Результаты поиска по запросу «

юные голые

»
Запрос:
Создатель поста:
Теги (через запятую):



Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) Алиса(БЛ) Ульяна(БЛ) лагерь у моря Arclide Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря часть 29. Рут Алисы.


Часть 20

Часть 21

Часть 22 (редакт-но)

Часть 23

Часть 24

Часть 25

Часть 26
Часть 27
Часть 28

Сухую скамью, удалось найти не сразу. Большинство, всё ещё хранили следы влаги, крупными, блестящими на солнце каплями, на слегка облупившейся от времени, краске. И лишь несколько, из тех что стояли у самого края холма, уже высохли, благодаря падающему на них свету солнца, и ветру с моря.

Вообще, этот холм был одним из моих самых любимых мест в лагере. Стоило подняться по крутой каменной лестнице, как взору открывалась чистая поляна, где среди моря густой зеленой травы и цветов, пролегали ровные, выложенные каменной плиткой – тропинки. В центре неё, возвышалась башня обсерватории, с мощным телескопом, и наблюдательной площадкой на крыше. Подножие холма, трех сторон окружал хвойный лес, а ещё с одной, было видно море. Тут, наверху, можно ощутить приятную прохладу и свежесть, и лишь в полуденные часы, воздух здесь пропитывался душной истомой, как и внизу.

Однако, особой популярностью оно не пользовалось. Кто знает, может из-за трудного подъема, может из-за почти постоянного - морского ветра, а может просто из-за того, что тут не ловил лагерный вай-фай… Сюда изредка наведывался кружок астрономии, и то, в нем набиралось три калеки каждую смену. Большинство, предпочитали спортивные клубы, коих в лагере было огромное множество, от велосипедного, до водного поло. Неудивительно, насколько я знал, крупнее нашего лагеря – только знаменитый Артек.

Мы с Ульяной, расположившись, на пригретой солнышком скамье, задались непростым вопросом. Жрать, или не жра… тьфу. Ждать, или не ждать. Алиса обещала прийти. И, проявив терпение, мы с мелкой не притронулись к вкусностям. Вместо этого, Ульянка отправилась ловить сверчков, а я, наблюдать за этим зрелищем, изредка посмеиваясь.

-Смешно тебе?! – возмутилась рыжая. В отличие от простых кузнечиков, поймать полевого сверчка, при первой же опасности прячущегося в норку, задача непростая – думаешь сам сможешь?
-Легко – согласился я. Ульянка думает что я уже родился, степенным и скучным. Ха-ха. Когда я был маленьким, то многое ворошил вверх дном. Это потом, что-то пошло не так, потом, я стал замкнутым в себе одиночкой.
-И как же? – с вызовом, уперев руки в бока, смотрела на меня малышка.

Эх Ульянка, интересно, ты догадываешься сама, насколько у тебя удивительные глаза. Сейчас, один их вид заряжал энергией, и прогонял лень.
Сверчки. Помню как сейчас, я их сотнями ловил, покажу-ка высший пилотаж мелкой. Взяв одну из бутылок с водой, которые припас в последний момент, для мытья рук. Я выбрал норку, ту, в которую от Ульянки сбежала последняя жертва, и открутив крышку, приставил горлышко бутылки в упор к отверстию. Для этого мне пришлось присесть, а рыжик, не желая упустить ничего интересного, повторила мой маневр. Наверное, со стороны, мы оба напоминали очень странных гопников. Вода из бутылки, весело булькая, начала вытекать прямо в нору, и, спустя меньше минуты, в бутылку выполз мокрый, черный, недовольно потирающий морду лапками – сверчок. Ульянка смотрела на меня так, словно я при ней превратил свинец в золото. Это нехитрое действие, весьма впечатлило девочку.

-Не ожидала да? –поинтересовался я, протягивая ей бутылку с добычей.
-А ты много ещё таких фокусов знаешь?
-Фокусов? Как грубо. Это наука! Ну…почти.
-А научишь? – глазки мелкой так и сияли, как тут отказать?
-Хорошо, внемли мне, о юный падаван.
-Юный кто?
-Не важно. Слушай, смешиваем в равных пропорциях толченые в порошок анальгин и гидроперит, заворачиваем в бумажку, ставим в теплое место в школе, а потом…

Я уже собирался научить рыжика нескольким древним шалостям, но нас прервало появление ещё кое-кого. По лестнице поднялась девушка, в красивом атласном платье, цвета неба. На голове, такого же цвета, панамка, из под которой видны распущенные рыжие волосы. Ветер колыхал подол платья, а волосы Алисы парили по ветру, вся она просто лучилась легкостью, образ был для неё настолько необычен, что прошло пару мгновений, прежде чем мы признали бунтарку, в этой прекрасной леди, купающейся в утренних лучах. Удивилась даже Ульяна, хоть они и жили в одной комнате.

