебя про то, о чем ты не хочешь говорить.
А я то надеялся побездельничать, поиграть на гитарке… Мечты-мечты… Кажется Дмитриевна знала что делала, когда отрядила меня в помощь Мику.
Это мы уже позавтракали и стоим на крыльце столовой. Славя проходит мимо нас, слегка задевая меня рукой. Да помню я, помню, сейчас приду.
– Микусь, меня Славя зачем-то на складе после завтрака хотела увидеть. Или, пошли вместе?
– Нет, иди один, только не задерживайся надолго. Иди, я пока посмотрю, как нам быстрее все сделать. Мне, конечно, интересно, но я хочу пораньше с работой разделаться.
– Просил – получи. Вроде твой размер.
Славя выкладывает на прилавок склада пару кед, спортивный костюм и еще пару футболок.
А я просил? Да, я просил выдать мне кроссовки, чтобы не рвать сандалеты. Бойся, конечно, своих желаний, которые сбываются, но это же была всего-лишь вежливая форма отказа, а Славя этого не поняла. Смотрю в глаза Славе и вношу поправку – сделала вид, что не поняла. Надо пресечь, пока не разрослось.
– Ну Семен, ну пожалуйста. И Ольга Дмитриевна тоже просила.
Славя уловив мои намерения жалобно смотрит в глаза.
– Славя. Это было замаскированное «Нет». Я думал, что ты поймешь.
– Да я поняла, поняла. Но могла же я надеяться?
Грустная Славина улыбка. Все-же она милая девчонка и жалко ее огорчать, но увы.
– Ты попробовала и у тебя почти получилось.
– Семен, а можно я буду надеяться, что ты когда-нибудь придешь на склад и заберешь это.
– Как хочешь, Славя.
Грустно. А еще мне теперь просто не удобно Славю о чем-то просить. Придется устроить помывку по методу Электроника, только время выбрать подходящее, хватит с меня одного единственного конфуза из прошлой жизни. А форма, кажется, так и лежит в шкафу – предназначенный для меня еще один комплект. Надо проверить.
С промежуточным заходом в домик (форма есть – хорошо), добираюсь, наконец, до музыкального кружка. По дороге еще думаю о причинах повышенного внимания к своей персоне, в первый день – испуг и агрессия, а на третий – откровенная симпатия и полупризнания, и отношу это на сценарные установки и на то, что количество симпатии к Семену в ходе цикла есть величина постоянная. Даже не знаю, радоваться этому или огорчаться, наверное, придется принимать как данность.
Мику переоделась в футболку и старые спортивные брюки, завязала свои два хвоста в какую-то сложную конструкцию и ждет меня, оглядывая фронт работ.
– Сенечка, ты вовремя, я как раз все спланировала. Во-первых…
Ну, я думал будет хуже. По крайней мере сносить здание музкружка и строить новое на его месте нет необходимости. При музкружке есть кладовая, то есть гардеробная для сценических костюмов. А еще есть костюмы театральные, но они хранятся на складе: «Сенечка, их там просто безжалостно упаковали в мешки. Представляешь, бальное платье девятнадцатого века плотно упакованное в мешок?» В общем, меня отправляют с ведрами за водой, а пока я хожу Мику выносит все имеющиеся костюмы на веранду: «Пусть проветрятся, а то задохнулись.» Мыть окна мне не доверяют: «Я сама, а то разводы останутся, в гардеробной нужно пыль протереть. И на стенах тоже!» «Нет, пол в зале последнюю очередь, ты что!» И так далее, и так далее, и так далее… Несколько раз мне удается применить полученные, в свое время, в кружке кибернетиков навыки: там починить выключатель, сям поправить вешалку в гардеробной, но больше меня используют как водоноса и тряпковыжимальщика. Вообще, работать в паре с Мику оказывается легко и приятно, мы как-то, достаточно быстро, начинаем понимать друг-друга без слов и у нас появляется время на разговоры.
Настоящим шоком для меня оказывается то, что Мику, эта, такая милая девочка-гуманитарий, увлекается математикой на уровне «Ну, школьную программу я давно выкинула – скучно». К математике она пришла через музыку, что даже понятно, но потом полезла еще дополнительно, куда-то в теорию вероятностей. Она и сидела-то в музкружке, в первый мой день, над какой-то задачей. «Но математика это тоже не мое. Интересно, конечно, там такая глубина и она затягивает, но не моё». «Что моё? Знаешь, я бы музыке детей учила. Может быть по выступала бы несколько лет, а потом ушла бы учить, ну и, может, писала бы музыку ещё». Да, у Мику получится, я на себе испытал. Интересно, почему я тогда на нее не обратил внимания, ну, на ее двойника, конечно, но, все равно – почему? Или голова была другим забита, или двойники из разных лагерей хоть чуть-чуть, но отличаются друг от друга, или я сам изменяюсь. «А еще, Сенечка, я же вижу, что тебя что-то беспокоит и из-за этого сама беспокоюсь!»
Ну конечно беспокоит. Начнем с того, что я не знаю, как мне сохранять дистанцию от тебя, болтушка. И чем дольше мы с тобой общаемся, тем мне это труднее и тем меньше мне хочется эту дистанцию сохранять. И ведь понимаю, что потом больно мне будет.
– Микуся, начнем с того, что меня царицей соблазняли, но я не поддался! – И сразу же расшифровываю. – Размахивающая Метлой звала бегать по утрам, с ними в компании, а я отказался. Но теперь мне неудобно просить ее о чем-то, даже о том, чтобы она исполняла свои обязанности: хотел в баню записаться и форму получить новую, а теперь неудобно. Форма чистая есть, но вот в баню хочется. А, во-вторых, еще мне очень нужно попасть в библиотеку, но так, чтобы там никого не было, особенно Жени. Хоть ночью влазь. А, в-третьих…
А, в третьих, чем больше я с тобой, и чем больше ты раскрываешься, тем больше я к тебе привязываюсь и тем больнее мне будет уже через пять дней.
