Фанфики(БЛ)

Фанфики(БЛ)

Подписчиков: 30     Сообщений: 251     Рейтинг постов: 1,945.7

В этот тег мы постим свои фанфики по Бесконечному лету.

Написал фанфик- в личку к модератору Бесконечного лета за медалькой

Фанфики(БЛ),Бесконечное лето,Soviet Games,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы,технический пост

"Книголюб"-писатель фанфиков на "Бесконечное лето"
 Возможно будет переквалифицирована на общефэндомный уровень


Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Алиса(БЛ) Славя(БЛ) и другие действующие лица(БЛ) Дубликат(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Дубликат, часть 6. Дописанная глава.

Новая десятая глава. А старая десятая будет одиннадцатой.
Фикбук вот: https://ficbook.net/readfic/5156331, там появится через день-два.
Как-то куце у меня висели там, что Алиса, что Славя. И вообще, шестая часть Дубликата мне не очень нравится, и даже с дописанной главой.
Но, что и как сделано, тому так и быть.

***

X

Снореальность


— Ну, в последнийраз на старом месте. Отвяжись жених отневесты! — Алиса громко произнесла переиначеннуюбабушкину поговорку.

«Что бы ещесказать, соответствующее моменту? Завтранадо будет пнуть Рыжую, пусть забираетостатки своего барахла. А то одно сплошноерасстройство. А флаг себе оставлю и нановом месте вывешу. А если меня Ольга ксебе в домик определит? Приедет Второй,спросит где вожатая, а его в домик спиратским флагом отправят. Пионерскийлагерь, ага. Дурдом «Совенок». Это всеСенька виноват, до него все чинно иблагородно было.

Может, ночью на флагштокепиратский флаг поднять? Я поднимучерно-белый флаг, закончится этот угар.Я уплыву и это будет знак, того что Земляесть шар. Только флаг тогда сразу Ольгаконфискует, выцарапывай потом».


Где-то в домике,в какой то щели, надрывался сверчок.Когда он уставал и делал перерывстановилось слышно, как звенит спиральв лампочке. Спать не хотелось, давиликакие-то не додуманные мысли, не сказанныеслова, не совершенные поступки, которыенадо было в своё время додумать, досказать,доделать, а сейчас уже поздно.


«Пойти погулять?Или поиграть на эстраде? Тут где-тоСенька с Рыжей шатались, пойти ихпоискать? Я, кажется, наконец-то простиласебе тот выстрел из арбалета. Надо будетсказать об этом Семену, это очень важно.Но это можно и завтра. Пойду поиграю». Уже было раздевшаяся Алиса достала изсумки черные джинсы и футболку, в которыхприехала сюда. «Надену. А то все в формеда в форме». Подержалась за кожануюкуртку, висевшую на гвозде. «Откуда онау меня? Я помню, что приехала в ней, впервый свой цикл активной фазы, потом,при отъезде, оставила ее здесь и с техпор она так тут и висит. Мужская кожанаякуртка с крошками табака в кармане.Семен ничего не знает, говорит, что длянего цикл всегда начинался со второйнедели, повариха покойная странно нанее посмотрела, как-будто вспомнилачто-то, но промолчала. Возьму с собой,уже прохладно».


Заскрипелокрыльцо и в домик, коротко перед этимстукнув в дверь, заглянула вожатая.

— Ты далекособралась, на ночь глядя?

— Не дальшеограды, Ольга Дмитриевна.

Ольга пошевелилагубами, но не стала озвучивать ответ.Только кивнула разрешающе.

— Не гуляй долго.Я все же беспокоюсь о вас, хоть по мнеэтого и не заметно.

Ну и у Алисы тожене получилось поскандалить.

— До отбоя ещеполчаса — имею полное право. — Прозвучалобез эмоционального напора и даже слегкавиновато.

— Имеешь, имеешь.— Ольга кивнула еще раз, и прикрыв дверьпошла в сторону поперечной аллеи, помаршруту вечернего обхода.

«Что это с нами,— думала Алиса, глядя в спину удаляющейсявожатой, — раньше бы уже орали друг надруга, а сейчас спокойно разошлись.Стареем? Если мне сорок пять, то сколькоже Ольге? Так, стоп, Алиска! Прекратимаяться дурью — тебе семнадцать!Сем-над-цать! Правильно тебя Улькаругает!»

Алиса закинулакак мешок на плечо куртку, чтобы курткане сваливалась с плеча подперла еегитарой, закрыла дверь не запирая.«Все-таки в удивительном мире мы живем.Никому просто не приходит в голову, чтонужно запирать за собой домик, когдауходишь». И пошла на эстраду, приниматьсвоё обычное снотворное, кивнув по путитолько что пришедшей на площадь Лене.


Десять минутспустя, в домик к Алисе заглянула Ульяна.Обнаружила отсутствие гитары, всепоняла, но, чтобы не разминуться, непошла на эстраду, а завалилась подрематьподжидая, и так и проспала до приходаподруги. Пять минут спустя, после приходаАлисы на эстраду, на заднем ряду устроилисьМаксим и Саша. На концертную же площадкусунулись, но, увидев Алису, развернулисьи ушли Женя с Сыроежкиным. Алисе быловсе равно — Алиса играла.

— Я и не думал,что на простой гитаре возможно такое.— Прошептал Максим.

— Это же Алиса,— так же шепотом ответила Саша, — вчем-то она даже лучше Мику. Мы, во второйдень по приезду, у Мику в кружке собирались,и я слышала, как они дуэтом играют. Дажеради одного этого стоило в лагерьприехать. — Саша помолчала, еще послушала игру пару минут, а потомпопрощалась с Максимом. — Я, пожалуй,пойду к себе — потанцевать хотела, новидно сегодня не судьба. Нет, не провожайменя. Лучше подойди к Алисе, когда онав домик засобирается, только не восхищайсяслишком активно. А то она засмущаетсяи начнет ругаться.

Саша ушла, аМаксим остался, постепенно перебираясьс заднего ряда все ближе и ближе кэстраде, пока не оказался на самом первомряду, прямо напротив Алисы, сидевшейсвесив ноги на краю сцены. А Алиса толькомельком глянула на Максима, как быотметив: «Ты здесь». И опять ушла вмузыку.


«Музыка эторитмически и мелодически организованныезвуки», — вспомнилось сухое определение.Так он и было сперва. Были просто красивыезвуки. Потом за звуками горнист услышалэмоции, потом… Потом показалось, чтоза эмоциями следом идет еще и мысль, илидаже Мысль. «Понять бы её. Ведь вот онаАлиса настоящая. Поймешь мысль — поймешьи то, над чем Алиса сейчас бьется, и самуАлису». А потом Максим обнаружил чтомузыка кончилась. Что Алиса сидит накраю эстрады отложив гитару и молчасмотрит на него. Что глаза ее, в светеединственной сорокаваттной лампочки,спрятавшейся высоко под куполом, кажутсябездонными и темными-темными. Мальчики девочка смотрели друг-другу в глазаи молчали.

«Сейчас онаопять начнет издеваться, — подумалМаксим, ёжась то ли от прохлады, заползающейпод рубашку, то ли от внимательного исерьезного взгляда Алисы. — Что менятянет к тебе? Злая и насмешливая помощницавожатой, которая почти на три года старшеменя. Есть же Катька, я уже понял, чтоКатька в меня влюбилась, я не настолько тупой, как она обо мне говорит. Есть же Саша иМику, в конце-концов, если уж мне такнравятся девушки постарше. А я трачувремя и силы, в надежде понравитьсятебе».


Лампочка подкуполом мигнула. Вдруг показалось, чтокроме этой эстрады ничего больше в мирене существует, что весь мир сжался доянтарно-желтого шара, в который заключенаэстрада и два человека на ней. «Как тамАлиса сказала? «Вспомни свой домашнийадрес», — а я не помню! Как я могу еговспомнить если его не существует, еслисуществуют только Алиса и ее глаза? Вотбыл целый мир, а лампочка мигнула, и рази нет мира, остался только лагерь внутрижелтого шара, а прочий мир пересталсуществовать. А потом лампочка мигнулаеще раз и этот шар сжался вокруг эстрады,оставив все прочее снаружи, и внутриостались только мы двое: пионерка сгитарой и глупый пионер с горном, которогодержат в плену эти глаза. А потом лампочкамигнет в третий раз, мир сожмется еще иостанется только Алиса. Может я уже несуществую? Может меня уже нет, как ивсего мира?» Показалось, что ровныйгоризонтальный край сцены начал терятьчеткость очертаний и размываться. Страшно не было. «Вот и всё. Я исчез неуспев даже влюбиться в тебя».


— Заиграласья, — чуть виновато произнесла Алиса,смывая наваждение, — вон, уже и фонарипогасили. Раз уж ты здесь, кавалер,пойдем, проводишь меня.

И правда, обычнона концертную площадку попадал свет отфонарей, освещавших аллею. Но не сейчас,сейчас светила только тусклая лампочкапод самым куполом. «Значит уже большедвенадцати».

— Пойдем. —Максим протянул руку Алисе, помогая тойспрыгнуть с эстрады.

— Ты ледянойкак мертвец, — к Алисе вернулась привычнаяманера, — я думала — примерзну к твоейруке. Держи.

Откуда-топоявилось кожаная куртка, неожиданнозаботливо накинутая на плечи Максиму.Тот дернул было плечами, но Алиса удержалакуртку.

– … держи, держи.А когда я начну мерзнуть — вернешь.


Фонари, оказывается,светили. Но у них едва получалось осветитьпятачок земли вокруг столба. Светили илампочки в окнах домиков, тех — в которыхеще не спали. Но казалось, что до них также далеко, как до звезд.

— Тьма окуталамаленький лагерь. — Слегка нараспевпроизнесла Алиса. — Скажи, кавалер, тызнаешь, что такое гомеостаз?

— Ну да, я же,говорят, умный и начитанный мальчик.Гомеостаз, это равновесие, если однимсловом.

— Начитанный.Еще и отличник поди?

— Нет — троечникс плюсом. Я же ленивый. И есть болееприятные вещи, чем школьная учеба.

Алиса кивнулапонимающе.

— Когда-то давномне снился сон. Я почти ничего не помню,но ты похож на одного из героев этогосна. А я вот — дура. Я когда слово«гомеостаз» услышала — полчаса смеялась,думала, что это что-то про отношениямежду двумя мужчинами. Так вот, такиекак я, говорят, этот самый гомеостази нарушают, и Лагерь пытается от нахизбавиться. Это мне Рыжая сказала иСенька подтвердил. А они знают о чемречь, они сами такие же нарушителигомеостаза, еще больше, чем я. Или это ятакая же как они. И вот, кажется что-топроисходит.


Алиса как будторазмышляла вслух, не особо интересуясьприсутствием Максима, но потом протянулаладонь и сама взяла Максима за руку. Итот поняв, что девушке не по себе, чтоона нервничает, слегка сжал руку Алисы:«Я здесь, я с тобой, не бойся».

Они уже подошлик самому сердцу лагеря, к площадиутыканной фонарями, но вокруг становилосьвсе темнее и темнее. «Как в чернильнице»,— подумал Максим. И неожиданный холодпробирал до костей. А когда стало совсемневыносимо холодно Максим услышал какАлиса пробурчала: «И надо только решитьсяшагнуть с шара на шар». И сразу же сталотепло, как и должно быть в середине лета,и сразу же стало светло, как и должнобыть при таком количестве фонарей, исразу же стало слышно, как кто-то подметаетплощадь.

— Саша? Что тыздесь делаешь?

— Славя...на? —два вопроса прозвучали одновременно.

А знакомая и вто же время незнакомая девушка поднялаглаза, оперлась о метлу как о посох, и неожиданно звонко произнесла:«Я — Славя!» И улыбнулась, сначаларастерянно, а потом понимающе.


Объясните мне,зачем я подметаю площадь каждый вечер?Я могла бы этого не делать, но я этоделаю. Программа, заложенная в меня, какв обитателя лагеря виновата? Нет, япросто делаю это, потому что мне приятновидеть чистый лагерь. Потому что этомой дом. Теперь уже точно — дом. Оченьжаль, конечно, что большая семья с кучейбратьев и большой дом, и мама с папой,это все сон. А может и не сон, если естьмои двойники в других лагерях, то можетбыть где-то живет и настоящая девочкаСлавя, у которой есть мама с папой и свойдом. Она настоящая, а я? Я ведь тоженастоящая, только в непонятном месте.Но я должна делать добро из зла. Да и незло это, этот лагерь.

Плохо толькото, что по настоящему мало с кем можнопоговорить. Я была чудовищно одинокадо того как проснулась и спасалась вобщественной активности от одиночества,и отгораживалась от людей активностьюже. Но и сейчас стало не намного лучше.Эйфория первой недели прошла, и вотнакатило. Здесь чудесные люди: мальчикии девочки, но я уже знаю все что они могутсказать. Нет, есть еще Алиса, Ульяна иМику, но мы никогда не были особо близки,пока спали, и странно было бы если бы мысблизились сейчас. Характеры, их неизменишь. А малыши, те что не спят, онивсе равно малыши, с ними забавно, но какпоговорить с ними откровенно? Они простоне поймут. Бедный-бедный Семен, как онс этим со всем справлялся в одиночку?Хорошо что они есть на свете, те жителидругого лагеря, которые тоже не спят,хорошо, что они помнят о нас. Иначе,просто опустились бы от растерянностируки.

А есть еще, какее Ульяна-большая назвала, чужая память.Сейчас я уже понимаю, что большая частьэтой памяти, это воспоминания того моегодвойника — Славяны, из-за которой яобрезала косы. И так хочется иногда, вминуту слабости, махнуть рукой и датьей жизнь. Наверное это получится, еслиочень захотеть. Просто ляжет спатьСлавя, а проснется Славяна. Почти никтоподмены и не заметит. Но она не хочет, яне знаю, как, но я чувствую, что она этогоне хочет. Да и я сама не хочу, потому чтоя — Славя! Такая какая есть, та помощницавожатой, которая провожала нашегоСемена, стоя на берегу. А чтобы никто неувидел, как она плачет, прижимала бинокльк глазам. Наверное я тогда была влюбленав него, не знаю, не помню. Или мне былоочень жалко, что он убегает от нас? Можетбыть я думала, что мы его чем-то обидели?Не помню, столько времени прошло, и яспала тогда. Только и помню, что самобегство Семена: от момента, когда,возвращаясь с пробежки, встретилазапыхавшуюся Женю, стучащую кулакамив дверь домика Ольги Дмитриевны, и дотого, как понурая, как-будто лишившаясявнутреннего стержня, вожатая даже нескомандовала, а тихо попросила: «Давайтене будем говорить об этом». И у Алисы сУльяной тоже только эти воспоминанияс того цикла и сохранились. Так вот, этоименно я, и я на своем месте. Я уверенна,что и Славяна это понимает и сейчассогласна со мной. Значит буду простожить, здесь, у себя дома — в лагере«Совенок». Делать его лучше, помогатьдругим его обитателям осознать себя,потому что это мой дом и мне уплыватьотсюда некуда. А когда решу что хватит,тогда и буду дальше думать. А что тамрешат для себя другие мальчики и девочки,это им решать. Я…

Кто-то идет наплощадь. Двое, что за парочка? Отбой ведьуже был, придется воспитывать. Алиса? ИМаксим? Что за странный союз. Или… Новедь это не наша Алиса! И Максим не наш.Оба чуть взрослее выглядят, что ли. Какбудто на год постарше. Но ведь им нельзяздесь находиться, это Семен очень яснодал понять. Или можно?

— Здравствуй,Алиса. У тебя получилось? Ты теперь тожеможешь прыгать туда-сюда, как нашаУльяна?

И голос Алисы,нашей Алисы, из-за спины: «Ну здравствуй,сестренка».


Потом, в следующиециклы, в этот день, Максиму всегда снилсяодин и тот же сон.

Как будто онстоит на краю площади, а посередине,напротив памятника, три фигуры: первая,которую он сначала принимает за Сашу,но это не Саша, это какая-то другаядевушка, похожая на Сашу, но не она.«Славная девушка», — думает во снеМаксим. А потом обращает внимание надвух других участников сна, на двухАлис. Они стоят, зеркальные отраженияодна другой, и жадно разглядываютдруг-друга, а всей разницы между ними,что одна вся в черном, а другая в обычнойпионерской форме, с хулигански повязаннымна запястье красным галстуком. Губы ихшевелятся, но слов с того места, гдестоит Максим, не слышно. Потом обе Алисыодновременно, как по команде, начинают медленно сходиться. «Как надуэли», — думает Максим. Когда девушкиоказываются на расстоянии шага друг отдруга, они останавливаются, поднимаютруки, та что в черном, та что привела егосюда — правую, а ее отражение — левую, и начинаюттянуться друг к другу. И вот, когдамежду кончиками их пальцев остаютсясчитанные сантиметры, обе Алисы оглядываются на Максима,та Алиса, что привела Максима на площадь,ловит его взгляд, и как-будто проситразрешения. Что Максиму остается? Онмашет рукой, это разрешение давая. И, вмомент касания, все вокруг накрываеттьма, и Максим просыпается.

А перед самымпробуждением, уже в полусне, он видитлицо той, второй Алисы, думает во сне-же,что эти Алисы, они все-таки разные, ислышит голос: «Смотри, горнист. Обидишьсестренку — найду и оторву башку!» НоМаксим уже понимает язык Алисы, ипонимает, что пусть звучит это какугроза, но еще это пожелание удачи илидаже счастья. «Рыж-ж-жевская!» — Произноситвслух Максим и просыпается окончательно.


— Что ты сейчассказал? Повторить не боишься?

Максим вздрогнули открыл глаза. Прямо над ним, абсолютноготовая к рукоприкладству, нависалаАлиса. Злая Алиса. Она протянула левуюруку к галстуку Максима, а правую ужезанесла, для сокрушительного щелбана.Но Максим откуда-то знал правильныйответ.

— Рыжевская,скажи. Вы успели прикоснуться друг кдругу? Там, на площади?

И случилосьчудо: пальцы правой руки страшной ДваЧерасслабились, развернулись в расслабленнуюпятерню, и пятерня эта погрузилась вшевелюру Максима, ласково потрепав.

— Много будешьзнать, Макс, скоро состаришься. И станешь вот,примерно, как я. Я тут играю, стараюсь,можно сказать для единственногослушателя. А единственный слушательвзял и заснул, прямо на концерте. Чтотам тебе снилось, я не знаю. И, ты какхочешь, а я — в домик.

И фонари светилинормально, и холода не было, и курткуАлиса сунула Максиму со словами: «На,тащи, хоть какая то от тебя польза будет».На площади, как обычно в это время, сиделаЛена, молча кивнувшая им обоим. А горниствсе думал: «А ведь она впервые назваламеня Максом. Не Максимом, племянником,кавалером или горнистом, а Максом. Этодолжно что-то значить?»


Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Часть 23, с развилкой.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 20

Часть 21

Часть 22


 Объект «Арахнофобия»: запись в информационных файлах организации.
 Тип объекта: аномалия-артефакт.
 Код: желтый (относительно безопасен)
 Уровень регистрируемого излучения: 5%
 Примечания:
 Объект Арахнофобия, был обнаружен в заброшенной советской библиотеке, школы №42, города [Засекречено]. Ещё с 1980 года, там ходили слухи, о том, что многие жители очень боятся пауков. Это оказалось весьма странным, ведь город находился в районе крайнего севера, и паукообразные там практически не встречались. Однако, жители данной области, оказываясь в других широтах, очень бурно реагировали на пауков любого размера и вида, вплоть до панического ужаса. По статистическим данным, почти все они, учились в одной школе, номер которой сорок два.

 Арахнофобия – это книга. Найти фолиант оказалось просто, по активному излучению. Черная потрепанная книга в кожаном переплете и пожелтевшими от времени страницами, количество страниц 78, на переплете серебристые нити. Как она попала в библиотеку, кто её принес, и на каком языке написана: неизвестно. Но организацию заинтересовал сам феномен. На каждой из страниц, черными чернилами нарисованы по семь пауков плетущих паутину. Рисунок, судя по исследованиям аналитиков, сделан кистью и обычными чернилами. Все изображения уникальны: они отличаются друг от друга узором паутины, расположением пауков, а так же их формой и размерами. Рисунки не похожи ни на один из встречающихся на земле видов пауков. Кроме того, если верить радиоуглеродному анализу, самой книге семнадцать тысяч лет. На данный момент, аномалия хранится в [Доступ запрещен].

Все люди, кто видел хоть одну страницу оригинала (а не скопированный рисунок до мельчайших деталей) начинают бояться живых пауков, без разницы, тарантул это, смертельно ядовитый каракурт, или обычный домовой паук, микроскопического размера. При этом книгу надо именно читать, а не просто подержать в руках. На животных аномалия не действует, аналитики связывают это с отсутствием высшей нервной деятельности. Сила и продолжительность страха, зависит от количества страниц, которые прочитал подвергшийся действию аномалии. От 1-10 – просто испуг, со стремлением убить паука, как источник дискомфорта, эффект проходит через месяц. От 11-30 – панические атаки, сопровождающиеся желанием оказаться как можно дальше от паукообразного, воздействие аномалии длится два года. От 31-77 – неконтролируемый страх, с приступами удушья или потерей сознания, подопытные начинают пугаться даже рисунков или видеозаписей с пауками, а эффект сохраняется несколько лет (от 5 до одиннадцати лет, в разных контрольных группах). Те же, кто прочитал все семьдесят восемь страниц, перестают бежать и бояться, они начинают сами искать пауков, убивая их. Маниакально, без жалости, забывая о еде и питье, они просто ищут любые виды хелицеровых и уничтожают. Что самое странное, во всех перечисленных случаях, сознание человека не деградирует. Он не теряет разум или личность, остается контактным, но приобретает неконтролируемое стремление истреблять паков. Никто из подопытных, так и не смог объяснить корни этого желания. Аномалия вызывает почти физическую зависимость, уходящую глубоко в корни «Я». Те из подопытных кто был изолирован, показывали все симптомы наркотической абстиненции. Тем не менее, никаких органических изменений тела или мозга, арахнофобия не вызывает, даже не меняет энцефалограмму реципиента или биохимический состав организма.

Заключение: Артефакт необходимо беречь. Следует попытаться изучить механизм действия арахнофобии на сознание. Для опытов, как и раньше, использовать преступников с пожизненным сроком, или приговоренных к казни. Арахнофобия, ещё один шаг к пониманию бессознательного, загадкам человеческого разума и основам личности в целом. Возможность в будущем лечить инкурабельные расстройства личности. Наша задача – разгадать эту тайну! В.Ц. Коллайдер.



Ричард.



 Видимо в бункере есть беспроводная связь, во всяком случае, мой электрический компаньон смог установить с ней контакт. Мало того, система «свой-чужой» отреагировала на джой положительно, полагаю, что в файлах с носителя, который мы подобрали ещё в начале нашего с девочками путешествия, был в наличии и пароль для входа сюда. Как-никак родина Семнадцатого именно это место. Повезло. Если тут сможем разжиться чем-нибудь полезным, это хорошо. А если удастся передохнуть от внешнего мира, то вообще здорово. Природа это хорошо, даже очень, несмотря на то, что на её поверхности водятся те ещё монстры, но под крышей человеку комфортнее. Славю опять-таки надо на ноги поставить, кто его знает, какие последствия будут от воздействия виверны? Я – нет. Из нас троих, только Юля вышла целой и невредимой их последней стычки, и даже ухом не повела. Ещё одна монетка в копилку теории о том, что нека побывала и не в таких передрягах.

 На экране джоя мигал курсор, напротив «ДА». Тут и думать нечего, все факты указывают на то, что посетить убежище нужно, если не ради информации, то опять же перевести дух и пополнить припасы. Стоило нажать на согласие, как пол под ногами едва заметно тряхнуло, простой человек и не заметил бы, но я сейчас очень явно ощущаю мир вокруг, до последней пылинки. Странное чувство, захватывающее, ни один физический навык с этим не сравнится. Энергия переполняла всё существо, усиливая рецепторы и мышцы, сама жизнь, питавшая дракона, струилась по моим жилам. Может я и чудовище, но теперь становились понятны основы появления кровожадности Кукулькана. Такого кайфа я не испытывал ни разу. Тем временем, механизм, скрытый тоннами земли и бетона, пришел в движение, открывая врата.
 -Ооо. – Протянула Юля, глядя на створки бункера. Сначала между ними появилась щель, из которой наружу потоком хлынул воздух, поднимая взвесь серой пыли. Уже на одних только рефлексах, я вызвал слабый поток воздуха, разгоняя это грязевое облако подальше от нас. Шаг за шагом, обретая могущество повелителя стихий, до крылатого демона, который мог сравнять с землей город, я не дотягиваю, но уже встал на ступень силы. Теперь, главное не потерять себя. Да, Славя? Тепло девушки даже сейчас поддерживало душу. Страшно представить, что произошло бы, окажись я в этом мире один. Да просто конец всему живому, поглощать и поглощать энергию, утоляя ненасытный голод. Чур меня! Практически беззвучно, половинки разошлись в стороны, открывая ровную площадку с терминалом у края. – А сюда, наверное, вставлялись ключи, ну, у кого не было такого устройства.
 Джой-бой и правда уникальная вещь, и, скорее всего, являлся прототипом тех личных устройств, которые используются в это время. Компьютер уже синхронизировался с системой бункера, и сейчас на экране выскочило интересное окно диалога, с аквамариновой рамкой и названием «Искра». Дальнейшее происшествие оказалось неожиданным, даже я, привычный к современным технологиям (правда, больше в плане вооружения), немало удивился.
 -Привествую вас в бункере сто двенадцать, ключи доступа совпадают. Меня зовут Искра, незнакомцы, я - управляющий модуль всего сооружения 112. – Раздался звонкий девичий голос из динамиков джоя. Я чуть не уронил Славю от удивления, но вовремя взял себя в руки. Чтобы не обронить, пришлось придержать спящую девушку за место намного ниже талии, и по телу прошла очередная горячая волна, грозя утопить разум в животных инстинктах. Рот наполнился слюной, а внизу живота заныло. Краска прилила к лицу, лишь бы ушастая не заметила! Так, Ричард, а ну будь мужиком! Не в этом смысле, блин. С трудом, но всё же удавалось абстрагироваться от подобных порывов, пока. Кстати говоря, я определенно слышал этот голос раньше, очень уж он знаком… Тем временем Искра продолжала говорить. - Системы подземного уровня функционируют на 87%, надземные коммуникации разрушены, функциональность 11%. Доступ разрешен, я сверила данные на портативном носителе, и разрешаю вам войти. Пожалуйста, проходите к шахте лифта. Я не враг вам, внизу вы найдете теплое место и еду, кроме того, ваша подруга в плохом состоянии, да и у вас, тахикардия, жизнь человека слишком большая ценность.
 -Я и так многих жителей уже потеряла. – Добавила Искра, очень печальным голосом. Это точно искусственный разум, а не живой человек? – Проклятый дракон напал внезапно, никто не знал, что ворота пережившие ядерный взрыв можно сломать за несколько минут.
 -А внутри не опасно? – Решил я проверить ИИ на отношение к нам, ответит ли? Отметив, что камера на джое, обычно закрытая композитной заслонкой, включена.  Значит, позволив работать диалоговому окну, я своими руками дал доступ к моему КПК, именно так Искра узнала что я несу бессознательного товарища. Наверное, и пульс мой считала с датчиков джоя, вот он мигает, сто десять ударов в секунду.

 -Угроз красного кода нет, единственный оставшийся враг находился на надземном уровне, если вы здесь, значит ОН либо мертв, что к сожалению маловероятно, либо на время оставил территорию. Камеры снаружи пострадали от обвала и кислоты, так что точно сказать не могу. В последнем случае, рекомендую вам не покидать бункер, до получения новой информации. В настоящее время, активных гуманоидных форм под землей, одна. – С готовностью ответил голос. На интерфейсе не изображалось графическое воплощение Искры, но почему у меня опять возникало чувство, что я точно его слышал, и не раз, и даже не два. Плохо соображаю после такой дозы поглощенной энергии, мысли путаются. – Системы жизнедеятельности я запустила. Вентиляция работает в штатном режиме, водяные фильтры в аварийном режиме, геотермальное энергоснабжение исправно. Мне запускать шахту лифта?
 -Крылатый монстр мертв. Не знаю точно что он из себя представлял, но кости валяются снаружи. – Подтвердил я, радуясь тому, что он был один, судя по словам ИИ, есть возможность, что такие вот летающие товарищи, тут не редкость. И что она имела ввиду, что запустила системы жизнеобеспечения, то есть, раньше они не работали?
 -Нам, правда, можно войти? – Спросила Юля, и тут у ИИ случился легкий шок… Что ещё раз подтверждало, перед нами не просто машина, далеко не обычная программа.
 -Здесь есть кто-то ещё?! – Затвор камеры на джое несколько рах щелкнул, словно пытался проморгаться. Взволнованные нотки прорезались из динамиков, и я тут же вспомнил, кому он принадлежит, точно! Это голос поп-идола, Хатсунэ Мику. Когда в нем начали проскальзывать эмоции, его уже ни с чем не спутать. Сколько раз я сидел с плеером, слушая её песни, сколько раз скачивал трансляции концертов. Даже фигурка дома есть, прости господи. Но какого черта происходит, надо обязательно это выяснить. В толще земли, даже со зрением аномалии, не видно крупных живых организмов, так, черви и мелкие насекомые. Но зато ощущается течение воздуха внизу, а так же большое количество воздушного пространства. – Я слышу её голос, но не вижу.
 -Да, здесь есть Я. – Гордо сказала ушастая, задрав хвост и подняв подбородок. Она совершенно не волновалась, а за эти дни я уже успел начать доверять ощущениям ЮВАО. Раз нека считает что нам ничего не угрожает, то пусть. Тем более надо позаботиться о Славе. Не хочу, чтобы она пришла в себя на грязной земле. Интересно только одно, в бункере ещё остались люди, или дракон слопал всех? ИИ сказала что-то про одну активную гуманоидную форму…
 -Очень странно. Сенсоры чувствуют наличие ещё одной формы жизни, но понять кто это, не получается. – Голос стал встревоженным, наверняка насторожилась. Полагаю, что этот ИИ Искра, очень необычный имитатор. - Кто ты?
 -Я, это я. - Сказала хвостатая, будто сообщая что трава зеленая.
 -Она не опасна. – Поручился я за хвостатую. Хотя, она ещё как опасна, но не для друзей. Вслух я этого говорить конечно не буду…
 -Пусть будет так, приготовьтесь к спуску. Подаю питание на механизм, поехали. И ещё одно, перед тем, как пройти во внутренние помещения. – Продолжал вещать динамик голосом Мику, когда лифт наконец заработал. – Вам предстоит пройти процедуру дезинфекции.

 По ощущениям мы спустились на много-много метров под землю, лифт двигался быстро, и несмотря на массивность механизма, плавно. На нем вполне могли спустить вагон от поезда. Стоило только входу остаться далеко наверху, как в лифте заработало диодное освещение, а выход намертво перекрыла толстая сталь ворот. Лампочки несколько раз моргнули, но в целом работали исправно. Наконец, спустя минут десять не меньше мы оказались перед большими створками дверей, неуловимо напоминающими те, что остались искореженными наверху. Та же цифра 112, та же монолитная структура. Какой силой обладали лапы аномальной виверны, раз она смогла сковырнуть такую преграду? Или тут всё дело в кислоте?
 –Атриум бункера, проходите. – В этот раз голос раздался со стороны входа. Приглядевшись, я обнаружил небольшую камеру возле врат, в левом верхнем углу, а рядом с ней коробку с источником звука. Как я понял, необходимость в джое отпала, и Искра теперь общается через интерфейс бункера. Тем временем, с легким шипением затвора, вход перед нами открылся. ИИ искусно управляла всеми системами, неудивительно, для этого её и создали, наверное.
 Перед нами простирался вполне широкий и высокий коридор, с футуристическим дизайном. Даже очень, футуристическим дизайном. Ни одного участка с деревом или землей. Металл, стекло, пластик, полимеры и резина. Всё рассчитано на максимальную надежность и функуциональность, никак не на комфорт. Запаха не было, вообще, никакого, после поверхности, воздух тут казался затхлым. Дышать им можно, но наслаждаться, нет. Пол и стены «радовали» цветом серый-металлик, и напоминали консистенцией плотную пластмассу, но наверняка намного прочнее. Нога по такой поверхности ступала уверенно и очень удобно, а так же не скользила, несмотря на обманчивый зеркальный блеск. Неплохо, неплохо.
 Освещалось помещение небольшими длинными лампочками в верхних углах между потолком и стенами, свет они давали светло-желтый, напоминая солнечный, вместо ожидаемого белого. Открытые участки кожи, ощущали тепло от этих ламп, как при нахождении под утренними лучами. На стенах висели несколько экранов и камер, кроме того, в самом центре атриума, стояло три терминала с компьютерами, сейчас, правда, находящимися в спящем режиме. Диоды сети горели, а основные экраны – нет. Думаю, весь бункер оснащен целой армией датчиков и автономных механизмов, не видимых на первый взгляд. Я буквально кожей чувствую, как повсюду течет электричество.

 От коридора нас отделяла прозрачная коробка, с присоединенными к ней шлангами и механизмами. Она начиналась прямо за дверью, и, покинув лифт, мы попали прямо в неё. Кроме прочего, из атриума вело несколько закрытых дверей, менее массивных чем входные, но тоже прочных на вид. Возле каждой их них, сбоку мигал слот для карт доступа. Раздалось легкое шипение сверху, и кожу обдало резким порывом воздуха, сдувая с одежды пыль и мелкий мусор. Из отверстий возле пола, выползло несколько круглых роботов-пылесосов, с легким гудением прокатившихся под нами. Юркие металлические девайсы, мгновенно привлекли внимание ушастой. Юля не сводила с них глаз, пока роботы не собрали всю грязь и не вернулись в свои слоты.
 –Прошу вас снять верхнюю одежду, и положить для обеззараживания в левый бокс, а в правом, вы сможете получить временную замену. Ваши наручные устройства и оружие тоже, всё пройдет сортировку, обеззараживание, и будет возвращено в ближайшее время. – Голос Искры становился всё более живым, видно было, что она рада нам. Скорее всего, это прогрессивный имитатор, который в наше время только начали разрабатывать. Фактически живой человек, только в цифровом формате, душа, записанная в кластере. Боже, да я сейчас взорвусь от любопытства! Как интересно-то! – Это не мой каприз, а необходимость. Данных с поверхности не так много, но тем не менее, несколько видов опасных для человека патогенов досконально подтверждено.
 –Ну, раз так просят, то пожалуйста. – Мне кажется, или Искра кокетничает? Нотки смущения в её речи проскользнули точно, да и камеры совсем не собираются отворачиваться! Аккуратно уложив Славю на пол, я, повозившись с молниями и кнопками, скинул костюм, оставшись в одних лишь черных трусах. Многострадальный кусок хлопка и синтетики, за время путешествия пережил не одну стирку и сушку у костра, рядом с одеждой девочек.
 –Пожалуйста, ВСЮ, одежду. – Робко попросила Искра. Нет, эта дама определенно вызывает симпатию, приду в себя, обязательно с ней пообщаюсь. Сейчас я практически не соображаю, мысли путаются, а тело горит. Да и сама она, вряд ли оставит нас в покое.
 -Хорошо. – Я безропотно кинул трусы в бокс, точным броском попав прямо в цель, который тут же закрылся. Через прозрачную стену, напоминающую плексиглас стену бокса, просматривалось, как вся эта груда падает куда-то вниз, скорее всего в аналог местной прачечной. Краем глаза, я увидел движение сбоку.
 -Сюда бросать, да? – Спросила Юля, подойдя практически бесшумно. Кошкодевочка уже избавилась от всей одежды, которую держала в руках. Да и много ли её, одежды у кошечки? Платье, трусики…и, собственно всё. Ушки неки забавно дернулись, а взгляд, которым она на меня смотрела, был любопытным без малейшего следа стеснения. Ну да, поди у меня на лице всё написано. Думает, я сейчас снова начну приставать? Блин. А ведь правильно думает.

 Пока Юля продефилировала перо мной, в чем мать родила, чтобы положить вещи в бокс. Причем для этого девочку пришлось пригнуться, и вид сзади открывался такой, что захватывало дух. Никогда не старался делать одну вещь, обманывать себя. Юля желанна, этот хвостато-ушастый соблазн основательно зацепил меня. Миниатюрная девочка сейчас ходила на носках, слегка приподнявшись, она казалась выше ростом чем обычно. Гладкая кожа без единого изъяна, хотя, если пристально приглядеться, а именно этим я сейчас и занимался… то, явно просматривался небольшой шрам на её левой голени. Ушки девочки прижались к голове, а вот хвост наоборот, поднялся в форме пушистого вопросительного знака, а под ним. Так Ричард, держи себя в руках, сейчас, во всяком случае.
 -Я тебе нравлюсь. – Невинно, даже не поинтересовалась, озвучила факт Юлия, повернувшись ко мне лицом, при этом, не делая ни малейших попыток хоть как-то прикрыть наготу. И смотрит так, прямо в глаза. На лице девушки появилась едва заметная улыбка.
 -У меня на лице всё написано, да? – Краснеть было поздно. Оторвать взгляд от изящной фигурки не получалось. Гомоны набатом били по мозгам, ратуя за активные действия, им вторили инстинкты и эмоции. Кошкодевочка, без всяких сомнений, являлась эталоном грации: изящная шея и плечи, с явно заметными изгибами ключиц, довольно внушительная грудь, где-то между вторым и третьим размерами. Плоский живот, тонкая талия, изумительные бедра с явно видными мышцами и стройные ноги. Всё говорило о том, что хозяйка этого тела ловкая, сильная и быстрая.
 -Это хорошо. – Нека с видимым удовольствием наслаждалась вниманием. Она даже повернулась вокруг своей оси, подражая моделям на подиумах, позволяя любоваться собой во всей красе. Блин, что она, что Славя. Бедный-бедный я, до срыва доведут же! Слишком красивые, слишком добрые ко мне, не привык я к такому. Гоняли меня, тренировали, учили, но чтобы проводить время вот так… – Люблю, когда я нравлюсь. Тем более, нравлюсь тому, кто нравится мне.