-Алиса? – младшая рыжая недоверчиво потерла глаза кулачками. В то время как я, не мог вымолвить ни слова, наблюдая, как к нам приближается эта красота.
-Привет ещё раз – поздоровалась старшая, глядя на нас с веселыми искорками в глазах. Понимает, соблазн рыжий, какое впечатление производит.
Ступор длился недолго, мы с Ульяной отряхнулись, и сопроводили Алису, до облюбованной нами скамейки. Порвав бумажный пакет, и постелив его между мной и девочками, я разложил содержимое на нем. И, ловко разрезав булочки на ровные половинки, с режущими предметами я был на "ты", щедро намазал половинки вареньем, из запасенной банки. Годы увлечения охотой с отцом, рыбалкой, готовкой и многим-многим ещё, сделали меня почти мастером на все руки. А что? Друзей особо не было, стандартных увлечений людей своего возраста, я не разделял. Разделать тушку оленя? Запросто. Поставить палатку? За пять минут. Развести костер, ориентироваться в лесу, поставить сети? Всё могу. Пригласить девушку на свидание? Ха...не, нереально...

-Вот, самое вкусное варенье, какое только могут делать в моем селе - я дал рыжим по бутерброду, на пробу.
-А почему оно зеленое? – спросила Алиса.
-Потому – что из киви.
-А пахнет как вкусно – присоединилась младшая.
-Конечно, это секретный рецепт моего отца - я понизил голос до заговорщического шёпота – он узнал его - от своего отца, тот - от своего, а тот сплагиатил его, то ли у турков, то ли у персов.

Мы отдыхали, и, глядя на блики солнца на морской воде, не спеша смаковали сладкое, запивая чаем из бутылок. Со стороны моря, дул прохладный соленый ветерок, вокруг шумели деревья. Уютно, черт побери, тишина и гармония. И ни одного отдыхающего, кроме нас, даже птицы, и те не поют. Сверчки, не замолкающие после заката, сейчас, при свете дня, притихли, только шелест и шум прибоя, далеко внизу.

-"Странно. Тебе не кажется?" – подал голос внутренний параноик, но сейчас, я был с ним согласен.

В таком-то месте, и ни чириканья воробьев, ни крика соек, ни хлопанья крыльев. Лес молчал, я тут не первый раз, и даже малейшее отличие, замечаю. Птичек согнал шторм? Маловероятно. Пернатые, уже бы давно вернулись на насиженные места.

Прислушаться к себе. Нутром, я почувствовал, что что-то не так, есть диссонанс, нарушение в привычной картине и мелодии этого места. Как фальшивые ноты, в давно знакомой песне. Последнее время моё чутьё доказало, что его не стоит сбрасывать со счетов.


Итак
Просто продолжать отдыхать.
1 (3.3%)
Осмотреться в шифте.
19 (63.3%)
Уходить.
10 (33.3%)
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Не хулиганим, а официально зажигаем по поручению командования!

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN Фанфики(БЛ) фанфик gate - jieitai ka no chi nite kaku tatakaeri Славя(БЛ) Генда. Мику(БЛ) лагерь у моря Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Инцидент в Гинзе (продолжение в комментах)

Страница на фикбуке



«За время своих долгих скитаний я слышал очень интересную фразу от одного японца: Величайшая сила человека — в способности изменить себя».
Личный дневник Генды



 Торговый квартал в Гинзе был в меру шумным, в меру ярким, в меру душным. Центр Токио. Оживленные улицы среди высоких зданий, множество лавок с самыми разными товарами и услугами. Магазины с самой разнообразной атрибутикой. Кафе с горничными, кафе с дворецкими, кафе с кошками, где посетители могли перекусить и поиграться с пушистыми кисками (семейства кошачьих, мои маленькие извращенцы). Основное отличие от наших рынков в том, что не было толкотни и бардака — типичных спутников русских мероприятий, где собирается больше чем сотня человек. Нет, тут всё культурно. Перед каждой лавкой стоит табличка с иероглифами «очередь начинается здесь». Не то чтобы так было всегда, но сейчас проводится традиционный летний ивент, который стянул под сень небоскребов всех отаку с окраин. Подумать только, территория по сравнению с той же Россией — так, небольшой пятачок земли, а насколько развитая инфраструктура!