– … в третьих, я, пока не готов тебе рассказать. Ты не против, если как-нибудь в другой раз?
– Не хочешь врать, а правду сказать не получается? Понимаю, со мной тоже так бывает. Ну все, неси еще воды и давай полы мыть.
И мы моем полы с хозяйственным мылом, сначала в помещении, потом ждем, когда они высохнут, потом Мику развешивает в гардеробной костюмы, потом моем полы на веранде, опять же, с мылом, а пока мы моем, я рассказываю историю о своей помывке под краном и конфузе с Алисой, разумеется не называя Алисы и привязав это событие к отдыху в другом лагере, в одной из прошлых смен.
– Сенечка, ты так и бежал в лес голый, прикрываясь ладошкой? Вывалился на девочек из кустов и убежал? Жалко, что я не видела, даже слушать сейчас смешно, а представляю, как это было смешно на самом деле! Нет, я слышала, что есть такие люди, но ты, и вдруг маньяк!
К трем часам дня мы заканчиваем наводить порядок, и, когда Мику, наконец, распрямляется, я оглядываю результат и изрекаю.
– И сказал он, что это хорошо. Но на обед мы безнадежно опоздали.
– Сеня, нас ждут бутерброды, ты любишь бутерброды? Пошли умываться, а потом пообедаем.
В умывальнике Мику прежде всего смотрит на ближайшие кусты, смотрит на краны, смотрит на меня и опять смеется.
– Прости Сенечка, я просто пыталась представить себе, как бы это выглядело здесь. Как я стою вот тут, как ты выпадаешь вон оттуда и бежишь вон туда. Не знаю, почему та девочка на тебя разозлилась, я бы, наверное, хохотала до конца смены.
– Знаешь Мику. Когда я буду писать мемуары, я обязательно упомяну, что мне готовила бутерброды сама Мику Хацуне.
Мику улыбается, делает глоток чая, а потом серьезнеет.
– Сенечка, спасибо.
– Пожалуйста. Надо будет еще пол помыть – зови. Мне понравилось с тобой работать.
– Да, за это тоже спасибо, но я не о том. Спасибо, что не стал мне врать сегодня.
– Микусь, я тебе обещаю и дальше не врать.
– Сенечка, разве такие вещи обещают? Если я тебе и так доверяю, то зачем еще и обещать? Нет, я понимаю, что люди часто врут, и, где-нибудь в суде их предупреждают об ответственности. Но два человека, мне кажется, они должны либо доверять друг-другу, либо нет. И, когда доверяют, получается, что да, да; а нет, нет, а всякие клятвы, они тогда совершенно не нужны.
Вот такое жизненное правило от болтушки Мику, у которой в очаровательно-пустоватой головке, кажется должно быть, только сплошное Ня-ня-ня… Хорошо, что я уже знаю Мику чуть лучше, чем демонстрирует ее маска, а скажи она такое циклов двадцать назад, я бы сел, прямо там где стоял. И, вряд-ли она читала первоисточник – пионерка Мику Хацуне, гражданка Японии. Сама ведь придумала, своим умом.
Еще по одному бутерброду и ясно, что до ужина дотянем.
– Спасибо, Мику.
– Ну что-ты, Сенечка. Ты же мне помог, и еще мне просто приятно о тебе позаботиться.
Встаем, газету, которую использовали вместо скатерти, сворачиваем вместе с крошками – по дороге выбросим в мусорку. Мику о чем-то задумывается на несколько секунд, а потом решительно заявляет.
– Сенечка, пошли со мной, одному твоему горю я попробую помочь! То есть, конечно не горю, а так, неприятности, хотя я не знаю, может это и горе для тебя, я так, толком, про тебя ничего и не знаю…
– Иду, иду уже, Микусь.
Ульянкиной тропой идем, идем, идем… К домику Мику идем. У дверей Мику говорит мне: «Подожди здесь», а сама скрывается внутри. Сажусь на крыльцо, сказали «здесь» ждать, значит жду «здесь», а мог бы и на лавочке посидеть. Слышно, как в домике Мику и Лена что-то обсуждают, слышно, как Мику смеется, слышно, как девочки подходят к двери. Я отодвигаюсь, освобождая проход, дверь открывается и обе хозяйки выходят и выносят свое решение. Ну, то есть, выносит Мику, Лена только подтверждающе кивает.
– Сенечка, я записалась в баню на четыре часа вечера, а Лена на полпятого. Это на двоих получится целый час. Мы решили, что мы управимся вдвоем за сорок минут, а тебя пропустим вперед, если ты пообещаешь уложиться в двадцать минут, экономить горячую воду и навести за собой порядок.
Благодетельницы, обе-две благодетельницы. Так им и заявляю.
– Тогда у тебя есть десять минут, чтобы добежать до своего домика, забрать там, что нужно, и оттуда прибежать в баню.
– А мы пока покараулим, чтобы никто без очереди не проскочил, – добавляет Лена.
Бегом к себе. Ну, не бегом, но очень быстрым шагом, Ольги дома нет – время никто не отнимает. Беру все необходимое, беру форму и таким же быстрым шагом в баню. Двадцати минут мне вполне хватит, чтобы помыться, удовольствия не получу, но грязь смою. С крыльца бани машу рукой сидящим здесь-же на лавочке благодетельницам и вперед, главное – не заплывать за буйки. За буйки не заплываю, укладываюсь в пятнадцать минут и еще пять минут трачу на приборку. Одеваюсь в чистое, естественно новая форма оказывается моего размера. Грязные шорты и рубашка летят в угол, в специальную корзину, к своим собратьям, а я, обновившийся, выхожу на свежий воздух.