 -Это всё конечно мило, но как насчет продолжить дезинфекцию? – Голос Искры прервал томную минуту, возвращая меня с небес на бренную землю. – Ещё не вся одежда в боксе, а заносить на подземные уровни постороннюю микрофлору, не очень хорошая идея, прямо скажем, недопустимая.
 -Точно… - Славя. Её же тоже надо раздеть. Блин. Руки-то тянуться, да совесть грызет. Ладно! Была не была, думаю, будь блондинка в сознании, то не обиделась бы на такую вольность. Тем более, она вроде не стеснялась умываться при мне.
 -Я помогу. – Хвостатая почесала ушко, глядя на то, как я прикидываю как бы половчее освободить бессознательную девушку от одежды. – Давай, ты держи, а я быстро всё сниму. И как вы ходите в таком количестве вещей? А носки, лифчик? Бррр… Это же неудобно!
 Я присел на корточки, приподнимая капитана, нет, так неудобно. Плюхнувшись попой на голый пол, хорошо что хоть теплый, не люблю холод во всех его проявлениях кроме мороженного и напитков, я обхватил Славю чуть выше талии. Костюмы организации разных видов, есть и прочные, бронированные, но именно эта модель была из мягкого материала. Руки тут же ощутили упругость девушки, а в нос ударил её запах, особенно явно ощущающийся в этом пространстве, где нет лишних ароматов. Расслабленное транквилизатором тело, абсолютно не поддерживало тонус, раскинутые ноги и руки, глубокое дыхание. Голова девчонки безвольно упала на мою обнаженную грудь. Щека спящей Слави, буквально обжигала тело. Блин, я же голый! Юля не смотри!
 -Вот зачем столько сложностей? – Нека возилась с застежками и молниями на костюме Слави, при этом полностью игнорируя выдвинувшийся слот со сменной одеждой. А сам-то, тоже мог сперва нацепить сменку, щедро предложенную Искрой. Ну, у меня есть оправдание, я не в адеквате после поглощения аномалии, а Юле, видимо просто всё равно. Годы жизни невидимкой оставили свой след.
 По мере того, как одежды на Славяне становилось всё меньше и меньше, вместе с ней пропадали остатки моего самоконтроля. Оказаться в такой ситуации, под завязку накаченным адреналином. Вот будет весело, если она сейчас очнется.
 -Мхм-м-м. – Застонала Славя, когда Юля снимала с неё обувь, бросая рядом с костюмом. Её сонное лицо на мгновение нахмурилось, но потом снова расслабилось в блаженной дреме. Снотворное не спешило её отпускать, странно. Доза там не очень-то и большая. Или это побочный эффект после воздействия на разум?
 -Приятно она пахнет, я давно заметила. – Снимая со Слави лифчик, нека уткнулась носом в золотистые волосы, и глубоко вдохнула. При этом на меня навалилась тяжесть сразу двух голых девчонок. Думать о чем-нибудь не сексуальном, Ричард! Не хватало еще, чтобы у меня прямо тут встал. Абстрагироваться от голой спины Слави, такой теплой и мягкой, от грудей, которые касаются моих рук, удерживающих девушку. Славя дышала прямо мне в ухо, что вовсе не добавляло мне целомудрия. Тем временем, Ювао потянулась к черным трусикам. Так, воображение. Сообрази-ка что-нибудь несексуальное. Два волосатых потных мужика, похожих на медведей, ммм, да, точно! Они в душе, мылят друг друга, натирая широкие плечи. Помогает? НЕТ! Блин, одно из двух, либо девочки слишком близко, либо мне срочно надо к психологу. Один из мужиков в воображении звонко шлепнул второго по волосатой заднице и подмигнул мне. Атас.

 -Всё? Можно одеваться? – Пока я задумался, стараясь выровнять дыхание, Юля успела положить все наши вещи в слоты, и достать три комплекта сменной одежды из другого отверстия. Даже сняла ленточки с волос.
 -Одну минуту, не пугайтесь, этот состав совершенно безвреден. – Слова ИИ бункера, сопровождались звуками открывающегося затвора. Сверху, по углам бокса, появилось по отверстию с распылителем, и на нас троих направили струю густого теплого пара, пахнущего чем-то спиртовым. – Вот с запахом ничего не поделать, но зато теперь можете не бояться того, что на коже осталась зараза. Сейчас я вас высушу, и возьму пробы крови, вы проделали долгий путь. Радиационный фон в норме, но от инфекций лучше перестраховаться.
 -Как скажешь, это мы у тебя в гостях. – Покладисто согласился я, с улыбкой наблюдая, как Юля отфыркивается от дезинфицирующего состава, активно отряхивая намокший хвост, и бормоча что-то про её невосприимчивость к болезням и пустую трату времени.
 Пар конденсировался на коже образуя капли влаги, а затем стекал с неё, смывая пот и пыль. Тело тут же ощутило чистоту и легкость, так бывает, когда после тренировок попадешь под горячий душ. Отпускать Славю я не спешил, не хотел снова класть её на пол, да и держать в объятиях мокрую девушку, мне понравилось, надо будет повторить, когда она будет в сознании. Если мне на такое хватит смелости. Жидкость утекала в отверстиях на полу, а вскоре, пар сменился теплым воздухом, высушившим нас. ЮВАО, после такой экстремальной чистки, придирчиво щупала ушки, проверяя, не затекла ли туда вода, а её пушистый хвост щеголял встопорщенной шерстью.
 Одежда, которую нам дали взамен, оказалась упакована в герметичные пакеты, с маркировкой размера и половой принадлежности. Судя по тому, что один пакет красовался буквой «м», а два других «ж», Искра различала тональность голоса, и сделала выводы, пусть даже и не была способна увидеть Юлю. Значит, она точно перешла черту, разделяющую программу и сознание. Невидимость ЮВАО, заключается в том, что разумный не осознает её присутствия, пусть и получает изображение кошкодевочки на сетчатке глаза. С Искрой, происходит тоже самое. Сенсоры и камеры её видят, а сама ИИ не может распознать.
 Сама текстильная продукция будущего, не отличалась особой оригинальностью. Серые штаны, майки и тапочки, в сочетании с бельем. Ткань напоминала хлопок с примесью синтетики, но оказалась весьма удобной. Быстрее всех облачился в обновку именно я, стремясь скорее скрыть свою наготу. Была идея придержать спящую девушку потоком воздуха, пока руки занять, но светить перед Искрой своей аномальностью я не спешил. Вместе аномалии, я попросил об этом неку, которая вовсе не спешила стеснять себя тканью, и преспокойно расхаживала нагишом, с любопытством осматривая бокс, и окружающее пространство. Переодеваясь, краем глаза я следил за девочками. Юля уложила голову Славяны себе на колени, и что-то намурлыкивая себе под нос, почесывая голову. Наконец, ощутив себя прикрытым, я поменялся местами с ней.
 -Немного великовато, и хвосту неудобно. – Юля осматривала себя в новой одежде, впервые вижу ушастую в чем-то помимо того потрепанного платья. Вот с размерами одежды хозяйка бункера мудрить не стала, дала два одинаковых комплекта. И, если на Славе он сидел неплохо, то для хвостатой был прилично так великоват. Рукава свисали, а штаны сползали с бедер кошкодевочки, и она отложила их в сторону, оставшись только в белой майке и трусиках. Майка, по идее, должна была оставлять открытым живот, но Юля выглядела так, будто нацепила пижаму. А трусики были на резинке, и поэтому не падали, пусть и задевали краем основание кошачьего хвоста. Если во всем бункере будет такая же мягкая температура как тут, то этого вполне достаточно.

 То, как мы вдвоем одевали блондинку, будет не раз и не два сниться мне в эротических снах. Контактировать с голым телом пришлось по полной, придерживая обнаженную красавицу, поднимая то руку, то ногу, то... Ооо. Наконец и её удалось облачить в чистое. Искра, терпеливо наблюдавшая за всей этой порнографией, открыла двери бокса. На этот раз, не обремененный лишним грузом, я поднял Славю на руках, где она сопела, уютно свесив ноги. На шее девочки остался небольшой синяк от выстрела дротиком в упор, видимо задело небольшой сосуд. Кроме того, при близком рассмотрении, на коже у девочки обнаружилось несколько царапин, разной степени свежести. Странно, а на ушастой даже комариных укусов нет, хотя трудности пути мы переживали вместе. Да и не закончился этот путь! Расслабляться нельзя.
 -Комнаты, где вы можете отдохнуть, находятся в левом крыле. Сейчас в бункере сто двенадцать нет того, кто кроме меня вас проводит, поэтому идите прямо, а потом налево. – Динамики и камеры были разбросаны повсюду, и Искра легко указала нам путь. Проходы хоть и широкие, сразу видно делались не для комфорта. Никаких украшений или мебели. Металл, полимеры, отверстия для вентиляции, а так же множество непонятных устройств и сканеров. Откровенно говоря, именно мне, отдых сейчас не очень то и нужен. Переполненное поглощенной силой тело, просто источало бодрость, вот поесть бы я не отказался. Юля семенила следом, шлепая босиком по полу. Ну, она по дикому лесу так ходила, что ей какой-то там металлический пол.
 -Сюда? – Уточнил я, стоя перед серой дверью без ручки, как две капли воды похожую на множество других, мимо который мы прошли. Не успел я подумать, как бы её открыть, как дверь автоматически распахнулась, ИИ управляла всем здесь, или почти всем.
 -Да, добро пожаловать в жилой отсек. Ключи вам не нужны, всем, что здесь находится, можно управлять с переносного устройства, доступ и карты я вам скину. – Искра была сама любезность. На экране джоя появилось несколько вкладок, с системными меню бункера. Обставлена комната была по тому же принципу что и весь комплекс. Стол, пара стульев, небольшая кровать и шкаф. Стоило уложить Славю на одеяло, как ИИ продолжила. – Кстати, ваше устройство нестандартное, оно очень похоже на изначальный прототип, если не секрет, где вы такой достали? А ещё лучше, если позволите мне получить доступ к корневым файлам и логам.

 На экране устройства отображалось очередное меню: -Искра запрашивает доступ к данным. Разрешить? ДА< НЕТ…
Разрешить Искре доступ к файлам?
-Да
14 (87.5%)
-Нет
2 (12.5%)
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) кроссовер лагерь у моря SCP фанфик SCP SCP-682 Генда Виола(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы Класс Кетер Объекты SCP The SCP Foundation 

Позволь почуять, твой страх...

 Страница на фикбуке.

 Отряд двигался собранно, слаженно и практически бесшумно, пересекая убранное пшеничное поле. Ни единого лишнего движения или шороха — призраки в наступающих сумерках. Семь оснащенных самым современным оборудованием солдат и командир приближались к стоящей на отшибе ферме. Черные костюмы и шлемы с приборами ночного видения, легкие, но с армированной прошивкой, прочнее кевлара и легче льна. Вооруженные до зубов: крупнокалиберное огнестрельное оружие у семерых и модифицированный штурмовой девастатор у темнокожего бойца. Экспериментальное устройство ещё не прошло проверку, было довольно громоздким, но ситуация нестандартная, весьма нестандартная. Сами бойцы не уступали оборудованию, каждый являлся единичным экземпляром, сплавом силы и опыта.
 Отряд быстрого реагирования во главе с опытным командиром, не раз и не два выходившим живым из схваток с самыми страшными монстрами нашего и не нашего мира. Остальные солдаты — тоже элита, так или иначе обратившая на себя внимание глав организации. И сейчас эти люди шли по следу аномалии, очень явному следу. Огромные отпечатки пятипалых лап на влажной земле, размером почти с канализационный люк, возле каждого — пальцы, в грязи четко прослеживалась глубокая ямка — след от когтей…

 — Думаю, скоро доберемся до цели, — сказал боец с устройством для поиска, наружу из шлема не послышалось даже шепота, внутренняя связь и звукоизоляция работали на высоте. Измеритель аномалий, который нес один из солдат, способен улавливать излучение особой частоты, оставляемое объектами, не то чтобы прямо малейшее… но тварь, у которой они сидели на хвосте, фонила на мили вокруг. — Остаточное излучение становится интенсивнее.
 — Если только до нас не доберутся раньше. Почти уверен, что нас ведут в ловушку, слишком явный след. Слишком! — мрачно ответил ему лидер. Самый главный в отряде носил кодовое имя Кэп, плотно сложенный мужчина с волевым подбородком и внимательными глазами. Он двигался полупригнувшись с оружием в руках, как взведенная пружина, готовая в любой момент бросить тело в сторону. — Эта образина очень умная, не смотрите, что выглядит, как крокодил-переросток. Как-то же выползла из защищенного бункера, предварительно разбив резервуар с кислотой. А уж сколько охотников отправленных следом перебила, я вообще молчу.
 — Блин, такая аномалия, и здесь ни одного носителя! — возмущенно проворчал темнокожий. Джо последнее время и так был не очень оптимистичным парнем, а тут ещё и миссия по перехвату монстра, которого держали в ванне из серной кислоты. — Не хочу разделить судьбу прошлых столкнувшихся с ним отрядов. Хоть бы Яму с нами отправили.
 — Она на важной миссии, а из боевых носителей нам кого-нибудь пришлют, главное — установить дислокацию аномалии, — успокоил его другой боец. — Нам ведь не придется самим с ним бодаться, да, Кэп?
 -Посмотрим. Не хотелось бы, — честно ответил лидер. — Не зевать!

 Стояла глубокая осень, влажный холодный воздух чувствовался даже через утепленную ткань. Пшеничное поле уже убрано, лишь хаотично разбросанные по нему валики из скатанного сена говорили о том, что здесь когда-то посеяли. Солдаты пересекли дорогу, сплошь состоящую из слякоти и грязи. Фонари на покосившихся столбах не работали уже давно, и обочина дороги утопала в темноте. Единственным источником света на многие мили вокруг оставались огни в домике фермера.
 — Обстановка, — спокойно спросил Кэп, и лишь едва заметное напряжение рук и ног, выдавало, насколько он на самом деле нервничает. Прошлое столкновение с опасной аномалией запомнилось надолго. Одно радует: эта цель не так опасна, как Кукулькан.
 — На тепловизорах ничего. Но датчики аномалий зашкаливают, — Резюмировал один из вояк, вглядываясь в портативный прибор с экраном.
 — Следы ведут на ферму, а с фермы следов нет. Клиент здесь, — голос Джо дрогнул: именно он сейчас наблюдал за обстановкой с верхушки ближайшего столба. — Там месиво, Кэп. Куча мертвой скотины.
 — Покажи, — мигом сориентировался глава. И Джо начал трансляцию со своего визора. Данные поступали как на экраны в шлемах солдат, так и на мониторы отдела аналитиков организации.

 На лужайке возле фермы, огороженной под загон, валялись растерзанные животные. Мертвые коровы с зияющими ранами на боках, из которых видны ребра, мутные глаза удивленно открыты, будто они не успели понять, что произошло. Буквально вмятые в землю овцы, похожие на смесь фарша, шерсти и чернозема. Отдельно лежала лошадь, с распоротым брюхом и кишками на сырой земле, видимо, успела немного ускакать, прежде чем убийца настиг её.
 — Не ест, мясо животных не тронуто, — озвучил общую мысль солдат, сам не заметив того, как покрылся холодным потом. — Только убивает. Как и говорили на брифинге, оно просто ненавидит жизнь как данность, в любой форме.
 — Господи! — сказал Джо, сняв оружие с предохранителя.
 — Отставить мольбы, солдат, — Раздраженно буркнул Кэп. Происходящее ему нравилось всё меньше и меньше. — Сейчас не время.
 — Ладно-ладно. Только страшно, командир, — смирился Джо, и никто не посмеялся над ним. Страх — неотъемлемая часть агента, она помогает выжить.
 — Значит, он тут. Передавайте в штаб, пусть высылают ударную группу. Отходим. Наблюдать за периметром, если что-то вылезет наружу, то сначала изрешетите его к ебене матери, а затем уже светите фонариком и спрашивайте, кто там. — Капитан отряда уже разворачивался, как тишину ночи прорезал детский крик.
 — Кэп! — Раздался обеспокоенный женский голос из динамиков в шлемах. — Подкрепление будет через пять минут, не лезьте.
 — Там ребенок, Ви! — хрипло выдохнул мужчина в ответ на слова аналитика. — Я знаю, что не раз и не два попадал впросак, но не могу не пойти, понимаешь: Вдруг его ещё можно спасти?
 — Хорошо, — спустя пару секунд согласилась Виолетта Церновна, руководящая операцией с другого конца света, она прониклась, но всё же предупредила: — Перестрахуйтесь, пять минут, Кэп, пять минут — и подмога будет.

 Отряд осторожно приблизился к крыльцу большого дома, бежать наобум нецелесообразно. Смогут спасти ребенка — хорошо, нет — значит, такова судьба. Глупо гробить почти десяток профессионалов — расточительство. Старое кирпичное сооружение, колодец и амбар рядом — вот и все, что было на небогатой ферме. Входная дверь выбита, а возле ступеней лежал мертвый волкодав с неестественно вывернутой шеей.
 — До последнего стерег дом, да, мальчик? — задержался один из бойцов возле ещё теплой собаки, прикоснувшись ладонью к загривку. — Позвоночник перебит. Очень точным ударом.
 — И очень сильным, — добавил второй солдат, осматривая окна, в которых горел свет. — Обрати внимание, какая вмятина под ним.
 Внутри дома стоял накрытый стол, на скатерти которого лежала недоеденная индейка и бутылка вина. Видимо, фермер с семьей только приступил к трапезе, как его мирная жизнь рухнула. Вот и он, лежит в прихожей, седой уже дедок, с разорванным горлом. Рубашка мужика пропитана кровью, взгляд потух, а на боку зияет огромная откушенная рана. Видимо, неведомая тварь предпочитает человечину, нежели животное мясо. Рядом на полу брошена изогнутая двустволка. Возле лестницы на второй этаж видны женские ноги, а на полу разлита целая лужа крови. Темно-алая жидкость, ещё не свернувшаяся, только-только пролитая кровь. Воздух ещё пахнет порохом.

 — Следы дроби на стенах, — заметил Джо. Слава внутренней связи, позволяющей свободно говорить, не опасаясь лишнего шума. Приборы ночного видения пришлось выключить чтобы они не ослепили бойцов. — Он успел выстрелить, а может, даже задеть его.
 — Вам от этого ни холодно, ни жарко, — прозвучал голос Виолетты в динамиках. — Этот товарищ может новую голову отрастить за пару минут, что ему свинцовая дробь?
 — Тогда куда МЫ-то лезем? — под нос буркнул темнокожий, однако нехотя двинулся за остальными в сторону подвала.
 Погреб был добротным, с широким деревянным входом, толстыми стенами и каменными ступеньками. Внизу вялилось мясо, стояли бочки с вином, ящики с сыром, множество других мелочей, обычных для сельского подвала. А вот света не было, лампочка не зажигалась, лишь приборы ночного видения помогали ориентироваться, светить никто не рискнул.
 — Помогите мне. Пожалуйста. Пожалуйста. Умоляю. Помогите! — раздался сдавленный тоненький голос. Прямо в проеме между двух стеллажей стоял маленький мальчик, с опущенной головой, и плакал. Всхлипы и мольбы чередовались, но сам ребенок только стоял, не делая попыток приблизиться.
 — Стоять!!! — буквально прошипел Капитан, положив руку на плечо Джо, уже шагнувшего к ребенку. А затем, слегка заикнувшись, добавил: — Я что единственный, бл-лядь, кто догадался включить тепловизор?!

 Спины солдат покрылись мурашками, когда в термальном спектре оказалось, что тело мальчика такой же температуры, как окружающие банки и стены… холодное тело трупа! А вот ЗА ним что-то слегка отсвечивало, очень-очень слабо. Что-то огромное, занимающее прорву пространства.
 — На счет три вырубаете ПНВ — и на всех парах к выходу. Раз… Двааааа… ТРИ! — заорал глава отряда, бросая в сторону ребенка свето-шумовую гранату. Раздался грохот, и вспышка света на миг озарила подвал. Мальчика уже было не спасти, никак. Сзади он был нанизан на длинный коготь, протыкающий хлипкую детскую грудь, который удерживал тело как марионетку. Огромная тварь взревела от неожиданности, моталась ослепленной, сбивая стеллажи с продуктами и круша дрожащие от ударов стены.
 — Умные, да? Придется побегать, — писклявый детский голос сменился под конец фразы страшным, глубоким и злобным. Тварь имитировала детский крик и слова, меняя натяжение голосовых связок.
 Аномалия расправила плечи и аккуратно, где-то даже эстетично, съела ненужную больше наживку — сняла языком с когтя, как гурман свежее канапе, и проглотила. В темноте, наощупь, лапа с легкостью схватила одну из бочек и бросила в сторону лестницы, ориентируясь чисто по памяти. Чудом никого не задев, деревянная тара лопнула с такой силой, что забрызгала вином половину подвала. Отряд с завидной скоростью уносился прочь, успев покинуть дом-ловушку, но оторваться от врага такого уровня непросто.

 Монстр был воплощением кошмара. Рептилоподобная тварь размером с грузовик и мордой с костяными пластинами, отдаленно напоминающей крокодилью, чешуя, покрывающая удлиненное тело, длинный хвост, и очень умные для зверя зеленые глаза. Аномалия втянула когти, не оставляя следов пробралась в подвал и, подражая голосу ребенка, почти подловила охотников. Она даже догадалась замедлить метаболизм, слившись с температурой погреба, и втянуть когти, чтобы не выдать себя царапинами на полу. Хотя, тут спорный вопрос, кто именно на кого охотится — именно этот объект был чрезвычайно разумен.
 Передвигаясь на четырех лапах, монстр уже не таился, он играючи вынес входную дверь в щепки вместе с крыльцом и частью стены. В воздух полетели кирпичи вместе со строительным мусором. Тело монстра весило больше тонны, и скорость он развивал отнюдь не маленькую, дом фермера для него был подобен картонной коробке. Почти всё это, происходило в зловещем безмолвии, аномалия не тратила время на разговоры или рык. Обожженная светом сетчатка монстра мгновенно регенерировала, и к нему вернулось зрение.
 — Огонь! — отряд вовсе не собирался бездумно погибать, расположившись в линию, в нескольких метрах от врага, они стали поливать его из всех орудий. Композитные пули со смещенным центром тяжести превращали плоть и кости рептилии в фарш. Сталкиваясь с кожей, металл раскрывался, подобно адскому цветку, и начинал блуждать по телу, перемалывая внутренности и сокрушая кости. Пули разорвали сердце, легкие, даже мозг, зеленая кровь фонтанами била во все стороны, перемешиваясь с костяным крошевом и обрывками чешуи, из жабр на шее потекла густая слизь. Монстр затих.
 — Он всё? — спросил Джо, единственный, кто пока берег снаряды. Девастатор бил не разбирая свой-чужой, и десяток метров — это не то расстояние, где его можно безопасно использовать.
 — Бегите! Блин! — крикнула Виола из наушников, явно намереваясь добавить еще что-нибудь нецензурное. — Вас же предупреждали, он неуязвим!

 Стук. Ещё один. Первым начало биться сердце. Тело аномалии регенерировало на глазах, ткани срастались, а пролившаяся кровь испарялась, источая зловоние. Кости, подобно твердеющему воску, поднимались из месива, затем на них регенерировали мышцы, быстро покрываясь свежей, темно-зеленой чешуей. Вернувшаяся к жизни аномалия шумно вздохнула и с явной злобой посмотрела на солдат, которые успели прилично разорвать дистанцию, рысью мчась по осенней грязи.
 — Теперь уже можно молиться?! — спросил Джо, направляя на рептилию девастатор. Несмотря ни на что, дыхание солдата было ровным, а руки не дрогнули. Опыт.
 — СТРЕЛЯЙ!!! — одновременно перебили темнокожего Кэп, Виола и добрая половина солдат.
 Громкий звук выстрела, и вырвавшаяся из дула капсула на огромной скорости врезалась в морду твари. Жидкость из неё расплескалась на много метров вокруг, задев и монстра, и траву, и часть домика фермера, покрыв их маслянистой пленкой.
 — И это всё? — спросил темнокожий. Подобное оружие явно было у него в руках первый раз. Спустя миг, когда аномалия сделала первый шаг вперед, намереваясь прикончить ненавистных двуногих, жидкость вступила в химическую реакцию с кислородом в воздухе, и… загорелась черным пламенем.
 — Твою ж матушку! И это я таскал в руках! — Джо смотрел, как пламя, в несколько раз горячее огня доменных печей, превращает тело аномалии в обугливающийся пепел. Температура была настолько сильной, что на много метров вокруг с земли повалил пар, а бойцы, стоящие на приличном расстоянии ощутили жар, будто грелись возле костра. Трава выгорела мгновенно, а на земле оседал светящийся кратер. Дом фермера тоже занялся пламенем, где среди черных языков огня мелькали обычные, от сгорающего дерева.

 — Валите, говорю же, его не-у-бить! — повторила Виола, и бойцы охотно побежали прочь. А у них за спинами пепел собирался в кучу…
 — Если мы выживем! — на бегу говорил Капитан, вспахивая землю сапогами. Оглядываться никто не спешил, все мчались на пределе сил. — То я лично выпрошу нам неделю в «Совёнке» — отдых, выпивка, шашлыки!
 — Ура! Мы спасены! — обрадовался Джо, глядя на поджидающий их на поле вертолет. Пилот уже запустил двигатели и махал им, стараясь перекричать звук лопастей, и почему-то тыкал пальцем в сторону пожара.
 — Сзади! — раздался оклик по голосовой связи. Пилот успел предостеречь всех, и даже выпрыгнуть из кабины, прежде чем в вертолет врезалось вырванное с корнем дерево, которое раньше росло на окраине поля.
 Взрыв — и в разные стороны летят ошметки искореженного металла. Оторванные лопасти прокатились по земле и упали изогнутым хламом. А за спинами отряда стояла аномалия, оскалившись голым черепом, на котором на глазах нарастала регенерируемая плоть. Лапы твари имели большие пальцы, позволяя хватать предметы, а втягивающиеся, как у кота, когти не мешали броску. Не став ждать следующей атаки, солдаты открыли беглый огонь по врагу.
 — А, нет, мы все умрем, — печально усмехнулся Джо, готовясь дорого продать свою жизнь. Болтовня являлась его способом справиться с паникой, и темнокожий боец, несмотря на разговоры, оправдывал статус элиты. — Кэп, ну ты и жлоб, знал что так будет, да?
 — Ви! Какого хрена?! — капитан смотрел на аномалию широкими от удивления глазами. Если раньше пули рвали его как губку, то постепенно, они лишь пронзали плоть, а затем и вовсе стали оставлять просто глубокие царапины.
 — Адаптивная броня, — пришел ответ от Виолы. До побега из лаборатории аномалию успели худо-бедно изучить. Никто не знал, как и откуда появилась рептилия, ей даже небезосновательно приписывали инопланетное происхождение. — Чем больше однотипных повреждений он получает, тем сильнее к ним сопротивление, вплоть до полного иммунитета на определенный срок. Приспосабливается, выживает, превосходит, это не просто форма жизни, это венец эволюции. Именно так он вылез из кислоты.
 — Этот венец эволюции хочет нас убить! Тогда вот! — Джо выстрелил так хорошо сработавшей в прошлый раз капсулой с горючим, но стоило только ей разбиться, как аномалия, буквально разорвав лапами почву под собой, закопалась в землю. Жидкость снова загорелась, только в этот раз монстр был вне досягаемости. При закапывании счистилась большая часть горючего, да и кислорода в почве немного, так что зверь почти не получил повреждений, а если и получил, то тут же восстановился.

 — А теперь можно помолиться? — сказал побледневший Джо, чувствуя, как дрожит земля под его ногами.
 — Можно, — обреченно сказал капитан, вытаскивая из обломков едва живого пилота, когда возле отряда в воздух взлетела добрая тонна земли, выпуская на поверхность грязного, обожженного в нескольких местах и злого, как черт, демона.
 Аномалия заносила лапу для удара, целясь сразу по всем. Когти выдвинулись вперед, хищно блеснув в сполохах пламени догорающего вертолета, но атаковать не успели. Солдаты не разглядели, что произошло, просто поливали рептилию беглым огнем, который перестал наносить ей хоть какой-то урон. Пули со свистом рикошетили от шкуры зверя, не причиняя вреда. Просто в какой-то момент тело аномалии с громким треском унеслось в сторону, будто её сбило локомотивом. Рептилию протащило по земле, раздирая на кусочки и размазывая тонким слоем, как по терке. А неподалеку стоял высокий человек, под два метра ростом, в камуфлированном костюме. Раскрытая ладонь правой руки указывала на то место, где секунду назад находилась аномалия, а вокруг запястья обвивалась двигающаяся татуировка, точь-в-точь похожая на живую черную змею, хвост которой терялся в рукаве. За спиной вновь прибывшего сверкала рамка портала, овальное окно человеческого роста с бегающими по краям золотыми искрами. В рамке портала видно было заснеженные горы, а из самого проема ощутимо тянуло холодом и вылетали крупные снежинки.
 — А-а-а-лилуйя! — всё-таки помолился Джо. — Мы спасены!
 — Два ЧП за один день, — усталым басом сказал камуфлированный. У него не было ни оружия, ни брони, только устройство связи на левой руке и кожаный наруч с металлическими штырями на правой. А за спиной, совсем не к месту, висел футляр с гитарой. — Черт, ещё и резкий перепад давления после Альп, бедная моя голова, другой бы и коньки отбросить мог! Ладно, время. Все целы?
 — Почти, Генда, — Кэп оттащил пилота поближе к остальным. К союзнику он обращался по позывному, стараясь в такой обстановке лишний раз не называть его Доком. — Не поверишь, как я рад тебя видеть.
 — Ууу, неслабо тебя нашинковало, приятель. Легкие и позвоночник — плохая комбинация ран, — носитель аномалии склонился над едва дышавшим пилотом, положив левую руку ему на грудь. Из рукава появилась белая змея, близнец черной, но сверкающая в полумраке, как лампочка. Аномалия нырнула в пострадавшего, заставив того с криком выгнуться. Энергия перетекала к пострадавшему, ускоряя метаболизм. Кровь перестала течь, а сердцебиение нормализовалось, ценой этого было истощение жировой клетчатки и резервов организма, но жизнь была спасена. Носителю не нужно было оборудование, чтобы это понять, все его рецепторы работали в сотни раз сильнее, чем у простого человека. — Так, больше помочь ничем не могу, осколки пусть из тебя на базе вытаскивают, коньки, во всяком случае, не откинешь пока.

 Док поднялся и провел рукой над пилотом. С пальцев сорвались знакомые искры, открывая портал прямо под ним. Сполохи просто закружились хороводом, сливаясь в золотое кольцо, и уже в проеме появился проход. Тело упало прямо на носилки в медицинском крыле организации, после чего разъем мгновенно схлопнулся.
 — Это, может, и нам того, домой? — спросил один из бойцов, глядя, как вдалеке поднимается груда плоти, принимая прежнюю форму. — Я не трус, но я боюсь.
 — Запросто, — согласился с ним Док, уже собираясь открывать путь для эвакуации, как его прервали.
 — Погоди, пусть останутся! — раздался женский голос в наушниках из устройства на левой руке аномального. Виола всё ещё была напряжена: — Враг очень умен, но им движет ненависть, чем больше вокруг живых, тем эта ненависть сильнее…
 — А чем он агрессивнее, тем более предсказуемыми будут атаки, — закончил за неё Кэп. — Ребята, эвакуация отменяется, рассредоточиться по полю, прикрываем основной калибр.
 — Нашли, блин, основной калибр. На, держи, если это сломается — Алиса меня убьет, не тратить же энергию на портал для простой гитары, — Док отдал Кэпу футляр, разминая руки. Глаза человека, наблюдавшего, как рептилия отряхивается от грязи и нетерпеливо бьет хвостом по земле, менялись. Радужка перетекала из карего цвета в ярко-желтый, а круглый зрачок становился вертикальным, как у хищника. — Как же не хочется мне с ним махаться, кто бы знал!
 — Так порталом его, в жерло вулкана или космос, — подсказал Джо, впрочем, не прекращая бег. Темнокожий агент явно присмотрел себе самый отдаленный участок в поле.
 — Думаешь, ты первый такой умник? У этой аномалии нестабильная структура, он просто игнорирует порталы, по необъяснимым причинам проходит сквозь них, как через голограмму, — ответила Виолетта Церновна. — Помни, Док, адаптивная броня, не используй одно и то же. К транквилизаторам и ядам у него уже стойкий иммунитет, так что надежда на вас и только на вас. Нельзя дать ему добраться до массовых скоплений народа.
 — Знаю, — спокойно сказал боец. Сейчас было заметно, что он не стоит ногами на земле, а будто парит в пере сантиметрах от грязи. Одной из его особенностей являлось создание кинетических полей, плотной, практически непробиваемой пленки, разного размера и формы. На такой он как раз и балансировал.

 — Эй, костомордый, помнишь меня? — Док намеренно дразнил рептилию, чтобы отвлечь внимание от менее защищенных солдат. — О, смотрю — узнал.
  -Ты-ы! Аргх! — завыл зверь, вытягивая когти и пригибаясь. Сейчас его голос был хриплым и клокочущим. Он практически полностью регенерировал, лишь на груди ещё оставались несколько участков рваной кожи с просвечивающим зеленым мясом.
 — Что он собирается де… — начал было говорить Джо, но тут аномалия прыгнула, целясь в Дока, не вверх, не вбок — вперед, с ужасающей скоростью, подобной артиллерийскому снаряду. Рептилия обладала нереальными для органического существа силой и скоростью. На земле, откуда враг совершил рывок, остались глубокие борозды, и взлетели комья осенней грязи. До этого аномалия просто играла с бойцами, справедливо полагая, что им от неё не спастись.
 Бах! Такой звук бывает, когда лопается плоть и трещат кости. Рептилия на огромной скорости врезалась в невидимое кинетическое поле, окружающее союзного носителя плотным коконом. Док даже не пошелохнулся, а зверь рухнул на землю в двух шагах от него. Отряд тоже внес свою лепту, успев сделать несколько удачных выстрелов. Пусть они и не наносили почти никакого урона, но зато здорово бесили тварь, мешая ей думать.
 — Мало приятного, да? — сочувствующе спросил он у чудовища. Рептилия переводила взгляд с него на остальных бойцов, шея у неё осталась вывернута под неестественным углом, глаза аномалии с кровавыми прожилками лучились искренней ненавистью. — Вот тебе еще!
 Удар сжатой энергией с близкого расстояния был страшен. Великан не стал ждать ответа врага, он просто хорошенько ему врезал. Черная змея обвила правую руку и многократно усилила напор. Собравшись вокруг кулака Дока, кинетическое поле буквально взорвало рептилию, отбросив её и раскидав обрывки смрадной плоти по земле. Звуковая волна от атаки громом пронеслась на много метров вокруг, заставляя почву дрожать, а уши звенеть. Кроме того, неподалеку появился глубокий разрез на земле в форме креста, оставленный кинетическим полем.

 — Может, хоть теперь всё? Прибил урода? — спросил один из солдат, дуло винтовки которого успело накалиться, от постоянной стрельбы.
 — Вряд ли, ваша цель — измотать объект. Аномалия практически бессмертна, но даже у его регенерации есть предел. Повредите его ткани больше чем на девяносто процентов — и хоть на час получится вывести его из строя, а дальше что-нибудь придумаем. Есть идея держать его под напряжением особой частоты, чтобы нарушить реполяризацию тканей, — сообщила Виолетта. Из-за близости сразу двух аномалий связь слегка барахлила. — Док, всё готово, орудия заряжены, стреляем по команде.
 После второго удара полем он оклемался ещё быстрее. Сказывалась адаптация, скоро оно вообще будет игнорировать урон от основного оружия Генды. Рептилия тряхнула головой, напряглась и атаковала повторно, только в этот раз угодив в настоящий капкан из энергии. Замерев на месте, будто её поймали огромные невидимые руки, бессмертная гадина извивалась в тщетной попытке выбраться.
 — А как тебе такое? — Док говорил с трудом, видно было, что использование аномалии истощает его силы. По лбу защитника катился пот, руки дрожали, пока он держал их перед собой, словно что-то сжимая, а кинетическая клетка сдавливала рептилию в смертоносном захвате. Хруст — раздался звук ломающегося позвонка, всплеск — полилась зеленая кровь из лопнувших глаз врага. Одна аномалия, давила другую, но недолго…
 Лапы с когтями резко взмахнули, послышался звон, как от лопающегося стекла, и рептилия обрела свободу, волочась, но упорно продолжая ползти к солдатам организации и постоянно перемещающемуся Доку. Пробить кинетическое поле мало что могло, но враг не лыком шит. На ходу срастались его кости, а пролитая на землю кровь кипела, так же как и плавились куски его мяса. Нестабильная структура не могла долго поддерживать форму, оторвавшись от основного тела. Такова была цена за бессмертие.

 Док являлся одним из самых осторожных людей в организации, первым делом он разорвал дистанцию, буквально отлетев от места боя, пригнувшись и левитируя на энергетическом потоке. Несмотря на мощную защиту и прочие способности его аномалии, он оставался рассудительным и всегда предпочитал перестраховаться.
 — Ладно, раз своими силами тебя не побить… План Е! — Док хрустнул шеей и раскинул руки в стороны. Наступившую уже почти ночь раскрасило всполохами золотистых искр. Как тысячи светлячков, они парили вокруг складываясь в большие кольца. Одно, два, три… семь. На несколько минут стало светло как днем, а затем сразу открылось семь порталов, направленных как раз на тот крест, заранее отпечатанный на земле, на котором сейчас стояла рептилия. В каждом проеме солдаты увидели кусочек моря с плывущими по нему кораблями. — Ебашьте!
 Канонада корабельной артиллерии, заранее предупрежденной и готовой к огню, накрыла временно замедленную рептилию. Враг стоял именно там, где и планировалось. Это был самый знакомый способ сражения Дока — заранее просчитать врага, загнать его в ловушку, при этом имея путь к отступлению. В организации уже ходила поговорка, что если на поле боя появляется Генда, то враг УЖЕ обречен. Кинетическое поле защищало как солдат, так и самого Дока от случайных осколков и взрывных волн, а вот враг превращался в месиво. Фугас буквально взрыл пшеничное поле, оставляя глубокие кратеры, снаряд за снарядом. Один из них пробил череп зверя, и тот треснул, как спелый арбуз. Через минуту, когда порталы погасли, перед отрядом была лишь выжженная земля. В небо поднимался дым, медленно оседала пыль. Холодный воздух наполнился запахом пороха и напалма. Кэп даже вспомнил Вьетнам. Среди языков пламени внезапно появился звериный череп, скалящийся обгорелыми зубами.