 — Солнечный денек сегодня выдался. Классно же? — обратилась к спутникам неописуемой красоты девушка истинно славянской внешности. Родители у неё либо юмористы, либо старомодны. В итоге блондинку с голубыми глазами, атлетическим телом, загорелой гладкой кожей и толстыми косами цвета пшеницы, спускающимися до самого пояса, так и звали — Славя. — Оля, ну что ты ходишь как не на празднике! Тут же распродажа всего и вся, да и концерт скоро, Мику нас ждет. А вечером перекусим барбекю.
 — Жарко, как в аду, и народу здесь тьма тьмущая! Откуда в тебе столько энергии? — ответила среднего роста темноволосая девушка, волосы которой блестели на солнце и длиной практически не уступали блондинке. От подруги девушка отличалась более худым телосложением, особенно в груди, а также острыми чертами лица из-за худобы. Карие глаза из-под прищуренных век смотрели на мир с непоколебимым пофигизмом. Девушка держалась ближе к Славе, одно только присутствие которой приводило падких на эстетику японцев в полный восторг. Прохожие не докучали девушкам, но не глазеть исподтишка не могли. Блондинка с ясно-голубыми большими глазами, подтянутой фигурой, самую малость не дотягивающей до идеальных 90-60-90, и лицом, в которое можно влюбиться с первого взгляда — трудно остаться равнодушным. Правильные черты лица. Но самое невероятное — это глаза. Да. Глаза Слави смотрели на мир с теплотой и как две капли воды походили на драгоценные сапфиры. Тем временем флегматичная девочка, которую, если бы не нежный голосок, на первый взгляд можно принять и за мальчика, продолжила изливать свою скуку. — Ещё и этого вот навязали…

 — Эй, а вот сейчас обидно было! — возмутился шагавший рядом с девочками темнокожий солдат. Пусть он и одет в гражданское, но за серой майкой и потертыми джинсами не скрыть ни мускул, ни походки. Опытный глаз сразу скажет — боец, из тех, что знают, с какой стороны держать автомат, а не просто таскать железки и наращивать мясо протеиновыми коктейлями. Девочки же, в отличие от своего невзрачно одетого друга, щеголяли более яркими цветами. На Славе красовалась белая хлопковая рубашка, такого же цвета юбка до колен и широкополая шляпа. Дополняли образ изящные белые туфли без каблуков. А чтобы всё это не смотрелось однотонно, в комплект входили бирюзовые серьги, пояс, лента на шляпе и сумочка. — И, может, хватит называть меня «этот»? Джо! У меня имя есть, бессовестная ты девчонка!
 Темноволосая не прониклась, только фыркнула что-то про доставучих негров, переходя в сторону, так, чтобы от афроамериканца её отделяла Славя. На ней свободно сидел приталенный джинсовый костюм из темно-синей ткани и спортивные кеды. Одежда на ней смотрелась на пару размеров больше, но у малышки были свои причины так одеваться. Кроме того, Оля носила солнцезащитные очки, не дешевого понта ради, а как реальное подспорье чувствительным глазам. Несмотря на то, что вся честная компания экипировалась в легкую летнюю одежду, летом в Токио всё равно было очень жарко. Свет, казалось, хочет спалить всё к чертовой матери: те, кто стоял на ярмарке, либо бегали от лавки к лавке, где спасались с помощью кондиционеров, либо обливались потом в три ручья. Насколько же значимое событие эта «ярмарка»?

 — Оля, не будь врединой, — попеняла ей Славяна, прекрасно зная, что та подразнивает гору мышц просто из спортивного интереса. Да и сам Джо не сердился, вяло отшучиваясь от миниатюрной на его фоне Ольги. Толпа вокруг гомонила, обсуждая покупки, выход манги и додзинси, а также новых и старых музыкальных идолов, чей концерт сегодня состоится. Если, конечно, все не зажарятся насмерть под палящим светилом. — Не дразни нашего телохранителя.
 — Телохранителя? Да ради бога, одной меня было бы вполне достаточно, — девушка отмахнулась, провожая взглядом лоток с мороженным. Иероглифы она не особо различала, но для туристов были пояснения на английском. — Раз так не перестраховываетесь, то могли бы Яму с нами отправить, а не качка-рэпера. О, мороженое! Хочу!
 — Я ненавижу рэп! Только рок и метал, только хардкор! Почему, если у человека темная кожа, то… Ну что за детские стереотипы, Оля? — поднял глаза к небу солдат. Без оружия он чувствовал себя неуютно, но пронести в такое место ствол… это не Россия, тут строго. Везде металлоискатели и полицейские. Вряд ли случится что-то стремное в самом центре Токио. Тут даже крупных терактов не было, лет эдак десять.
 — Ей просто скучно. Вот и дергает тебя, — улыбнулась блондинка, наблюдая, как подруга пытается на ломанном английском объяснить мороженщику, какого, собственно, пломбира ей надобно. При этом Ольга махала в воздухе руками, выводя что-то среднее между рожком и непристойным символом. Со стороны соседнего квартала слышался шум машин — это была одна из немногих улиц, которую не перекрыли.