– Девочки, можно я не буду вас дожидаться?
– Конечно-конечно, Сенечка, на ужине увидимся.
До ужина еще два часа с хвостиком и я возвращаюсь в домик, чтобы подремать там. По дороге думаю, как быть с библиотекой. Книги протирать со Славей – не вариант, не хочу приумножать неловкости, после сегодняшнего с ней разговора; вечером, вместо дискотеки, идти с Ульяной – это надо было с ней подраться за обедом, можно было бы подраться за ужином, но не хочу, только-только отношения нормализовались, а девочка на меня за что-то всерьез злилась, я так и не понял, правда, за что. Остаются два варианта: или, основной вариант, воспользоваться календарем цикла и все сделать послезавтра, пока Женя достает из погреба муку; или спрошу-ка я совета Алисы. Кажется она неплохо ко мне относится, может быть она что и подскажет.
– Здрасьте, Ольмитревна, с линейки не виделись. Вредно лежа читать, зрение портится.
– Привет, Семен. Я заглянула сейчас в музыкальный кружок, там идеальная чистота и порядок, я довольна.
– Я уже краснею от вашей похвалы.
– Вам с Мику, по одиночке, конечно еще далеко, но вдвоем вы, по части уборки, почти догнали Славю.
Мы лежим, каждый на своей кровати и лениво, без всякой системы, перебрасываемся репликами, Ольга еще и читает, а я просто смотрю в потолок.
– Давай чай пить, Семен.
А я что? Я не против, тем более, что обедал бутербродами. Ольга ставит чайник, достает из тумбочки пакет с булками, две упаковки джема, коробку сахара, достает две железных кружки. «Иногда, когда я была маленькой, дед или дядя брали меня в поле, если была возможность, а в поле только такие кружки. Вот, с тех пор я, если не дома, всегда пью из них. Это как память о них и традиция, раз уж в семье никто теперь в поле не ходит.» Когда чайник закипает, мы выносим все это богатство на крыльцо, завариваем чай прямо в кружках, устраиваемся напротив друг-друга и трапезничаем.
– Семен, я не вмешиваюсь. Но Славю жалко, она сегодня весь день как побитая ходит.
– Ольга Дмитриевна, я был максимально тактичен и деликатен, а теперь мне неловко. Славя придумала себе меня, а мне теперь неловко перед милой девушкой.
– Я знаю. Но вы вместе неплохо бы смотрелись на контрасте. Она – классическая русская красавица, и ты – высокий и жилистый. Она – три пуда синеглазого оптимизма, и ты – прячущий свои чувства за стальными глазами-заслонками…
Оптимистичный синеглазый бульдозер, очень милый, правда, и никому не желающий зла, но бульдозер. А я тощий, а не жилистый, вы мне льстите, Ольга Дмитриевна. А рост скрывается сутулостью.
– … но ты выбрал «Микусю», и вы с ней тоже напридумывали самих себя, какие-то образы, и теперь постоянно ищете глазами друг дружку.
Гм, а я выбрал? Вроде нет еще? Вроде я просто пытаюсь, пытаюсь что? Ничего я не могу придумать, что именно я пытаюсь, поэтому пожимаю плечами, беру опустевшие кружки с целью помыть, беру полиэтиленовую пятилитровую канистру – набрать воды для питья и чая и иду к умывальнику. До появления таких удобных полторашек здесь все еще лет пять, как и один цикл, как и сто циклов назад. Когда возвращаюсь, на ловца и зверь бежит, встречаю Алису.
– Он прекрасно устроился! Я его кормлю, Мику его кормит, Славя его кормит, вожатая его кормит, в столовой его кормят, ему осталось только Лену объесть и найти тайник Ульяны.
– Ты забыла еще про королей отвертки и паяльника. Я же не ругался ни с вожатой, ни со Славей. Правда Славя меня не кормила, хоть и хотела, но я в тот день поужинал с одной рыжей врединой. А сейчас хочу попросить у этой вредины доброго совета.
– Доброго, у меня? Семен, ты перетрудился в музкружке сегодня.
– Ну, можешь дать злобный совет или вредный совет.
– А о чем совет то? Как Мику объясниться?
Так. Стоп.
– Алиса, не заговаривайся. Мне развернуться и уйти?
Да, Алиса тоже умеет краснеть и смущаться. Постоянно об этом забываю и каждый раз удивляюсь.
– Ну ты не обижайся, что-ли. Чего хотел-то?
Объясняю Алисе, что мне нужно в библиотеку, но если она хочет взамен сегодня вечером зазвать меня поиграть на гитаре, то я пас, потому что намерен танцевать Мику. Внутренний маятник Алисы опять качается от смущения к агрессии.
– Сенька! Не вздумай обмануть японку! Видишь какая она – вроде и девчонка не глупая, а всем верит, кто ей чуть нравится. При том она, когда поймет, что ее сознательно обманывают, то для нее мир рухнет. И для тебя тоже – это уж я постараюсь.
Молча смотрю на Алису, «спрятавшись за стальными глазами-заслонками», пока она опять не начинает смущаться. Нет, больше я так смотреть не буду, зря мне Ольга про это сказала.
– Пойми правильно, я на всякий случай предупреждаю. В общем так: одну хорошую песню, которую я не знаю, ты мне будешь должен, хоть сам сочиняй. А еще… Проверю-ка я тебя: отдашь мне то, что считаешь нужным, что, по твоему, стоит моего совета. Сроку тебе до конца смены. Согласен?