 — Отвратительные твари! Ненавижу! НЕНААААВИЖУУУУ!!! — рептилия плевалась собственной кровью, поднимаясь из пепла. Миг — и с неё начал идти пар, а на чешуе появлялись фосфоресцирующие зеленые волосы, светящимися лохмотьями свисающие со шкуры. Тварь не стала полностью восстанавливаться, вместо этого направив все ресурсы на основные мышцы. Пульсирующие жгуты мяса и сосудов оплели конечности и грудь, метаболизм ускорился настолько, что они буквально кипели. Аномалия напоминала скелет, обтянутый канатами мускул. — Сожру! Каждого!
 Это было жутко. Правда. Даже у много чего повидавших солдат поджилки тряслись от ужаса, когда порождение кошмара бросилось на них, оставляя светящийся след, как зеленая молния. Враг сейчас был легче обычного, не став наращивать много мышц, лишь самое необходимое для убийства… Маневренность многократно возросла, при этом острые когти и зубы никуда не делись. Налитые кровью глаза бешено вращались в орбитах, когти лязгали по высохшей от жара земле. Брошенное в него кинетическое копье, пробивающее насквозь метр стали, просто бессильно скользнуло по бокам. А от выстрела с девастатора рептилия грациозно увернулась, плавно и даже как-то лениво пригнувшись к земле.

 — Док, — спокойно сказал Капитан. — Я не хочу тут помирать!
 — Аналогично, — согласился носитель аномалии, стоя с закрытыми глазами. — Мне ещё гитару возвращать, да и дома ждут.
 — Тогда валим? — спросил замерший солдат, не способный отвести глаз от врага, который в настоящий момент рвал окружающее его поле. Лишь тонкая пленка отделяла его от желанной добычи, сдерживала стремление растерзать, вонзить когти и рвать, рвать, рвать мягкую человеческую плоть! Прыжок твари смазался в воздухе, сравнившись по скорости с реактивным снарядом, и лишь во время атаковавший Генда успел спасти ситуацию, ударив локтем прямо в бок твари, переламывая кинетической энергией позвоночник и ребра как труху и очередной раз откидывая аномалию прочь. В этот раз она регенерировала просто за секунду, как разливающаяся вода в обратной перемотке — настолько усилился метаболизм рептилии.
 — Нет, его надо остановить сейчас, — Док вздохнул, потирая локоть, и медленным шагом направился прямо к твари. Перестав расходовать силы, он просто шел по земле, увязая в грязи и пепле. — Его надо остановить сейчас, пока вокруг безлюдно. Не хотел этого делать, но…
 — Ясно, — коротко бросил Кэп, и, не стесняясь, ломанулся прочь, подавая пример союзникам. Кто-кто, а он знал последний козырь Дока. — Тикайте, хлопцы, сейчас тут наступит локальный армагеддец!

 Вдруг потемнело, простая ранняя ночь осени сменилась мраком. Вся связь накрылась, а электрические приборы солдат погасли. Из-под ног Дока поднимался плотный черный туман, окутывая пространство, затмевая звезды и луну. Он распространялся, покрывая землю и воздух на сотни метров вокруг, пока две аномалии не оказались в его эпицентре. Впервые рептилия замешкалась, почувствовала незнакомое ощущение, страх… Темный туман навевал ужас, действуя на нервную систему. Ему был нипочем ветер и материальные преграды, он являлся аномальной способностью, нарушающей законы физического мира.
 — Ты разумен, и это, пожалуй, единственная уязвимая в тебе часть, — голос Дока звучал отовсюду, а само тело человека не было видно. Рептилия металась в поисках, желая разорвать и сожрать его, но всюду вокруг был лишь туман, который к лезвиям когтей оставался безразличен. — Тобой движет ненависть и жажда крови. Извращенные желания, но не инстинкты. Ты убиваешь намеренно, наслаждаясь и осознавая свои поступки. Как человек, а не зверь. Между нами больше общего, чем ты себе представляешь. И пока тобой движет разум, пока он источник и мотивация твоей злобы, ты в ловушке. Я обращу твою ненависть против тебя, — сказал незримый человек, и туман начал собираться, сгущаться, превращаясь во что-то длинное. — Я обращу твою жажду крови против тебя. — В тумане появились два огромных светящихся глаза, поднимаясь наверх. — Все твои темные мысли, все твои темные чувства, всё твоё Я станет личным врагом и кошмаром!
 В тумане появилась змея, буквально из ниоткуда, она соткалась из воздуха бесшумным призраком. Огромная, вставшая на дыбы, змея, с антрацитово-черной чешуей, напоминала оживший поезд. Бросок! Пасть сомкнулась на замершей рептилии, погрузив в неё клыки, подняла наверх и с треском обрушила на землю. Весь разлитый туман воронкой втянулся в содрогающееся тело зверя. Рептилия застыла, не в силах шелохнуться.

 — Всё-таки тебе придется нас угощать, Кэп, — прервал молчание Джо, наблюдая, как из исчезающих клубов тумана появляется медленно идущий человек, за спиной которого лежит неподвижный монстр. Рептилия валялась, закрыв лапами глаза и мелко подрагивая. Монстр попал в ловушку собственного кошмара.
 — Пусть и ненадолго, это его сдержит, — устало вздохнул Док. — Слишком сильная аномалия, говорил Виоле — отправьте его на луну, так нет!
 — Мгновенная молекулярная регенерация, Док. Без единой генетической ошибки, рака или ограничений в типе ткани, — прозвучало в наушниках — с исчезновением тумана Виолетта снова могла говорить. — Если разгадаем её секрет, то сможем лечить все болезни. Оно того стоит.
 — Как знать, Виола, как знать, — Док сел прямо на землю. Раз уж даже такой чистюля устало плюхнулся в грязь, значит, он и правда ужасно устал. А стоящий рядом капитан смотрел на догорающие руины фермерского домика и много, очень много думал.

 — Кстати, у кого гитара? — вдруг поинтересовался Док, и все солдаты стали переглядываться. — Ммм?
 — Оу, — вспомнил Кэп и посмотрел на груду струн и дерева неподалеку — в горячке боя все как-то забыли про музыкальный инструмент, даже не заметили, от чего именно прилетело многострадальной гитаре.
 — Кэээээп! — сказал Док, поднимаясь на ноги. — Ты в курсе, что Алиса мне устроит? Это была её любимая акустика, я полдня её таскал, боясь оставить без присмотра, и хоть бы хны.
 — Ну, мы это, — Кэп замялся: с Дока станется отомстить. Калечить, конечно, не будет, но всё же. За спинами солдат открылся портал, в котором отражались переулки с иероглифами.
 — Виола, раньше чем через два часа их не забирай, — мрачно сказал Док, подталкивая бойцов к проему кинетическим полем, тем было некуда деваться. Один за другим они попадали в портал.
 — Окей, — согласилась обрадованная Виолетта. Аномалия поймана, сейчас за ней прибудет спецотряд и перетащит в оборудованное хранилище. Одной проблемой меньше.
 — Генда! Это не смешно, забери нас отсюда! — активно возмущался Джо, оглядываясь с опаской на окружающие дома. Незнакомое место, красные фонари и тайский язык… — Мы что, в Таиланде?!
 — И, по-видимому, в самых злачных местах, — согласился Кэп, он уже успел разжиться в ближайшем ларьке сигаретой, пусть и дрянной, но табак, и с наслаждением затягивался, обращая внимание, как из окружающих заведений на них с интересом смотрят девушки, намекая жестами, что не прочь развлечься за пару долларов, или черт их тут разберет, может, и не девушки… — Главное — живые остались. Вот погоди, вернемся, расскажу Алисе, какие он знает координаты…


Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Славя(БЛ) Юля(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 22.

Страничка на фикбуке. 

Часть 20

Часть 21


Ричард



 Утробное рычание, раздалось из глубин прохода. От этого звука, появилась дрожь первобытного страха. Нас заметили, и, по-видимому, уже давно. Просто враг не подавал виду, затаившись в темноте бункера, там, куда не пробивался солнечный свет. По спине пробежала холодная волна, от осознания, что было бы, войди мы с девочками беспечно прямо туда, в пасть к хищнику. О том, что там именно хищник, свидетельствовал красный цвет тумана, и внутренний трепет, похожий на то самое ощущение, когда смотришь сквозь прутья решетки на тигра в зоопарке.
 Земля под ногами едва ощутимо дрогнула, когда затаившийся зверь начал двигаться. Как он догадался, что его засекли и стоит нападать первым, это один вопрос, а вот как нам теперь быть, это уже второй. Особо бежать некуда, вокруг скалы, река, и два пути - наверх и вниз. На пересеченной местности у большого существа будет преимущество, поэтому вариант бегства откладываем на самый крайний случай, есть же ещё козырь в рукаве.
 -Славя, что бы сейчас ни произошло, не пугайся, и держись рядом. – Я вышел вперед, закрывая собой девочек. Так себе героизм, мне, наверное, сейчас страшнее всего. Сердце колотится как бешенное, руки сжимают дротикомет, а из глубин памяти всплывают знания и умения древнего майя. Не время что-то скрывать, даже если это потом выйдет мне боком.
 -Сказать легче, чем сделать! – Голос блондинки дрогнул. Она приняла мою просьбу не бояться аномалии, которую я собирался использовать, за просьбу не бояться врага. До наших ушей донеслось шумное дыхание. Легкие неведомой твари издавали звук как пневматический затвор в автобусе. Громкий, протяжный гул. Какого же она размера?! Выдох выбросил наружу клубы пыли, и помятую синюю каску, которая раньше принадлежала одному из жителей бункера, наверное…
 -Как жалко, что порталы не открываются. – Пожаловалась Юля, пятясь назад. Хвост девушки напоминал собой ёршик, от вздыбившейся шерсти, зрачки сузились в щелочки, а сами глаза сверкали желтым. В отличие от меня, использующего свою аномалию для рецепции энергии, Юлия наверняка четко видела, что притаилось в тени. – Обычно я от таких драпаю, они не разумные, и видят меня.

 Что Юля имела ввиду, я понял сразу, как только на свет показалась чешуйчатая морда. Дракон. Как есть дракон. Большая, размером с автомобиль голова, бронированная грубыми роговыми чешуйками, внушительные желтые зубы, хоть и не выглядят острыми, но с такой пастью, раздавят и раздробят, наверное, даже слона. Следующими на свет показались лапы и длинная шея, толщиной в промышленную трубу. Передние лапы хищника, представляли собой перепончатые крылья, с когтистыми пальцами на сгибах, как у летучей мыши, а мощные задние, помогали ему передвигаться по земле. Когти кривые, блестят на солнце как металл, не хотелось бы попасть под них.
 Дракон даже пригнулся, чтобы спокойно выбраться из проема, настолько огромным он был. За спиной волочился по земле его чешуйчатый хвост, оставляя глубокую борозду, рядом со следами от лап. Чешуя рептилии на глазах меняла цвет, с темного, почти черного, на светло-зеленый, с вкраплениями желтого. Окрас динамически менялся, перетекал под окружающую среду, почти как у хамелеона.

 -Ричард. Бежать бесполезно. Это дикий зверь, без зачатков разума, до разумных драконов, или человекоподобных дракондоров ему далеко. – Сказала Юля, не сводя взгляд с головы гиганта, который отвечал ей тем же. - Виверны очень быстрые, даже по земле как лошади носятся, а если взлетит, то и самолет обгонит. Первый раз вижу, чтоб они цвет меняли, никогда раньше не попадались такие. Ричард, Славя. Следите за его головой, если откроет пасть, сразу прыгайте в сторону.
 -Они что, ещё и огнедышащие?! – Крикнула Славя, беря дракона на мушку плазменной винтовки. Шептаться смысла не было, ровно, как и таиться. Рептилия расправила крылья, и помялась на месте, будто бы разминаясь после долгого сидения.
 -Огонь, яд, кислота. – Начала перечислять хвостатая. – Такого вижу впервые, так что точно сказать не могу, но виверны вооружены. Славя, пока жди, может он и не станет атаковать, но если нападет, сразу стреляй в глаза. Ослепим его, и мы спасены, убежать, во всяком случае, сможем.

 Рептилия склонила голову набок, пристально изучая нас немигающим взглядом. Судя по всему, зверь был не голоден, и нападать не спешил. Из приоткрытой пасти на землю упали несколько крупных тягучих капель прозрачной слюны, под которой трава мгновенно скукожилась и зашипела, растворяясь в кислоте.
 -Может потихоньку того? – Спросил я у Юли, кивая на речку. – Смоемся?
 -Давайте, медленно назад, только не вздумайте поворачиваться к нему спиной. – Кошкодевочка первой подала пример, отступая в сторону центра ущелья. При этом рефлекторно прижав уши к голове, и приподняв верхнюю губу, обнажая мелкие, молочно-белые клыки.
 Не успели мы отойти на безопасное расстояние, как тварь решила, что всё-таки не прочь перекусить тремя двуногими. Дракон поднял голову наверх, и сделал глубокий вдох, широко расставив лапы для устойчивости.
 -В сторону! – Громко крикнул я, отталкивая от себя Славю. Рефлексы Юли не дремали, хвостатая сделала длинный прыжок вправо, которому позавидовали бы олимпийцы. А в то место где мы только что стояли, ударила выдох. Дракон использовал что-то необычное. Резкое, реактивное дыхание, похожее на поток ветра. Вот только на его пути рассыпались кусты и трава, опадая на землю склизкой трухой.
 -Кислотой дышит. – Резюмировал я уже на бегу, глядя, как на пути выдоха оседает едва заметная взвесь, как от пульверизатора для цветов. – Воздух разносит едкий туман. Круто, ничего не скажешь, и экономия кислоты, и дальность поражения увеличивается.
 -Не понимаю твоё восхищение! – Славя бежала сразу за ЮВАО, вниз по ущелью, я же остался замыкающим. Юля так вообще, периодически перепрыгивала препятствия на четвереньках. Хваталась за ветку или камень руками, затем отталкивалась ногами. – Он вообще-то собирается нас сожрать!
 -Мало ли, что он хочет. – Я остановился, разворачиваясь к врагу, беглым взглядом оценил обстановку. Слишком быстро он перебирает лапами, не убежим. – Славя, если будет момент, стреляй, только так чтобы наверняка.
 Рич! – Славя испуганно остановилась, направив оружие на приближающегося дракона, который грузно топал по земле, заставляя её дрожать. Интересно, почему он не взлетает? Места н хватает для разгона? – Хватит, бежим немедленно! Это приказ старшего по званию!
 -Простите капитан. – Я улыбался. Нет смысла сейчас показывать страх, он не поможет. Да и внутри, поднимался странный азарт, как в том сне, когда охотник сражался с ягуаром. Надо позволить энергии аномалии действовать, направить её, обуздать. Дротики тут бесполезны, поэтому пистолет отправился в кобуру. Вместо него, я раскрыл себя миру. Ветер, земля, вода: всё вокруг вошло в резонанс с разумом. – Давай Славя, вы бегите, а то попадете под горячую руку.
 -Он что, кислоты вдохнул? – Славя спрашивала у Юли, которая оседлала толстую ветку одного из деревьев, и с интересом смотрела на происходящее.
 -Ну, давай. - Тихо прошептал я под нос, посмотрев прямо в глаза рептилии. – Узнаем, кто бОльший монстр!

 В груди зародился жар, распространяясь по венам как раскаленная лава. Мир вокруг меня, часть тела, продолжение рук и ног, обратись к нему душой, и он откликнется. Энергия смывала усталость с мышц, разгоняла кровь по жилам. Красочный мир, стал черно-белым, в нем остались лишь три цветных пятна, да копошащиеся в земле искорки червей и насекомых. Остальные живые организмы мгновенно сделали ноги, очистив пространство на сотни метров, а жаль, лишняя энергия не помешала бы.
 Дракон замешкался, затормозил, словно налетел на невидимую стену, а затем, пригнувшись, зарычал, обходя меня по кругу. Голову он держал так, чтобы закрыть шею и более мягкое на вид брюхо. Он что, боится? Воспользовавшись заминкой, я оценивал врага. О, а вот причина, по которой виверна не взлетает. На левом крыле, которое рептилия слегка подволакивала, отчетливо прослеживался перелом, и большая дыра в перепонке. Значит. Это, именно то самое существо, которое в дневнике не описывалось, чьё название боялись произносить вслух. Это дракон, крыло которого повредил отряд Семнадцатого, именно он разорил бункер.
 Зубастая пасть снова открылась, но я был к этому готов. Кислотный душ встретился с воздушной волной, которая отбросила все капли обратно на рептилию. Врага это не впечатлило, совсем. Дракон просто отряхнулся, и кислота, плавящая даже камни, просто стекла по его чешуе. Естественно, должна же у него быть защита от своего то яда? Взгляд твари стал пристальным, она точно не ожидала подобной прыти от человека, и пусть даже животные мозги, прикидывали, а стоит ли делать кусь, этому двуногому? Я даже направил на него джой, активировав датчик аномалий... 19%, и почему я не удивлён?

 Паузу грубо прервали. Где-то за спиной, прозвучал звук выстрела, и в морду виверны попал сияющий сгусток плазмы, оставив глубокую рану на щеке. Раскаленная плазма прожгла чешую, как горячий нож плавит масло, эх, жалко, что она не попала в лоб. Славя стояла, прислонившись спиной к дереву, бледная как мел, по лицу девушки стекали капли пота, а с дула дрожащей винтовки, тонкой струйкой поднимался дым.
 Как виверна заревела! От её яростного крика заложило уши, а из раны, оставленной выстрелом, лилась кипящая пузырями кровь. Видимо, от кислоты защищены только слизистые и чешуя, а вот с раненными мышцами и кровью, она вступила в химическую реакцию. Боль решила дилемму зверя, нападать или нет? Конечно нападать! Ударив хвостом по земле, дракон подобрал ноги под себя, став живой пружиной, он начал дергать телом из стороны в сторону, при этом не отрывая от земли когтей. Глядя на эту гибкость, я вспоминал соседского кота, он точно так же проверял устойчивость площадки перед…
 -Эй, блядина чешуйчатая!!! – Я захлопал в ладоши, заорал, привлекая внимание, но тщетно, враг нацелился на того, кто причинил ему боль. Давай аномалия, не подведи. Сосредоточившись, я поднял в воздух несколько мелких камней перед собой, и, вытянув руку, с силой пушечного выстрела обрушил их на голову дракона. Даже небольшие снаряды, при броске с огромной скоростью, способны нанести немалые повреждения. Однако тварь оказалась слишком хорошо защищена. Каменная шрапнель разбилась, но не причинила видимого вреда, глаза монстра оказались защищены третьим веком, полупрозрачной пленкой, которая наползает сбоку, и закрывает уязвимую часть быстрее век.

 Славя нырнула за дерево, неправильно оценив опасность, и Юля, спрыгнув с укрытия, рысью побежала вытаскивать её. От тарана такой тушей, и стена не спасет, не то что хлипкое деревце. Думай Ричард! У тебя лишь часть сил Кукулькана, который размазал бы этого ушлёпка, как бог черепаху. Нужен удар, один мощный и неотвратимый удар, затягивать битву без источника энергии мне не стоит. Слишком много сил расходует аномалия.
 Мы среагировали одновременно. Дракон прыгнул, сложив крылья и растопырив передние лапы, собираясь познакомить Славю с полуметровыми когтями. На месте прыжка осталась вспаханная земля и облако пыли. Я же в это время, ударил ладонями о землю, умоляя, чтобы задуманное получилось. Сила хлынула потоком, уходя вниз, и пропитывая камни. Скальные породы двигались с ужасающей скорость, заставляя почву дрожать, на много километров вокруг. Со скал, окружающих ущелье, посыпался песок. За спиной и вокруг девушек, земля будто взорвалась, и наружу выскочили огромные каменные пики, больше десятка, острые как частокол, толстые как ствол древа, и прочные как кремень.
 Если дракон и успел удивиться, то ненадолго. Набранная инерция, плюс вес, не дали ему возможности уклониться. Он успел лишь взмахнуть здоровым крылом, а потом со всей дури, всей своей немалой массой, налетел на колья, лишь несколько метров не долетев до замерших девочек. Виверна не жилец, если я ещё что-то понимаю в анатомии и физике. И это, хорошо. Затраты на такой фокус вышли слишком большими, я просто упал на живот, не в силах двинуть руками или ногами, по всему телу ощущался озноб, противная слабость и онемение.

 Каменные острия пронзили врага насквозь, насадив как бабочку на иголки, в районе груди, основания шеи, и живота. Из ран текла кровь, струйками обагряя камень и падая на землю, из дыр в области груди, со свистом вырывался воздух вперемешку с алыми каплями. Каменные пики проткнули легкое. Глаза монстра затухали, а из пасти полилась красная от крови слюна. Сейчас мне его даже жалко, он не хотел нас убивать просто из жестокости, обычный зверь, которым двигали инстинкты. Нечто подобное чувствовал Кукулькан, когда его оружие отнимало жизни зверей. Древний охотник понимал, что он часть мира, пусть и вершина, но тоже часть пищевой цепочки. Вот как простой человек отреагирует на лакомство, которое прямо перед его носом? Для, скажем, курицы, фермер тот же дракон.
 По чешуе дракона пошла цветная рябь, переливаясь, как мыльный пузырь на солнце. От самого кончика хвоста и до носа. Живая радуга бегала даже по перепонкам на крыльях. Сначала я принял это за простую агонию, но всё оказалось куда как страшнее. Оторвать глаза от этого зрелища не получалось, а сознание при наблюдении за буйством цветов затуманивалось. В голове зашумело, но усилием воли я взял себя в руки. Юля тоже отвернулась, прикрыв руками глаза, а вот Славя…
 Славя стояла, открыв рот, обе руки опущены по швам, глаза сонные. Плазменная винтовка упала на землю, а сама её хозяйка безвольно побрела прямо к испускающему последний вздох дракону. Шаг, ещё один. Из приоткрытого рта девушки стекает струйка слюны, ноги дрожат как ватные, а на радужке глаз отражается цветной перелив чешуи виверны, который загипнотизировал девушку. Черт!

 -Славя, Славя очнись! – Кричал я, надрывая связки, стараясь двинуть хотя бы пальцем. Бессильная злоба охватывала всё моё нутро, я мог только смотреть, как блондинка медленно приближается прямо к распахнутой пасти. Смотреть, на стекающую с ужасных клыков кровь, и на глаза дракона, который, не моргая, смотрел прямо на добычу. – СЛАВЯ! Юля, сделай что-нибудь!
 -Не могу. – Хвостатая и так вцепилась в девушку, если бы не она, всё давно было бы кончено, но Славя вырывалась. Ситуацию осложняло то, что Юля не могла открыть глаза, справедливо опасаясь попасть под влияние дракона. – А она сильная, долго не продержу!
 Вдох, выдох. Собраться. Давай рука, двигайся! Двигайся, еб твою душу! Передо мной, как наяву, появилась добрая открытая улыбка капитана, её прекрасные голубые глаза, голос. Чего стоит вся сила аномалии, если я не способен спасти её? Кончики пальцев дернулись, постепенно, медленно, но верно, к правой руке возвращалась чувствительность. Едва шевелясь в траве мне было глубоко плевать на собственное состояние, я должен был помочь ей, спасти Славю. Нащупав в кобуре пистолет, я тщательно прицелился. Попытка только одна, перезарядить оружие я уже не успею.
 -Прости, Славя. – Пробормотал я, спуская курок. Коротко щелкнул пневматический механизм, выпуская дротик с транквилизатором. Слава богу, я попал. Слабость не помешала выточенным тренировками рефлексам. Коротко свистнув, шприц с красным оперением воткнулся в шею девочке. Транквилизатор подействовал быстро, Славя не успела сделать и двух шагов, как её ноги подкосились, и девочка с тихим стоном опустилась на колени, и упала на землю без чувств, лицом вниз.

 Дракон недовольно зарычал, точнее, попытался зарычать, из его пасти раздалось клокотание, и вылился ещё один поток крови, как из ведра плеснули. Довольно жуткое зрелище, агонизирующий демон, и исходящая паром теплая кровь, залившая всё вокруг. Один глаз посмотрел на меня, узкий зрачок постепенно расширялся, свидетельствуя о смерти мозга. Переливы радуги тоже затухали, чешуя становилась серой, как дорожная пыль. Дыхание зверя останавливалось, и голова рухнула набок.
 До самого конца, умирая, он не отрывал от меня хищный взгляд. Пристальный, будто смотрит насквозь, но… В нем не было злобы. Только обреченность и боль. Простой зверь, лишенный человеческих черт, таких как бездумная жестокость, он напоминал ягуара из воспоминаний Кукулькана. Наконец, по огромному телу пробежала последняя судорога и дракон затих. Его глаза медленно закрылись, а кровь перестала проливаться на землю. А затем произошло то, что я ожидал, но готов к этому не был. Как и любой живой организм, дракон был полон энергии, но её в нем плескался целый океан. И вся эта масса, неудержимо хлынула в меня. Контролировать процесс поглощения я не мог, и, положа руку на сердце, не хотел! Совсем не хотел!
 Тело превратилось в вакуум, жадный и неумолимый, оно втягивало каждую каплю, каждую искорку тумана, источаемого драконом. Утоляя внутренний голод, который не сравнить с простым, физическим, я чувствовал настоящий экстаз. Энергии было столько, что её движение различались даже невооруженным взглядом. Золотистые и красные искры, вылетали из рассыпающейся на глазах виверны, и двигаясь по воздуху впитывались в меня. Зверь светился, будто сгорал изнутри, чешуя тлела, отрываясь и взмывая вверх, а мясо кусками опадало на землю, рассыпаясь при ударе сухим прахом. Поток окутывал, дарил силы, наполнял здоровьем. Слабость отступила, и я поднялся на ноги, легким шагом преодолев разделявшее нас расстояние. К тому времени, как я дошел до него, от рептилии остался лишь белоснежный скелет, с единственным желтым пятном смятой кости на крыле, той самой, что так и не восстановилась после старого удара плазмы. Отряд семнадцатого не умер просто так, смог таки укусить напоследок могучего хищника.

 Голову наполнял поток видений. Память, сила, и способности зверя, перетекали ко мне. Пусть и не полностью, обрывками… Вот перед глазами проносится ущелье, с высоты птичьего полета. Запах еды. Странная еда, двуногая, раньше он такой не видел. Пытается спрятаться за большой металлической дверью, когти, спрыснутые кислотой, легко разрывают преграду. Могучие лапы буквально выдирают многотонную дверь, за которой копошится так много еды, плюющейся горячими железками. Но чешуя намного прочнее. Двигаться в ограниченном пространстве тяжело, крылья цепляются за своды. По чешуе пробегаю переливы цвета, с помощью которых виверна охотилась на резвую дичь. Свет затуманивает их разум, и большинство двуногих замирает на месте. Укус. Какое вкусное, нежное мясо, такая теплая ароматная кровь, растекается по рту приятным потоком. Ещё, хочу ещё! И как он раньше не натыкался на них? Всё это время, под землей было столько деликатесов. Какая глупая подземная еда, сами себя загнали в угол. Где-то на периферии зрения, дракон заметил ускользнувших людей, которые пробрались к выходу, пока он ел. Ничего, ещё догонит. Бежать двуногим некуда, рано или поздно все станут едой. Главное самому не попасться на глаза к…
 В этот момент, поток прервался. В памяти виверны всплыл образ, от которого даже крылатый монстр, испытывал настоящий ужас. Именно поэтому он обосновался внутри бункера, именно поэтому, стал маскироваться, меняя цвет. В этом мире немало монстров, но все бояться двух, самых свирепых и беспощадных.

 -Ричи. - На моё плечо опустилась маленькая и теплая ладонь, слегка сжав его. Юля подошла незаметно, пока я отвлекся на поток мыслей. – Ты хорошо себя чувствуешь?
 Впитанная энергия, не прошла бесследно, она заставляла тело кипеть. В этот раз её оказалось слишком много, даже Кукулькан не мог похвастать тем, что поглотил душу дракона. Она отличалась от ощущения впитывания сущности разумного, которое я знал по видениям охотника. Душа виверны, сгусток сырой, первозданной, чудовищной мощи. Я чувствовал небывалый подъем сил, вместе с этим, мысли путались. Передоз энергии пробуждал животные инстинкты, голод, агрессию, возбуждение. Не контролируя себя, я обхватил пискнувшую от неожиданности девочку, и попытался впиться в её губы. Желание было нереальным, заглушая все остальные потребности. Я чувствовал эрекцию, моё дыхание участилось, а по телу прошлась сладкая истома. Пока одна рука обхватила талию, не давая желанной добыче ускользнуть, вторая приподняла подол платья, и сжала упругую попу. Однако девочка увернулась, и лихорадочный поцелуй пришелся в шею. Теплая, нежная кожа, вкус которой не портит даже пыль и пот. Я хочу её, я…
 -Погоди. Пр-рекрати. Ричард! А ну, хватит! – Юля вырывалась, только сильнее распаляя проснувшиеся чувства. Её гибкое, прекрасное тело, пушистые ушки, чудесный запах, просто сводили с ума. А потом, девушка довольно чувствительно укусила меня за мочку уха, и вспышка боли прояснила затуманенный разум. Ушастая отодвинулась назад, глядя на меня с непонятным выражением лица.
 -Даже не спросишь, что это на меня нашло? – Грустно усмехнулся я, отдышавшись, и предчувствуя долгий разговор по душам с Юлей и со Славей, когда та придет в себя... Славя!

 Я отбросил все остальные мысли, и быстро добежал до блондинки. Славя спала на боку, расслабленная транквилизатором, грудь девушки мерно вздымалась в такт дыханию. Она лежала с закрытыми глазами, и торчащим из шеи дротиком. Руки и ноги безвольно распластались по земле. Вынув дротик, я осмотрел девушку. Хорошо, дыхание ровное, побочных эффектов нет. Упала на траву, и ничего не повредила.
 -А что спрашивать? – Юля пожала плечами, тоже присматриваясь к спящей. Ушастая даже понюхала место, куда впился дротик. – Ты не простой человек, простой меня просто не увидел бы, ещё там, на лайнере, уж извини за тавтологию. А если у тебя есть какая-то тайна, да на здоровье, только контролируй себя, ладно?
 -Во всяком случае, сейчас… - Тихо добавила она. Юлия усмехнулась, будто говоря, что сама с усами, и не ей судить других. В этой хвостатой девочке, мудрость и понимание, удивительно соседствуют с озорством и странной формой клептоманией по отношению к еде.
 -Надо найти укрытие. – Сказала кошкодевочка, дернув ушками. Взгляд Юли устремился за горизонт, откуда наползали темные тучи, да и ветер становиться холоднее. Не вовремя погода портится!
 -Согласен. Нельзя её так оставлять. – Я поднял девушку на руки, и бережно перекинул через плечо. Согласен, не самый гуманный способ транспортировки, но нужно ещё подобрать винтовку. – Пойдем в бункер, не думаю, что там будет что-нибудь ещё подобное, а даже если и будет. С переполняющей меня сейчас силой. Это уже его проблемы!

 Мы с Юлией забрались в пещеру, осторожно обойдя лежащие на земле створки, которые когда-то были дверью бункера. На искореженном толстом металле, отчетливо прослеживались глубокие следы когтей, и оплавленные подтеки. Всё вокруг несло следы разрухи, следы пуль, вмятины.
 -Мда. – Многозначительно сказал я, лишь бы нарушить гнетуще молчание. Эйфория от поглощения такого количества жизненных сил и не думала проходить. Кровь кипела, перенасыщенная гормонами, щедро выброшенными организмом в момент опасности. Теплое тело Слави, было необычно нежным, транквилизатор расслабил обычно упругие и полные жизни мышцы, сделав девочку мягкой и податливой. Выкинуть из головы то, что мне в спину упираются груди прекрасной девочки, не получалось. К тому же, косы пришлось перекинуть через шею, чтобы они не волочились по земле. И как она сохранила волосы такими мягкими, в таких условиях, где кроме воды ничего нет, даже просто мыла? Золотистые локоны оказали вполне себе приятным шарфиком.
 Не забывал я, и смотреть по сторонам. Беспечность - это непозволительная роскошь в нашем случае. Кто знает, что ждет в незнакомом строении, в мире, который пережил столь масштабные катаклизмы? Что если вот сейчас откуда ни возьмись, выскочит какая-нибудь кудлатая херня? Периодически, я переходил на зрение аномалии, в такие моменты, полутьма прохода отступала, и я мог разглядеть каждую деталь в темноте, словно в прибор ночного видения.
 Вокруг хаотично валялось оружие, по большей части сломанное, обрывки одежды и бетонное крошево. Обугленные и раздавленные штурмовые винтовки, пистолеты… Да, дракон порезвился вовсю прыть. На стенах и полу, зияли выбоины, страшно представить силу удара, способную оставить такую вмятину на железобетоне. А то, что это не просто стены, бросалось в глаза сразу. В поврежденных местах, из бетона торчали армированные металлические прутья и свинцовая прослойка посередине. Бункер строили на совесть, учитывая радиацию в том числе. Драконов, растворяющих кислотой сталь, никто, по-видимому, не ждал. На стенах висели разбитые и обесточенные лампы, а так же ещё можно было различить некоторые надписи на русском языке, вроде «Выход» и «Бункер 112».

 -И как это понимать? – Спросил я у Юли, когда мы уперлись в тупик. Проход резко обрывался, в месте, где только начал расширяться, судя по всему, тут произошел нехилый такой обвал.
 -Стены разрушены, вон там, и там. Да и потолок пострадал. – Кошкодевочка указала пальцем на проходы по бокам. Где были завалы от пола и до потолка, а куски скальной породы, вперемешку с бетоном, закрывали всё. – Обломки большие, даже втроем не осилим.
 -Погоди. – Я присел, чувствуя как меня тряхнуло, эх, а Славя то не легкая, главное вслух не сболтнуть при ней. Да и кто вообще сказал, что девушка должна быть дистрофиком? Вот у блондинки фигура, самое то! Коснувшись рукой пола, я прислушался к энергии, расходящейся вокруг. Земля, металл, песок: всё ощущалось, словно на радаре. Мне ненужно было видеть, что за ними, я это чувствовал.
 -Боковые проходы пустые. – Поднявшись на ноги, сказал я хвостатой. Девочка с интересом наблюдала за мной, ушки стояли торчком, выдавая любопытство ЮВАО. – Там видимо была коморка охрана, пока её того, не сожрали, в общем. А вот у той стены, внизу есть большая ниша.
 Движение руки, и каменные глыбы с грохотом разлетаются в стороны, открывая металлический шлюз на полу. Я хотел их аккуратно отодвинуть, но пересыщенное энергией тело, не могло контролировать силу аномалии. Огромный люк. В него даже грузовик бы поместился. А вот кнопки или механизма открывающего проход не было. Вдруг. Запищало устройство на левой руке, а на экране джоя выскочило окно.
 «Бункер 112» Код принят: доступ - разрешен. Желаете открыть вход? Да< Нет…

Развернуть

Бесконечное лето Ru VN лагерь у моря Фанфики(БЛ) Юля(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 21


Страничка на фикбуке. 

Часть 20


 Вспышка света.

 Высокий человек в маске, закрывающей верхнюю половину лица, спускается с пирамиды, окидывая тяжелым взглядом павших на колени туземцев. Он не касается ногами ступеней, ветер сам несет бога вперед, развевая плащ за спиной.

 Вспышка света.

 Кукулькан ведет свой народ в бой, взяв армию скорее для антуража, ведь стоило только использовать силу аномалии, и тайфуны, землетрясения, наводнения, ровняли его врагов с землей. Никто не мог остановить владыку стихий. Племена либо присоединялись к нему, либо гибли. Жалость и доброта Кукулькан давно сгорели, стали пеплом, на месте где раньше стоял его дом.

 Вспышка света.

 Помещение на вершине пирамиды, то, которое раньше занимал вождь, утопает в полумраке. Сейчас пирамида всецело принадлежало Кукулькану, как впрочем, и сам материк. Тех же, кто осмеливался перечить и воевать с новоявленным божеством, уже давно покоились под толщей земли. Многие племена пытались посылать убийц за головой бога, некоторые, наиболее удачливые из них, даже нападали на Кукулькана, проскользнув через охрану культистов и его родного племени. Но в прямом столкновении с такой чудовищной мощью, не у кого из смертных не было, ни единого шанса. Стрелы и дротики не долетали до аномалии, ветер и земля загодя предупреждали Кукулькана об опасности. Отравленная пища не могла убить уже превзошедшее слабость тела существо, капля яда способного унести жизни сотен людей, была для бога, словно изысканная приправа.
 Сейчас тут оставался только Кукулькан, и две наложницы. Молодые и стройные близняшки ацтеков, они были чудо как хороши, и владыка не стал их убивать. Хоть перед этим и обрушил на деревню в которой они жили тропический шквал. Девушек спасло то, что они в то время находились на окраине, и собирали фрукты. Культисты и слуги покинули помещение, вокруг, на столах, ещё лежали недоеденные яства и вино, а на стенах чадили дымным пламенем факелы, озаряя тусклым светом святилище. Отсветы огня плясали по голым каменным стенам, а снаружи доносились звуки ночных джунглей. Звезды на небе сияли, в безлунную ночь.
Сам Кукулькан полусидел, полулежал на подобии трона, выточенного из слоновой кости специально для вождя. От старого предводителя племени осталась горстка пепла, а на троне теперь сидел изрядно изменившийся Кукулькан. Глаза охотника стали пустыми, и холодными, он бесстрастно смотрел, как две худенькие девушки убирают комнату. Но всё же, часть человеческого эго, ещё не до конца покинула носителя.
 -Подойди ко мне. – Медленно, но властно сказал бог одной из наложниц, что имела неосторожность нагнуться перед ним. Пока она подбирала упавший кубок,  Кукулькан соблазнился изящными формами рабыни. Молодая, едва-едва созревшая девушка, с тонкими чертами лица, длинными темными волосами, стройной талией и бедрами. Смуглая оливковая кожа, и большие зеленые глаза, да, определенно стоило сохранить им жизнь. Минимум одежды, лишь тонкие набедренные повязки, и вырез ткани, закрывающий молодую упругую грудь, тоже способствовали случившемуся. Большинство наложниц, которых племя взяло с боем, уже давно стали подстилкой для воинов, но не эти две пленницы. Похоть похотью, а портить девушек, на которых положил глаз сам владыка, никто не посмел. Кого-то останавливало уважение к владыке, но преимущественно, страх.