Согласен, почему нет? Правда, не представляю, что я Алисе отдам. У меня и нет ничего, не трусы же запасные отдавать.
– Идет. Давай свой совет.
– Вторая от крыльца отдушина в фундаменте библиотеки. Поищи там, а потом не забудь положить ключи на место.
– Алиса, знаешь, ты способна и на добрые советы. Спасибо.
– Спасибо скажешь, когда рассчитаешься.
Расходимся с Алисой, я отношу посуду в домик и иду коротать оставшиеся до ужина полчаса на площади.
***
Продолжение в комментариях.
Глава 1. http://vn.reactor.cc/post/2626275
Глава 2. http://vn.reactor.cc/post/2649697
Продолжение
III
Конверсия.
Утром опять просыпаюсь одновременно с Ольгой. Деликатно отворачиваюсь лицом к стене и, пока она одевается скрипя кроватью, пытаюсь уловить и запомнить увиденный сон. Но, как и большинство снов он не задерживается в памяти. Вроде бы, это повторение или продолжение сна вчерашнего – про катакомбы; вроде бы начинается все в лесу, по дороге в старый лагерь; вроде бы я ищу Шурика и падаю в Алисин провал. И в лесу, и в бомбоубежище, и в шахте я опять гоняюсь за людьми или не за людьми, или за не совсем людьми – не поймешь. Помню еще, что мне очень грустно было и очень жалко кого-то.
– Встаешь?
Ольга замечает, что я не сплю.
– Непременно.
– Тогда, доброе утро.
– Ага, и вам того же.
Хлопает входная дверь, Ольга выходит на улицу, и я выползаю из под одеяла. Шорты, рубашка, сандалеты, полотенце, мыло, зубная щетка, порошок. В голове, пока одеваюсь, формируется список текущих дел: попросить новую форму или постирать старую, договориться о бане, отметиться в библиотеке – личная обязательная программа на сегодня. Есть еще общелагерная программа и вожатая будет потом плохо спать, если не загрузит меня по полной. Повседневные бытовые проблемы, которые съедают девяносто процентов времени, чтоб их. Выхожу на крыльцо – сборная лагеря по утреннему бегу уже в полном составе.
– Привет Славя.
– Доброе утро Семен. После завтрака не исчезай, пожалуйста.
– Гм. А что будет?
– Сюрприз тебе Славя приготовила. – Вмешивается Ольга. Мы бежим или вы тут еще побеседуете?
– Бежим, бежим, бежим… Семен, не забудь.
И уносятся в направлении горизонта, а я отправляюсь умываться. Я не знаю почему, я не собирался, честное слово, оно само получилось, но я опять снимаю рубашку и опять плещу на себя ледяной водой. Я хотел успеть до того, как появятся Ольга со Славей, поэтому торопился, но не успел. Есть у меня подозрение, что бегуньи тоже поторопились с целью проследить за моим утренним стриптизом.
– Физкульт-привет!
Нет, я честно не хотел с ними пересекаться, но опять я стою голый по пояс, только сегодня с полотенцем в руках. Опять девушки, ради меня, прервали пробежку. Опять мокрые пятна на моих шортах провоцируют на вопрос про дождь и ветер, правда, это Ульянкин вопрос. Опять я их стесняюсь. Не надо было ждать, пока они отправятся на пробежку, надо было сразу хватать полотенце и идти умываться. Завтра попробую прийти чуть позже, между бегуньями и остальными девочками из отряда есть несколько минут времени, надо только угадать.
– Девушки, хватит меня разглядывать, вы или присоединяйтесь, или дальше бегите. А то я вас стесняюсь.
– Присоединиться? А мылом поделишься?
Славя задумчиво смотрит на меня, берется за край безрукавки и слегка тянет его вверх. «Славя, мне пощекотать твое пузико?» – надо бы спросить мне, но язык меня не слушается. Все что я могу, это с трудом сохранять ироничное выражение на морде лица, по крайней мере, я считаю, что мне это удается, но, чтобы откровенно не пялиться, приходится расфокусировать взгляд. Когда на свет божий показывается пупок, Славя резко одергивает безрукавку, расправляя ее и оглядывается на вожатую.
– Побежали, Ольга Дмитриевна?
– А я думала, ты Семена попросишь спинку потереть. Побежали, а то к линейке не успеем.
Перед тем, как скрыться за кустами, Славя еще успевает оглянуться и показать мне язык. Вот сейчас оне просто поправляли безрукавку? Или оне меня сейчас дразнили? Или оне меня соблазняли? Или это был элемент естественного поведения и Славя решала, не облиться ли ей ледяной водой? Я уже боюсь думать о том, что меня ждет на складе.
Возвращаюсь в домик, как-будто бодрый и посвежевший, а на самом деле дрожащий от холода, надо прекращать утренние измывательства над организмом. Там же, где и вчера, пересекаюсь с бредущей к умывальникам девчоночей зомби-командой.
– Привет, спящие красавицы.
– Обзывается, – бурчит Ульяна.
– Доброе утро, Сенечка.
Мику находит в себе силы улыбнуться. А я только мысленно вздыхаю, ну хоть не Семечкой обзывают, и то хорошо.
– Спасибо Микуся.
Алиса опять фыркает, Лена, в знак приветствия, только молча кивает и коротко улыбается. Ну, значит я уже перестал быть чужим, раз со мной так по свойски здороваются.
Заношу умывальные принадлежности в домик и устраиваюсь в шезлонге, передвинув его так, чтобы просматривалась вся наша аллейка, чтобы можно было видеть домик Лены и Мику. Возвращается после пробежки Ольга, переодевается в домике.
– Семен, линейка.
– Ольмитриевна, время еще есть. Честное пионерское – я там буду.
– Не засни тут.
Ольга скептически смотрит на меня, потом прослеживает направление моего взгляда.
– Понятно все с тобой. Знаешь, я не могла придумать, куда тебя пристроить на сегодня, но теперь ясно – ты поможешь в уборке музыкального кружка.
Кажется вожатая, только что воспользовалась правилом: «Чтобы сделать процесс управляемым, надо его возглавить». Она вот, в отличии от меня, уверенна в существовании этого процесса. Я, вообще-то, собирался девочек дождаться, чтобы вместе на линейку пойти, не с Ольгой же под ручку мне там появляться. А уборка… Можно и помочь конечно. Правда все тут сами справляются и моя помощь оказывается востребованной только в библиотеке и медпункте, ну хоть рояль отодвину, а потом поставлю на место.
– А как же Славя, она на складе меня ждет.
– Ты там нужен ровно на две секунды, а с уборкой Славя сама справится. Ну все, линейка через пять минут. Опоздаешь – до самого отъезда будешь иметь бледный вид.
Что там дальше? Сегодня нужно опять пинать аборигенов, не смотря на то, что это выматывает. Когда они хоть чуть-чуть, но показываются из-за своих масок: «Вот они мы, живые!», я, как будто сам доказательства получаю, что я тоже живу. Какое-же удовольствие было бы, если бы я однажды увидел, как кто-то из них просыпается и осознает себя. Вспоминаю, как я долго считал, что аборигены все-таки живут по настоящему, а это я попадаю раз за разом в один и тот же недельный отрезок времени, как убедила меня только метка, собственноручно оставленная мной в Шопенгауэре. Как я долго мучился определяясь, кто мы: загипнотизированные люди, попавшие во временную петлю; виртуальные имитации, не существующие в материальном мире; нечто промежуточное, вроде искусственных существ, жизнь которых определяется некими алгоритмами. Так ничего на сто процентов и не решил, нет у меня точки опоры для доказательств. Утешаю себя известным постулатом, что если кто-то выглядит как кошка, ведет себя как кошка и мяукает как кошка, то это и есть кошка.
Лена и Мику выходят из домика, Мику замечает меня и…
– Сенечка! Ты нас ждешь?
Едва сдерживается, чтобы не побежать ко мне. Вот непосредственный ребенок, от Ульянки такое можно ждать, а теперь знаю, что и от Мику, оказывается, тоже. И вот это распахнутое навстречу каждому, кто хоть чуть-чуть проявит к нему интерес, чудо, неизвестный мне сценарист запер в музыкальном кружке, навязав маску мозговыносящей болтушки! А мне почему-то неловко. Правда и приятно, и радостно тоже, но и неловко. А еще – узнали бы аборигены, что я их мысленно ребенками называю – обиделись бы.
Встаю с шезлонга, улыбаюсь Мику, улыбаюсь, через голову Мику, Лене. Вот Лене мне проще улыбаться, тут я никакой неловкости не испытываю.
– Я тут подумал, что плохо знаю лагерь и не дойду до площади без сопровождения.
Подошла Лена, вспомнила вчерашнее.
– Великий следопыт, Коробка на Голове, плохо знает лагерь? Если он так говорит, значит так оно и есть.
У нас складывается тайный язык.
– Идем, Большая Панама не любит, когда опаздывают на собрание племени.
Шестнадцать лет. А мне, вроде как, двадцать семь. А дурачимся, играем в двенадцатилетних, если не в тех кто еще младше. Или не играем? Или играем, но все всерьез?
На линейке, меня, к радости японской красавицы, действительно отправляют ей на помощь, в музыкальный кружок, Лене достается, конечно, медпункт, Алисе – сцена, Ульяне – спортплощадка. Кибернетики идут к себе, Женя к себе, а Славя отвечает за все остальное. Ну и младший и средний отряды нам в помощь.
– Сенечка, это замечательно, что ты будешь мне помогать, потому что в кружке столько работы, что я одна ни за что бы не справилась. И, мы же можем разговаривать, когда будем наводить порядок? Я вот, например, хочу о тебе узнать всё-всё. – Мику задумывается на мгновение. – Ну, конечно, всё, что расскажешь, а то будет не вежливо выспрашивать у тебя про то, о чем ты не хочешь говорить.
А я то надеялся побездельничать, поиграть на гитарке… Мечты-мечты… Кажется Дмитриевна знала что делала, когда отрядила меня в помощь Мику.
Это мы уже позавтракали и стоим на крыльце столовой. Славя проходит мимо нас, слегка задевая меня рукой. Да помню я, помню, сейчас приду.
– Микусь, меня Славя зачем-то на складе после завтрака хотела увидеть. Или, пошли вместе?
– Нет, иди один, только не задерживайся надолго. Иди, я пока посмотрю, как нам быстрее все сделать. Мне, конечно, интересно, но я хочу пораньше с работой разделаться.
– Просил – получи. Вроде твой размер.
Славя выкладывает на прилавок склада пару кед, спортивный костюм и еще пару футболок.
А я просил? Да, я просил выдать мне кроссовки, чтобы не рвать сандалеты. Бойся, конечно, своих желаний, которые сбываются, но это же была всего-лишь вежливая форма отказа, а Славя этого не поняла. Смотрю в глаза Славе и вношу поправку – сделала вид, что не поняла. Надо пресечь, пока не разрослось.
– Ну Семен, ну пожалуйста. И Ольга Дмитриевна тоже просила.