 Девочка приблизилась к сидящему человеку, она боялась, боялась ослушаться приказа, и равно как боялась приблизиться к живому воплощению силы. Смелости посмотреть прямо в глаза хозяину, она в себе не нашла, поэтому так и стояла уткнувшись в пол. Сцепив руки перед собой, и ссутулившись, она нервничала, и бледнела.
 -Подойди. – Повторил он, и по комнате пронесся шорох ветра. Девушка, быстро засеменив мелкими шажками, подбежала к трону. Кукулькан заметил, как её кожа покрылась липким потом страха, как дрожат кисти девушки. Так удовольствие не получишь. – Пей, и сестре дай половину.
 Магновение, и один из глинянных кувшинов с вином взлетел в воздух, и оказался в руках аномалии, глина часть земли, и легко попадала под влияние Кукулькана.  На подлокотнике трона лежали красные теонана́катль, вызывающие галлюцинации, этим грибом делились покоренные ацтеки, они же и назвали его так. Теонана́катль – тело бога. Этот наркотик, стал одним из способов ненадолго отрешиться от пустоты, которая терзала идол майя, и повелитель старался всегда держать под рукой хоть парочку таких. Раскрошив шляпки грибов, Кукулькан бросил их в кувшин, и опасный галлюциноген растворился в сладком вине.
Наложницы подчинились, а куда им было деваться? Жажда жизни сильна в людях, за редким исключением, а молодые девушки очень хотели жить, прекрасно зная, что бывает с теми, кто разгневает Кукулькана. Первая туземка, ополовинив кувшин, передала его сестре. Фактически, безобидные на вид грибы являлись сильным наркотиком, не каждый современный синтетический мог похвастаться таким воздействием. И если одна из двух близняшек оказалась одурманена галлюциногеном. То вторая, та, что выпила с вином осевшие на дно кусочки грибов, упала без чувств. Она ещё пыталась удержать равновесие, схватившись за край стола, но глаза закатились наверх, ноги подкосились, а сама девочка тихо пискнув, потеряла сознание.
 -Оставь её. – Одернул Кукулькан вторую пошатывающуюся девушку, которая хотела помочь сестре. Идол сделал манящий жест рукой, и беспомощную рабыню притянуло к нему потоками воздуха. – Ты пленница, и твоя жизнь, в моих руках. Хочешь, чтобы ваши сердца и дальше бились, повинуйся, и ублажай меня.
Кукулькан бросил в рот горсть грибов, его движения ещё минуту назад скованные, стали свободны. Девушка успела заметить, насколько большие его клыки, как у ягуара… Наркотик не действовал на аномалию полностью, мистическая энергия уже давно изменила человеческое тело, и доза теонана́катль, способная убить десять взрослых мужей, его просто слегка опьянила и расслабила.

 Кукулькан обхватил наложницу руками, и сорвал с её груди повязку. Губы впились в нежные соски, пока вторая рука освобождала её от набедренной повязки. Девочка уже не боялась носителя, галлюциногены практически погрузили её в транс. Глаза полуприкрыты, тело расслаблено, ноги подкашивались, а на щеках появился румянец. Это то, чего и добивался владыка. Ему не нужна в постели перепуганная до смерти самка. Вот так, массирующими движениями рук между её расслабленными бедрами, он подготовил её к соитию. Еда, женщины и охота, остались единственными доступными ему радостями. Тот, кто раньше стремился к познанию, сейчас мало чем отличался от зверя, одержимого одними лишь инстинктами.
 -Начинай. – Сказал Кукулькан, краем глаза наблюдая за второй девушкой, и убеждаясь, что она ещё дышит. Не то чтобы он беспокоился, за чью либо жизнь, просто заниматься сексом рядом с погибшей от отравления наложницей ему не хотелось. Последнее время, он чувствовал омерзения, от одного только вида трупов. Слишком много уже жизней он оборвал, своими собственными руками.
 Оставшаяся в сознании близняшка, не понимала, чего от неё хотят, так сильно затуманило её зельем. Поэтому Кукулькан сам поднял девочку, и, раздвинув рабыне ноги, насадил её на стоящий член. Девушка даже не вскрикнула, когда отнюдь не маленькое мужское достоинство майя пронзило её девственную плоть. Только слезы, текущие из глаз, прочертили влажные дорожки на смуглых щеках.
 Кукулькан не собирался останавливаться, пока наркотик хоть ненадолго погасил сковывающий его душу мрак, он собирался насладиться простыми плотскими радостями. Обхватив бедра хрупкой девушки, он начал двигать её, заставляя раз за разом впускать в себя эрегированный орган. В свете факелов слившиеся на троне тела представляли удивительную картину. Молодая, стройная и хрупкая девочка, только недавно перешагнувшая восемнадцать сезонов, с плоским животом и узкой талией, и огромный, больше любого из воинов племени, властелин. Каждая пора Кукулькана дышала силой, канаты мышц, бугрящиеся под кожей, прочные кости, могучая грудь и широкие плечи. Титан, который фактически насиловал одурманенную рабыню.

 Мужчина наслаждался теплом, дыханием, и запахами молодой живой девочки, радовался даже суррогату истинных чувств. Он любил, когда то и правда любил, безумно и сильно. Он любил одну женщину, и никто её полностью не заменит. Остальные – только игрушки, которые очень быстро ломаются. Скоро девочка и сама начала стонать, сквозь пелену наркотической вуали, стали пробиваться её простые животные инстинкты. Наложница обхватила руками шею Кукулькана, и сама стала двигать бедрами, повинуясь простым, заложенным в каждой самке порывам и инстинкту размножения. Постепенно, в себя стала приходить вторая рабыня, она медленно поднялась, окидывая пространство затуманенным взглядом.
 Уже приближаясь к кульминации, Кукулькан довольно откинул спину назад, выгибая могучее тело. Член проник в рабыню ещё глубже, и начал выплескивать внутрь струю за струей, которые наполняли белым семенем девушку, упавшую без сил ему на грудь. Она тяжело дышала, почти потеряв сознание. В этот момент, краем глаза, Кукулькан увидел нависшую над ними тень, за спиной которой горели факелы. Единственный раз, он оказался уязвим, так уж сошлись обстоятельства. Не ожидавший атаки Кукулькан, и лишенная грибами всякого страха девушка. Вторая близняшка, подобрала с одного из столов нож, и ударила в сердце аномалии, пронзая мышцы.

 Простой человек тут же отправился бы к праотцам, но не Кукулькан. Сдавленно застонав, он отпихнул мешавшую ему первую наложницу, и она кубарем скатилась на каменный пол, тряся головой и не понимая, что происходит. Сил убежать у убийцы не было, она так и стояла рядом с троном, удерживая нож, который вошел по самую рукоять. Раненное сердце билось в агонии, и носитель понял, что ещё чуть-чуть, и он умрет. Именно это, и подвигло его нарушить ту границу, которую он раньше не переступал. Питаясь душами животных, бог понял, что эта энергия и есть сама жизнь, а может даже нечто большее.
 Кукулькан схватил горло дикарки, и, недолго думая, сдавил его в смертельном капкане. Трахея и позвонки с жутким хрустом мялись и ломались, под сильными пальцами титана, а обреченная девушка делала последний хриплый вдох, только продлевая свою агонию. Кукулькан поглощал, поглощал сверкающий туман, истекавший из тела погибающей пленницы. Он впитывался без остатка, пробегая горячим потоком по руке, и разливаясь по телу, наполняя его ощущением небывалой легкости и силы. Экстаз, рядом с которым приход от грибов, сущая мелочь. Поглощая душу разумного, он видел проносящиеся перед глазами картины её жизни, от самого детства, до конца. Он видел, как девочка впервые играла в лесу, как молодая туземка училась у матери следить за домашним очагом, как катастрофа, вызванная Кукульканом, уничтожает её деревню. И как последнее, что увидела дикарка, это два светящихся багровым светом глаза, в которых она утопает. Это была феерия, ничего похожего на простые удовольствия. Квинтэссенция наслаждения, удовлетворения абсолютно всех потребностей, какие только могут быть, единственная радость и единственная цель, с которой теперь ничего не сравнится. Пожирание души разумного.
 Первая близняшка рыдала, своими глазами увидев, как рассыпается прахом тело её сестры, с которой она прожила всю жизнь, а кровоточащая на груди Кукулькана рана затягивается, выталкивая из себя лезвие ножа. Она поднялась, и на нетвердых ногах побрела прочь, чувствуя, как по ногам у неё стекает кровь вперемешку с семенем того, кто только что убил её сестру.

 Удар за ударом, сердце монстра оживало, напитанное поглощенной энергией, оно билось как ненасытный зверь в клетке из ребер. Первым порывом идола было сожрать эту хрупкую девушку, пятящуюся к стене, а затем начать крошить всех, абсолютно всех людей, до которых только он сможет добраться. Каждая душа в этом мире, станет его пищей. Чудовищным усилием воли, Кукулькан переборол это желание. Не из альтруизма, а просто поняв одну простую вещь, он смертный, чья жизнь сегодня вполне могла оборваться. Погибнув, он не сможет пить души, а значит… надо стать тем, что просто нельзя убить.
 -Одевайся. – Бросил он дрожащей на полу девочке одежду, но та даже не обратила на неё внимания, продолжая размазывать сопли и плакать. Голос майя, сейчас походил на звериный рык, от которого по спине девочки пробегали мурашки. – ТЫ расскажешь всем, что случается с врагами Кукулькана.
Если бы пернатый змей видел выражение её глаз, то без раздумий оборвал бы хрупкую жизнь рабыни. Но он был слишком занят, спускаясь с пирамиды, идол готовил план, план обретения собственного бессмертия. С сегодняшнего дня, он будет принимать только одни жертвы – человеческие. Как раз ещё остались мелкие непокоренные племена, что ведут партизанскую войну, он собирался закрыть глаза на эти мелочи, но теперь…теперь будет глупо, упускать добычу.

 Вспышка света.

 Величие природы порой давит, оно угнетает слабого человека, заставляя его ощущать свою ничтожность, но оно же вдохновляет сильного, открывая тому новые горизонты. Вулкан. Дышащая жаром и исторгающая пепел гора, возвышающаяся на многие мили над землей. Когда-то, склоны горы были щедро усеяны зелеными лозами винограда, и кофе, но год назад всё изменилось. Орисаба проснулся от тысячелетнего сна, и огненным потоком смыл всё, что росло и зиждилось на его склонах. Дым, чадящий из самых глубин, тогда закрыл всё небо, от горизонта до горизонта, и многие годы, ни майя, ни ацтеки, не смели приближаться к нему. Но всё меняется. На вершине стояло с полсотни человек, что преодолели восхождение на пять тысяч метров над уровнем моря, и один из них, человеком уже не был…почти. Всего шаг, отделял его от грани.
 В окружении туземцев, сидел Кукулькан. Он стал ещё выше, когда-то темная кожа стала отсвечивать зеленым, а в глубине глаз зародился, и больше не пропадал зловещий красный блеск. На лице у гиганта была маска, из дерева, костей и перьев, с прорезями для глаз. Она закрывала верхнюю половину изменившегося лица. На спине, он всё так же носил плащ из перьев тропических птиц, и набедренную повязку, больше ему ничего не требовалось. Оружие осталось в прошлом, оно не нужно тому, что может заставить небеса разразиться бурей, или саму твердь земли, обрушиться в бездну. Все остальные, кто находился на горе, являлись либо слугами, либо жертвой. Жестокой дланью, Кукулькан объединил все народы континента до единого, и провозгласил себя богом, пока только провозгласил, но сегодня, сегодня он собирается по-настоящему им стать.

 -Всё готово. – Склонился перед Кукульканом один из его жрецов. Они не называли его богом, или ещё как-то словами выделяя особенность своего покровителя, в отличие от других людей. Вместо слов, они приносили ему жертвы, сотни животных, тысячи драгоценных изделий и яств, а последнее время, ещё и людей. Преступники, враги, без разницы, главное принести жертву живому богу. Каждый культист, из тех, кто не в страхе, а по велению фанатизма пошел за ним, готов был отдать саму жизнь, во славу владыки стихий. – Можете начинать, верховный.
 Кукулькан молча поднялся, он вообще стал очень мало говорить, да и было бы с кем. Движения его отличались плавность, и нечеловеческой гибкостью, потоки ветра сами несли его. Владыка заметил, как блестят глаза у всех его последователей, фанатики, сумасшедшие, но полезные, во всяком случае, пока. Окончательно утонувший в безумии мозг, преследовал последнюю, навязчивую цель, что хоть отчасти могла назваться человеческой. Месть. Вокруг жерла стояли деревянные столбы, вбитые прямо в твердую вулканическую почву, и к каждому привязали по жертве. Не просто случайного человека, не просто врага племён. Каждый, кто сегодня погибнет, так или иначе, принимал участие в гибели его семьи. Эти жертвы намного ценнее, чем простые души. Сколько же лет ушло, чтобы собрать их всех, и как сокрушался молодой бог, что двое из них умерли раньше, чем тот смог добраться до убийц.
 -Солнце в зените, прекрасный день, чтобы родиться заново. – Кукулькан сделал глубокий вдох, могучая мускулистая грудь увеличилась в объеме. Голос бога был сух, а глаза осматривали площадку для жертвоприношения. Под ногами, толстым слоем, лежали вулканическое стекло и пепел, а в раскаленном воздухе витал запах серы. Где-то внизу бурлила лава, которой было глубоко наплевать на собравшихся сверху людей, кровь земных глубин жила своей жизнью. Ещё немного, и произойдет очередное извержение, об этом свидетельствовали многочисленные газовые выбросы, на склонах горы, а так же нарастающий подземный гул. Серые хлопья, подобно снегу оседали на землю, и на стоящий здесь же на вершине алтарь, сложенный культистами из костей животных и людей.

 Кукулькан сорвал маску с лица, от этого зрелища, никто из окружающих не остался равнодушным, правда, чувства у всех оказались в корне противоположными. Глядя на испещренное древними символами лицо, на котором уже просвечивались темно-зеленые чешуйки, и исчезала человеческая мимика, культисты – восторженно шептались, простые туземцы пали ниц, а пленники, забились в ужасе. Их крики разносились далеко вокруг, заглушая даже рокот раскаленной магмы в жерле горы, Кукулькан специально не стал затыкать им рты, пусть кричат, это один из немногих звуков, которые ещё радуют его пустую душу. Отдельно, возле алтаря, стояла одна из рабынь, та самая, кто выжила на вершине пирамиды, она довольно долго ублажала его, в отличие от прошлых, которых носитель аномалии погубил немало. Не то чтобы девушка хотела этого, но выбор у неё был невелик.
 Идол посмотрел на небо, и резкий порыв ветра сдул с площадки весь пепел, а редкие облака наверху растаяли, как будто их и не бывало. Шаг, ещё шаг. Кукулькан медленно обошел стоящие полукругом столбы, он, прищурив глаза, с удовольствием слушал, как могучие воины просят пощады, или хотя бы смерти, а не того что им приготовил безумец. Сейчас он сожалел, что в порыве гнева убил вождя так быстро, стоило и его заставить страдать, долго, мучительно, а не просто испепелить на месте. Каждый раз, как охотник ступал на землю, под босыми ногами аномалии, трескался обсидиан, вулканическое стекло тоже порождение земли, тоже часть силы повелителя майя. Осколки чистого минерала, повинуясь его воле, взмывали с воздух, и оседали на руках бога.
 -Сегодня, слабый человек исчезнет, те, кто шел за мной, получат награду, о которой и не мечтали. – Кукулькан дернул руками, словно стряхивая воду, и хаотично налипшее вулканическое стекло, резко слилось в длинные черные когти, хищно блестевшие в лучах солнца. – Те же из вас, кто повинен в убийстве моей семьи, сегодня, вы первыми отправитесь во мрак.

 Резкий, неуловимый, словно порыв ветра взмах, и горло первого пленника расцветает широким, рваным разрывом. Из вскрытых артерий и вен, струями выплескивается алая кровь, щедро орошая вулканическую почву. Часть капель попали на лицо Кукулькана, застывшее в чудовищной ухмылке. Он радовался, глядя, как его враг заходится в булькающей агонии, как по телу пробегают последние спазмы, затихая, вместе с покидающей его жизнью. Где-то, в самой потаенной глубине души, где ещё был тот охотник, который любил свою семью, и больше всего в жизни страшился одиночества, он почувствовал удовлетворение. Но потом, жажда смыла все другие чувства и желания. Следующий! Крики, как же они прекрасны! РЫВОК!! СИЛЬНАЯ ХВАТКА БУКВАЛЬНО КРОШИТ ГОРЛО ВТОРОГО ПЛЕННИКА, ВЗМАХ, И ТРЕТИЙ СТОНЕТ С ОГРОМНОЙ РАНОЙ В ГРУДИ, ГДЕ СРЕДИ РЁБЕР ДЕЛАЕТ ПОСЛЕДНИЙ СПАЗМ ИСТЕРЗАННОЕ СЕРДЦЕ! СДОХНИТЕ! ВСЕ! ВСЕ, ДО ЕДИНОГО! ВСЕ КТО ЖЕГ, ТРАВИЛ, ВСЕ КТО ПОМОГАЛ БЫВШЕМУ ВОЖДЮ УБИТЬ ЕДИНСТВЕННЫХ ДОРОГИХ ЕМУ ЛЮДЕЙ. УМРИИИИТЕ!!!

 Хруст костей, звук рвущейся плоти и льющейся крови, становился громче, а мольбы и крики жертв затихли, с уменьшением их количества... Обезумевшая аномалия рвала на части людей, словно игрушки. Мучительно, жестоко, без тени пощады. Культисты бились в экстазе, но благоразумно держались подальше от разбушевавшегося божества. Простые майя дрожали от страха, как осенние листья на ветру, а прикованная к алтарю молодая туземка плакала, всхлипывала, потеряла способность двигаться от ужаса, но не могла отвести загнанный взгляд от разыгравшейся бойни.
 -Ашь-шь! – Вскрикнул Кукулькан, поднимая руки к солнцу. Обсидиановые когти рассыпались, опадая на землю, а из безжизненных тел, к нему потянулись видимые сейчас даже обычным глазом сверкающие нити. Одно за другим, иссыхающие трупы прахом падали на землю, а Кукулькан шагнул к обрыву. Когда он оказался на самом краю, культисты в фанатическом экстазе забормотали, пожирая глазами владыку.
 -Ку-куль-кан! Ку-куль-кан. – Скандировала толпа, когда бог прыгнул прямо в жерло. Охотник отправлялся в огонь, ненависть к которому так и не угасла. Плащ сгорел еще в воздухе, задолго до того как тело аномалии упало в раскаленную лаву. С глухим, сдавленным звуком, геенна огненная поглотила его, только несколько огненных брызг взлетело в воздух в том месте, где Кукулькан ушел под лаву.
 -Умри, ну же. – Раздался тоненький голос прикованной к алтарю наложницы. Несколько минут ничего не происходило. Рабыня уже начала надеяться, что идол сгорел, сгинул в раскаленной пучине, избавив мир от своего присутствия. Хор культистов затих, фантики стали нерешительно переглядываться между собой, и в этот самый момент, земля дрогнула.

 Вулканическая почва вибрировла и трескалась, на склонах горы то и дело выстреливали в воздух огненные и пепельные гейзеры. На много миль вокруг, сейсмические волны всполошили всю живность, но это было только начало. Вулкан извергся, взорвался изнутри, выбрасывая из жерла раскаленную лаву и пепел. Свет дня померк, после того как солнце заволокло серой взвесью, запахло серой. В бьющем вверх потоке, дикари различили движение.
Огромный сгусток лавы, принимал форму змея, длинное гибкое тело обрастало черным вулканическим стеклом, из которого формировались бронированные пластины, сквозь щели в которых пробивался оранжевый свет. Пасть прорезалась частоколом длинных, размером с меч зубов, а на спине выросли черные крылья, ровно шесть, словно собранная мозаика из острых осколков. Но самым ужасным зрелищем, стали глаза. Два багровых шара, лучащиеся первозданной жаждой крови, без малейшего отблеска человеческого сознания. Титан обратил их взор на замерших внизу людей. И, даже самые храбрые воины, почувствовали себя добычей, на которую сквозь тропическую листву смотрит ягуар. Почувствовали себя просто пищей.
 Первыми побежали воины ацтеков, за ними остальные племена, наконец, даже культисты, помчались прочь, уступив животному страху. Люди бросали оружие, прекрасно осознавая, что примитивные копья и дротики, это совсем не аргумент против такого врага. Но спасения не было, пернатый змей раскрыл крылья, и, пикируя, пожрал одного воина за другим. Никто и ничто не могло спастись от его пасти. Обрушиваясь с небес, он настигал всех и каждого. Смыкал на убегающих смертных свои челюсти. Но майя не ел людей… Пойманные воины, просто высыхали в его пасти, а на землю падали выплюнутые кости и прах.
 Аномалии не нужна была физическая еда, Кукулькан, ставший чем-то гораздо большим, чем просто живое существо их плоти и крови, поглощал души. Извержение заканчивалось, потоки лавы уже просто стекали по склонам горы вниз, а на вершине остался только один человек, тот, кто не мог её покинуть. Прикованная к алтарю девушка, смотрела налетающего монстра, и на прах, оставшийся от жертв. Хрупкая рука, нащупала под ногами острый кусок обсидиана, и медленно подняла его.

 -Если душа оного человека, хоть что-то может, то я отдам её. – Девушка обреченно смотрела на летящего монстра, который разворачивался к ней. Поглощенные жизни усилили бога, на спине Кукулькана появился шипастый гребень, а у основания головы, подобие короны из перьев. Её голос дрогнул, но руки двигались. – Тогда я отдам её, и пусть огонь примет мою жертву.
 Решительный взмах, и острые края обсидиана впиваются в беззащитную грудь, протыкая сердце. Рабыня шипит сквозь сжатые губы, боль заполняет всё её тело, а на мену ей приходит онемение и темнота. Лишь об одном она жалеет… Слабеющая рука проводит последний раз, по слегка округлившемуся животу, и падает. Кровь щедро окропляет алтарь, на который оседает умирающая девушка.
 Гора словно сошла с ума, последний выброс оказывается такой силы, что попадает в пролетающего над жерлом Кукулькана. Было ли это совпадение, или Орисаба принял жертву молодой девчонки, но лава облепила пернатого змея, который, уже не мог просто так погибнуть. Вместо этого, он свил свои кольца, защищая морду и глаза от раскаленной стихии, и упал прямо в кипящий ад. Но лава не могла убить то, что в ней же и родилось. Монстр погрузился в сон, в самых недрах земли, чтобы однажды, когда глупые люди забудут его жестокость и снова прольют кровь в его честь, в небо вновь взмыли шесть черных крыльев. О, он вернется, подумал Кукулькан, закрывая глаза. Обязательно вернется.

Ричард.



 Очередное погружение в чужие воспоминания, и очередное пробуждение в страхе. Вот чем встретило меня утро. В этот раз я даже не закричал, успел заранее сомкнуть челюсти, чтобы ненароком не перебудить своих спутниц. Такие видения скоро станут привычкой, а то ощущение, когда энергия души впитывается, и наполняет всё тело трепещущей радостью, кошмар, я же ощутил это извращенное наслаждение как наяву!
 -Доброе, Ричард. – Лежащая рядом на листьях Славя, томно потянулась, и заразительно зевнула. Блондинка без всякого стеснения мылась и спала с нами, даже не краснея. Я так не мог. Каждый раз, как взгляд украдкой падал на обнаженные тела, равнодушным остаться не получалось. А затем хитро подметила. – Смотрю, не только ты встал.
 -Вы о чем? – Сонно завозилась под другим боком Юлия. Девочка моргнув и дернув левым ушком, вопросительно уставилась на улыбающуюся Славю, и перевернувшегося на живот меня. – Что там встало?
 -Да не обращай внимания. – Отмахнулась блондинка. Какой у неё всё же приятный голос. – Так, что естественно, то не безобразно.
 -Прости. – Я покраснел, точно покраснел!
 -Оставь Ричи, думаешь, я не видела, какими ты глазами смотрел вчера на то, как я Юле спинку мыла в реке? – Славя совершенно не осуждала меня, наоборот, всё тот же открытый, понимающий взгляд голубых глаз, и как у неё получается?. – Надо всегда быть честным с самим собой.
 -Хвост теребил? Да, парни это любят. – Юля вставила свои пять копеек, попутно прилизываясь. Натурально прилизываясь! Девочка смачивала языком тыльную сторону ладони и уже ей приглаживала взъерошенные волосы.
 -Что любят? – Прыснула блондинка.
 -Ну, хвост, который у них спереди. – Юля назидательно подняла палец вверх. – Когда он у них опухает, парни начинают его теребить, пока не станет как раньше.
 -Мда. – Резюмировал я. Невидимость вполне способна нанести психическую травму своему обладателю, даром что ЮВАЮ наверное старше нас всех. – Шутишь же!
 -А то. – Юля обнажила белые клыки, в веселой ухмылке. – Что я, совсем зеленая? Сколько раз за спариванием наблюдала, и вообще, за всяким. Интересно же было. Меня саму никто не видит, ну, почти, вот оставалось, наблюдать, наблюдать, наблюдаааать.

 Мы пошли вперед рано, небо постепенно светлело, и дорогу разобрать вполне удавалось, но само солнце ещё даже не показалось на горизонте. Вокруг стоял гвалт от целой стаи мелких серых птиц, и пришлось очень часто прибегать к зрению аномалии. Кто знает, что может скрываться среди деревьев или травы, ещё и скрытое фоновым шумом. Завтракали яблоками, которые ещё вчера нарвали перед привалом, и напились воды из реки, не используя фильтры. То, что вода в ней чистая, мы уже поняли, а если там есть какие-либо необычные вирусы или бактерии, так от них ни один фильтр не спасет. Небо радовало облаками, белыми, легкими, без намека на дождь, но от палящих лучей вполне спасут. Дышалось тоже очень легко, свежий утренний воздух, разбавленный влагой реки и ароматом растущих на берегу цветов, словно сам втягивался в легкие.
 -Всё же, может, в бункер схожу я один, а вы девочки подождете неподалёку? – В который раз уговаривал я капитана, попутно хрустя яблоком. Пусть и кислая, но мякоть утоляла голод, а заодно избавляла от неприятного утреннего привкуса во рту.
 -Нет. Будем идти вместе, разделяться не стоит. Аккуратно, с оружием наготове, но вместе. – Славя кивнула на Юлю. – Если бы посылали одиночку, то невидимая девочка первый выбор, но кто знает что имел ввиду Семнадцатый, когда писал ОНИ. Это вполне может оказаться какой-нибудь зверь, а они нашу ушастую видят.
 -Я за вас волнуюсь. – Вылетели слова раньше, чем мозг успел их обдумать.
 -Как и мы за тебя. Ричард. – Славя и глазом не моргнула в ответ на это заявление. – Оставь эти геройства, ты бесспорно хорош, но мы отряд, и в данных обстоятельствах, должны держаться вместе.

 Как ни крути, а в принципе она права. Вот только знай Славя про козырь у меня в рукаве, может и поменяла бы своё решение, а так... Вход в бункер обнаружился внезапно. Мы, как и указанно в карте и записях Семнадцатого, двигались у самого подножия скал, с левого края ущелья, когда увидели огромный проем. Переглянувшись, мы отступили в сторону деревьев, и разглядывали вход уже с расстояния, и замаскировавшись в кустах.
 -Не похоже, чтобы это так задумывали. – Славя оглядывала пещеру, в которую вполне мог въехать белаз. Сам проход был неглубокий, десяток метров от силы и заканчивался тем, что когда-то было дверью…
 -Не могу сказать, что именно тут случилось, но разруха действительно эпическая. – Согласился я с блондинкой. Вход в бункер, изначально был замаскирован землей, и закрыт стальной дверью. Сейчас же, вся почва вокруг перерыта, хаотично раскиданы камни и куски скал, а две стальные затворки, запирающие вход в бункер, валялись на земле, искореженные и черные от копоти.
 В этот момент, я почувствовал дуновение, отдающее смрадом гнили, и сделал то, что наверное надо было предусмотреть заранее. Я перешел на зрение аномалии. В темноте прохода, за сломанными вратами, куда не попадали солнечные лучи, стояло огромное облако красного тумана, буквально пересыщенного энергией. По спине пробежали мурашки, когда в полумраке загорелось два больших, размером с мяч, красных глаза, которые пристально смотрели прямо на нас.


Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Славя(БЛ) Юля(БЛ) Женя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 20. Выбран путь в бункер.

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17

часть 18

часть 19


Ричард.



 Если верить карте, то путь к бункеру, а именно туда мы и решили направиться, был неблизким. Причем больше всех туда рвались именно наша ушастая спутница, во время голосования она всеми лапами уцепилась за это место. Уже тогда, причина не была для меня секретом, Юля шла за добычей, может, в ней проснулась внутренняя клептоманка? Хотя, о чем я, девочку прекрасно можно понять. Пресная еда надоела аномалии, да и поживиться в месте, где обитали люди точно можно. Иногда, сопя во сне, Юля едва слышно бормотала слово «припасы». Смущало только то, что была вероятность натолкнуться на НИХ, на существ которых упоминал в дневнике Семнадцатый. Тех самых, что уничтожили бункер, и, по видимому, являлись местным бичом всего живого. Ох, недаром даже названия неведомых тварей не произносят, это должно быть что-то реально жуткое. Но, в бункере 112 может быть ценная информация, не говоря уже о многих, так нужных нам вещах, а опасности… Мы из схватки с Кукульканом вышли живыми, у нас плазмомет и способности двух аномалий, так что, шансы неплохие. Мы втроем, тщательно всё обговорили, и лезть наобум совсем не собирались, разведка, оценка обстановки, расстановка приоритетов, но это потом, до цели ещё надо добраться.

 Ущелье ещё больше походило на долину, приходилось залезать на высокое дерево или холм, чтобы искать ориентиры, и, глядя на далекие скалы, лишний раз убедиться, что пути по сторонам нет. Или вперед, или назад, отвесные скалы не преодолеть, без снаряжения во всяком случае. Лично я, очень хочу посетить «реликт», Семнадцатый писал в своем дневнике, что это одно из немногих мест, куда ОНИ не залетают, скорее всего, боятся. Кроме этого, моё внимание привлекла именно формулировка «-ОНИ не подлетают к Леднику, ближе чем на несколько миль. Даже если преследуют добычу». Крылья, у них есть крылья, или что-то другое, что помогает врагу держаться в воздухе, а значит, надо следить за небом одним глазом, ну кроме меня, у меня сейчас совершенно особые рецепторы. Поэтому продвигались мы без особого напряжения, осторожно, но не шарахаясь каждого звука и тени.

 Способности древней аномалии, не знаю пока, как, и навсегда ли, они стали моими. Во время путешествия я выкраивал время потренировать их, причем достиг немалых успехов. Мог бы и больше, но заниматься приходилось втайне от Слави и Юли, в основном на привалах, когда была моя очередь караулить, слуху Юли мы не перестали доверять, но что не бывает? Крабов, например, она так и не учуяла. И в темноте, когда девочки сладко спали, наступало моё время. Я призывал потоки ветра, крутиться маленьким смерчом у меня на ладони. Я прикладывал руки к почве под ногами, и чувствовал, как в её толще возятся черви, зная, что могу раздавить их землей, просто пожелав этого. Пару раз, запустил сгустком воздуха, в пробегавших вдалеке шакалов, судя по визгу, даже попадал. Мохнатые падальщики появились совсем недавно, по какой-то причине, они не забегали в верхние угодья ущелья, а здесь их наблюдалось немало. Близко они не подходили, да даже если и нападут, от пятерки я отобьюсь и без поддержки стихии. К тому же, они весьма боялись нашу хвостатую спутницу. Стоило неке просто сверкнуть на них своими глазами, как шакалы уносились прочь, поскуливая и поджав хвосты. Один раз, уже покидая стоянку, мы видели, как эти хищники съели оставленные нами рыбьи косточки, и даже разворошили кучу веток и листьев, на которых мы ночевали, наверняка там оставался наш запах. Эх, сюда бы матрас надувной, или палатку, а ещё лучше и то, и другое, хотя… и так норм. Буду честен, спать с двумя девушками под боком, это кайф.
 Что же до новых возможностей, в целом, они радовали, пусть и не без нюансов. Каждое использование аномалии, выматывало, забирая часть моих жизненных сил и вызывая физическое утомление. Степень этого, напрямую зависела от количества использования, и затрат силы. Что-то мне подсказывает, что этих побочных эффектов не будет, если использовать сначала поглощение энергии, однако, становиться на путь Кукулькана я не спешил. Не буду врать самому себе, но витающая вокруг жизнь, манила. Не раз и не два, мне стоило огромных усилий сдержать порыв прибить пролетающую мимо птичку или пробегающую ящерицу, и пусть даже и крохами блестящего тумана, утолить этот голод. Это оставим на крайний случай.

 Постепенно, я стал манипулировать стихиями на более тонком уровне. Например, в самый разгар жары, я нагонял поток ветра с края ущелья к нам, и свежий воздух чувствовался постоянно, это стоило определенных усилий и затрат ресурсов собственного организма, что впрочем компенсировалось усиленным пайком. С едой проблем не наблюдалось, вокруг росло немало плодоносящих деревьев и кустов с ягодами, правда, есть незнакомые фрукты мы избегали. Так же, теперь я мог всегда понять, где в реке больше всего рыбы, ощущая токи воды, и вполне неплохо бить добычу острогой, но у неки выходило круче. Рыбачила по большей части Юля, а мы с командиром её охраняли. Река нас кормила и поила и купала, хорошо, что бункер недалеко от неё, так что можно и дальше двигаться по течению.
 -Ну что, сегодня я пойду на охоту один, как и договаривались? – Спросил я Славю. Мы как раз остановились на обеденном привале, облюбовав для этого уютную березовую рощу. Деревья давали приятную тень, а кроны шевелились от ветра, заставляя тени на траве плясать. Юля свернулась калачиком на траве и дремала, как я успел заметить, днем, она спала с большой охотой. Славя же, обеспокоенно смотрела на меня, явно не одобряя такую авантюру. Хоть и был уговор, что сегодня я иду на вылазку без них, уж больно хотелось проверить свои способности, пусть пока и очень далекие от силы идола майя. – А вы пока подготовите хворост для костра.
 -Хорошо Ричард. – Вздохнула Славя, усаживаясь на траву. – Только возьми с собой ружьё, и ради бога, будь осторожен.
 -Нет. – Отказался я от плазменного козыря, всё же нельзя оставлять девочек безоружными. Даже отлучаясь ненадолго, я волновался, душа беспокоилась за девчонок, слишком дороги они мне стали. Годы морального одиночества, прервались таким вот странным приключением в компании двух прекрасных девчонок. – Пусть останется у вас, если что, стреляй, не раздумывая, ваша безопасность – это главное. А у меня вон, лук есть, не пропаду.

 Лук, ха, слишком гордое название для едва гнущейся палки и тетивы из хордовых жил пресноводного ската. За спиной, на веревочке, болтались стрелы из прочных веток, с закаленными над огнем остриями, так, чтобы удобно было доставать из этого «колчана». Убойная сила и прочность вышли неплохими, но из такого лука ими особо не постреляешь. Кстати вкусный был скат, наверное, самое вкусное и нежное мясо, которое я пробовал в жизни, учитывая, что готовилось оно без соли и специй. Жалко, что эти странные обитатели реки, почти всё время проводят на дне, смешавшись и илом, и ловить их не просто даже с моим зрением охотника. «Лук», нужен был только для объяснения удачной охоты, добывать еду я собирался с помощью аномалии. Нет, я и из этого недоразумения что-нибудь да подстрелю, контуженую куропатку, например, или хромого зайца, но зачем мучатся, если я сам по себе огневая батарея? Удалившись от стоянки, я ещё раз прошелся по окружающему пространству глазами аномалии, дабы лишний раз убедиться, что вооон за тем кустиком не прячется большой и клыкастый…кто-нибудь!

 - Так-так-так. Что тут у нас? – Пробормотал я, глядя на небольшой ручей. Поток воды, преградивший мой путь, был настолько прозрачен, что при желании можно сосчитать каждую песчинку на дне, и ни одного живого существа, ни рыбки, ни лягушки. Судя по направлению течения, он впадает в нашу огромную реку. Ручей неглубокий, но шириной метров пять, пить мне пока не особо хочется, но на ту сторону перебраться надо, а, была, не была. Я вошел в поток, и медленно двинулся вперед. Вода доходила мне почти до колен, но костюм надежно защищал от протекания. Я не читал всё досконально про эту разработку, там было что-то про микроскопические клапаны, которые пропускают воздух, но тут же схлопываются при попадании воды именно снаружи. Круто. Уже почти добравшись до противоположного берега, я буквально копчиком почувствовал какую-то тревогу, ощущение опасности.
 - Эй, малыши, вы чего это? – Спросил я у косяка пескарей, который носился вокруг меня по часовой стрелке, образовав кольцо со мной в центре, готов поклясться, раньше их не было. С разных сторон, в этот поток вливались всё больше рыбок, и наконец. Момент, когда вся эта толпа кильки кинулась на меня, я подловил, а так же блеск мелких зубов в пасти каждой из них.
 -А вот хрен вам, сардины драные. – Что делает человек в критической ситуации? Правильно, матерится. А что делает человек в критической ситуации, но с боевой подготовкой? Матерится, попутно спасая свою жопу! То, что костюм им не помеха, я понял сразу, и защитился уже на инстинктивном уровне. Что бы ни произошло в портале, но сила стихий, бурлившая в Кукулькане, теперь защищала меня как родного, она была моими руками и ногами, моим дыханием, плотью и кровью. Раскинув руки в стороны, будто собираясь что-то оттолкнуть, я отбросил воду от себя, образовав абсолютно сухой участок, при этом используя как стихию воды, так и воздуха. Ручей отхлынул, и мелкие хищники последовали за водой.
 -Вот тебе и пескарики, мать вашу! – В центре ручья стоял я, удерживая воду на расстоянии пару метров, а вокруг бурлил живой, клацающий челюстями поток. Рыбы были невероятно ловкими, учитывая, что ни одна не осталась на сухом участке, все они живо отплыли вслед за водой, не стремясь перейти грань и покинуть родную стихию. В воздухе стоял шорох тысяч щелкающих челюстей, пробирающий до жути, было в нем что-то ненормальное. Таааак, надо валить. Медленно, шаг за шагом, я отходил к берегу. Сила аномалии удерживала вокруг меня кольцо без воды, которое двигалось вслед за мной, слава яйцам эти паразиты не могли ходить, я бы не удивился если честно. Первое, что я сделал на берегу, это хорошенько выругался, не громко, но со вкусом, вспомнил всех, начиная от мини-пираний и ила, на котором чуть не поскользнулся, и заканчивая этим миром в целом.