Славя уловив мои намерения жалобно смотрит в глаза.
– Славя. Это было замаскированное «Нет». Я думал, что ты поймешь.
– Да я поняла, поняла. Но могла же я надеяться?
Грустная Славина улыбка. Все-же она милая девчонка и жалко ее огорчать, но увы.
– Ты попробовала и у тебя почти получилось.
– Семен, а можно я буду надеяться, что ты когда-нибудь придешь на склад и заберешь это.
– Как хочешь, Славя.
Грустно. А еще мне теперь просто не удобно Славю о чем-то просить. Придется устроить помывку по методу Электроника, только время выбрать подходящее, хватит с меня одного единственного конфуза из прошлой жизни. А форма, кажется, так и лежит в шкафу – предназначенный для меня еще один комплект. Надо проверить.
С промежуточным заходом в домик (форма есть – хорошо), добираюсь, наконец, до музыкального кружка. По дороге еще думаю о причинах повышенного внимания к своей персоне, в первый день – испуг и агрессия, а на третий – откровенная симпатия и полупризнания, и отношу это на сценарные установки и на то, что количество симпатии к Семену в ходе цикла есть величина постоянная. Даже не знаю, радоваться этому или огорчаться, наверное, придется принимать как данность.
Мику переоделась в футболку и старые спортивные брюки, завязала свои два хвоста в какую-то сложную конструкцию и ждет меня, оглядывая фронт работ.
– Сенечка, ты вовремя, я как раз все спланировала. Во-первых…
Ну, я думал будет хуже. По крайней мере сносить здание музкружка и строить новое на его месте нет необходимости. При музкружке есть кладовая, то есть гардеробная для сценических костюмов. А еще есть костюмы театральные, но они хранятся на складе: «Сенечка, их там просто безжалостно упаковали в мешки. Представляешь, бальное платье девятнадцатого века плотно упакованное в мешок?» В общем, меня отправляют с ведрами за водой, а пока я хожу Мику выносит все имеющиеся костюмы на веранду: «Пусть проветрятся, а то задохнулись.» Мыть окна мне не доверяют: «Я сама, а то разводы останутся, в гардеробной нужно пыль протереть. И на стенах тоже!» «Нет, пол в зале последнюю очередь, ты что!» И так далее, и так далее, и так далее… Несколько раз мне удается применить полученные, в свое время, в кружке кибернетиков навыки: там починить выключатель, сям поправить вешалку в гардеробной, но больше меня используют как водоноса и тряпковыжимальщика. Вообще, работать в паре с Мику оказывается легко и приятно, мы как-то, достаточно быстро, начинаем понимать друг-друга без слов и у нас появляется время на разговоры.
Настоящим шоком для меня оказывается то, что Мику, эта, такая милая девочка-гуманитарий, увлекается математикой на уровне «Ну, школьную программу я давно выкинула – скучно». К математике она пришла через музыку, что даже понятно, но потом полезла еще дополнительно, куда-то в теорию вероятностей. Она и сидела-то в музкружке, в первый мой день, над какой-то задачей. «Но математика это тоже не мое. Интересно, конечно, там такая глубина и она затягивает, но не моё». «Что моё? Знаешь, я бы музыке детей учила. Может быть по выступала бы несколько лет, а потом ушла бы учить, ну и, может, писала бы музыку ещё». Да, у Мику получится, я на себе испытал. Интересно, почему я тогда на нее не обратил внимания, ну, на ее двойника, конечно, но, все равно – почему? Или голова была другим забита, или двойники из разных лагерей хоть чуть-чуть, но отличаются друг от друга, или я сам изменяюсь. «А еще, Сенечка, я же вижу, что тебя что-то беспокоит и из-за этого сама беспокоюсь!»
Ну конечно беспокоит. Начнем с того, что я не знаю, как мне сохранять дистанцию от тебя, болтушка. И чем дольше мы с тобой общаемся, тем мне это труднее и тем меньше мне хочется эту дистанцию сохранять. И ведь понимаю, что потом больно мне будет.
– Микуся, начнем с того, что меня царицей соблазняли, но я не поддался! – И сразу же расшифровываю. – Размахивающая Метлой звала бегать по утрам, с ними в компании, а я отказался. Но теперь мне неудобно просить ее о чем-то, даже о том, чтобы она исполняла свои обязанности: хотел в баню записаться и форму получить новую, а теперь неудобно. Форма чистая есть, но вот в баню хочется. А, во-вторых, еще мне очень нужно попасть в библиотеку, но так, чтобы там никого не было, особенно Жени. Хоть ночью влазь. А, в-третьих…
А, в третьих, чем больше я с тобой, и чем больше ты раскрываешься, тем больше я к тебе привязываюсь и тем больнее мне будет уже через пять дней.
– … в третьих, я, пока не готов тебе рассказать. Ты не против, если как-нибудь в другой раз?
– Не хочешь врать, а правду сказать не получается? Понимаю, со мной тоже так бывает. Ну все, неси еще воды и давай полы мыть.
И мы моем полы с хозяйственным мылом, сначала в помещении, потом ждем, когда они высохнут, потом Мику развешивает в гардеробной костюмы, потом моем полы на веранде, опять же, с мылом, а пока мы моем, я рассказываю историю о своей помывке под краном и конфузе с Алисой, разумеется не называя Алисы и привязав это событие к отдыху в другом лагере, в одной из прошлых смен.
– Сенечка, ты так и бежал в лес голый, прикрываясь ладошкой? Вывалился на девочек из кустов и убежал? Жалко, что я не видела, даже слушать сейчас смешно, а представляю, как это было смешно на самом деле! Нет, я слышала, что есть такие люди, но ты, и вдруг маньяк!