 -А теперь, давай посмотрим, что ты таишь, миленький ручеек. – Пока я шел по дну, то чувствовал, как что-то мешается ногам под песком, почему бы не глянуть что именно? Я указал раскрытой ладонью на такой мирный с виду ручей, направляя энергию на землю, масса песка рассосалась в стороны, открывая вид на…
 -Ха-ха-ха, нет, правда, тут можно ужасы снимать. – Дно ручья было усеяно костями, десятки, сотни белых, и пожелтевших от времени костяков животных, от весьма крупных до мелких, размером с куриное ребрышко. Но это было не самым страшным, самым страшным стало то, что стоило отпустить песок, как мелкие твари, бодренько работая плавниками, закопали каждую косточку обратно. Затем, косяк распался, и уже по одной, рыбы отплывали в стороны и…исчезали. Перед глазами был обычный поток пресной водички, с камышами на берегах и журчащей водой, вот только даже одного жука или водомерки не наблюдалось. Ричард, поздравляю, ты идиот, мог бы и раньше заметить такую не состыковочку. Не может водоем посреди леса быть необитаем, хоть какая-то живность присутствовать должна
 -Самые умные, да? – Я переключился на зрение охотника, и в черно-белом мире, рассмотрел множество красных искорок в реке, как ни в чем не бывало плавающих туда-сюда. Никуда опасность не делась, просто слилась с ландшафтом. Гадом буду, если дойдут руки, флору и фауну этого мира надо изучить, тут столько всего интересного, пусть и опасного. Эти мелкие ребята, каким-то образом мимикрируют, становясь невидимыми в воде, может у них пигменты на чешуе, как у хамелеонов или каракатиц? А может, они по-хитрому преломляют свет? А как меня подпустили к центру ручья, даже не нападая заранее, и как маскировали место охоты. Так и представляю, заходит в ручеек олень, и бац, а ног у него уже нет, весело. Боже, о чем думаю, будто наша цель жить тут, а не вернуться домой! Надо поохотиться и возвращаться к девочкам, пока ещё на что-нибудь подобное не наткнулся, или ещё хуже, такое, натолкнется на меня.

 Углубляясь в чащу, я окружил своё тело восходящими потоками ветра, пусть и слабые, но свою функцию они выполняли, уносили мой запах в небо. Зрение аномалии показывало мне каждую птичку в кронах, каждую мышку в лесном ковре, но я искал что-то покрупнее. Юля, допустим, не против будет поужинать жареными мышками, но Славя не оценит, наверное. Вот уж девушка так девушка, с практически полным отсутствием стеснения, но красотой модели, и фигурой мастера спорта. С одно стороны, она как открытая книга, добрая, отзывчивая, а с другой, кто знает, что творится у нее на душе? Иногда голубые глаза лучатся печалью, я совсем не знаю Славю, да и вряд ли она показывает свои истинные чувства всем подряд. Может и она, скажет, что мыши в принципе, нормальный белковый ужин? Уже когда я собирался разворачиваться, и тупо половить рыбу в реке, ветер донес до меня далекий шорох. Медленно, крадучись, я двинулся вперед, легкими шагами огибая сухие ветки и прячась между деревьев. Меня, конечно, учили бесшумному передвижению, но это… В закоулках памяти, всплывали образы и навыки древнего охотника майя, который в одиночку ходил на ягуара. Вместе с моими курсами выживания получалась гремучая смесь.
 Кабанчик. Молодая самка, и, судя по далеким звукам, она тут не одна. Недалеко пасется целый гурт, возможно даже с секачом во главе. Ну-ка. Метрах в ста от нас, в земле рылось целых семь крупных свиней, скрытых деревьями и травой, от простых глаз, но не от восприятия аномалии. Как же тебя грохнуть, будущий ты наш шашлык? Причем сделать это по возможности бесшумно, думай Ричи, ты не маг из фэнтези, чтобы убивать огненными шарами и каменными копьями, думай. Решение пришло внезапно, но для его исполнения, нужно сосредоточение, и силы, а на ручье их израсходовано немало, и восстановиться времени не было. Аккуратно прислонив руку к земле, я вытягивал из неё энергию. Трава в радиусе двух метров вокруг меня, скукоживалась и сохла, опадая на землю. Намного меньше силы, чем при поглощении животных, но и этого хватит, для точечного удара. Указав на добычу правой рукой, я сжал кулак, воздух, которым дышало млекопитающее, замер в его легких, не давая ни вдохнуть, ни выдохнуть, ни даже хрюкнуть. Кабаниха забилась, упав на траву, и дергая копытами, тщетно пытаясь вздохнуть. Рука, которую я использовал как проводник аномалии, дергалась от отдачи, но я упорно не давал добыче получить кислород, пока, наконец, она не потеряла сознание. Остановив давление аномалии, я в пару мгновений преодолел разделявшее нас расстояние, надо действовать быстро, пока добыча не оклемалась.
 -Ничего личного. – Я подобрался к лежащей тушке, и нанес удар, заточенная стрела, с просушенным наконечником, пробила сердце, и кабанчик испустил дух. После чего, я перерезал горло, выпуская на землю кровь, так мясо будет вкуснее. Черт, как же хочется впитать улетающую энергию, искры которой исходили из тела, и таяли, отправляясь непонятно куда. Я не вредитель в этом лесу, убиваю только то, что съем. – Так тебя и потащим в лагерь, со стрелой, пусть думают что я Леголас местного разлива.

 Связав передние лапы кабанчика гибкой молодой корой, я перекинул их через себя. Получился своеобразный рюкзак. Надо будет только тщательно отмыться потом, и не забывать поднимать ветер вокруг себя вверх. Если даже мой нос чует эту кровь, то пол леса хищников вместе со мной сбежится к лагерю.
Ручей. Я почти возле стоянки. Убедившись с помощью зрения охотника, что плотоядная мелюзга никуда не делась, я обдумывал способы перебраться на ту сторону. Нет, можно конечно как и раньше, просто заставить воду расступиться, но в голову пришла идея получше. Присев на одно колено, и расставив руки в стороны, я собирал потоки ветра вокруг себя. Перед глазами возникло видение, огромные крылья, что пронзают небеса. Силы утекали, и довольно быстро, но для задуманного должно хватить. Из глубин памяти всплывали навыки древнего монстра, которые должны стать моими, я приложу этого все усилия. Во многих книгах и фильмах, получивший такое человек борется с этим до последнего, как глупо. И будь на моём месте наивный дурак, он бы так и поступил, считая силу аномалии злом, но я не такой. Нет зла, нет и добра, есть лишь сила, а как её использовать, уже совсе-е-е-м другой вопрос. Я приму, всё то что было могуществом древнего бога, позволю этой памяти и чувствам пройти сквозь меня, и будь что будет. Я хочу, крылья!
 Ветер завыл, разбрасывая вокруг траву, пыль, и сухую ветошь. По поверхности ручья пошла рябь, неподалеку затрещали кроны деревьев. Потоки сгустившегося теплого воздуха покрывали тело, словно живая броня, делая его легким, приподнимая и унося за собой. При этом мне они не вредили, разве что приходилось глаза прищуривать, а вот ветку, которая чуть не ударила мне в лицо, отбросило. Стихия защищала меня, оберегала как мать родное дитя. Я планировал перенести себя воздухом на тот берег, но что-то пошло не так. Не рассчитал сил, да и опыта ещё не хватало. Создавалось ощущение, что меня поднял великан, и небрежно швырнул вперед, как какой-нибудь камушек. Приземление было не смертельным, но очень неприятным. Хорошо еще, что я упал на спину, придавив при этом тушку кабанчика, смягчившую падение. Сперва я даже струхнул, услышав, как она хрюкнула, но это были просто остатки воздуха, которые выбило из легких при падении.
-Ладно. Больше так рисковать не будем. – Пробормотал я, направляясь к лагерю. Времени по прикидкам где-то часа два, потом надо выдвигаться, если мы хотим пройти ещё какое-то расстояние до наступления темноты. Из кустов на пути выскочили два шакала, и припустили с такой прытью, что пыль из-под ног летела. Ну не ожидали блохастики что я приближусь так резко, хорошо ещё не напали, будь тут целая стая могли и попробовать.

 Приближаясь к роще, я заметил блики среди деревьев, если приглядеться, то это Славя, стоит с оружием наизготовку и наблюдает за окрестностями. Надо будет подучить её правильно выбирать дислокацию, а то свет от оптики выдаёт девушку.
 -Вот, смотрите что у нас на обед. – Похвастался я, когда добрался до девочек. Тушка кабана была сброшена на траву, следом за ней, грациозно плюхнулся на попу и я. Что ни говори, а ноги ныли после падения, к тому же, использование аномалии не проходит для организма бесследно.
 -Ооо. – Удивленно смотрела на добычу Юлия. Носик девушки дергался, чуя ещё свежую кровь, а ушки возбужденно встопорщились.
 -А с тобой не пропадешь. – Похвалила Славя, выдергивая из тушки стрелу. – Наверное, очень близко смог подобраться, раз даже без оперения попал. Ладно, отдыхай, дальше мы сами, только нож дай, пожалуйста, мой мелковат для такого.
 -Пока тебя не было, мы уже и дрова приготовили, и сложили, осталось только спичкой чиркнуть. – Гордо указала пальцем на шалашик хвороста нека.
 -Это очень хорошо. – Согласился, я, коротко кивнув. – Но спички лучше побережем.
 Пока я разжигал костер, используя для этого свет солнца и линзу из оптики, той самой, которую достал из сломанного оружия, Славяна занималась тем, что свежевала кабана. Делала она это явно в первый раз, и когда искорка из сухой трухи, стала разгораться в пламя, я решил ей помочь. Вдвоём мы быстро выпотрошили трофей, и сняли с него шкуру, а пока нарезали мясо на кусочки, удостоились голодного взгляда Юлю. Девочка уже наломала прутиков, которые станут шампурами, и смотрела на нас, облизывая губы из-под которых едва заметно виднелись небольшие белоснежные клыки. Пушистый хвостик размахивал за спиной девушки с удвоенной силой, намекая, что можно и поторопиться.
 -Наверное, жестковатым выйдет, это всё же не рыба, а дичь. Ни маринада, ни соли. – Размышлял я вслух, глядя, как с нанизанного на прутики мяса капает и шипит на раскаленных углях жир.
 -Ой, брось Ричард. – Славя не просто улыбнулась, а даже хихикнула, прикрывая ладонью рот. – Тебя послушай так мы на курорте, и ты недоволен, что условия не пять звезд, а всего лишь четыре. Сыты будем и ладно, а комфорт, эх, многое бы отдала за зубную щетку и бри… в общем! Всё хорошо. Кушаем и топаем дальше.
Уговаривать нас не пришлось, стоило только мясу подрумяниться, как мы со Славей начали его целенаправленно уничтожать. А Юля держала в руках свой прутик, и нетерпеливо нюхала готовую еду.
 -Не можешь есть слишком горячее, прямо как кошка. – Пробормотал я, откусывая, а вернее отгрызая кусочек от своего пайка, жаркое получилось и правда не самым мягким. Вкусное, ароматное, но пресное, и рвется с трудом. – Помню, ты рыбу тоже не сразу стала есть, а ведь была голодная, как и сейчас. Юль прости, что не ждем тебя, закончим быстрее и приготовим ещё, а ты спокойно поешь.
 -Да ничего. – Ответила нека, пробуя мясо кончиком языка, и резко его отдергивая. Решив бороться с превратностями судьбы, ушастая стала дуть на мясо. При этом мордашка у неё получилась умилительная, и эти выпуклые щёчки. – Эх.

 Пока готовилась вторая партия, я осматривал окрестности глазами аномалии. Славя права, мы не прогулке, что-то я действительно расслабился, получив эту силу. Я не Кукулькан, который мог наплевать на любую опасность, и вызывать цунами с тайфунами, а простой человек. Метрах в трехстах маячили небольшие красные пятна, наверняка шакалы. Ждут, даже не тявкают, просто ожидают своё время подкрепиться тем что мы оставим после себя. Хвостатые менеджеры по уборке, чтоб их, наверняка всё сожрут, и кости и потроха, и даже шкуру. В каком-то смысле они нам помогают, если более опасный хищник вдруг попробует взять наш след, он нехило обломается.
 -Кстати девочки, один ручей по пути, надо будет перейти возле реки, и очень осторожно. – Я рассказал Славе и Юле о том, что водится в неглубокой воде, правда умолчав как выжил. По моим словам, я просто очень быстро убежал обратно. Мне поверили. Чувствую себя свиньей, но правду рассказывать пока боюсь. А мелких тварей просто обойдем, к глубокой воде они не суются, видимо предпочитая небольшие притоки, иначе в реке тоже, было бы пусто.
 -Пораааааа, в путь дорогу, дорогу дальнюю, дальнюю… - Начала напевать Славя. Да и у меня настроение ползло выше от сытости. В такие моменты, жизнь радует. А что? Солнце хоть и у горизонта, но ещё светло, уже не жарко, но пока не стемнело. И-де-аль-но. Рядом две замечательные спутницы, а в руках листики лопуха с завернутым жареным мясом. Это перекус на вечер. Под ногами мягкая трава, в лицо дует свежий ветер, а где-то возле реки, уже зарождается лягушачий хор, вплетаясь в волшебные. Мир вокруг враждебен, да, но будем откровенны в нем куда больше жизни и гармонии, чем в том, откуда мы пришли.

Док. Небо.



 Путешествие на дирижабле оказалось довольно комфортным. Система очистки и кондиционирования воздуха работала идеально, как и все другие функции жизнеобеспечения, начиная с кулера и заканчивая биотуалетом. На счет энергии можно не беспокоиться, здесь стояли самые современные генераторы, а при казусе имелись солнечные батареи. Единственное что раздражало, это постоянный запах рыбы, вяленной, судя по всему. Этим запахом пропиталось всё вокруг. Найду того кто притащил её сюда, скину за борт!
 "-Да ладно тебе, Чувак. Может в трюме провоняла, что не бывает? Не будем рубить с плеча. – Подал голос внутренний я. – Дожили! Шиза учит меня спокойствию"
 В целом, бойцы вели себя тихо, только вечно шумный Джо, возмущался что пропустит банкет. Кэп, как и предсказывал внутренний голос, делегировал свои обязанности одному из солдат, и со спокойной совестью курил на мостике. Кабинка дирижабля спроектирована весьма удобно, имелся даже бортик, где можно подышать свежим воздухом. На нем как раз и стоял капитан, закуривая очередную сигарету.
 -Помрешь от рака легких, бросай это дело. – Хлопнул я его по плечу, выбираясь наружу. Лучше понюхаю дым, чем эту селедку, от запаха которой не спасают даже кондиционеры.
 -Спасибо Док. – Выдохнул мужик облачко дыма, которое тут же унесло ветром. – Умеешь зарядить позитивом.
 "-Серьезно? – Удивился Шизв. – Кэп знает, что такое сарказм?"
 -Скоро до берега доберемся, как думаешь? – Спросил он, смотря, как под нами проносится сверкающая водная гладь. Мы двигались всего в полумиле над землей, так что было видно даже косяк дельфинов, плывущих в нашей тени.
 "-Ну, допустим не косяк, а стая. – Вставил пять копеек невидимый зануда. – Дельфины же млекопитающие, а не рыба, ай-ай-ай, такое не знать".
 -Без понятия, без способностей абсолюта, я слишком ограничен. – Ответил я солдату, и кивнул на стойку с оружием, где среди современных винтовок и гранат, сиротливо лежал Гуань-дао. – Вон, даже оружие с собой взял, сто лет железками не махал, а видимо придется.
 -Прямо таки сто. – Оценивающе посмотрел он на моё лицо.
 -Не помню, сколько скитался, честно. – Решил поделиться с ним, в конце концов свой человек, даже в Совенке работал. – Может год, а может тысячу лет, междумирье меняет людей. Оно может раскрыть весь потенциал человека, или утопить его в темноте. Я не спятил только потому, что у меня была цель, к которой я двигался, словно одержимый.
 -Мда, невесело. – Кэп сбросил окурок вниз, явно не собираясь следовать идеалам гринписа, либо просто из принципа "-не наш мир, можно и мусорить". – Ладно, пора наконец поговорить о деле, пойдем, побеседуем с составом. Отряд, все кроме впередсмотрящего, в большую рубку!

 Вскоре все собрались в одной комнате, где Кэп осмотрел ещё раз состав команды. Шесть элитных солдат, каждый из который лично выбран Виолой, я, Кэп, и Женя. Пока без специальной боевой экипировки, просто в камуфляже. Перед спуском и вооружимся, и приоденемся, ну, кроме меня. В целом, мы сила, более чем внушительная.
 "-Особенно очкастая. – Фыркнул Шиза, который всё ещё помнил её хамство. – Будет психическим оружием".
 -Итак, ребята. – Начал Кэп. – Времени обсудить всё внизу, как понимаете, не было. Поэтому давайте ещё раз пробежимся по нашей задаче. У нас спасательная операция, но я не знаю половину из вас. Виола собрала самых лучших из разных отрядов. Вот ты япошка, что умеешь?
 "-Вообще-то он казах, если мне не изменяет память. – Вставил пять копеек Шиза. Внутренний голос обладал абсолютной памятью, и знал этого бойца по одной из наших вылазок".
 -Снайпер я. – Ответил боец, просто кивнув. Никто в принципе не становился по стойке смирно, а капитан не требовал, чай не на плацу. – Но могу пользоваться любым оружием. Остальные тоже солдаты универсалы. Не сомневайтесь, вы поставите задачу, а мы, молча выполним, ну, кроме Джо, он любит почесать языком.
 -Я всё слышу! – Возмутился афроамериканец, который остался возле приборов наблюдения. – Кстати всё тихо, и на сонарах и на радаре, и на камерах, вокруг только вода, вода, и… вода.
 -Ладно, тогда можно я уже пойду дальше спать? – Немного грубо сказала Женя, и не дожидаясь ответа пошла в комнату отдыха.
 -Я сам с ней поговорю. – Остановил я Кэпа, собиравшегося что-то сказать, положив руку на его мускулистое плечо. – Не обижайте девочку.
 -Её обидишь. – Фыркнул один из солдат, впрочем, не выказывая к черноволосой ни грамма агрессии, профи, что сказать.

 -Женя, ну что ты, в самом деле, такая колючая? – Устало спросил я девушку, когда догнал её. Почему-то она ушла в грузовой отсек, а не к себе. Запах рыбы был просто невыносим, а понимание того, что я ещё не скоро увижу своих рыжиков, вообще резало как по живому. – Вот зачем ты конфликтуешь.
 -Кому не нравится, я не напрашивалась, Док! – Резко ответила девушка. Её сердце забилось чаще, а дыхание стало прерывистым, Женя волновалась. – Я такая, какая есть, и если что-то раздражает, то не буду притворяться что это нормально. Лучше так, чем пустое лицемерие.
 "-А ведь врет. – Резюмировал Шиза, подмечая мелкие детали, такие как выражение глаз, мимику, жесты. – Дрожит она вся, страшно ей. Скорее всего, это поведение, защитная реакция. Совсем как у Алисы, только у неё было напускное нахальство и агрессия, а тут ворчливость и хамство, чтобы никто не трогал её".
 -В любом случае, ты теперь часть отряда, и пожалуйста, веди себя достойно. – Я положил руку на плечо девушке, и посмотрел сквозь стекла очков прямо в её глаза.
 -Достойно. – Она фыркнула, реально фыркнула! Вот ведь… - А кто меня по заднице тогда шлёпнул, ещё в лагере! Я не забыла!
 -Ну, тогда… - Пока я обдумывал как объяснить давешний поступок, но Женя ответила сама.
 -Не забыла. Как не забыла и то, что ты меня на руках унёс после того как я лодыжку вывихнула. Как заткнул насмехавшихся надо мной девочек, пусть я и заслужила это, сама не ангел. Как, уже работая в архивах организации, поняла, что весь лагерь обязан тебе жизнью. Не забыла! – Девушка опустила глаза в пол, и замялась, обхватив себя руками. Плечи Жени поникли, будто она вот-вот расплачется. – Я, правда, хотела сказать тебе спасибо, ха твою доброту, но не набралась храбрости. Ты всегда был в работе, а отдыхал только в своей компании, с Алисой и девочками. А сейчас, мне страшно. Я уже обжилась в архивах, даже место для сна себе там организовала, а тут такое… Язык сам мелит чушь, вперед мозгов!
 -Перестань, мы вернем тебя целой и невредимой. Ты снова окопаешься в библиотеке, и будешь ворчать, и лениться, пойдет? – Решив, что мне позволили, я погладил девушку по голове.
 "-А ничего волосы, мягкие, и пахнет девочка приятно. – Задумался Шиза, которому перепадало моё сверхвосприятие. На таком расстоянии даже запах рыбы, не мог перебить теплую живую девочку, инстинкты, от них никуда не денешься".
 -В общем, хвост трубой аналитик, прорве… - Уже собираясь сказать Жене ещё что-нибудь утешительное, я услышал шорох. Что-то шуршало в куче ящиков и мешков. – Подожди ка.

 Кинетическое поле развернулось уже рефлекторно, при первых признаках странного шума, оно накрыло меня и замершую соляным столбом Женю. Приготовившись в любой момент ускориться, или прошить тут всё копьями, я громко сказал, ни к кому конкретно не обращаясь.
 -Выходи давай. – И добавил. – Медленно.
 То, что было дальше, стало неожиданностью. Из кучи ящиков и коробок со снаряжением, кряхтя вылезла, а точнее выползла, УЛЬЯНА!!!
 -Так, так, так. Кажется, мой ремень остался на лайнере, а жаль, жаль. – Я осматривал рыжую, которая понимала что сделала глупость. Волосы у неё были растрепанные, майка и шорты мятые, а на коленках красовались ссадины, всё же пол тут был жесткий. – Спрошу одно, КАК!? Как ты пролезла сюда мимо не то, что охраны, мимо меня!
 Всё же я не мог на неё злиться, но теперь придется быть не просто осторожными, а очень и очень осторожными. Если мелкой что-нибудь случится, я этого не переживу. В душе поднимались ответственность и стах, вместе с радостью что она здесь, такой вот коктейль эмоций.
 -А я ещё в трюме залезла, и спряталась. – Тихо ответила Ульяна. – Натерлась рыбой, которую у поваров выпросила, чтобы ты меня не учуял, а в вентиляцию кусок картона впихнула, чтобы шумел. Сам говорил, к тебе трудно подкрасться, а у меня вот, вышло.
 "-Во дает! – Восхитился Шиза. – готовый диверсант, даром то что девочка".
 -Фуууу. – Сморщилась Женя.
 -Ладно, гнать тебя, смысла уже нет. Далеко от корабля отлетели, а время поджимает. Славя, Ричард и Юля там одни. – Я достал из вентиляции кусок картона, который шуршал об лопасти, и заглушал дыхание и сердцебиение спрятавшейся рядом с ним бандитки. Нет, направить эту сообразительност ьв полезное русло определенно стоит. – Но как вернемся, будет тебе атата. Неделю сесть не сможешь.
 -Прости. Просто… - Ульянка состроила просительную грустную мордочку, что для обычно позитивной девочки было весьма непривычно. – Мне без тебя плохо, а Алиса бы не пустила, я от всех убежала, даже от неё.
 -Хорошо, мы ещё об этом поговорим. – Строго сказал я, но тут же смягчился. В груди что-то сжалось, когда я увидел мешки под глазами Ульяны, и услышал урчание пустого живота. – Пойдем, поешь, и приведешь себя в порядок.
-А что там про шлепанье Жени по попе было? – Спросила Ульяна склонив голову на бок…
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Лена(БЛ) Алиса(БЛ) Мику(БЛ) Виола(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 19.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17

часть 18


 Объект «Пророк»: запись в информационных файлах организации.
 Тип: разумная аномалия.
 Код: желтый (относительно опасен).
 Уровень регистрируемого излучения: 3-9%.
 Примечания: «Пророк» - один из самых любопытных феноменов, который встречала организация. Обнаружен агентами в Санкт-Петербурге, но является уроженцем Кавказа, возраст [Удалено]. Носитель аномалии, выглядит как обычный человек, высокий худой шатен с карими глазами, ростом два метра, весит девяносто килограмм, имеет характерные черты лица. Взгляд пустой, апатичный, глаза «мертвой рыбы», движения вялые, голос меланхоличный, принцип построения фраз объекта, не поддается логике. Обычный стиль общения для него – чередующиеся друг за другом предложения, не связанные по смыслу. За всё это, агенты и аналитики за глаза называют его «Унылый философ»
 На контакт с объектом вышли во время захвата аномалии [Удалено], когда на оцепленной бойцами улице появился объект. Не понятно как он миновал кордон, непонятно, как загнанная в угол [Удалено] не растерзала безоружного человека, но факт остается фактом. Проходя мимо зоны боевых действий, он, не обращая внимания ни на вооруженных людей, ни на [Удалено], шел по своим делам и ел шаурму. Цитата «-Красивое оружие, на каком заводе собрали? – Спросил объект, и добавил, показывая на [Удалено]. – Но его лучше током, или кислотой, тогда бы ты выжил». В завязавшемся затем бою, пострадало множество солдат организации, а сам объект, пешим шагом миновал улицу, легко избегая как пули, так и когти [Удалено]. Через час, он возвращался этой же дорогой, за второй шаурмой. Учитывая что в сражении погиб именно тот человек. на которого указал объект, а так же то, как он предугадывал угрозу, послужило причиной внимания к этой персоне.

 Объект излучает слабые аномальные помехи, регистрируемые датчиком. В захвате не было необходимости, на контакт идет свободно. Однако общаться с ним тяжело, вычленить что-то логическое из слов аномалии, задача непростая. Интерес представляют его фразы, касающиеся будущего. Например, именно «Пророк» однажды сказал, когда смотрел на карту лагеря, где доктор В.Ц. Коллайдер, занималась поиском ЮВАО. «-Хороший лагерь, жалко будет если кто-нибудь…Утопит его».
Для содержания объекта выделена комната со всеми удобствами. Носитель неприхотлив, не требует каких-либо особых ресурсов, фактически, он хочет одного, спокойной жизни. Ни к чему не проявляет интерес, растягивает слова, общается так, будто всё на свете ему окончательно надоело. Вызывает странное напряжение при общении с ним, длительностью превышающей несколько минут. Свободно перемещается по общей территории организации, имеет допуск стандартного уровня. В боевых операциях не участвует, он вообще ни в чем не участвует, не хочет.
 Заключение: Объект необходимо держать под наблюдением, следить за его здоровьем и психическим состоянием, записывать абсолютно все его слова, каким бы бредом они не казались. Однажды, аналитики уже проигнорировали слова «-Слишком глуп и нагл. – Сказал объект одному из бойцов. – Из-за этого, черная змея разжует и выплюнет тебя». Мы не предали этому значения, ведь змеи не жуют. А через неделю, бойца уничтожила аномалия [Засекречено], с тех пор, рядовые солдаты стараются его избегать, опасаясь такого же предсказания. Планируется создание отдельного подразделения аналитиков, разбирающих слова аномалии. Носителю будут предоставляться фотографии и записи не раскрытых аномалий и событий.

Доктор В.Ц. Коллайдер.



Банкетный зал «Ленина».



 Довольно занятное зрелище, наблюдалось вечером на корабле. Все деятели организации, так или иначе попавшие на корабль, сейчас беззаботно отдыхали. Запланированный банкет не отменили, он просто плавно переместился в другой мир. Все виды развлечения, от бильярда и азартных игр, до танцпола и кино-кабинок, а к концу мероприятия планировался фейерверк. По этому поводу немало спорили, но иллюминации быть, а то что демаскировка, так пушки торпеды и сонары работают. Да и будь в этой зоне враги, не заметить лайнер такого размера…
 Кто-то из отдыхающих ел, кто-то просто общался с коллегами (особенно аналитики, эти вообще пришли в халатах, прямо с работы), некоторые оккупировали диваны и стулья, томно потягивая напитки. Кто-то танцевал, под красивую и ритмичную музыку. О, музыка была что надо. На сцене вооружившись гитарами и современным аудио оборудованием, выступал довольно интересный дуэт. Рыжеволосая Алиса, активно играла медиатором, ни разу не сбиваясь и производя впечатление профессионального музыканта, не смотря на молодой возраст. И Мику, пританцовывающая за синтезатором, аквамариновые хвостики порхали по сцене вместе с хозяйкой. Девушки нарядились в специальные свободные платья, сшитые на заказ для концерта, Алиса в янтарном, с белыми вставками, Мику в аквамариновом, с черными вставками. Смотрелось очень гармонично и изысканно, а навыки и подготовка концерта была выше всяких похвал. Зал аплодировал и свистел, особенно бесновались работники японского отдела, хоть и были солидными дядьками в возрасте, они не могли устоять перед обаянием поп-идола Страны Восходящего Солнца.
 -Мику-саааан! – Скандировала восточная толпа.
 В царстве беззаботности и праздника, особняком, стоял накрытый на десять персон столик, за которым расположилась Виола, Седой, Лена и Ямада. Пустые места дожидались своих гостей. На столике у медсестры, впрочем, как и на всех остальных, было сервировано множество блюд. Жаркое из всех видов мяса, от классической говядины, на которую индийские гости смотрели с ужасом, до тушеных рябчиков с ягодами, и вареной нутрии. Десерты и салаты, повара превратили в произведение искусства, сделав не только вкусными, но и красивыми. Чего стоили только торты с зеркальной глазурью, или сладкие прозрачные «капли» из агар-агара. Даже гости соблюдавшие диету и пост, не всегда сдерживались. Виола своими глазами видела, как арабский посол отщипнул кусочек молочного поросенка запеченного с яблоками, и съел, приговаривая что-то вроде - Будем считать, что ты ягненок.

 -Прямо картина, пир во время чумы. – Задумчиво проговорила Виола, баюкая в руках бокал с белым вином, на тарелке перед ней лежал кусочек недоеденной осетрины. Музыкальный дуэт закончил выступление, овации стихли, поэтому слова женщины расслышали все, кто был за столом. – Не знаем, вернемся ли домой, не знаем, что будет завтра, а веселимся, как ни в чем не бывало.
 -Так это же отлично, Ви. – Покачал головой капитан. – Лучше так, чем всеобщая паника. Да и сама посуди, Виола, когда у нас была полностью безопасная работа? Половина из наших парней, те ещё сорви головы. А аналитикам, так счастья привалило по самые уши, я их такими счастливыми сто лет не видел. Вчера выловили пучок голубых водорослей, дружно кипятком писались, только их изучать стали.
 -Тем более, еды купили на тысячу человек, и с солидным запасом. А прибыть на лайнер успело чуть больше половины. Хранить такую кучу скоропортящихся продуктов у нас просто негде, не рассчитан лайнер на это. – Добавила Лена. По случаю праздника, интендант организации надела зеленое платье, и украшения с изумрудами, всё это прекрасно сочеталось с зелеными глазами девушки, а платье так облегало фигуру, что непонятно, кто сорвал бы больше внимания, окажись она сейчас на сцене. Во всяком случае, все гости восхищенно оборачивались, проходя мимо неё, подобранные лично Леной духи, тоже производили сногсшибательный эффект. – На счет провианта можно не волноваться. Запасов СП-1 хватит на несколько лет, голодать не придется. Так что надо набивать животы, пока есть вкусная еда, а не пресные, но жутко полезные батончики.
 -Фух. – К столу, сквозь толпу поклонников, пробрались Мику и Алиса, потные, уставшие, но довольные. Рыжая, тяжело дыша, сразу схватила причитавшийся ей бокал с вином, и осушила до дна. Девушка дунула на челку, убирая с глаз выбившийся локон. – Найду мелкую заразу, выпорю. Как раз большой ремень Дока у меня в комнате остался. Нет ну надо же, спряталась черт знает где, весь день искали.
 -Пришлось партию на барабанах с записи крутить. – Кивнула Мику, и потянулась к тарелке с жареными овощами. – Первый раз ощутила, что такое играть под фанеру, ужас. Лена, передай пожалуйста соевый соус.
 -То есть, Ульяну не нашли? – Обеспокоенно уточнил Седой, нахмурив брови и встопорщив усы. Мужик облачился в свой парадный китель, он вообще на все официальные мероприятия надевал именно его.
 -Найдем. – Алиса допила второй бокал, и положила на свою тарелку цыпленка табака. – Сидит небось где-нибудь, и дуется.
 -Виолетта Церновна, а может… - Многозначительно посмотрел на девушку Седой.
 -Да как? Мимо Дока не то что мышь, блоха не проскочит, если только он ей не позволит. – Медсестра всплеснула руками, и огляделась вокруг, словно выискивая своими гетерохромными глазами сбежавшую проказницу. – Куда там девчонке.

 В этот момент, ещё два места заняли Шурик и Электроник. Оба аналитика пришли в халатах прямо с рабочего отсека, уставшие, но довольные своим занятием, совсем как музыкальный дуэт, который по идее был трио. При этом блондины несли в руках по большой тарелке.
 -С каких это пор, вы ребята официантами успели стать? – Удивленно спросила Виола. Необходимость нести еду, к уже переполненному столу отсутствовала.
 -Это. – Гордо сказал Шурик. – Наш сегодняшний улов.
 Взгляды всех сидящих за столом скрестились на тарелках, где кучками лежали фрукты, похожие на небольшие, размером с кулак, синие арбузы с черными полосками.
 -Это то, что я думаю? – Подняла бровь медсестра.
 -Ага, плоды выловленных водорослей. – Кивнул Шурик, поправляя сползающие очки. – Уникальный состав, что в водорослях, что в корке плодов, вместо хлорофилла совсем другое звено, не зеленого, а синего цвета, но тоже осуществляющее фотосинтез. В мякоти целая таблица микроэлементов и витаминов, а косточек просто нет, водоросль размножается вегетативно. А вкусовые качества, просто нечто.
 -Вы что их ели?! – Ахнула Лена, когда аналитики упомянули вкус. – Это же фрукты другого мира.
 -Не волнуйтесь. Мы проверили их, вплоть до молекулярного уровня, на наличие опасности для человеческого организма. Благодаря вам, Елена, на лайнере нет нехватки в оборудовании. – Уважительно ответил Шурик, и шепотом добавил. – Правда уже после того как попробовали.
 Спустя несколько минут, все за столом кроме Ямады, попробовали желтую мякоть плода. Темноволосая пробурчала что-то вроде «извращенцы», и мановением руки вытребовала у проходящего повара сочный, исходящий паром и ароматами стейк.
 -А вкусно. – Резюмировала Виола, аккуратно откусывая мякоть, и вытирая салфеткой влажные губы. – Ни на что не похоже, из известных мне фруктов.
 -Вот и повара так сказали. – Подал голос необычно сегодня молчаливый Электроник. – Говорят, такой вкус не знают, чтоб и солоноватый, и с лимонной кислинкой, и сладкий как личи, и немного пряный одновременно, а они профи.
 -Надо будет данные в архив внести. – Вздохнул Шурик. – А без Жени, мы запаримся возиться. Хоть и вредничала, но в электронной библиотеке, она была как рыба в воде.
 -Скоро Женя вернется? – Оживился Электроник, впервые проявив активный интерес к разговору. – Она там одна, в компании кучи мужиков.
 -Кто знает?! – Всплеснула руками Алиса, до этого ковырявшая вилкой салат. – Хотела бы я быть вместо неё, и да, это же Женя, тут за нервы мужиков переживать надо. Как бы там вредину не прибили, причем наши же.
 -Не, Док не позволит. – Виола добавила свои пять копеек. – Ещё в лагере ей помогал, а тут тем более позаботится, не даст в обиду.
 -Вы, девочки, как знаете. – Встал из-за стола Седой, при этом поддерживая поясницу руками. Немолодой уже вояка, скорее свой китель съест, чем признает, что волнение за сына подорвало его здоровье. – А я в зал наблюдения, посмотрю, мелькнут ли где на камерах рыжие хвостики.

 Праздник плавно подходил к концу. Лена и Виолой пошли заниматься делами, кибернетики вообще, соскочили сразу же, как поели. Создавалось впечатление, что парни пришли только утолить голод, ну и похвастать плодами заодно, которые, кстати, пока так и не назвали. Ямада, внимательно следила за Алисой и Мику, девочки явно решили злоупотребить сладким, но коварным вином.
 -Может, хватит. – Попробовала угомонить подруг Яма. – Кто вас до кают тащить будет? Алис. Док не говорил тебе, что пить вредно?
 -По чуть-чуть можно! – Икнула рыжая, пока Мику наливала ей ещё бокал. – Мы же совершеннолетние!
 -Вот-вот. По чуть-чуть! – Ямада и сама немного захмелела, но волнующиеся музыкальные подружки, решили убить сразу двух зайцев. Отметить удачное выступление, и залить вином встревоженные нервы. Хорошо, что поклонники дуэта не докучали, субординация для этих людей не была пустым звуком. Хоть япошки и пожирали глазами своего идола издалека, но в стакан не лезли. А самые горячие головы, сдерживал авторитет Виолы и Ямы, сказано было не докучать певицам. – Да, Мику, сразу видно русские корни, да хватит вам пить! Я кому сказала?!
 -Да мам. – Пьяно хихикнула Алиса, а Мику согласно покивала, не сводя осоловевших глаз с бокала.
 -Так, баиньки! Пойдем в номер и на боковую, обе, а завтра поговорим о вашем поведении. – Яма подняла пьяный дуэт, и поволокла в каюту. Большинство народа уже рассосалось, только несколько столиков всё ещё заняты курящими и беседующими людьми. К чести присутствующих, каждый второй предлагал помощь, глядя, как Яма тащит на своих плечах веселых пьянчуг. До каюты Алисы добрались без приключений, и уже полусонную девушку сгрузила на кровать.
 -Вот, одной проблемой меньше. – Ямада закрыла дверь, убедившись, что ключи на тумбочке, а замок надежно заперт. Ох, не сладкое завтра будет утро у Алисы, да и у самой мечницы тоже. Палуба так и норовит уплыть из-под ног. – Нашла за кого переживать, он сам тут, самый страшный.
 -Пойдем, отведу тебя в каюту. – Ямада хотела было проводить Мику, но девочка-оркестр внезапно заупрямилась.
 -Хочу посмотреть на звезды. – Мику потянула подругу за рукав, довольно сильный ветер, колыхал платье девушки, то и дело, выставляя на обозрение её стройные ножки. – Яма-сан, ну пожалуйста. Ну что будет?
 -Хорошо. – Сдалась под таким напором темноволосая, при этом отмечая про себя, странность. Мику ведь могла попросить об этом и ДО того, как они Алису уложили.