К трем часам дня мы заканчиваем наводить порядок, и, когда Мику, наконец, распрямляется, я оглядываю результат и изрекаю.
– И сказал он, что это хорошо. Но на обед мы безнадежно опоздали.
– Сеня, нас ждут бутерброды, ты любишь бутерброды? Пошли умываться, а потом пообедаем.
В умывальнике Мику прежде всего смотрит на ближайшие кусты, смотрит на краны, смотрит на меня и опять смеется.
– Прости Сенечка, я просто пыталась представить себе, как бы это выглядело здесь. Как я стою вот тут, как ты выпадаешь вон оттуда и бежишь вон туда. Не знаю, почему та девочка на тебя разозлилась, я бы, наверное, хохотала до конца смены.
– Знаешь Мику. Когда я буду писать мемуары, я обязательно упомяну, что мне готовила бутерброды сама Мику Хацуне.
Мику улыбается, делает глоток чая, а потом серьезнеет.
– Сенечка, спасибо.
– Пожалуйста. Надо будет еще пол помыть – зови. Мне понравилось с тобой работать.
– Да, за это тоже спасибо, но я не о том. Спасибо, что не стал мне врать сегодня.
– Микусь, я тебе обещаю и дальше не врать.
– Сенечка, разве такие вещи обещают? Если я тебе и так доверяю, то зачем еще и обещать? Нет, я понимаю, что люди часто врут, и, где-нибудь в суде их предупреждают об ответственности. Но два человека, мне кажется, они должны либо доверять друг-другу, либо нет. И, когда доверяют, получается, что да, да; а нет, нет, а всякие клятвы, они тогда совершенно не нужны.
Вот такое жизненное правило от болтушки Мику, у которой в очаровательно-пустоватой головке, кажется должно быть, только сплошное Ня-ня-ня… Хорошо, что я уже знаю Мику чуть лучше, чем демонстрирует ее маска, а скажи она такое циклов двадцать назад, я бы сел, прямо там где стоял. И, вряд-ли она читала первоисточник – пионерка Мику Хацуне, гражданка Японии. Сама ведь придумала, своим умом.
Еще по одному бутерброду и ясно, что до ужина дотянем.
– Спасибо, Мику.
– Ну что-ты, Сенечка. Ты же мне помог, и еще мне просто приятно о тебе позаботиться.
Встаем, газету, которую использовали вместо скатерти, сворачиваем вместе с крошками – по дороге выбросим в мусорку. Мику о чем-то задумывается на несколько секунд, а потом решительно заявляет.
– Сенечка, пошли со мной, одному твоему горю я попробую помочь! То есть, конечно не горю, а так, неприятности, хотя я не знаю, может это и горе для тебя, я так, толком, про тебя ничего и не знаю…
– Иду, иду уже, Микусь.
Ульянкиной тропой идем, идем, идем… К домику Мику идем. У дверей Мику говорит мне: «Подожди здесь», а сама скрывается внутри. Сажусь на крыльцо, сказали «здесь» ждать, значит жду «здесь», а мог бы и на лавочке посидеть. Слышно, как в домике Мику и Лена что-то обсуждают, слышно, как Мику смеется, слышно, как девочки подходят к двери. Я отодвигаюсь, освобождая проход, дверь открывается и обе хозяйки выходят и выносят свое решение. Ну, то есть, выносит Мику, Лена только подтверждающе кивает.
– Сенечка, я записалась в баню на четыре часа вечера, а Лена на полпятого. Это на двоих получится целый час. Мы решили, что мы управимся вдвоем за сорок минут, а тебя пропустим вперед, если ты пообещаешь уложиться в двадцать минут, экономить горячую воду и навести за собой порядок.
Благодетельницы, обе-две благодетельницы. Так им и заявляю.
– Тогда у тебя есть десять минут, чтобы добежать до своего домика, забрать там, что нужно, и оттуда прибежать в баню.
– А мы пока покараулим, чтобы никто без очереди не проскочил, – добавляет Лена.
Бегом к себе. Ну, не бегом, но очень быстрым шагом, Ольги дома нет – время никто не отнимает. Беру все необходимое, беру форму и таким же быстрым шагом в баню. Двадцати минут мне вполне хватит, чтобы помыться, удовольствия не получу, но грязь смою. С крыльца бани машу рукой сидящим здесь-же на лавочке благодетельницам и вперед, главное – не заплывать за буйки. За буйки не заплываю, укладываюсь в пятнадцать минут и еще пять минут трачу на приборку. Одеваюсь в чистое, естественно новая форма оказывается моего размера. Грязные шорты и рубашка летят в угол, в специальную корзину, к своим собратьям, а я, обновившийся, выхожу на свежий воздух.
– Девочки, можно я не буду вас дожидаться?
– Конечно-конечно, Сенечка, на ужине увидимся.
До ужина еще два часа с хвостиком и я возвращаюсь в домик, чтобы подремать там. По дороге думаю, как быть с библиотекой. Книги протирать со Славей – не вариант, не хочу приумножать неловкости, после сегодняшнего с ней разговора; вечером, вместо дискотеки, идти с Ульяной – это надо было с ней подраться за обедом, можно было бы подраться за ужином, но не хочу, только-только отношения нормализовались, а девочка на меня за что-то всерьез злилась, я так и не понял, правда, за что. Остаются два варианта: или, основной вариант, воспользоваться календарем цикла и все сделать послезавтра, пока Женя достает из погреба муку; или спрошу-ка я совета Алисы. Кажется она неплохо ко мне относится, может быть она что и подскажет.