 -Вот, одно из самых высоких мест на корабле. – Ямада привела подругу на смотровую вышку, рядом с радаром. Который кстати работал и сейчас, вращался практически не издавая звуков, лишь шумел беспокойный ветер. На площадке было удобно, и достаточно места чтобы развернуться, опять же и перила предусмотрены. – Отсюда хорошо будет видно, вот только сесть негде. Мне без разницы, и на холодном посижу, привыкла.
 -Ну, тогда я посижу вот так. – Мику улыбнулась, придержала платье и уселась на колени мечнице. – Тепло, удобно, приятно. Я же не тяжелая, Яма-сан?
 -Ты то? – Ямада усмехнулась. – Тебе надо вес набрать, слишком худая, болеть будешь много.
 -Говоришь как моя ба. – Мику надула губки, в притворной вредности, однако её глаза смеялись. Аквамариновая певицы, поерзала, устраиваясь поудобнее, а затем обняла Ямаду. Всем своим телом, она прижалась к дорогому человеку.
 -Мику, что ты делаешь? Не такая уж ты и пьяная да? – Ямада вздрогнула, когда ощутила дыхание подруги у самой шеи. Мику пристроила свою голову прямо у неё на плече, и, совсем не собиралась менять столь комфортное расположение.
 -Алиса хоть и бахвалится, но, как это говорят в России…А на самом деле, малолитражка. – Девочка-оркестр усмехнулась, и немного повернула голову, устремив взгляд в темнеющее небо. – Не скажу, что сама трезвая, но меня так сильно не развозит. И пью я редко, в основном, когда тревожно на душе, как и рыжая.
 -А почему тебе тревожно, я же рядом. Мику. – Ямада не могла не обнять свою любимую девушку, руки мечницы нежно обхватили тонкую талию, а подбородок опустился на теплое плечо. – И никому не дам тебя в обиду.
 -В том то и дело. – Мику вздохнула. – Если тут есть опасности, первыми их встретят самые сильные, ты, Док, солдаты. А если с тобой что-то случится, что тогда? Мы так долго не виделись, но каждый день, засыпая, я думала, а как там Яма-сан?
 -Не бойся. Я сильная, как и ты. – Сказала темноволосая, на что Мику удивленно расширила и так большие глаза. Выразительные, с поистине прекрасным оттенком, они притягивали Яму, пробуждали чувства, которые девушка больше не испытывала ни к кому. – Да, да. Ты сильная, не смотри так, петь и танцевать, когда на душе скребутся кошки, это не просто. Алиса тоже умница.
 -Давай, добавь ещё, вот если бы вы не пили, совсем хорошо бы было, да. – Хитро подмигнула Мику. Стемнело окончательно. На палубе зажгли огни, возле тех точек, где патрулировали солдаты, в других частях было темно, а зачем зря расходовать энергию? На палубе гражданских нет, ну, кроме одной полуяпонки.
 -Да ладно, сама не святая. – Отмахнулась мечница, браслет Фаталиса на её правой руке слегка звякнул, сливаясь цветом с окружающей мглой. Ямаду развозило, причем не столько от вина, сколько от сидящей на коленях Мику. От девушки едва заметно пахло духами, а подол платья колыхал соленый ветер. Могла ли она подумать, что когда-либо будет испытывать такое влечение к девочке, с которой провела половину детства? Почти к сестре.

 -Красиво. – Просто шепнула Мику, глядя, как высоко-высоко на небе сверкают звезды. – В городе не увидишь такого, я часто выходила после концертов посмотреть на небо, но там где много искусственного света, нет истинной красоты. Другое дело здесь, или в Совенке. Знаешь, Яма-сан, нам обязательно надо облюбовать один домик в этом лагере, пожить вместе, как раньше. Док построил действительно невероятное место, там всё дышит жизнью, ну, кроме его безвкусной статуи в очках.
 -Это да, сама долго смеялась, когда сказали что Генда – его прикрытие. – Ямада прижала Мику покрепче, скорее неосознанно, на уровне инстинктов. Приблизить к себе то, что любишь, и никогда не отпускать. Она говорила тихо, но Мику слышала каждое слово, сопровождаемое далеким шумом волн. Патрулирующие солдаты, видимо передали по рациям что тут сидит Яма, и обходили вышку. – А в целом, там не плохо. Пляж, вкусная еда, люди приятные. Ольга Дмитриевна хоть и строгая, но добрая, и этот вожатый друг Дока, имя забыла, на О вроде, тоже славный малый.
 -Да, красивое место. – Мику прижалась щекой к щеке Ямады. – Люблю всё красивое: музыку, платья, места, тебя, Яма-сан…
 -Т-ты, чего это, Мику. - Расслабленную мечницу, будто током ударило. Дыхание сбилось, а сердце заколотилось в груди. – Глупости говоришь, сестренка. Я не такая красивая и популярная, как ты. Всего лишь мышцы, оружие от которого полегло куча народу. Зачем тебе такая пара?
 -Глупая. – Мику бережно взяла ладонь подруги, и прижала к своей груди. – Чувствуешь. Как моё сердце бьется. Я правда люблю тебя, больше чем кого либо ещё, больше чем просто друга или даже сестру. Именно с тобой, Ямада, я проводила свои самые счастливые часы, именно с тобой, Хатсунэ Мику хочет провести всю оставшуюся жизнь.
 -Мику. – Мечница не могла найти слов, чтобы выразить накатившие эмоции.
 -Не говори ничего. – Аквамариновый ангел, приподнялся, робко целуя её в уголок губ, обнимая руками и прижавшись к груди. Она словно извиняясь, нерешительно и нежно-нежно, покрывала поцелуями любимую. Легкое касание губами, губ, щек, подбородка. – Ты замечательная, Ямада. Такая спортивная, красивая, не слушай никого! Да, тебе приходилось проливать кровь на заданиях, но с нами ты добра, жестокость к врагам, это нормально.
 -Тебе, правда, всё равно? – Спросила мечница, проводя рукой по браслету на запястье.
 -Нет. Не всё равно. – Ответила Мику, лаская руками талию девушки. – Всё, что касается тебя, мне не безразлично. Твоя аномалия и работа, это часть тебя, принять и понять это, долг любящего человека. Знаешь, в Совенке, прямо у меня под домиком, жил большой кот. Большой, красивый, с пушистой черной шерсткой, он каждое утро ловил и убивал мышей, но его всё равно любили, и я в том числе.
 -Мику. – Ямада, как в омут с головой, нырнула в пучину своих желаний. Она ответила на объятия, и на поцелуи, но с куда большей страстью. Чего стоило долгое время сдерживающей себя мечнице предложить это, но она сказала. – Пойдем к нам.

 В каюту девушки вошли, держась за руки. Лампочки включать не стали, света луны, льющегося из иллюминатора, было вполне достаточно. Что Мику, что Ямада, красовались смущенным румянцем. Мику взяла ладонь подруги, и потянула её в сторону кровати. На ходу сбрасывая платья и мелкие аксессуары. Вечерние наряды, в которых девушки блистали на корпоративе, бесформенными кучами лежали на полу. Вот Ямада скинула заколку, и длинные волосы, цвета вороного крыла рассыпались по обнаженным плечам. Вот Мику, соблазнительно нагнувшись, снимает туфли и довольно шевелит пальцами, избавившись от бесспорно красивой, но не очень удобной обуви.
 -Думаешь, мы совершаем глупость? – Спросила Яма, тяжело дыша от возбуждения. Мику уже лежала на кровати, куда подруга уложила её на лопатки, практически голая, если не считать белых трусиков в ярко-голубую полоску и чулки. Чулки белые, настолько тонкие, что сквозь ткань просвечивается кожа.
 -Да какая разница! Мы ведь обе этого хотим. – Певица порывисто притянула её к себе, буквально впившись в губы девушки. Этот поцелуй был далек от робкого и нежного лобзания под звездами, он пылал страстным, горячим, искренним поцелуем влюбленной девчонки. Язычок Мику проник в Ямаду, влажный и глубокий поцелуй тех, кто долгое время держал всё в себе. Они целовались настолько самозабвенно, что даже не заметили стекающей по подбородку слюны. Плюс ещё в теплой каюте девочек сильнее развезло от выпитого вина.
 -Ты как всегда, чувствительная, Мику. – Прошептала Яма, чувствуя, как девушка изогнулась от простого поглаживания по внутренней стороне бедер. – Наверное и щекотки до сих пор боишься?
 -Вредина ты, Яма-сан. – Надула щечки Хатсунэ, и без предупреждения оставила засос на шее Ямады.
 Мечница томно вздохнула, ощущая легкую дрожь во всем теле, волны наслаждения исходили из того места, которого качались губы любовницы. Мику умело ласкала языком и влажными губами беззащитную шею, девочки, сами того не заметив, плотно сплелись. Поза получилась пикантная, сидящая по-турецки Яма, и Мику у неё на коленях. И если Ямада была практически парализована от накатившего наслаждения, и просто не двигалась, уперев руки в кровать, то Мику настойчиво атаковала все мало-мальски открытые места подруги, а их немало. На Яме остались только черные кружевные трусики и браслет.
 -Я тут диеты соблюдаю, зарядки делаю, а до тебя как до луны. – На выдохе прошептала Мику, лаская руками плоский животик мечницы, на котором проступали едва заметные контуры пресса. После чего, Мику хитро улыбнулась, обхватывая ногами талию Ямады. Легкий наклон, и уже мечница лежит на лопатках, с обожанием глядя в аквамариновые глаза. – И ведь всегда так было, с самого детства.
 -Но звезда ты, а не я. – Голос мечницы дрогнул, а руки сами собой коснулись изящной спины певицы, пальцы медленно и чувственно прошлись по соблазнительным изгибам, остановившись на бедрах, и так уже, с усилием прижали их ближе к телу.
 -Сейчас не имеет значения, кто мы, и кем являемся, что делаем… - Мику легла сверху, прижав свои груди к грудям Ямады. Перед тем, как снова поцеловать её в губы, она прошептала в красное ушко девушки. – Важно только то, как сильно я тебя люблю.
 Рука Мику скользнула между ног мечницы, отодвигая в сторону ткань трусиков, ловкие пальцы, способные управиться с практически любым музыкальным инструментом, добрались до потаенного места любовницы, и не оставили ей ни единого шанса. Тело Ямады напряглось, а потом блаженно расслабилось, волшебные руки Мику заставили её капитулировать без боя. Девочка не просто вводила и выводила пальцы во взмокшую киску, но ещё и двигала ими. Указательный и средний палец, извивались внутри Ямады, создавая возбужденные спазмы, один за другими, в то время как большим, она аккуратно ласкала клитор. Вспотевшая мечница стонала, закусив губами ладонь, её стройное тело изгибалось и просило ещё, ещё! Мику не прекращала ласк, полностью отдавшись порывам, как в музыке. Она словно играла на инструменте, извлекая звук за звуком, а Ямада стала скрипкой в чувственных и ласковых руках. Наконец, мечница вскрикнула, а Мику почувствовала, как её пальцы ритмично сжимает сокращающаяся от оргазма девочка. Глаза Ямы закатились, ресницы подрагивали, рот уже просто беззвучно открывался, не в силах вымолвить и звука.
 -Ну как? – Улыбнувшись, спросила она, пробегаясь кончиком языка по потной шее Ямы, и заканчивая сие действо легким укусом ушка. – Стоило нам сделать это раньше, правда же?
 -Вот это ты выдала, Микуня. – Яма, всё ещё находилась в шоке от накрывшего её блаженства. Тело девушки едва могло двигаться, будто после интенсивной тренировки. – Откуда такие навыки?
 -Это я на видео смотрела, когда мы у Алисы репетировали, то нашли в спрятанных папках Дока столько всего. Или ты думаешь, что я каждый день таким занимаюсь, а? – Усмехнулась Мику, опустив голову на грудь Ямады. – Слышу, как бьется твоё сердце. Микуня, давно ты так меня не называла. Хорошо. Яма-сан, мне так хорошо сейчас.
 -Э, нет. – Ямада поднялась, возвращая контроль над телом, хрустнула шеей… - Вот сейчас, тебе будет хорошо!
 Мечница подмяла пискнувшую Мику под себя, уложив её лицом вниз, и стала покрывать поцелуями аристократично-светлую кожу. Касалась губами шеи, ключиц, спины, она нависала и доминировала, сняв с певицы чулки. Белая ткань легко соскользнула, и Ямада увидела небольшие красные пятнышки на пальцах и пятках Мику. Скакать по сцене несколько часов в неудобной обуви…
 -Где-то тут, вот! – Яма достала массажное масло, из тумбочки подруги. Уже не раз она помогала ей разминать уставшие ножки, но сегодня всё иначе. Сегодня, тонкая грань между ними исчезла навсегда, превращая просто близких подруг, почти сестер, в нечто гораздо более близкое и интимное.

 Ямада нанесла масло на свои руки, чтобы предварительно его согреть, а затем стала разминать ступни любимой. Сначала нежные и гладящие движения, становились всё интенсивнее. Яма с силой надавливала на подошвы хрупких ножек, разминала изящные пальчики и хрустела суставами. Масло делало кожу ещё более мягкой и влажной, Мику почти визжала от восторга, с каждым разом двигая ступнями, напрягая их от удовольствия.
 -Ау. – Пискнула Мику, когда мечница, не удержавшись, куснула её пальцы, а затем нежно провела по ним языком. – Яма-сан, что ты…Ай, о-о-о, ками-сама, как приятно.
 Блеснувшие глаза Ямады, словно говорили, что это ещё не всё. Девушка медленно перевернула любовницу, без единого слова, просто показывая ладонями как её надо двигаться. В итоге, Мику оказалась на спине, с согнутыми и расставленными ногами, к тому же ещё красная, до самых корней аквамариновых волос. Ямада возбудилась ещё сильнее, увидев мокрое пятно на полосатых трусиках Мику, которая бессовестно текла от ласк и осознания происходящего. Снять этот клочок мокрой ткани, стало для неё делом пары секунд. По телу Мику прошел толчок, как от электрического импульса, когда язык Ямады лизнул сочащуюся девочку.
Сперва, просто касание языком, без резких движений, словно спрашивая разрешения и успокаивая. Затем, ритмичные и легкие движения вверх-вниз, вверх-вниз. Без сильного напора, но с чувством, и размеренностью маятника. Эти движения влажного языка, возбуждали и раскрепощали, беря не напором и единым ритмом. Мику двигала бедрами, слегка подмахивая под этот ритм, и потеряв голову от расходившегося от низа живота тепла.
 Дыхание певицы становилось тяжелым, и прерывистым, нос и щеки пылали. Горячий воздух из носа Ямады, которая полностью отдалась процессу, щекотал гладко выбритую кожу Мику. Мечница закрыла глаза от наслаждения, почувствовала как сочащегося из стонущей подруги сока становиться больше, и усилила напор. Язык выписывал пируэты, изгибался, надавливал то всей поверхностью, то самым кончиком. Двумя пальцами, Мику раздвинула половые губы, приглашая Яму глубже. Темноволосая не заставила себя просить дважды, длинные ловкие пальцы, вошли как по маслу, настолько всё там было мокро. Быстрые движения пальцев внутри киски, сопровождались ласкающими клитор и киску махами языка. Мику ёрзала, и Ямада схватила её за бедра, удурживая и не давая разорвать дистанцию. Она припала к ней как у цветку с нектаром, с наслаждением слизывая каждую капельку. Наконец, когда процесс начал сопровождаться хлюпающими звуками, а аквамариновая девочка выгнулась так сильно, будто из неё как минимум изгоняют нечисть, Мику кончила. Вскрикнув, она обмякла и упала на постель, совсем как Ямада недавно.
 -В расчете! – Хлопнула Ямада подругу по попке, и легла рядом, обнимая самого дорогого для неё человека, одна рука на талии Мику, прижимает к себе, вторая на подбородок, приподнимает голову для поцелуя. – Как же давно я этого хотела.
 -Знаю, и не ты одна. – Прошептала Мику, и ответила на поцелуй. – Теперь будем вместе, Яма-сан. Смотри, если завтра вздумаешь сказать, что это был просто дружеский секс по пьяни – поколочу! Не смейся, я страшна в гневе.
 -Знаю. Любимая. – Ответила мечница, тихо, будто пробуя на вкус это слово. За стеклом иллюминатора становилось темнее, это тучи скрыли свет луны и звезд. Первые капли забарабанили по окну, и Яма обрадовалась, что освобождена от патрулирования. Вместо этого, она проведет ночь под мягким боком Мику. – Сладких снов, всё у нас будет хорошо.
 -Сладких, Яма-сан. – Мику уронила голову на плечо темноволосой, и мгновенно уснула, трогательно при этом сопя. Яма только сняла я длинных волос резинки, чтобы ей было удобнее.



***


 Дождь усиливался, сплошной пеленой воды падая вниз. А над палубой, тем временем, пролетали две большие крылатые тени. Вглядываясь в ходящих внизу теплокровных, и выбирая момент для атаки. Однако, во внезапно сверкнувшей вспышке молнии, они увидели рисунок на палубе, переплетение и черных и белых змеиных колец. Злобно зарычав, обе тени стремительно хлопая крыльями уносились прочь, впервые за долгое время, испытав это гадкое чувство. Страх.
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 18.

 

Страничка на фикбуке. 

Часть 16

часть 17


 Белая змея «Кадуцея»: запись в закрытых файлах организации.

 Половина аномалии «Кадуцей», воплощенная в виде белой змеи, вырабатывает уникальную энергию. Единственная в своем роде, она не имеет аналогов. Еще когда объект только начал осознавать природу своей аномалии, эта энергия уже оказывала влияние на организм. Обостряя все чувства и усиливая органы: осязание, обоняние, обмен веществ, иммунную систему, внутренние органы, слух. Объект многократно превосходит стандартные параметры физического развития и восприятия homo sapiens. В отличие от кинетического поля, эта энергия переходит в видимый спектр уже при слабом излучении. Способность белой змеи, проявляется в виде потока чистого света, с вкраплениями сгустков энергии, напоминающих драгоценную пыль. Если носитель вкладывает в это больше сил, то интенсивность и ширина потока возрастают, а свет становиться ослепительным лучом.

 Сила белой аномалии исцеляет раны, причем не только носителя, но и тех, на кого эта энергия будет направлена. Разумеется, я не могла не изучить это явление досконально, настолько насколько это вообще возможно. Исцеление это не чудо, как может показаться на первый взгляд, и у него есть ряд ограничений. Энергия аномалии, не лечит, как какое-нибудь мистическое заклинание, нет, она проникает в ткани, тысячекратно ускоряя клеточную регенерацию. Даже самые глубокие, почти смертельные раны, под воздействием этой аномалии заживают первичным натяжением, не оставляя даже шрамов. Однако материя не берется просто так, регенерация расходует ресурсы самого организма. И, если раненный истощен, или повреждения обширные, то даже аномалия не сможет спасти его. Это же относится к отравлениям и инфекциям. Излучение «Кадуцея», помогает организму быстрее очиститься, но, если бактерии или вирус, или яд, слишком сильные, то даже ускоренный обмен веществ и усиленный иммунитет не спасут. Так же, аномалия бессильна при канцерогенных заболеваниях, человека больного раком, она мгновенно убьёт, вызвав неконтролируемый рост атипичных тканей. К тому же, энергия не способна реанимировать погибшие ткани, направив восстановление аномалии на человека, мозг которого уже необратимо погиб, регенерирует только тело, а сам человек, останется в коме.

 Как и в случае с кинетическим полем, и черным туманом, объект Док научился управлять этой энергией, перешагнув с природных способностей, на уровень оточенных навыков. Он может направить её в один мощный импульс, или в масштабное излучение, способное накрыть область в несколько сотен метров. Эта сила, воздействует на любую органику, ускоряя её рост и регенерацию. Экспериментально (или, как я подозреваю по просьбе ЮВАО) объект использовал это излучения, чтобы вырастить целую плантацию грибов. Мицелий гриба разросся со страшной силой и скоростью, пока не исчерпал все питательные вещества из почвы, не останови объект эксперимент, и всё грибы могли погибнуть.

 Заключение: Белая часть аномалии основательно изучена, но, ввиду невозможности хоть частично воссоздать генерируемую ей энергию, весьма ограниченна в использовании. Ни один из известных накопителей не способен не то, что сохранить эту энергию, но даже просто её засечь. Сам объект тратит на белую способность больше всего сил, она изматывает носителя куда быстрее, чем туман или кинетическое поле. Кроме того, использование объекта в качестве вне боевого целителя – нецелесообразно. С большинством ран вполне может справиться стандартная бригада военных медиков или палата интенсивной терапии и реанимации, различие только в скорости. Разумеется, в бою объект очень виртуозно объединяет все грани своих способностей, потери, при миссиях с участием Дока, всегда минимальны. Непонятным остается одно, каким образом он восстановил тот лагерь, два года назад. Тогда, когда змеи засверкали как портал, энергия «Кадуцея» подняла из руин целый лагерь, восстановив траву, железо, бетон и стекло (воздействуя при этом и на неорганическую материю). Есть теория, что объект способен использовать энергию абсолюта, становясь своего рода проводником между мирами, но последнее время, всё, что так или иначе связанно с межизмерением, объект использовать избегает. Отмечу, что мне лично запомнились следующие его слова «-Эта часть моих способностей, может стать самым страшным оружием. Как кинетическое поле и туман могут спасти, так и эта энергия, при определенных условиях, может убить». Продемонстрировать, как этим излучением можно погубить живой организм, а конкретно лабораторную мышь, Док категорически отказался. Позже, мышь из моей лаборатории пропала. Док утверждает, что Юля делает честные глаза, и говорит что не причем.

Доктор В.Ц. Коллайдер.



Ричард.



 К очередному сновидению я оказался не готов. Совершенно. То, что ко мне постепенно переходят память и сила Кукулькана, я уже осознал, и принял. Не смирился, а именно принял. Могущество и возможности древнего божества уже спасали нам жизнь. Беспокоило другое, я начинал ощущать его чувства, как свои. Это не одержимость или её подобие, просто со временем стиралась грань, сейчас, пусть и осознавая что это сон, я не мог провести четкую черту между нами. Не мог точно сказать, где заканчивается Ричард, и начинается Кукулькан. Пока что, сходства между смуглым парнем из моих снов, и летающим чудовищем не наблюдалось. Но это он, точно он, та же сила, те же ощущения от его присутствия. Погруженное в сон сознание, затягивало в самые глубины я.

 Вспышка света

 В глазах постепенно проясняется. Солнечно, вокруг влажный тропический лес, такой знакомый пейзаж. Молодой охотник стоит у входа в деревню со шкурой ягуара у ног, и копьем в руках. Жители неверяще оборачиваются, это не тот зверь которого можно добыть в одиночку. Каждый протягивает руку, чтобы коснуться плеча, спины или шеи, идущего к вождю человека. На смуглой коже остаются разводы глины и красок, нанесенных на пальцы жителей. Сегодня праздник, юноша исчез, а в племени появился новый мужчина. Вождь лично забирает шкуру, и дает право завести семью. Даже те, кто когда-то дразнил или бил его, смотрят с удивлением. Слова не нужны, в племени не любили зря чесать языком. Вместо пустых оваций, деревня встречает его едой и напитками. Отдельно стоят восемь молодых свободных девушек, каждая из которых готова стать женой охотника, победившего царя джунглей.

 Вспышка света.

 Охотник забрал себе жену. Выбор пал на молодую темноволосую девушку, которая ему давно приглянулась, раньше, она и не посмотрела бы на убогого сироту, но в древности человека делают его поступки и навыки, а не лицемерная замена современной цивилизации. Охотник всем доказал, на что способен. Его мечта исполнилась, он больше не будет одинок. Два тела, сплелись в страстном соитии. Её губы шептали в темноте, а плоть была податливой и гибкой, словно молодая ветка. Охотник засыпал и просыпался в объятиях любимой, у него появилась собственная семья, о которой, будучи ребенком, он мечтал каждый день. Долгими ночами, молодой парень смотрел на звезды, долгими годами тренировал свои природные силы. Ветер, земля, огонь и вода - его плоть и кровь, его щит и меч. Но тепло стихий, меркло перед стуком сердца любимой девушки, и осознанием нового себя.

 Вспышка света.

 Уже повзрослевший охотник, стоит на заросшем лианами и деревьями холме. Не юноша – мужчина, со смуглой кожей и перекатывающимися под ней канатами мышц. Он не один, с ним маленькая девочка, чертами лица очень напоминающая отца. Лет семь навскидку, совсем юная, худая и смуглая, но полная детской энергии и шалостей. Веселая малышка, которая выросла в любящей семье, она собирала цветы для мамы, ждущей их дома с ужином. То, чего сам охотник был всегда лишен, он беззаветно дарил семье, не раздумывая. Каждый миг, каждый вздох, он посвящал любимым. Я чувствовал это, все его мысли и чаяния, все его страхи. Единственное, чего боялся древний носитель, это потерять дорогих людей. Собственная смерть не пугала повелителя стихий, не раз и не два, он смотрел ей в глаза. Она выглядывала из кустов глазами хищного зверя, она нападала, в форме примитивного оружия врагов племени, но каждый раз охотник выходил победителем.
 Девочка держала в руках воздушного змея, из тонких тростинок и ткани, отец лично сделал его для любимой дочки. Кукулькан стал вторым в своём селении, все спорные моменты и сложные ситуации, решал именно он. Именно к нему, приходили в поисках помощи и совета, именно он научил свой народ столь многому, что барельефы с его изображением уже разошлись по другим племенам. Родные туземцы с трепетом произносили его имя, а враги пугали Кукульканом детей. Даже в древности, без стычек не обходилось, и примитивное оружие проливало немало крови. Обнимая пищащую от восторга девочку, с веревкой от парящего в небесах змея в маленькой ладошке, охотник испытывал ни с чем несравнимое счастье. Бывший сирота, стал пользоваться своими способностями и знаниями, он создал календарь, новые принципы земледелия, механизмы и рычаги. Способности он не скрывал, и некоторые соплеменники стали поклоняться ему как живому идолу. Однако, сам он с большим удовольствием направлял потоки ветра в крылья змея, чтобы развлечь дочь, чем использовать дар для боя. Пусть он и поглощал души животных, питаясь их жизненной энергией, Кукулькан не переходил тонкую грань, не позволял своей жажде крови, поглотить человека. Пока…

 Вспышка света.

 Пепелище. Обугленный дом, сгоревший полностью, остались только каменные стены. Вокруг убитого горем охотника, стоят молчавшие соплеменники. Если бы он только был ЗДЕСЬ! Если бы мог спасти свою семью, а не воевал с другими племенами! Ветер выл как дикий зверь, небо полностью заволокло стальными тучами, отвечая на боль и горечь носителя аномалии. Молния ударила совсем рядом, ослепив зевак, следом за ней пришел оглушительный раскат грома, настолько сильный, что люди попадали на колени. Мужественный первобытный охотник, проливавший кровь и разящий врагов, плакал, не в силах заставить себя смотреть на останки жены и дочери.
 -Они напали ночью, пока тебя не было. – Прозвучал рядом печальный голос. Сам вождь пришел. Невысокого роста толстый туземец. Когда-то он был силен и статен, но оседлый образ жизни, праздность и возраст, сделали его таким. – Мы успели отбиться и прогнать поджигателей, но два дома потеряли. В долине больше нет врагов.
 -Кто? – Просто спросил Кукулькан. Слезы аномалии мгновенно высохли, он жаждал мести. Раз вокруг нет трупов врагов, убийцы его семьи живы, на их несчастье. Именно сейчас, я впервые почувствовал в нем отголоски того беспощадного монстра, в которого майя превратился спустя много лет.
 -Племена Ацтеков. – Ответил один из воинов, приближенных вождя. – Я узнал их по рисункам на телах, и вот, это осталось на поле брани.
 Воин протянул Кукулькану копье, которое он сразу узнал. С таким оружием в бой ходили соседние племена, не раз и не два спорившие с ними за территорию. Но напасть на женщин и детей, ни ограбить, ни пленить, уж пленников он бы отбил, а предать жуткой смерти в огне. Вернуть любимых оттуда, он не сможет, никто не сможет. Снова один, без семьи, без смысла жизни. Опустошение Кукульна, я чувствовал как своё. Своими глазами видел его мысли, как девочка уже проявляла любопытство, к исследованиям отца, как жена ласково гладила его волосы, каждый раз как он возвращался из походов. Другие охотники и воины удивлялись, как можно НАСТОЛЬКО любить женщину и ребенка, но только за спиной. В открытую, никто не смел, осуждать живого бога.

 Вспышка света.

 Тайфун, яростный, беспощадный тропический тайфун. Чудовищной силы ветер рушил примитивные дома, сбивал с ног воинов, ломал деревья. Кукулькан уничтожал очередное селение вражеского племени, вдумчиво, жестоко, как это может только человек. Он был один, без воинов, без оружия. Он сам, оружие, стихия обретшая плоть и кровь. Двое воинов выбежали прямо на него, метя наконечниками копий в сердце. Усилие воли, и земля разверзлась под их ногами, погребая заживо. Он был глух к крикам и мольбам, как были глухи они, к плачу маленькой девочки сгорающей в пламени. Торнадо, землетрясения, наводнения, множество природных катаклизмов обрушились на голову Ацтеков. Убивать и убивать, не останавливаясь ни на мгновение. Пусть и ненадолго, но залить потоками крови пустоту в истерзанной душе.
 -Какая беспросветная глупость. – Безжизненным голосом сказал охотник, глядя, как племя приносит в жертву своим богам одного из воинов. – Никто не откликнется на ваши мольбы. Где теперь ваши боги? Где они были, когда вы погубили мою семью?! Просто исчезните!
Взмах руки, и земля обрушилась под алтарем, просто поглотив около сотни человек. Вырвавшаяся из глубокой каверны на поверхность лава, воспламенила лес, но Кукулькан мгновенно потушил его. Он проклинал огонь, прекрасно понимая, что в смерти дорогих ему людей, виновно не пламя, Кукулькан тем не менее ненавидел, эти багровые языки пламени и треск горящего дерева, в котором он слышал детский плачь.

 Вспышка света.

 Он поднимался к вождю, пирамида которого уже достроена. Величественная каменная гробница, фундамент которой охотник помогал закладывать, будучи ребенком, уже при жизни она стала символом процветания правителя. Не став тревожить стражей, Кукулькан приземлился прямо на вершину, где проводил обряды и отдыхал вождь. Он давно умел летать, ветер стал его крыльями, но радости полет не приносил, некому было разделить с ним восторг свободы, как когда-то. Прошел почти год, а боль утраты ещё не утихла в его сердце. Любая девушка его, и не только его племени, готова была покорно раздвинуть перед ним ноги, любую девушку из чужого племени, он мог взять силой. Но разве будет на дне их глаз такая же любовь, разве родится ребенок, способный хоть частично заполнить пустоту, оставшуюся после его родной крови? Непокорные племена, Кукулькан истребил, последнее сопротивление Ацтеков сломлено, даже враги, признали его богом, и называли не иначе как пернатый змей, Кетцалькоатль, повелитель ветров. Сегодня он доложит вождю, что племя теперь правит всеми землями, получилось это даже раньше, чем все предполагали.
 В комнате за стеной, переговариваются тихо два человека. Воздух доносит до уха повелителя каждое слово. Охотник как всегда передвигался бесшумно, давняя привычка, родившаяся под сенью первобытных лесов.
 -Уже скоро, наш бог уничтожит последних врагов. – Послышался голос вождя, сопровождающегося чавканьем. Слово бог, он произносил с издевательской интонацией. Толстяк как всегда ел, ел не переставая. – Завтра прилетит к пирамиде. Великий пернатый змей, так его теперь называют племена. Скоро и править его сподвигнут.
 -Наш вождь вы. – Отозвался второй человек, самый приближенный к патриарху воитель.
 -Но не бог! – Взвизгнул правитель, удивив Кукулькана настолько, что он не стал спешить, и появляться перед ними. Толстая стена отделяла вождя от него, но это не мешало аномалии слышать каждое его слово. – Кукулькан обладает властью, которая не снилась ни мне, ни моему отцу, ни даже отцу моего отца! Презренная чернь, поклоняется ему. Прикажи он, и все головы сложат ради своего божества. Кто сделает так для меня? Но он слеп! Слеп и глуп! Вместо власти, подавай ему открытия, новые земли и знания, семью.
 -Ему не нужна власть, повелитель. – Разумно сказал собеседник вождю. – Кукулькан стремится к совсем другому.
 -Пусть не нужна! Но она, у него, есть! – Перешел почти на крик толстяк. – Кого приветствуют громче и искренней? Кому ставят алтари добровольно, а не возводят за плату? К кому люди идут за советом, и с подношениями чаще и охотнее? К НЕМУУУУ, НЕ КО МНЕ - ВОЖДЮ!
 -Он нам нужен. Кукулькан сделал для народа больше, чем несколько поколений до него, и не сделают ещё несколько поколений после. – Сказал воин, то, как даже самый преданный правителю боец, защищает охотника, взбесило его окончательно.
 -Теперь не нужен! – Торжественно произнес вождь. – Последние племена падут, и мы избавимся от него. Отравим, как когда-то его жену и ребенка, а потом предадим огню. Страшно представить, что могла случиться, унаследуй его отродье хоть крупицу сил отца.
 Внутри Кукулькана что-то сломалось. Ричард чувствовал, как исчезает его гнев, страх, ненависть…не остается ни малейших чувств. В опустошенной и изорванной, преданной своим народом душе, поднималось безумие, оно вырастало как раковая опухоль, на обломках былого сознания. Если и есть переломный момент, который превратил Кукулькана из человека в одержимого монстра, то это именно он.
 -Мой вождь, не стоит поминать наш грех. – Безжизненным голосом ответил воин. – Это было недостойным деянием. Девочка могла вырасти прекрасным человеком племени, а теперь нам не отмыть с рук их кровь.
 -Что достойно, а что нет, решать мне. Я вождь! – Отрезал толстяк, ударив кулаком по столу, на пол упала золотая посуда, и звон металла эхом отразился от стен.
 Он не убьет их сейчас, решил Кукулькан. Зачем? Это не вернет дорогих ему людей, не вернет в мир их улыбки, тепло и смех. Все кто был ему дорог, погибли. Его родители, его жена, его бедная маленькая дочь, которая совсем не успела вкусить жизни. Хрупкие, родные, любимые девушки, их больше нет. Те же, кто остались, просто…Мусор. Убогая, жалкая масса мяса, которая годиться только для того, чтобы стать пищей.

 Вспышка света.

 На вершине пирамиды стоит вождь, десяток его воинов, и Кукулькан. У подножия собралось практически всё племя. Все у кого были хоть какие-то украшения, будь то золото или кости и перья, щеголяли в них. Лица разукрашены по поводу праздника. Кукулькан печально усмехнулся, как недалеко они ушли от обезьян, крикливые, вычурные, как животные стремящиеся показать друг другу свою яркость и значимость, как попугаи украшают свои перья всякой ветошью.
 -Сегодня мы объявим окончательную победу. Да? – Спросил патриарх у Кукулькана, который кутался в свой плащ из перьев. О, если бы вождь умел читать по глазам, то бежал бы, а то и вовсе, покончил с собой. – А вечером будет пир, с лучшим вином и яствами. Может и траур свой сбросишь, выберешь себе новую жену.
 -Разумеется, сегодня всё изменится к лучшему, повелитель. – Ответил он. Воины с тревогой смотрели на лицо аномалии, оно осунулось, будто постарело за ночь, оно теряло человеческие черты, в нем проскальзывало… что- то страшное. На дне глаз плескались багровые искры. Кукулькан взял с собой копьё, и воины удивленно шептались, ведь за последние три года, никто не видел, как он пользовался оружием смертных. Следующие слова, ножом прошлись по окружающим, даже самые храбрые воины, ощутили дыхание страха. – Как изменилось в ночь, когда ты, вождь, убил мою семью.
 Лицо вождя посерело, лоб покрылся капельками холодного пота, глаза в панике забегали вокруг. Мгновение назад ясное небо, заволокло серыми тучами, сам день померк.
 -Прикажешь убить меня? – Безжизненным голосом спросил охотник. – Вот только я не беззащитная женщина и не малое дитя, которому не исполнилось и десяти лет. Посмотри на своих воинов, кто из них посмеет, напасть на меня, на бога?
 Кукулькан был прав, ни одно копье, ни один меч или дротик, не указывали на аномалию, да что там, воины боялись даже посмотреть в сторону разгневанного майя. Взмах руки, и камень под ногами вождя крошится, вздымается наверх, и замуровывает ноги человека, не позволяя ему шевелиться. Лицо вождя озарило понимание, он понял всё, понял, что сегодня, его дни сочтены. В глубине души, ещё жил былой воин, поэтому он не просил пощады, не скулил. Пусть. Он уйдет, как подобает майя.
 -Сегодня, каждый из майя выберет, за кем вы будете идти. – Обратился к замершей в ошеломлении толпе Кукулькан, он не кричал, но в наступившей тишине, ветер донес слова до каждого жителя. Охотник указал мускулистой рукой сначала на вождя, а затем на себя. – За человеком, или, за богом!
 Всего пару мгновений, и на колени опустились первые майя, те, что давно основали культ пернатого змея, и ждали этот час. На лицах аборигенов сияла улыбка, а в глазах фанатическая преданность. Вслед за ними, пали ниц остальные, даже воины из свиты вождя. Кукулькан поднял копье над головой, устремив навершие вверх, со стальных небес сорвалась ветвистая молния, с громовым раскатом поразившее остриё. Очень редко охотник пользовался этой частью своей силы, самой разрушительной, от которой не было защиты, не было спасения. Уже давно, ещё когда он смотрел в окно на грозу, усадив на колени маленькую дочь, буря шептала ему, что ударит куда захочет Кукулькан. Металл наконечника раскалился, принимая разрушительный напор, разряд испепелил древко, и прошелся по коже аномалии, оставляя ветвистые ожоги. Для людей прошла сотая доля секунды, но сам Кукулькан чувствовал, как его кровь и гнев наполняют молнию. Разряд прошел с левой руки, которой он держал копьё, до правой, которой указывал на вождя. На кончиках пальцев аномалии, сверкал и плевался искрами багровый шар, размером с небольшой мячик, но сиявший подобно солнцу. Свет шаровой молнии превратил пирамиду в нечто невероятное, окрасив сами камни в кроваво красный цвет.
 -В долине больше нет врагов. – Безумная улыбка, в лучах багрового света, стала последней картиной которую увидел вождь. Чудовищной силы разряд, сорвался с рук Кукулькана сопровождаемый раскатом грома, настолько мощным, что лопались барабанные перепонки, и превратил человека в полыхающий факел. Толстое тело вождя сгорало изнутри, было видно каждую косточку, крик не успел вырваться из осыпавшихся прахом легких. Испепеление. От врага аномалии, осталась только горстка тлеющего пепла.
 -Ку-куль-кан. Ку-куль-кан. КУ-КУЛЬ-КАН. – Хор голосов становился всё громче. Культисты бились в экстазе, а простые соплеменники тряслись от ужаса. Живой бог смотрел на своих людей, смотрел светящимися багровыми глазами, из уголков которых, сочилась на лицо густая кровь.

***



 -Вашу мать! – Проснулся я с криком, при этом напугав Юлю, Славю, и несколько сидящих на ветках птиц. Кошкодевочка, до этого спокойно лежавшая рядом, отпрыгнула, и прижав ушки к голове испуганно за озиралась. Мелкие пернатые, хлопая крыльями уносились прочь.
 -Кошмар приснился? – Славя отреагировала не в пример спокойнее, но палец на курке держала. Мы вообще уснули очень весело, я в центре, с левого бока Юля, с правого Славя, положившая винтовку возле себя. Думал, глаз не сомкну, но тепло и уютное сопение девочек быстро вырубили усталое сознание.
 -Не то слово. – Ответил я, вспоминая все подробности. Слишком реалистично, слишком. Утро очень раннее, но уже пора начинать собираться, хорошо, что я не проснулся посреди ночи и не испортил девочкам отдых, силы нам понадобятся. Шум жизни вокруг, постепенно забирал ночные тревоги. Щебетали птицы, стрекотали кузнечики, в мокрой от росы траве шуршали ящерицы, выползающие греться на первые лучи солнца, да и воздух, нес в себе неповторимую утреннюю свежесть.
 Впервые, чтобы не терять времени, мы подкрепились СП – 1. Юля при этом скорчила настолько недовольную мордочку, что мы со Славей искренне посмеялись.
 -Ну правда, хоть соли бы добавили! – Мяукнула недовольная нека, возмущенно дернув хвостиком. Кошачьи атрибуты аномалии, здорово показывали её настроение, никакого индикатора не нужно. Однако, Юля всё же сжевала свою порцию, после чего, мы дружным шагом отправились дальше. Дождь так и не пошел, но разрушительное действие ночной бури, просматривалось невооруженным взглядом. Тут и там, на деревьях зияли свежие раны от отвалившихся веток, а река несла в своих водах целую кучу природного мусора и пыли.
 Природа стала ощущаться ещё ближе. С каждым погружением в себя, я перенимал всё больше способностей повелителя стихий. Сосредоточившись на воздушном потоке, я чувствовал всё, чего он касается, от камней, до пушистого хвоста Юли. Земля под ногами уже не чувствовалась как простая твердь, с каждым шагом, я ощущал как по ней проходит сейсмическая волна. Чувствовал большие подземные камни, норы грызунов и прибрежный ил реки, в котором копошились лягушки. Странно, как можно жить, не ощущая всего этого? Объективно говоря, сейчас я понимал Кукулькана. Да, он стал чудовищем, но на его месте, любой бы сошел с ума. Самых страшных демонов, люди создают сами: ядерное оружие, упадок экологии, политических тиранов, беляши на вокзале, в конце концов.

 Внезапно, запищало устройство на моей левой руке. Джой всё же смог подобрать ключик к данным на флешке. На экране высветилась информация о данных на накопителе, а так же то, что десять процентов этих данных, безвозвратно утеряны.
 -Это то, что я думаю? – Славя внимательно разглядывала экран через моё плечо.
 -Именно. – Я быстро пробежался глазами по файлам. Личный дневник, шифры, а так же, коротко и лаконично подписанная папка «бестиарий», и, самое главное, карта! – Это. Просто. Клад.
 Информация с носителя, как раз то, чего нам сейчас не хватало. Со стороны реки доносился шум текущей воды, над ухом начинали жужжать разные насекомые, а я, неотрывно смотрел на экран. думая, что открыть первым.
 -Рич. – Привлекла моё внимание блондинка. Славе даже пришлось потормошить моё плечо, настолько я был увлечен новой информацией. – Давай доберемся до дневного привала, и там спокойно это всё просмотрим.
 -Так точно, но сначала. – Я открыл файл с картой, и приложение в джое, мгновенно интегрировало новую информацию в свои архивы. Без связи со спутником, о точной геопозиции можно было и не мечтать. Но к счастью, предыдущий владелец накопителя, отмечал на карте свой маршрут. – Смотрите девочки, это ущелье, в котором мы сейчас находимся, оно заканчивается у самого моря, а начинается высоко в горах.
 -А это, отметки разных объектов! – Славя указывала пальцем на пометки в карте. – Бункер 112, Ледниковый Реликт, а вот это, судя по всему, подземелье, в котором мы очутились после прыжка.
 -Да, кто бы ни вел этот дневник и карту, он оказал нам огромную услугу. – Снимаю перед ним шляпу. – И ещё, язык интерфейса и файлов, что-то на английском, но большая часть, на нашем, родном. Славя, дата! Посмотри на дату!
 -Боже. – Девушка ахнула, прикрыв рот ладошкой. Последняя дата записи в дневнике 22.05.2238 года. – Май, две тысячи тридцать восьмого года. Мы в будущем.
 -Или, в одном из вариантов будущего. – Добавила Юлия, многозначительно кивнув головой. Она только что заканчивала осматривать косичку, которую спящей неке заплела Славя, и, по виду, осталась очень довольна. – Миров много, и некоторые, живут по совсем другим физическим законам.
 -Теперь, можно двигаться не вслепую. – К большинству зон, тут есть комментарии. А в дневнике аудио файлы.
 -Включим последний? – Предложила Славя.

 Так, не прерывая движения, мы с девочками прослушали последние слова хозяина флешки. Осторожность, тем не менее, я не терял, периодически переходя на зрение охотника, теперь это стало до безобразия просто, одно лишь желание, и мир теряет краски.
 -Конец мая. – Начал говорить мужской голос из динамиков джоя. Немного хриплый и уставший, он явно принадлежал мужчине далеко за тридцать. – Я остался один. Думаю, эта тварь не станет меня преследовать, после того, как Двадцатый прострелил ей крыло. Жаль, что перед этим, гадина буквально смяла его в кашу, нашего товарища не спасли ни огнеупорные щитки, ни плазменное оружие. Да, я убежал. А что может сделать человек с пистолетом? Обычные пули ИХ шкуру не берут.
 -Господи. – Тихо шепнула рядом идущая Славя. Девушка так увлеклась, что чуть не вписалась в большой куст возле дороги, но бдительная Юля потянула её за локоть.
 -Раны ноют всё сильнее. К экспедиции в ущелье, мы оказались совершенно не готовы. – Продолжил свой рассказ неизвестный. – Я, Семнадцатый, последний из выживших обитателей бункера. Как отвратительно умирать, даже не имея собственного имени. Мы родились под землей, и под землей бы и сдохли. Смотритель так и не решился открыть затвор, за столько лет. Потом, пришли ОНИ. Кха, твари вскрыли многотонную стальную дверь, как консервную банку. Пятерым удалось сбежать, но теперь, все кроме одного, уже отправились к праотцам. Как же болит нога, наверное, мне недолго осталось. Я диктую последние слова в свой дневник, в шаге от вершины ущелья. Кто бы ни нашел эти записи, надеюсь, собранные нами данные о внешнем мире, принесут пользу. Отдохну пока вон на том камне, как раз будет время снять все пароли с данных. Дневник, видимо у меня уже горячка, камень что, шевелиться? Так не быва...
 -Да уж, страшные вещи творятся в этом мире. – Покачала головой Славя. Запись окончилась захлебывающимся криком, и звуками выстрелов. – Жалко его, умер в одиночестве, израненный.
 -Но подарил шанс на выживание нам. – Сказал я, и серьезно задумался. Теперь есть карта, и возможность выбрать, куда идти. Редкие тучи на небе, вроде не предвещают бури, какая покатилась вчера. – Если верить карте, то река впадает в черное море, то есть, можно выйти к большой воде. Правда, тут какая-то странная пометка.
 -Ага, и что-то мне кажется, это не обозначение «тут безопасно». – Славя смотрела на карту, где у самого конца ущелья, в месте соединения реки и моря, нарисован красный перечеркнутый круг.
 -Как назло, именно эта часть данных повреждена. – Посетовал я на судьбу. – Хотя, надо быть благодарными, что хоть что-то сохранилось. Итак, товарищи. Куда пойдем?

 «Стая»: запись в бестиарии Семнадцатого.

 Внешний вид: В стае, есть два типа живых существ. Простые волки, и вожак. За время ядерной зимы, это один из немногих видов относительно крупных млекопитающих, не сильно изменившихся внешне. Выглядит стая, как группа крупных волков, разного цвета. Как правило, во встречавшихся нам группах, стая не превышала пяти-семи голов. В каждой стае, есть вожак, наиболее крупная особь, вот здесь уже видны и первые мутации. У вожака более удлиненное тело, крупные челюсти, и дополнительный орган зрения на лбу, выглядящий как третий глаз.
 Повадки: Полностью их изучить не удалось, на большие группы людей стая не нападает, предпочитая избегать. Ведет себя разумно, некоторые особи играют роль разведчиков, двое всегда в арьергарде. Поведение стаи, в корне отличается, от описанного в довоенных энциклопедиях поведения волков. Есть предположение, что вожак каким-то образом контролирует действия остальных животных, превращая стаю в единый макроорганизм. Стоит убить вожака, и стая разбегается, это и спасло в свою время от смерти Пятнадцатого. Для одиночек или ослабленных групп, стая смертельно опасна, человечиной на поверхности вообще, хищники не брезгуют.
 После столетий жизни без участия цивилизации, большая часть мутировавшей флоры и фауны, считает нас просто ещё одним источником белка. Человек больше не вершина эволюции, миром правят мутанты. Убить простого хищника стаи, не сложно, сердце, легкие, мозг: тело волка вполне уязвимо к огнестрельному и холодному оружию. С вожаком сложнее, во первых, сам вожак никогда не приближается к жертве, пока стая не истощит её, предпочитая добивать уже израненную добычу. Так же, у него очень прочный скелет, особенно череп, а сердце мутанта заключено в своеобразную костно-хрящевую сумку, которую не каждая пуля пробьет. Целиться надо в глаза. Вскрыв убитого Пятнадцатым зверя, я отметил серьезные изменения в органах вожака, показывающие, насколько мутировали звери за двухсотлетний период. Мозг хищника большой, с глубокими извилинами, так что тварь практически разумна, мышцы прочнее, и их больше в грудном отделе. Скелет легкий, с большим количеством хрящей, благодаря этому тварь может двигаться даже с перемолотыми костями. Пятнадцатый убил тварь из крупнокалиберной снайперской винтовки, пробив её центральный «третий глаз», тем самым нанеся критический урон.
 При встрече со стаей, стоит немедленно сгруппироваться, если вас много, или бежать, если ты один. Волков одиночек на поверхности больше нет, так или иначе, они прибиваются к вожакам. Если умирает вожак, то остальные особи ищут нового покровителя, это у них теперь на уровне инстинктов. Выяснить, рождаются ли вожаки от простых особей, или как-то иначе, полка не возможно. Товарищи и так считают меня психом, который тратит время на исследования. Но что наша жизнь? Мгновение, а добытые знания, смогут помочь остальным, выжить во враждебном мире.
Куда дальше?
Бункер
8 (61.5%)
Реликт
5 (38.5%)
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Юля(БЛ) Славя(БЛ) Женя(БЛ) Виола(БЛ) Мику(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 17.

Страничка на фикбуке. 

Часть 16


Док. Палуба «Ленина»


 Раннее утро выдалось прохладным, горизонт только начинает окрашиваться в цвета рассвета, а на небе ещё видны звезды. Морской ветер, пронизывающе дует прямо в спину. Качка на палубе почти не ощущается, несмотря на волны за бортом. Сегодня день отбытия. Кстати, транспорт для отряда разведки уже готов. Дирижабль. Среднего размера, хорошо оборудованный, дирижабль. На вертолетах и самолетах особо не полетаешь, нет, в хранилищах «Ленина» и не такое ещё валяется, был даже танк где-то. Но для долгих поисков дирижабль – идеальное решение. Кабину подняли краном из трюма, а каркас собрали уже наверху. Сам корпус для пассажиров, был весьма вместительным, размером с двухэтажный автобус, к тому же на порядок длиннее. На боку красовалось название аппарата «Причеши бровь»…
 "-Того, кто отвечает в организации за названия, нужно долго и упорно лечить. – Вспомнил Шиза крейсер, с созвучным именем".
 Провожать отряд, собралась настоящая мини-делегация. Состоящая из Лены, Мику, Алисы, Виолы, Седого и кибернетиков. Отдельно стояла Ямада, и дулась, как мышь на крупу. В отряд для вылазки её не взяли, справедливо рассудив, что одного меня более чем достаточно. Мику молча поддерживала подругу.
 "-Или наша мед сестричка, внимая твоему совету чувак, оставила у себя на корабле козырь. – Задумчиво проговорил на задворках сознания Шиза. – Даже один носитель, может поменять баланс сил. А Яма немало набралась опыта, за последние два года".
 -А где Ульяна? – Спросил я у девочек. Странно, мелкая конечно грустит и весьма недовольна, но провожать нас думал выйдет. Скоро мы поднимемся в воздух, и не ясно, когда ещё сможем увидится.
 -Дуется, сидит в своей комнате, и пыхтит как сердитый рыжий ёжик. – Зевнула не выспавшаяся по моей вине Алиса, хоть совсем и не скажешь, что она по этому поводу опечалена.
 -Извинишься перед ней за меня? – Обратился я к старшей рыжей. Волосы Алисы развевал ветер. девушка зябко куталась в мастерку, а кончик её милого носа, был немного красным.
 -Да Ульна не сердится, зуб даю. – Отмахнулась Двачевская. – Просто боится тут заплакать, и не она одна, между прочим!
 -Будьте очень, очень осторожны. – Вдруг заговорила Лена, которая с самого появления на палубе, не проронила ни слова. – Обязательно вернитесь все целыми, и невредимыми. Ладно?
 -А вот и остальные. – Виола посмотрела на поднимавшихся участников экспедиции. Успех операции, решили брать качеством, а не количеством. В принципе, на дирижабль влезло бы и под пятьдесят человек, но зачем столько?

 Кэп, хмуро докуривая сигару, первым поздоровался со всеми, и без лишних движений нырнул в кабину дирижабля. Следом промаршировали пять бойцов прикрытия, лучших стрелков организации, я их не особо знал, но Ви поручилась, за каждого. Затем показался Джо, чья белая улыбка резко контрастировала с темной кожей лица. Осталось дождаться аналитиков, которых припахали собирать данные, и можно вылетать, однако нас ждал сюрприз. Последней на палубе показалась…Женя.
 -Виола, ты шутишь, да? – Полушепотом спросил я у подруги. Вот только её там не хватало, а если что-нибудь случится? Кэп и его отряд, парни бывалые, да и меня уже, простым гражданским назвать сложно.
 -Она одна, заменит целый отдел этих дармоедов. – Уверенно ответила Виола, и даже бровью не повела. Шурик недовольно поморщился, услышав нелестное мнение об аналитиках в целом. – Женя отлично управляется с приборами, собирает данные, и работает с системами. Вот столкнетесь во время рейда с чем нибудь интересным, а аналитиков рядом нет. К тому же, вы ведь присмотрите за ней, и просто так на землю гонять не будете?
 -Это почему она едет, а я нет! – Возмутилась Алиса. Глаза рыжей сверкали негодованием.
 "-Мда, ситуация напряженная. – То, что в качестве ученого с нами отправят Женю, стало сюрпризом для всех, даже для Шизы. Вот ведь Виола, с импровизировала, кем себя заменить. – Думаю и сама Евгения, тоже не в бешеном восторге".
 -Не очень-то и хотелось. – Немного грубо ответила темноволосая, поправляя очки. Она осматривала всех весьма недовольным взглядом. Когда глаза девушки столкнулась со мной, Женя едва заметно покраснела, а затем опустила голову к палубе. – В общем, мне сказали, и я тут. Оборудование, надеюсь, погрузили?
 -Оружие, боеприпасы, приборы, средства коммуникации, еду, и прочие мелочи и не мелочи, погрузили ещё вчера. – Кивнула Лена. Фиолетовые хвостики дернулись в такт, а зеленые глаза с беспокойством осматривались. – В воздухе проверьте всё, если что, вернетесь и экипируетесь. Вот, здесь список того, что у вас на борту.
 -Спасибо Лен, что бы мы без тебя делали. – Сказал я, без всякого сарказма. Интендант организации из неё получился на диво хорош. Одно только плавучее хранилище аномалий, её идея.
 -Всегда рада помочь. – Довольно улыбнулась девушка. – А кстати, зачем ты вчера просил столько белой и черной краски?
 -Это тебе потом расскажет Виола. – Я спешил на борт, чем быстрее взлетим, тем лучше, до берега ещё надо добраться, и искать, искать, искать. – Ладно, передавайте привет Ульяне. Мы скоро вернемся, со Славей и Ричардом.
 -Попутного ветра. – Хрипло сказал Седой, и покинул палубу. Ему тяжело, как-никак сын пропал, черт знает где, да и жив ли вообще. Представляю, как старик переживает, хоть и не показывает этого. – Найдите там, Славю и моего мелкого.
 Я потрепал рыжую макушку Алисы, кивнул Яме, обнялся с Виолой, под внимательным взглядом янтарных глаз.
 " –Полегче милая, это просто дружеские обнимашки! Отвечаю!".
 -Подождитееее! – На палубу спешил ещё кто-то. Ан-тян, собственной персоной, в толстых защитных очках на растягивающейся оправе. Вместо неизменной маски, на шее девушки красовался камуфлированный шарф, закрывающий нижнюю половину лица. Интересно, кто нибудь в организации вообще знает как выглядит её подбородок?
 "-А может у неё их два? - Предположил Шиза. - С её то любовью к сладкому, хотя нет, слишком она стройная".
 – Вот, это тебе Док, чтоб не говорил потом, что я жадина. - С довольным видом протягивая мне длинный сверток.
 -Я никогда так не говорил! – Возмутился я, принимая довольно тяжелый продолговатый предмет из рук Ан. – Вот лентяйка, это да.
 Посмотрим, что тут у нас. В свертке оказался один из особо охраняемых артефактов. Длинный шест, заканчивающийся лезвием с одной стороны, и металлической набойкой с другой. Выглядит так, будто мастер-оружейник, только секунду назад завершил над ним работу. Гуань-дао, аномалия обладающая свойствами неразрушимости. Ох, как аналитики пытались отколоть от него хоть кусочек!
 -А не жалко? – Спросил я Виолу, догадываясь от кого исходит инициатива.
 -Его же невозможно сломать, что с ним будет? – Виола кивнула на кибернетиков. – Они утверждают, что нерушимость этой аномалии, связана с тем, что она существует одновременно в материальном, и нематериальном мире. Догадываешься, зачем она тебе?
 "-Чтобы надрать зад призраку Кукулькана, так? – Подал мысль альтер-я".
 -Таким как ты и Яма, подобное оружие подходит лучше всего. – Сказал Шурик, стараясь незаметно отодвинуться от метавшей молнии Алисы. – А из плазмометов и солдаты постреляют.
 -По коням! – Раздался поторапливающий крик Кэпа из салона дирижабля. – Если вдруг кто-то запамятовал, планировалось взлететь ДО рассвета, не спите!
 -Давай рыжик, не грусти. – Я обнял Алису, и шепнул ей на ушко, чтобы никто не слышал. – Вернемся домой, отметим шикарным барбекю на берегу моря, нет не моря, океана! Соберем всех наших, и порталом на Гавайи.

 Дирижабль медленно набирал высоту, пилотировал его сам Кэп, не доверяя это дело солдатам. В салоне почему-то сильно пахло рыбой, один из солдат захватил перекус с камбуза? Да и вентиляция шумела сильно, во всяком случае, для моего тонкого слуха.
 "-Спорим, через часа два он сам посадит за штурвал кого-нибудь другого? – Шиза неплохо изучил характер Кэпа, вне боя он тоже становится ленивым".
 -А это ещё что такое? – Задумчиво проговорил один из солдат, глядя на лайнер с высоты птичьего полета. На палубе, водостойкой черной и белой красками, был нарисован знак, в точности повторявший рисунок на моей спине. При взгляде с палубы, черные и белые линии казались хаотичными, а сверху его было видно очень хорошо.
 -Это, дружище, лучшая защита для нашего кораблика. – Ответил я бойцу, похлопав того по плечу. Тесновато тут мне, выпрямиться бы во весь рост, да не могу. – Если этот мир ещё помнит нас, то мало кто рискнет приблизиться к этому знаку, а если забыл, то и фиг с ним, рисунок красивый, пусть будет.
 "-О, да. Урок мы преподали хороший. – Вспомнил былые делишки, кровожадный Шиза. Хотя, тут я с ним солидарен, случись такая ситуация ещё раз, поступлю так же. Может я повторюсь, но прощение – удел великодушных. Меня же, кто укусит, останется без зубов! ".

Ричард.



 Полдень, как и планировалось, мы пережидали в тени скал. Сверху уже показывались деревья, самые макушки которых видно из-за склонов, а значит мы уже близко к выходу. Да и само ущелье, расширяется, река становится спокойнее и глубже, земли больше, деревья выше. Даже здесь, вдали от прямых солнечных лучей, было довольно жарко. Флора и фауна тоже менялись. Возле реки, Юля обратила внимание на следы копыт. Из зарослей то и дело взлетали утки и камышницы, которых мы с ушастой провожали голодными глазами. Славя либо не подавала виду, либо более-менее держалась, в отличии от вечно голодной аномалии, и, чего греха таить, тоже большого любителя пожрать (меня). Нет, если надо я несколько дней могу обойтись без пищи, или питаясь очень скудным рационом, но зачем? В этом мире, еда так и носится вокруг, умоляя, ну сожри меня Ричард, сожри. Мне бы ружье, или лук на худой конец. Недавно в чаще пронеслось целое стадо кабанчиков, но единственное из чего их можно было подстрелить, это оружие Слави. А есть месиво из распавшихся от плазмы тканей…Фу.
 -Духотаааа. – Недовольно мурлыкнула Юля, присаживась на один их валявшихся вокруг мшистых камней. Перед этим хорошенько его осмотрев, прошлого сюрприза хватило всем. – Может, я пойду рыбку ловить?
 -Потерпи Юль, мы с Ричардом тоже перекусили бы, но ты же видела какие следы от зубов, были на той туше? – Славя решила перестраховаться. Девушка всю дорогу держала палец на курке, не то что раньше, когда винтовка просто свободно висела на её спине.
 -Я думаю, что не стоит так нервничать. – Обратился я к девушкам. Славя переживала больше всех, вокруг шеи девушки, на костюме, четко прослеживались следы пота. Если даже чистоплотная Славя побоялась лишний раз лезть в реку, это уже о чем-то да говорит. – Следы видели? Оно размером со слона.
 -Подумаешь, да? Мелочь. – Услышал я сарказм в голосе блондинки, пожалуй, впервые с тех пор как её знаю.
 -Незаметной она к нам не подберется, габариты не те. – Ответил я, глядя прямо в голубые глаза, девушка испытывала страх перед неведомой тварью, и неудивительно. Когти оставившие на боку рыбы борозды глубиной под метр. Чем бы ни была неведомая тварь, без боя я не сдамся, девочки не должны пострадать. Да, одна из них формально мой командир, а вторая одна из самых удивительных аномалий в мире, но и я не лыком шит. В крайнем случае, есть способности, доставшиеся от Кукулькана. – Я вас защищу. «Или умру, пытаясь. Добавил я про себя».
 -Ну, тогда я за рыбкой? – Юля умилительно посмотрела на валькирию, после такого взгляда, я бы для неки горы свернул. – В чем проблема-то?
 -Проблема в том. – Задумчиво начал я. – Что Юля невидима только для разумных, ну, за редким исключением. Животные тебя видят, не так ли?
 -Да. – Кивнула ЮВАО. Зрачки девушки на миг сузились, но потом снова расслабились. В спокойном состоянии, в темноте, они выглядели как человеческие, только с изумительным желтым оттенком. И только когда зрачки сужались, принимая вертикальную форму, отчетливо понимаешь, перед тобой фактически хищница, разумная, обаятельная, сексуальная, хищница. – Но звери предпочитают не трогать меня.
 -Хорошо. – Вздохнула Славя, и стала раздавать ценные указания. – Значит так, идем вместе. Юля не возражай, пожалуйста, подруга.
 -Мр? – Ушки девушки дернулись, а хвост обвил левую ногу. Она даже немного потупилась, от удивления.
 -Представь себе, я переживаю за друга, пусть сама и слабее тебя. – Щеки девушки тоже тронул непрошеный румянец. – Ты ловишь рыбу, а мы с Ричардом тебя прикрываем, идет?
 -Конечно! – Обрадовалась ушастая, и даже подпрыгнула от нетерпения. – Рыбка, рыбка, рыбка. Мы уж идем!
 -Тебе только рыба нравится? – Спросил я девушку, пока мы двигались к берегу, хотелось узнать об этом чуде как можно больше. Мой взгляд, невольно цеплялся за маячивший впереди пушистый хвостик, и, природа сильнее меня, за то, к чему он собственно крепился… Блин! Тут форс-мажор, а гормоны настойчиво твердят одно и то же.
 -Ну почему. – Не согласилась Юля, и закатив глаза, мечтательно облизнулась. – Я много что люблю. Грибы например, сыр, парное молоко, сахар, булочки, омлет, курочку…
 -Круто. – Резюмировал я через пять минут, когда девочка закончила перечисление, остановившись на копченых ребрышках. А ушастик оказалась настоящим гурманом, или обжоркой, это как посмотреть. Если судить чисто по стройной фигуре, с изгибами во всех нужных местах, то метаболизм у неки ого-го. Перед глазами всплыл образ девушки, когда она голышом ела сырую рыбу у костра. Видок тогда был что надо, эти небольшие ямки возле позвоночника, округлые бедра, изгибы спинки, едва различимые в свете костра мышцы. Она сама, как древний и прекрасный идол. Первозданная красота и изящество, в ней сочетались очень гармонично. Вот бы она мне да… Тьфу, ну что за мысли? Да нормальные мысли, нормального мужчины! А кто бы не возбудился глядя на такое, вон даже Славя глаза скосила, а она девушка!

 Мы почти у водоема, надо перестраховаться, сосредоточься Ричард. Цвета исчезли, я снова почувствовал себя дальтоником. Вижу только серое, белое и черное, зато ни в траве, ни за облаками, ни под водой, от меня теперь не скрыться. Вот в воздухе летает орел, в кронах прыгают мелкие пернатые, в тельцах которых сверкают крохи энергии в виде серебристых искорок. С практикой, зрение охотника вызывать было не трудно, однако с каждой секундой, внутри нарастал голод. Появлялось навязчивое стремление, поглотить, эти двигающиеся вокруг сгустки энергии, желание очень сильное, подстегиваемое животными инстинктами. Примерно как если стоять с пустым желудком, возле своего самого любимого блюда, и не съесть его, но только помноженное раз в сто. Звучит просто, для того кто ни разу по-настоящему не голодал. Я пока держался на одном упрямстве и силе воли, причем непонятно чего больше. Решив, что лишняя разведка не повредит, я осматривал прибрежную зону и воду в поисках опасности. Крупных красных пятен не было, только у берега несколько подозрительных кочек, едва-едва выделяющихся алыми пятнами в сером окружении камней и песка.
 -Обождите. – Остановил я Юлю, уже собравшуюся прыгать в воду, где призывно блестели косяки разнообразной живности. И тут же об этом пожалел, ведь ушастая уже тянула руки к подолу своего платья, явно собираясь от него избавиться. Облом, сам себя лишил стриптиза, вот не дурак? Дурак. – Как насчет, перекусить сегодня ракообразными деликатесами?
 -В каком смысле? – Удивленно спросила Славя.
 -А вот в таком. – Я ловко поддел носком сапога одну из серых «кочек», которые располагались у самой воды. На первый взгляд неотличимые от мокрых камней, они оказались пресноводными крабами. Точь-в-точь как тот гигант, только размером намного меньше, так, с небольшую кастрюлю, имеющую лапы и хитиновый панцирь. Перевернутый краб, возмущенно засучил ногами, и защелкал клешнями, тщетно пытаясь достать, до моей вовремя отдернутой ноги. Пока панцирный беспомощно барахтался, моё лезвие нашло уязвимую щель возле морды. Один готов.
 -Ух ты. – Воскликнула Юля. Глаза девушки задорно блестели, ушки встали торчком, приняв боевую стойку, а хвост превратился в пушистую карусель, приподнимая платье куда выше приличной границы.
 Тут же показались и другие членистоногие. Ещё три валуна, стали выкапываться из грязи, доставая из-под себя клешни и лапы, и щёлкая ими, направились к нам.
 -Так, девчата, не стрелять в наш обед! Я сам. – Остановил я Славю, уже взявшую на мушку самого шустрого крабика. Надо замочить их старым способом, после выстрела из оружия Слави, там и есть-то, будет нечего. Не говоря уже о том, что заряды надо беречь. – Смотрите на мастер класс.
 Подняв с пола заранее присмотренный толстый сук, я ловко вставил его в клешни первого краба. Хитиновый капкан мгновенно захлопнулся, и я потянул ветку на себя. Второй краб, легко потерял равновесие, и получил удар лезвием ножа, прямо между глаз. Металлический наконечник вошел легко, и, из разом обмякшего животного засочилась кровь. Пришлось приложить немалую силу, доставая обратно застрявшее оружие. Минус один, осталось двое. Отвлекая противника на себя, я громко зашуршал, загребая сапогами речной грунт. Оставшиеся поступили так, как велели им их крохотные мозги, дружно попёрли прямо на меня, ловя каждое движение взглядом фасеточных глаз. А они довольно ловкие, для ракообразных. Отличия от земных сородичей, заключались в более выпуклом панцире, и массивных клешнях, да и ареал их обитания… пресноводных крабов такого размера, на земле просто нет. Славя, если судить по бегающим глазам, думала, справлюсь ли я сам, или всё же пальнуть разочек.
 -Так их, так. Вот хитрые гады, и пахнут как камни, я их даже не почуяла. - Юля прыгала вокруг, и чуть ли не в ладоши хлопала, подбадривая меня, и готовясь прийти на помощь, случись что.
 Третьего я достал красиво, срезав одну из клешней. Нож с треском пробил уязвимое основание, на стыке хитиновых пластин лап, и жалобно попискивающий краб попытался удрать, но тщетно, он окончил свои дни с лезвием в пасти. Последний, двигаясь бочком-бочком вокруг нас, выбирал момент для удара. Раз за разом, он пытался достать меня, не отвлекаясь ни на кого другого, большая ошибка. Азарт захлестывал, легкие горели от перенасыщения кислородом, а мышцы, двигались как налаженный механизм, тело двигалось удивительно легко, легче даже чем обычно. Но всё хорошее, рано или поздно заканчивается. Славя, ударила краба палкой, направление сверху вниз, плюс вес довольно увесистой дубинки, помноженный на неслабую приложенную девушкой силу. Удар пришелся по ногам краба, и две из них, с хрустом подломились. С прошлым гигантом такой трюк навряд ли бы прокатил, а тут, прямо загляденье. Добить подволакивающий ногами обед, стало делом пяти минут. А что, и еда, и разминка, не дурно. Единственной сложностью оказалось не впитывать энергию при ударах, прикладывая просто неимоверные усилия. Что-то в глубинах души твердило. Поглоти, иссуши, выпей до самого дна. Что такое пища для плоти, рядом с пиром духа?

 -Порыбачили, называется. – С усмешкой резюмировала Славя, на лице которой красовались брызги крабьей гемолифмы, удар у девушки что надо. – Ричард, а ты глазастый, я их от камней не отличила бы.
 -Бывает, сейчас самое главное, чтобы они оказались вкусными. – Я подобрал сразу двоих крабов, оказавшихся довольно тяжелыми. Девочки же, взяли по одному.  Вот такой первобытной толпой охотников, мы и вернулись под тень скал. Панцири так и норовили выскользнуть из рук, и нести приходилось аккуратнее, перемазаться кровью в диком ущелье, не самый умный поступок. Надо успеть поесть да заката, и пройти какое-то расстояние перед отбоем, в идеале ещё и помыться. Погода этого мира, будто решила показать нам что она не статичный элемент, и вполне себе может меняться. На небе появились тучи, сначала небольшими клочками, потом всё больше, и больше, пока всё не заволокла бело-серая пелена грузных облаков.
 -Как-то не охота мокнуть. – Задумчиво проговорила нека, почесав за пушистым ушком. – Вот бы обошлось.
 -Это да. – Согласился я с хвостатой, собирая сухих дров для костра. Намокнуть не страшно, но то, что такая река вполне может выйти из берегов, это уже не самый приятный вариант развития событий. – Смотрите, это там что, пещера?
 И правда, у самого основания скал, было природное углубление, всего метров на десять, но вполне пригодное для того, чтобы переждать дождь. Вход был широким, и вся пещера просматривалась полностью, вряд ли тут спрячется крупный хищник, но на всякий случай…
 -Чисто. – Сказал я девочкам, раздавливая сапогом единственного обнаруженного обитателя пещеры, довольно крупного паука размером с теннисный мячик. Может он и не ядовитый, но, раздавленный паук совершенно точно безопаснее, чем «может быть не ядовитый паук». Юля и Славя натаскали хвороста и разожгли костер. Пока девушки собирали ветки для ночевки, я разложил вокруг огня четыре больших камня, чтобы получился квадрат. Благо этого добра было вокруг полно, сама структура ущелья, говорит о том, что когда-то оно полностью было под водой, очень много вокруг гладких камней и отвесных скал. А может тут стоял ледник?
 Разделывать краба нетрудно, если он конечно не такого размера, самый большой был с суповую кастрюлю, остальные только самую малость уступали ему. Так что с нашим обедом пришлось повозиться, то и дело нож застревал, хорошо хоть сталь была отличного качества. С грехом пополам, я отдербанил конечности двум крабам. Можно было бы сказать, отрезал, но хитин пришлось откручивать, ломать, дергать, так что да, отдербанил. Пару раз чуть не порезался о крошечные шипы на поверхности панциря, но обошлось. В итоге, я разместил обе тушки на камнях панцирем вниз, так, чтоб под каждым находились раскаленные угли. Дрова мы пока не подкидывали, чтобы нежное мясо не сгорело, потом можно будет закидать угли ветками, вспыхнет мигом.
 -Красиво. – Проговорила Юля, сидя на корточках возле готовящихся крабов. Из отверстий в панцирях, валил пар, заполняя пещеру аппетитными запахами.  Странно, крабы обычно пахнут не очень, когда варятся, может из-за того что пресноводные, они не имеют специфического душка морских? Как бы на огонек не заглянул кто нибудь крупный, привлеченный витающими ароматами, те же волки или медведи чуют еду на очень большом расстоянии. К тому же, есть подозрение, что простые хищники, не самое страшное в этом мире.
 -Даже в животе урчит. – Улыбнулась Славя предвкушая трапезу, даже облизнулась, с видимым нетерпением проведя языком по губам. Пусть девушка и держала оружие наготове, положив винтовку у своих ног, но страха в глазах уже почти нет. Так, разумная осторожность. Уже хорошо. – Скоро будут готовы?
 -Минут пять-десять. – Прикинул я, осматривая покрасневший панцирь, и подпалины у самого его основания, где хитин уже начал обугливаться. Само мясо в принципе не подгорит, спасибо толстому слою хитина, но пропарить его надо хорошенько, на всякий случай. Славя уселась на охапку веток с листьями, которых они натаскали немало, и, выбрав несколько наиболее прямых и толщиной чуть больше карандаша, тщательно обстругала их.
 -Ты прямо мастер на все руки. – Отпустил я честный комплимент блондинке, очень ловко орудовавшей ножом чуть поменьше моего, однако из такого же сплава. – Уже догадываюсь, что именно вырезаешь.
 -Ага, времени на более изящные варианты нет, но думаю, и так сгодиться. – Славя взяла две получившиеся палочки на восточный манер, и пощелкала ими в воздухе. Пусть и грубоватый, но столовый инструмент, чтобы не есть горячее голыми руками. Интересно, китайские палочки так и появились в древности, из-за дефицита металла и хорошего сырья для ложек и вилок? Или просто азиаты любят всякие утонченности?
 -Вот как бы это снять с огня, и не обжечься, а, ладно. – Я подошел к лежанке, и вытащил два пучка листьев, чтобы защитить руки от жара. Снять обед с огня, стало минутным делом, приходилось лишь следить, чтобы между раскаленным хитином и моими ладонями всегда была прослойка их нескольких листьев, ну и, разумеется, делать всё очень быстро. Пол в пещере был каменным, а земля влажной, что стало большим плюсом, не люблю, когда в воздухе взвесью летает пыль.