– Здрасьте, Ольмитревна, с линейки не виделись. Вредно лежа читать, зрение портится.
– Привет, Семен. Я заглянула сейчас в музыкальный кружок, там идеальная чистота и порядок, я довольна.
– Я уже краснею от вашей похвалы.
– Вам с Мику, по одиночке, конечно еще далеко, но вдвоем вы, по части уборки, почти догнали Славю.
Мы лежим, каждый на своей кровати и лениво, без всякой системы, перебрасываемся репликами, Ольга еще и читает, а я просто смотрю в потолок.
– Давай чай пить, Семен.
А я что? Я не против, тем более, что обедал бутербродами. Ольга ставит чайник, достает из тумбочки пакет с булками, две упаковки джема, коробку сахара, достает две железных кружки. «Иногда, когда я была маленькой, дед или дядя брали меня в поле, если была возможность, а в поле только такие кружки. Вот, с тех пор я, если не дома, всегда пью из них. Это как память о них и традиция, раз уж в семье никто теперь в поле не ходит.» Когда чайник закипает, мы выносим все это богатство на крыльцо, завариваем чай прямо в кружках, устраиваемся напротив друг-друга и трапезничаем.
– Семен, я не вмешиваюсь. Но Славю жалко, она сегодня весь день как побитая ходит.
– Ольга Дмитриевна, я был максимально тактичен и деликатен, а теперь мне неловко. Славя придумала себе меня, а мне теперь неловко перед милой девушкой.
– Я знаю. Но вы вместе неплохо бы смотрелись на контрасте. Она – классическая русская красавица, и ты – высокий и жилистый. Она – три пуда синеглазого оптимизма, и ты – прячущий свои чувства за стальными глазами-заслонками…
Оптимистичный синеглазый бульдозер, очень милый, правда, и никому не желающий зла, но бульдозер. А я тощий, а не жилистый, вы мне льстите, Ольга Дмитриевна. А рост скрывается сутулостью.
– … но ты выбрал «Микусю», и вы с ней тоже напридумывали самих себя, какие-то образы, и теперь постоянно ищете глазами друг дружку.
Гм, а я выбрал? Вроде нет еще? Вроде я просто пытаюсь, пытаюсь что? Ничего я не могу придумать, что именно я пытаюсь, поэтому пожимаю плечами, беру опустевшие кружки с целью помыть, беру полиэтиленовую пятилитровую канистру – набрать воды для питья и чая и иду к умывальнику. До появления таких удобных полторашек здесь все еще лет пять, как и один цикл, как и сто циклов назад. Когда возвращаюсь, на ловца и зверь бежит, встречаю Алису.
– Он прекрасно устроился! Я его кормлю, Мику его кормит, Славя его кормит, вожатая его кормит, в столовой его кормят, ему осталось только Лену объесть и найти тайник Ульяны.
– Ты забыла еще про королей отвертки и паяльника. Я же не ругался ни с вожатой, ни со Славей. Правда Славя меня не кормила, хоть и хотела, но я в тот день поужинал с одной рыжей врединой. А сейчас хочу попросить у этой вредины доброго совета.
– Доброго, у меня? Семен, ты перетрудился в музкружке сегодня.
– Ну, можешь дать злобный совет или вредный совет.
– А о чем совет то? Как Мику объясниться?
Так. Стоп.
– Алиса, не заговаривайся. Мне развернуться и уйти?
Да, Алиса тоже умеет краснеть и смущаться. Постоянно об этом забываю и каждый раз удивляюсь.
– Ну ты не обижайся, что-ли. Чего хотел-то?
Объясняю Алисе, что мне нужно в библиотеку, но если она хочет взамен сегодня вечером зазвать меня поиграть на гитаре, то я пас, потому что намерен танцевать Мику. Внутренний маятник Алисы опять качается от смущения к агрессии.
– Сенька! Не вздумай обмануть японку! Видишь какая она – вроде и девчонка не глупая, а всем верит, кто ей чуть нравится. При том она, когда поймет, что ее сознательно обманывают, то для нее мир рухнет. И для тебя тоже – это уж я постараюсь.
Молча смотрю на Алису, «спрятавшись за стальными глазами-заслонками», пока она опять не начинает смущаться. Нет, больше я так смотреть не буду, зря мне Ольга про это сказала.
– Пойми правильно, я на всякий случай предупреждаю. В общем так: одну хорошую песню, которую я не знаю, ты мне будешь должен, хоть сам сочиняй. А еще… Проверю-ка я тебя: отдашь мне то, что считаешь нужным, что, по твоему, стоит моего совета. Сроку тебе до конца смены. Согласен?
Согласен, почему нет? Правда, не представляю, что я Алисе отдам. У меня и нет ничего, не трусы же запасные отдавать.
– Идет. Давай свой совет.
– Вторая от крыльца отдушина в фундаменте библиотеки. Поищи там, а потом не забудь положить ключи на место.
– Алиса, знаешь, ты способна и на добрые советы. Спасибо.
– Спасибо скажешь, когда рассчитаешься.
Расходимся с Алисой, я отношу посуду в домик и иду коротать оставшиеся до ужина полчаса на площади.
***
Продолжение в комментариях.
Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Soviet Games Ru VN Визуальные новеллы фэндомы
без паники.
аварийный запуск костра![Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы](http://img10.reactor.cc/pics/post/%D0%92%D0%B5%D1%87%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%B9-%D0%BA%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%91%D1%80%28%D0%91%D0%9B%29-%D0%91%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D1%87%D0%BD%D0%BE%D0%B5-%D0%BB%D0%B5%D1%82%D0%BE-Soviet-Games-Ru-VN-2391244.png)