 -Ну что, налетаем? – Надрезав панцирь по бокам, я с небольшим усилием оторвал нижнюю часть. Получилось своеобразное блюдо, с полукруглым дном, и заполненное ароматным крабьим мясом. Живот Слави заурчал, и девушка первой оторвала кусочек мякоти, и стала на него дуть, остужая. Что интересно, она держалась всегда естественно, ну заурчал живот, теперь краснеть что ли? Это мне в ней очень нравилось, чувство комфорта и легкости в общении.
 -Ммм. – Мечтательно пробормотала Славя, прожевывая первый кусочек, и готовясь достать второй. – Это просто великолепно, мясо тает во рту, а ещё, оно солёное!
 -Не может быть? Ну-ка. – Удивился я, даже в морских крабах недостаточно соли, для того чтобы почувствовать её на вкус. Выбрав кусочек мяса поаппетитней, я отправил его в рот, и, что удивительно, оно и правда оказалось таким, будто при готовке использовали поваренную соль. – Это, это, это…
 -Что такое, Ричард? – Славя прервала прием пищи и смотрела на удивленного меня, пришлось объяснять.
 -Так не бывает, Славя. – Ответил я девушке, наблюдая, как Юля принюхивается к мясу, не спеша его есть, и гипнотизируя обед пристальным взглядом. Нека не любила очень горячую еду, и ожидала, пока мякоть хоть немного остынет. – Понимаешь. У них в организме столько соли, что просто невозможен нормальный гомеостаз, эти крабы уникальные, изучение их обмена веществ, может открыть много нового в современной науке. А мы, едим их на обед.
 -И очень вкусно кушаем. – Мурлыкнула Юля, принимаясь за трапезу наравне с нами. Ели так, что за ушами трещало. Пусть это и открытие, но очень уж аппетитное, и, впервые за несколько дней, еда не пресная! Этот мир удивителен, и полон загадок, и самая главная, почему? Почему именно сюда, Док забросил Кукулькана, невозможность открыть портал просто так, не единственное объяснение, я больше чем уверен в этом! Должно быть что-то ещё!

 Пока мы приговаривали первую партию, на огне уже коптились два оставшихся продукта. Напор стихии нарастал. Снаружи шелестели листья деревьев, колыхаемые ветром. Большая часть живности попряталась по норам, дуплам и прочим укрытиям, неслышно было щебета птиц и возни грызунов. Несмотря на полдень, создавалось ощущение вечера, сквозь густые облака пробивалось немного света. Задумавшись, глядя на небеса, я вдруг ощутил тепло. Юля села рядом, и сыто облокотилась на мой бок, пристроив очаровательную макушку прямо на голом плече. Пользуясь привалом, я снял верх костюма, оставшись с голым торсом. Ветер приятно холодил кожу, уставшую от жары и пыли. Вроде не так и много прошли, но экстремальные условия выматывают, отнюдь даже не изнеженного, меня.
 -На здоровье. – Пожелал я девушке. Говорить приятного аппетита уже поздно, спокойно ночи, ещё рано, а сказать что-то приятное её хочется. Доброе слово, и кошке приятно, вот каламбур. – Тебе удобно.
 -Очень. - Кивнула ЮВАО. Мягкие волосы девушки щекотали кожу, а пушисты ушки, дернувшись, прочесали прямо по моей шее, вызывая щемящую нежность где-то в глубине души. Осмелев, я обнял её, слегка придержав талию рукой. Какая она мягкая, теплая, нежная. Для одинокого, большую часть жизни, Ричарда, такие моменты – настоящее сокровище.
 -Любуемся стихией? – Задала риторический вопрос Славя, присаживаясь на лежанку рядом с Юлией. Блондинка задумчиво начала перебирать её мягкие волосы. – И как у тебя в них никакой ветоши не застревает? Я свои минут десять распутывала и отряхивала от всякого.
 -Не знаю. – Честно ответила нека, откровенно наслаждаясь тому, как пальцы Слави перебирают её шевелюру. – Всегда так хожу, и ничего, сколько себя помню. Док однажды подарил мне красивое новое платье, но в нем не так удобно. Много куда меня заносило, но сейчас, я очень рада, что вы со мной. С вами хорошо.
 -Думаю, надо переждать здесь непогоду. Как считаешь? – Спрашивала у меня капитан. Ласковые руки девушки и сытость, усыпили Юлю надежнее любого снотворного. Нека уложила голову на ладони, а ладони мне на колени, и тихонько посапывала, её хвостик расслабленно обмяк.
 -Конечно. В любую минуту может ливануть, причем не слабо. Переждем под крышей, а как распогодится, выдвигаемся. – Согласился я, стараясь говорить тише, чтобы не побеспокоить хвостатую.
 -Только посмотри на неё, что ты чувствуешь сейчас? – Вдруг прошептала Славя, любуясь на дело рук своих. В волосах девушки, среди свободных прядей, появилась возле ушка аккуратная маленькая косичка, с желтой ленточкой, которую Славя достала из своего кармана.
 -Не могу точно сказать. Иногда мне кажется, что она маленькая девочка, а иногда, что Юля старше, чем весь наш мир. Странно, да? – Потянуло меня на откровенности. – Но, без разницы кто она, главное, эта малышка наша подруга.
 -Угу. – Славя сонно зевнула, потягиваясь всем телом. – Ладно. Листья и ветки мы сложили в одну кучу, спать сегодня тоже будем вместе. Прошлой ночью я просыпалась от холода, бросая на вас завистливые взгляды. Ты же не прогонишь меня?
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) лагерь у моря Алиса(БЛ) Юля(БЛ) Ульяна(БЛ) Виола(БЛ) Славя(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 16.

Страничка на фикбуке. 

Часть 10

часть 11

часть 12

часть 13
часть 14

часть 15


 Объект «Трасса – 60»: запись в информационных файлах организации.
 Тип объекта: Аномалия врат.
 Код:Оранжевый (опасен)
 Уровень излучения: невозможно измерить.
 Примечания:

 Аномалии врат довольно частое явление, вот только, обычно их находят уже не функционирующими. Порталы в Антарктиде и найденные в карстовых пещерах [Доступ закрыт], излучают остаточный фон, но перенести материю уже не в состоянии. Арка врат Антарктиды повреждена, левая часть портала визуально оплавлена. Но есть и до сих пор функционирующие, врата, что открываются в случайных точках, хаотично и непредсказуемо. Такими являются «Бермудский треугольник» и «Трасса – 60». Подробнее о последнем.

 Объект «Трасса – 60», не существует. Да, именно так, у этой аномалии нет воплощения в реальном мире, но, есть хранитель. Существо гораздо более древнее и непонятное, чем большинство современных цивилизаций. Именно эта сущность является проводником в аномальную зону. Людей, контактировавших с хранителем, было немало, кто-то называл его джинном, кто-то дьяволом. Последний зафиксированный контакт, когда человек смог выбраться из аномалии, произошел в Америке в штате [Доступ запрещен]. Некто [Удалено], встретил странного человека, который курил табачную трубку, вырезанную в виде обезьяньей головы. Он называл себя O.W. Grant, и обещал исполнить одно желание, взамен на маленькую услугу. Так пострадавший и попал в аномальную зону.

 Есть одна теория. Если объединить в одно все данные, собранные об этой аномалии, то внутри, она оказывается для всех разной. Для [Удалено], аномалия превратилась в трассу, несуществующую на карте, и с множеством странных мест и людей. Выбравшись из аномалии, контактировавший с ней полностью поменял взгляды на жизнь.

 Аномалия опасна, и таит немало секретов, не каждый может выбраться из неё живым. Уступи своим желаниям, порокам, и страстям, и навсегда останешься заперт в ином измерении. Хранитель не контактирует с внешним миром уже много лет, либо, просто никто так и не выбрался из аномалии, чтобы об этом рассказать. За последнее десятилетие, загадочных исчезновений людей произошло больше тысячи (причины которых так и не выявлены).

 Заключение: Необходим дополнительный сбор данных, либо контакт с хранителем аномалии. Проявлять осторожность, и ни в коем случае, не загадывать желание.

Доктор В.Ц. Коллайдер.




Каюта Алисы и Дока.



 За стеклом иллюминатора блестели звезды, и робко светила луна. Шум моря едва слышался, ведь наша каюта располагалась на одном из самых верхних уровней лайнера, звук волн сюда просто не добирался. В углу стояла так и не понадобившаяся гитара, на тумбочке пылились медиаторы, подаренные Ульяной к концерту. Свет я не включала, настроение стремилось к нулю. Предстоящее расставание камнем лежало на душе. Как быстро человек привыкает к хорошему, к любящим рукам, глазам, теплу и заботе. Умом я понимала, что присутствие Дока в рейде многократно увеличивает успех миссии, но сердце велело вцепиться завтра в него, и не отпускать никуда! Ульяна наверняка разделяла мои чувства, пусть пробует казаться спокойной, но кого это обманет?

 У Ульяны была своя комната, но периодически она оставалась с ночевкой, то у нас, то у Мику с Ямой. Сегодня Ульяна решила спать одна, и за весь день не устроила ни одной шалости, что было довольно странно. Как бы не выкинула чего... Подругу не пугало ни то, что мы находимся черт знает где, ни то что на корабле простых людей раз два и обчелся, сплошь солдаты, агенты, и прочие сотрудники организации. Ульяну терпели, и даже любили, вон повар ей всегда вкусностей накладывает, больше других. Один раз правда молодой агент накричал на нее, за безобидную проказу в столовой, но тут же был бит морально Кэпом, морально и физически Ямой, и половником повара (который наверняка раньше служил, удар у него был что надо), хорошо ещё Доку не рассказали.

 Сейчас, лежа на большой кровати, и накрывшись одеялом, я слушала музыку. На любимом плеере хранилось много композиций. Кожу лица, приятно покалывал прохладный поток из кондиционера. Корабль обладал такими удобствами, какие не в каждом отеле встретишь, попрошу Дока поставить такую же систему в нашем Совенке. На часах уже было далеко за полночь, а сна ни в одном глазу. Интересно сколько их не будет, неделю, две, год? И найдут ли разведчики Славю целой и невредимой. Пусть и не всегда мы полностью ладили, сказывались особенности характера, но она наша дорогая подруга. Как-то уже вошло в привычку, присутствие этого блондинистого воплощения порядка, без неё, наши посиделки лишатся чего-то очень важного.

 В полумраке комнаты, единственными звуками оставались включенный кондиционер и холодильник. Плеер пришлось выключить, музыка впервые не дарила спокойствия. Отогнав соблазн достать из последнего бутылочку мартини и напиться, я повернулась на бок, заматываясь в одеяло наподобие кокона. Уже собиралась закрыть глаза, как почувствовала теплую ладонь на щеке. Кроме Дока, свободно сюда могли войти только девочки, Док и Виола. Ладони у них поменьше будут.
 -Сколько можно где-то шататься! – Возмутилась я, откидывая одеяло сторону и бросаясь в объятия любимого. – Ты знаешь, как я нервничаю!?
 -Был серьезный разговор с Виолой. – Спокойно ответил Док, снимая рубашку, и метким броском отправляя на стул к моему белью. Дни, когда я смущалась находиться рядом с ним голой, давно минули. За относительно короткое время, мы успели стать роднее всех в этом мире, а как можно стесняться своей второй половинки? – Но, в итоге, удалось отговорить её от участия в авантюре.
 -Представляю, как она сопротивлялась. – Вот, теперь моё сердце спокойно, когда я уселась на его колени, и прижалась к широкой груди. Как хорошо. Мой. Не отдам, ни-ко-му. – А она, почти-почти выпросила у меня разрешение, ночевать под твоим теплым боком…
 -Да ладно? – Док обнял меня, отвечая лаской на каждое движение. Вот его руки обхватили бедра, чтобы мне было удобнее сидеть, теплая кожа и запах любимого расслабляли. – Наша рыжая ревнивица, да готова была меня уступить?
 -Не в таком смысле конечно. – Задумалась я, подбирая слова. Наконец, отыскав самое удобное положение, я расслабилась, буквально легла на него. Разместив свою голову прямо под подбородком парня. – Ульяна же тоже спала с нами, тогда в палатке, и в Совенке.
 -Знаешь же, как сильно тебя люблю, кроме тебя, мне никто не нужен. Кстати, почему ты полностью голая? – Задал он вопрос, а глаза просто неотрывно смотрели, любуясь. Именно этот взгляд, больше всего заставлял таять, искренне восхищение, желание, чувства, которых мне никогда не хватало, до знакомства с ним.
 -Чтобы не терять времени! Вы же рано утром выдвигаетесь. – Слегка приподнявшись, я нашла губами его шею, и страстно поцеловала, оставляя засос, пусть на нем они и исчезают мгновенно.

 -Алиса. – Просто произнес он имя, а по низу живота уже пробежали мурашки, и разливалось тепло. Он ни одно слово не произносил с такой интонацией, только моё имя. Алиса, с губ Дока, звучало как музыка. – Значит, не стала надевать даже трусиков, чтобы не терять ни секунды? Иди сюда, игривая лисичка.
 -Лисичка? Вчера вроде была котён…ах. – Стон вырвался сам собой, когда меня прижали к телу, и куснули мочку уха. Начиналась игра, кто быстрее возбудит партнера, в которой мы оба, всегда старались проиграть…
 Ладони Дока опустились ниже, лаская талию, заставляя тело трепетать. Пальцы аккуратно и нежно сжали бедра, а губами, он поцеловал чувствительную кожу возле ключицы.
 -Ай, нечестно… - Прошептала я. Дыхание перехватывало. Он слишком хорошо знает мои эрогенные зоны, и умело этим пользуется. От ключицы по телу пробегали волны удовольствия, когда я ощутила горячее дыхание и влажный поцелуй.
 -Разве. – Голос любимого становился вкрадчивей, руки настойчивее. Полностью превращая моё тело в податливый пластилин. – А, по-моему, вполне честно. В любви и на войне, как говорится.
 Не давая ему полностью перехватить инициативу, я опрокинула Дока на спину. Не то чтобы он сопротивлялся…
 -Вот так, теперь ты мой, пол-нос-тью. – Голова кружилась от возбуждения, дыхание учащалось, а стук сердца стоял в ушах набатом. Мы были именно той парой, отношения которой не теряют ни капли яркости со временем, наоборот мы хотели друг друга, хотели всё больше, с каждым прожитым вместе днем. Жадно впитывая тепло, любовь и заботу, которых были лишены до встречи друг с другом.
 Первым делом, я жадно впилась в его губы, а Док с охотой ответил на это. Два дыхания и сердца, существовали в унисон, вдох-выдох, удар за ударом, всё кроме этого сейчас не важно.

 -Ты сегодня очень напориста, любимая. – Проговорил Док, тяжело дыша от возбуждения. Джинсовая ткань его штанов, готова была разорваться, показывая самый честный для девушки комплимент.
 -Молчи, и продолжай. – Велела я, дрожащими от нетерпения руками стягивая с парня ремень.
 -Слушаюсь, и повинуюсь. – Улыбнулся Док, присасываясь к моей груди.
 Он обхватил меня руками, лишая пространства для маневра, и целовал беззащитные соски, иногда покусывая их. Стон за стоном, вырывался из моего рта, я даже прикусила губу от удовольствия, когда Док прошелся ладонями по внутренней стороне бедер. Он знал, где моя кожа нежнее и чувствительнее, этот бессовестный искуситель, который проявлялся только наедине со мной.
 -Не волнуйся милая. – Прошептал он мне на ушко, когда повалил на спину и раздвинул ноги. – Я вернусь к тебе, даже если придется разобрать этот мир по кусочкам.

 И тут случилось то, чем он раньше никогда не баловался в постели. Его аномалия, рисунок обрел плотность, постепенно обретая объем, змеи поднялись со спины, а затем, без предупреждения, обвили мои руки и ноги. Змеи принимали одну и ту же черно-белую форму, но размер их мог меняться. Сейчас они были толщиной в руку, и обивали меня полностью, превращая в куклу, и двигая, как угодно.
 -Это то, что я думаю да? – Игриво проговорила я, чувствуя, как змейки слегка сдавливают ноги и руки, приподнимая меня. В отличие от настоящих хладнокровных, аномалия Дока источала тепло, а мелкие чешуйки приятно щекотали кожу. – Так и знала, что та папка "тентакли", у тебя на диске не просто так. Да-да, я её нашла, и не только её.
 Вместо ответа, змеи притянули меня к нему, Док взял рукой мой подбородок... Глубокий, искрений и ненасытный поцелуй, с языком самозабвенно ласкающим меня. Вкус, запах, теплота любимого, смешивались в бурлящий коктейль. Чувствовалось, что тело оплетают большие теплые шланги, с текущей по ним водой, именно так ощущалось касание аномалии. Белая часть объемного рисунка, слегка подсвечивала комнату, отчего двое обнаженных людей казались скульптурами.
 -Тебе не слишком больно? – Спросил Док, кусая шею. Пусть довольно ощутимо, но черт, ещё! Ещё!
 Пошевелиться я не могла, но посмотрела на него ТАКИМ взглядом, что слова не требовались. Совсем. Змеи перевернули меня, уткнув лицом в подушку, одно из мягких черных колец обвило рот, лишая возможности говорить, а второе белое, закрыло глаза. Сквозь веки всё ещё было заметно свечение светлой части аномалии. Это что-то, с одной стороны странно, но с другой. Чувствовать себя скованной и беспомощной, в руках человека, который скорее сам умрет, чем мне навредит, было нереально возбуждающе.

 Кольца становились толще, и сильнее. В какой-то момент, я оказалась в весьма пикантной позе, попка кверху, спинка выгнута, а грудь прижата к постели. Змеи обвивали меня почти полностью, талию, плечи, лодыжки, шею. По аномалии струилась энергия, проникая в тело, опьяняя разум и расслабляя мышцы. Я чувствовала себя как тогда, когда мы с Мику перебрали шампанского после концерта. Расслабленная, беспомощная, но довольная. Некоторые части тела, оставались открытыми, чем не преминул воспользоваться мой любимый извращенец. На плечо легла тяжелая рука, с силой разминая суставы, что-то хрустнуло, и я поплыла еще сильнее. Другая рука поглаживала меня между ног, предательски намокшая киска сдавала меня с потрохами. Ещё вопрос, кто из нас двоих более раскрепощен, когда мы наедине. И применимо ли понятие извращение, к двум любящим друг друга людям, когда каждая клетка партнера, ощущается как своя. Когда стираются все границы, и чувства берут верх. Ладони и ловкие пальцы продолжали возбуждать меня, трогая абсолютно везде. Кольца то сдавливали, то расслаблялись, а губы соблазнителя исцеловали шею, лопатки, бедра...

 Когда горячая плоть вошла в меня, я замычала сквозь своеобразный кляп. Не закрывай чешуйчатое кольцо мой рот, наверняка перебудила бы стонами весь корабль. Это было как удар током, сильный, мощный, пробирающий до костей. Обхватив руками мои бедра, больше для контакта, ведь аномалия и так держала крепче канатов, Док ритмично входил в меня. По комнате разносилось шумное дыхание великана. Спустя минуту, когда я уже готова была капитулировать, а покрывало под моими бедрами можно было смело выжимать. Он остановился, растягивая удовольствие и переводя дыхание. Мою шею аккуратно поцеловали, за теплыми влажными губами, пришли твердые клыки. Укус Дока заставил меня извиваться от удовольствия. Отпусти он меня сейчас, и я натурально наброшусь на него, и изнасилую в позе наездницы. И плевать там на весовые категории, трахну! Но он держал крепко.

 Вот путы приподняли меня, позволяя открыть глаза, но не рот. Вау, а он разошелся, причем не на шутку. Глаза Дока светились желтым, а зрачки приняли хищную вертикальную форму. Взгляд этих глаз гипнотизировал, сердце таяло, даже если бы не змеи, вряд ли я смогу пошевелиться по таким жадным напором. Он смотрел, как на величайшее сокровище, и на самую желанную добычу. Зверь. Ласковый зверь. Ноздри Дока трепетали, он глубоко вдыхал мой запах, и не мог им насытиться. С тихим рыком, вырвавшимся изо рта Дока, аномалия раздвинула мне ноги, и опустила прямо на него. Второй раз он решил не сдерживаться, превратившись в настоящий отбойный молоток. С меня уже струями стекал пот, лицо горело, и наверняка было залито румянцем до самых корней волос. А он не останавливался, поддерживая темп.
Крепкое объятие, присоединилось к удерживающим меня кольцам. Он сидел на кровати, прижимая меня связанную меня к себе, и двигал бедрами, входя в меня раз за разом, раз за разом. Теперь уже не сдерживался, и я кончила мгновенно, миг спустя, присоединился и он. В тех местах, где кольца аномалии касались кожи, стало покалывать, сознание уплывало, в голове поселилась пустота, а в теле удовлетворенность. Глаза сами собой закрывались, пока кольца аккуратно отпускали меня на руки любимого. Поцелуй перед сном, уже легкий, успокаивающий, и легкое поглаживание ладонями по взмокшим бедрам.
 -Сладких снов, любимая. – Эти слова я уже еле слышала, через сонную пелену, и не могла даже пальцем пошевелить, но перед тем как отключиться, я успела почувствовать, что меня заботливо накрыли одеялом. В этом весь Док.

Ричард.



 Утро после сна, встретило меня пением птиц, ясным рассветным небом, а так же уютным сопением Юли, свернувшейся прямо под боком. Разбитость ощущалась во всем теле, будто вообще не отдыхал, сказывались эти чертовы сны. Как бы ни хотелось лежать дольше, но надо подниматься, добыть поесть, и, обязательно, размяться. Не порядок, что только Юля занимается добычей провианта, я мужик или где? Есть ещё сухпайки СП-1, но это на крайний случай. Голод конечно утоляют, но на вкус как бумага, и выглядят как бумага, и по консистенции, если честно недалеко от неё ушли.
 Теплая нека, так близко, что я ощущаю её дыхание, чувствую как двигается её грудь при каждом вздохе. Как не хочется прерывать такой момент, но, надеюсь это не последняя такая ночь. Одной рукой, я с слегка коснулся самого кончика пушистого ушка. В ответ на эти действия, Юля приоткрыла один глаз, и вопросительно посмотрела на меня.
 -Сегодня, за завтраком схожу я. – Тихо шепнул ушастой, аккуратно вставая с теплой лежанки, стараясь при этом не разбудить лишним шумом Славю. Листья слегка зашуршали, но блондинка так и не проснулась. Умаялась, сразу видно. Да и рано ещё, небо уже светлое, но солнце только-только поднималось из-за горизонта.

 Обходя расставленные вчера сухие ветки, так и не понадобившиеся в качестве сигналок, я тщательно выбирал, из чего сделать инструмент. Сорвав, с одной из в изобилии растущих вокруг ив, ветку покрепче и ровнее, я соорудил себе примитивную острогу. Это Юля может голыми руками ловить рыбу, мне проще так. Заострив верным ножом один угол палки, и осмотревшись, я направился к берегу. Отдалившись от стоянки на приличное расстояние, я, тем не менее, передвигался издавая минимум шума. Природа в ущелье, жила своей жизнью, не стоит лишний раз её тревожить. Спускаясь ниже по течению, туда, где сегодня днем будет идти наш маршрут, я начал чувствовать, как утренняя слабость отступает. Тело наливалось бодростью и силой, а свежий воздух хотелось вдыхать и вдыхать полной грудью.
 Едва слышно шумела река, шелестели листья на кронах деревьев, там же, иногда раздавался шорох мелких птичек. Воды реки буквально сияли в утреннем свете, что ни говори, а это мир, прекрасен. Чистый широкий поток, несущий тонный воды, и кишащий жизнью, чем ниже мы спускались по ущелью, тем больше и глубже становилась река. В неё впадали ручьи, и вода из источников, щедро разбросанных в горах. То, что ущелье окружено горами, это факт, вон на самом краю обрыва, видны торчащие далеко заснеженные вершины. При моем приближении к берегу, в воду нырнуло сразу несколько лягушек, распугав мелкую рыбу, а из травы неподалеку взлетела белая цапля, и плавно махая крыльями, перенеслась на противоположный край. Подальше от странного двуногого, и его острой палки.
 Прохлада и влага, переносились намного легче дневной жары. Не последнюю роль в этом играл спец костюм, черная ткань которого очень хорошо защищала от воды, и обувь. Несмотря на то, что вся трава была в капельках утренней росы, ноги оставались сухими. Вот и место, которое подходит для первобытного добытчика. Одно из больших деревьев, рухнуло прямо в воду, но корни его всё ещё цеплялись за берег. Двигаясь по стволу, я добрался до того места, где уже было достаточно глубоко, и приготовился к охоте, или всё же, рыбалке? Под водой двигались крупные тени, поднимая со дна муть, а я замер, с занесенной острогой в руках. Вдох-выдох, в душе легкость и предвкушение, может это чувство, наследие далеких предков. Времен, когда человек так и жил, охотой и собирательством, без всяких государств и лишней социальной шелухи. Вот, одна неосторожная рыбка всплыла слишком высоко.

 Удар! Острая палка (назвать это самопальное орудие копьем, язык не поворачивается) протыкает рыбу насквозь, тут же начиная дрожать в руках. Довольно крупная добыча, килограмм под десять минимум, отчаянно трепыхается, борясь за жизнь. Острога проткнула её почти посередине, из раны в боку вытекала кровь, окрашивая прозрачную воду в алый цвет. Азарт взял верх, настолько, что выкинув на берег пистолет, а больше ничего боящегося воды у меня нет (джой непромокаем, а остальное защитит костюм), я нырнул за рыбой. Острога, не гарпун, там нет зазубрин. Проткнуть, проткнула, но удержать не сможет. Барахтаясь в воде, и распугав всё плавающее неподалеку рыбное изобилие, я схватил наш завтрак, и уже собирался вынырнуть, как произошло сразу две вещи. Первое, цвета мира мгновенно исчезли, а в реке замигало множество сверкающих пятен. Зрение охотника из сна, я видел всё, в чем теплится хоть капля жизни. И мать его за ногу, одно огромное красное пятно, двигалось с центра реки прямо на меня!
 Бросив уже еле двигающую плавниками рыбу, я начал грести к берегу, но подводная тварь оказалась быстрее. Чует кровь? У самого дна, неслось огромное илистое облако, которое поднимало торпедообразное тело хищника. Невероятная скорость. Щука, по сравнению с этим гигантом, неповоротливый инвалид. Мда, лезть в воду, не зная броду, не слишком ли я самонадеян? Искрящийся туман, который покидал пробитую острогой рыбу, навел на идею. Если есть возможность, почему бы не воспользоваться ей? Усилием воли, я потянулся к нему, к туману, наполненному энергией, и пусть крохи, но они послужили катализатором. Тело рыбы растаяло в воде, просто распавшись на кусочки, которые тут же унесло. Вода вокруг, стала частью меня, я чувствовал движение её потоков, чувствовал, как шевелятся плавники пятиметровой рыбы рядом со мной, как дышат её жабры. Я, суть стихий.

 Ощущения, как тогда во сне. Происходящее казалось не совсем реальным. Вот прямо подо мной открывается усеянная частоколом зубов пасть, но поток воды, резким выбросом, подхватывает меня, и относит в сторону. На том месте, где я стоял, сомкнулись челюсти, переломив несколько крупных веток на затопленном стволе дерева, с которого я нырял. Взмах руками, и ещё один поток, куда как мощнее, обрушивается на врага. Видимость почти нулевая, рыбина подняла очень много ила и песка со дна, если бы не зрение аномалии, то быть мне кормом. Если хищник и получил урон, то точно не критический, отплыв и раздраженно дернув плавниками, он со скоростью торпеды пошел на второй заход в увлекательной игре «сожри человека». Что делать, тут, в реке, он царь и бог. Стоп, в реке!
 Когда нас разделяли всего десять метров, поток воды, повинуясь моей воле, утянул меня вниз. Хотя, это не совсем управление. Вода. Она ощущалась как продолжение рук и ног, единство. Запас воздуха почти заканчивался, когда я ощутил прилив сил. Кожа засверкала синими искрами, а в голове прояснилось. Река отдавала растворенный в ней кислород мне, я дышал под водой!
 -Получай! – Хотел прокричать я, но вместо этого просто булькнул. Резкое движение рукой, и под брюхо рыбины бьет поток воды, настолько мощный, что становится похож на подводный взрыв. Ударная волна оказалась нереально сильной, и ненадолго оглушила даже меня, но, тем не менее, я добрался до поверхности целым. Не приходилось даже грести, потоки сами несли туда, куда надо, словно полёт. А на берегу, подпрыгивала, тщетно пытаясь вернуться в воду, огромная тварь. Больше всего, она походила на форель-переростка. Переливающаяся на солнце чешуя, играла всеми цветами радуги, от плавников и хвоста, во все стороны летели брызги. Тело её было настолько тяжелым, что при каждом его трепыхании, земля ощутимо вздрагивала. Длина тоже, порядком превышала все земные стандарты, акула по сравнению с ним, так, малёк.
 -Мда уж. И как тебя прикончить, а? – Пробормотал я, выбираясь на берег, и отряхиваясь. Попутно поднимая с земли свой пистолет. Мысль стрельнуть в неё транквилизатором, отпала сразу, слишком уж она большая. Зрение постепенно обретало цвета, а клочки тумана, снова виделись как птицы, рыба, и прочая живность. Наконец, приняв решение, я вонзил нож, в самое основание черепа, безрезультатно, слишком глубоко находятся нервные сплетения у такого гиганта. Пришлось отпрыгивать, чтобы забившаяся рыба меня не раздавила. Раз за разом, я бил в одну и ту же точку, пока не добрался до мозга. Только тогда она утихомирилась. Стоило огромных усилий, не впитывать её туман. Энергии в пресноводной добыче было столько, что я боялся за свою адекватность.

 -Фух, сходил порыбачить называется. – Сказал я, утирая пот со лба, и многозначительно, от самых глубин русской души добавил. – Блядь.
 Только сейчас, пришло понимание, что меня вполне могли сожрать! Нельзя тут расслабляться, это не наш мир, он опаснее, намного опаснее. Надо будет предупредить Юлю рыбачить осторожнее, хотя, подозреваю, что ей не составит труда удрать от такого, уж больно ловкая. Смыть бы с себя ещё рыбью кровь, щедро пролившуюся, пока я орудовал ножом. Пахну, как рыбный отдел в супермаркете. Лезть в воду, или не лезть? Вот в чем вопрос.
 В итоге, сделав ставку на то, что такие крупные водные хищники, как правило, не живут большими косяками, я быстро ополоснулся, затем отрезал от тушки форели несколько самых аппетитных кусков. Нести их пришлось, проткнув тонкими ветками, предварительно обмотав листьями лопуха, чтобы защитить от мух и прочих насекомых. К стоянке я добрался быстрее, двигаясь уже без лишней осторожности. Времени мало, надо поесть, и покрыть как можно большее расстояние, пока солнце не превратит землю в чертову духовку.
 По пути, я наткнулся на несколько диких груш, растущих небольшой рощицей, и набрал немало мелких, но вкусных плодов. Нести всю добычу, было неудобно. Полцарства за самый простой туристический набор! Бритву, рюкзак, да хоть фляжку! Жизнь – боль, когда удобств – ноль. Хоть голова по пути высохла, и то хорошо. И эта способность, проявившаяся не первый раз. Тогда, во время ещё битвы с крабом, земля под ним осыпалась не просто так. Я, это сделал! Что же происходит? Наследие падшего Кукулькана? Или не падшего… Одно ясно точно, этой силой надо пользоваться очень осторожно. Датчики аномалий, вмонтированные в джой, молчат. По возможности, включу их в момент, когда снова стану дальтоником. Может тогда они что-нибудь засекут.

 Уже возле холма, я стал свидетелем умилительной картины. Возле сложенной кучки хвороста, сидели обнявшись Славя и Юля, спасаясь от зябкого воздуха. Хвост ушастой обхватывал талию Слави, и девушка поглаживала шерстку, самыми кончиками пальцев. Разжигать огонь они его не стали, дожидаясь моего возвращения, или нет, спички-то остались у меня…
 -Ричард. Как прошла охота? – Спросила Юля, поднявшись и принюхиваясь, видимо рыбий запах, смылся не до конца. – О тебя тааак вкусно пахнет.
 -Да вот, рыба, груши. Будем готовить, или так поедим? – Спросил я девочек, раскладывая добычу на траве.
 -Потратим полчаса, так уж и быть. – Славя взяла у меня спичку, и запалила костер. Как девушка отыскала более-менее сухие ветки в такую сырость, остается загадкой, но костер почти не дымил. Быстро схватывает наша валькирия, к тому времени как вернемся домой, она вполне сможет выживать в лесах не хуже моего.
 Рыбная диета полезна, но не каждый же раз. Несколько дней, рыба, рыба, рыба. Вон Юля таким рационом вполне довольна, а мне бы хлебушка, пару булок. Мясо речного монстра, подкопченное на углях, оказалось на удивление мягким и вкусным, без мелких костей. Да и откуда взяться мелким костям у огромной речной дуры!
 -Надо же, такую даже я не ловила. – Юля облизнула пальчики от удовольствия, и взяла ещё один кусочек. – Вкусно. По размеру кусков, вижу что трофей не маленький.
 -Ага, будем идти, покажу вам саму рыбку. – Сказа я, поднимаясь на ноги. Славя с Юлей, повторили мой маневр, тем самым заканчивая утренний привал.

 Жажду утоляли возле одного из ключей по дороге, там же быстро освежились и помыли груши. Источников в ущелье было немало. Груши хоть и кисловатые, с жесткой мякотью, оказались очень вкусными и душистыми, их мы ели уже на ходу. Дикие фрукты, выращенные вне теплиц и ферм, пусть и были мельче своих окультуренных собратьев, но куда как вкуснее. Это я вам как практик говорю, который выживал в жопе мира. Если вернемся домой, смогу внести в список достижений ещё одну ачивку «Выжил в альтернативном мире, с ножом и палкой».
 -Надо бы соли раздобыть, и приправ. – На ходу, задумчиво заговорила Юля, нарушая молчание. – Я помню, как до встречи с Доком, даже мышей порой ела, и сырые грибы, и ничего. А сейчас хочется вкусненького.
 -Да, он нас разбаловал. – Согласилась Славя, и мечтательно зажмурилась. – Помню, в Совенка такие штуки готовил, пальчики оближешь. Яблоки в карамели, жаркое, коктейли из мороженого и фруктов. Они даже поспорили однажды с Ульяной. Док утверждал, что всё можно приготовить так, чтобы было вкусно. Ульяна же, говорила что это чушь, приводя в пример перловку.
 -Ульяна, это та, маленькая рыжая девушка? – Спросил я, вспоминая встречу возле джакузи. Там была Мику, Яма, и две рыжие девочки. Красивые, с озорными искорками в глазах. Правда, тогда всё моё внимание поглотила Хатсунэ, целиком и полностью.
 -Да, она самая. – Славя улыбнулась, и продолжила. – Так вот, Док, приготовил перловку с мясом и специями, всё это потушил в горшочках. В общем, получилось, пальчики оближешь, и, формально, это всё ещё была перловка. В общем, спор был такой, если Ульяне понравится, то она неделю, не поднимает лагерь на уши, и ведет себя как образцовая вожатая, а если нет, то Док исполняет один её каприз.
 -И чем всё закончилось? – Действительно интересно, такие веселые воспоминания. Может и меня однажды, пригласят в этот лагерь?
 -Мелкая слопала три порции, даже тарелку хлебом вычистила. – Славя усмехнулась, показав свою очаровательную улыбку. – И сказала что не вкусно.
 -А она прикольная. – Представил я эту ситуацию, и лицо Дока.
 -Более чем. – Согласилась Юля. – Вернемся, познакомлю вас поближе.

 К тому времени, как мы дошли до места экстремальной рыбалки, воздух уже прогрелся. Дышать становилось всё тяжелее, а макушку припекало лучами как в солярии. Последовав примеру Слави, я накрыл голову листом лопуха, о, а реально хорошо, только придерживать надо, чтоб не слетал.
 -Ох, ёлки. – Вырвалось у Слави, когда мы добрались до трофея. Речной монстр ещё не успел протухнуть, но рыбий запах разносился далеко. На боку зияли прорехи, откуда собственно я и вырезал мясо. – Даже спрашивать не буду, как ты это завалил.
 Когда мы обходили тушку, я оттяпал ещё немного мяса, как раз на дневной привал. Юля внимательно осмотрела голову гиганта, даже под жабры заглянула, но этим и ограничилась, так как была сыта. Запасаться впрок не выйдет, засолить мясо нечем, а на такой жаре оно протухнет уже к вечеру. Сюрприз ждал, когда девочки посмотрели на другой бок рыбы.
 -Знаете, хорошо, что мы батарею нашли к винтовке. – Славя заметно побледнела, в голубых глазах промелькнул страх, и было отчего. Второй бок рыбины, перестал существовать, что-то сожрало под сотню килограмм мяса, оставив после себя кровавое месиво и крошево костей.
 -Следы. – Указала Юля на землю, но я и сам уже заметил. Когда монстра вынесло на берег, вместе с волной, землю хорошо промочило. На грязи четко отпечатались пятипалые ноги, заканчивающиеся глубокими бороздами от когтей. Существо позавтракавшее моим несостоявшимся убийцей, ходило на четырех лапах, но следы были разными, задние лапы намного больше передних. Что-что, а следы я читать умел, и, судя по глубине и размеру с канализационный люк, это точно не крошка-енот.
 -Держи оружие наготове, ладно? – Попросил я девушку, но блондинка и так уже сняла винтовку со спины, и положила палец на курок, внимательно оглядывая окружающие заросли.
 Сосредоточиться, вызвать старое ощущение, и… Будто нажали снижение насыщенности на телевизоре, цвета блекли, а вокруг загорались сгустки искрящегося тумана. Крупных сгустков в поле зрения не наблюдалось, кроме золотистого облака Слави и зеленых искр Юли. Как я понял, у всего живого свои цвета, у простых организмов серо-белый, у крупных хищников красный, с людьми сложнее. Чтобы тут не питалось, оно быстро убралось прочь. Но как? Весит немало, а значит не спринтер, чтобы отдалиться настолько. Кусты вокруг места трапезы обломаны, а вот дальше, всё стоит целым, ни травинки не примято. Так не бывает, если только оно не летает. Не летает же, да?

Развернуть
В этом разделе мы собираем самые интересные картинки, арты, комиксы, статьи по теме Фанфики(БЛ) (+251 картинка, рейтинг 1,945.7 - Фанфики(БЛ))