 — Да знаю, но ничего не могу с собой поделать, — ответил Джо, добавляя: — А Ямада на другой миссии. Охраняет Мику. Так что довольствуйтесь мной.
 — Джо, — Славя мягко обхватила ладонями мускулистую руку солдата. Блондинка работала в организации не так давно, но уже знала подход к каждому своему подчиненному, в том числе и к нему. — Понимаешь, ни я, ни Оля, ни даже сама Яма не выглядим как опасные люди, а вот с тобой, таким… внушительным, нам хулиганы не страшны.
 — Вот! А она это не ценит! Бессовестное создание. Думаешь, если красивая, то тебе все можно? — солдат обличительно ткнул пальцем в темноволосую, как раз возвращавшуюся с тремя порциями мороженого. Славя тактично умолчала, что Оля стоит в бою небольшого отряда, но да ладно. Детали, детали…
 — Держи, и не куксись, — девушка угостила мороженным и блондинку, и здоровяка, причем безошибочно выбрав каждому по вкусу. Славя получила большой рожок с пломбиром, Джо достался фруктовый лед, а сама Оля потихоньку облизывала стаканчик шоколадного крема, попутно стараясь держаться края толпы. Будь на то её воля, никакими коврижками в такое скопления народа не заманишь. Но Хатсунэ выступает именно в этом квартале. — Хочу домой, на диванчик, и под кондиционер! У меня куст на столе, не политый, засохнет ведь.

 — Проживет один день фикус без тебя, отдыхать активно тоже надо уметь. Спасибо за мороженку, холодное как раз кстати, — весело сказала Славяна, удостоившись сразу двух удивленных взглядов. Спутники девушки поражались её оптимизму. — О, мы, кстати, почти на месте. Здорово тут, смотрите сколько автоматов и магазинов с едой, попробуем еще что-нибудь? Вон тот имбирный лимонад выглядит интересно.
 Толпа становилась всё плотнее и плотнее, заставляя троицу прижиматься теснее друг к дружке. Все спешили к сцене, откуда уже раздавался бодрый голос ведущего. Может, он легко переносил жару? Или, может, на помосте есть кондиционер? Или японец где-то раздобыл щепотку кокаина — кто знает? Сцену окружал парк, с газонами и разнообразными деревьями. Пусть здесь и нет тесных улиц, но людей столько, что не протолкнуться.  Недалеко от навеса, в специальном помещении, разбили комикон, где продавали своё творчество как начинающие авторы, так и матерые мангаки. Праздник жизни и веселья, отмечаемый с традиционным для местных размахом. На сцене появились пузырьки и пар, вырабатываемые приборами по бокам. Наличие Джо в тактической группе под названием «поход на концерт Мику» полностью оправдалось. Крепкий и широкий в плечах мужик исполнял в толпе роль живого ледокола, особенно он старался почаще проходить мимо хорошеньких азиаток.

 — Вы что так долго? — Из толпы чудесным образом материализовалась ещё одна девушка. Высокая, худая, с черными волосами до середины спины. От Ольги её отличали азиатские черты лица, обманчиво кукольное личико с раскосыми глазами и аристократично бледный цвет кожи. Ямада была на работе, и поэтому сейчас пришла в строгом пиджаке, брюках и белой рубашке. Даже галстук надела, а вот из аксессуаров могла похвастаться только браслетом из черного металла. Скромное украшение тихо позвякивало на правом запястье девушки. Что до её целей… — Давайте быстро за кулисы! Мику уже там извелась, и где вы, блин, рыжих непосед потеряли?
 — Привет вообще-то! — улыбнулась Славя, хлопая мечницу по плечу. Наполовину японка, наполовину русская, Яма унаследовала плюсы каждого народа. Славянская привлекательность плюс восточное изящество. Однако сейчас она выглядела нервной. — Что-то ты сама не своя. А рыжие не придут, в «Совенке» сейчас новая смена приезжает, вот Док и припахал всех, кого смог. Ты бы видела, как Ульяна пытается строить пионеров — умора! Сам директор лагеря, правда, пропал куда-то. Ты же знаешь Дока, он может быть где угодно.
 — Представляю. Прости. Просто нервы, организация концерта, ещё этот придурок всякое несет, — смущенно улыбнулась девушка, хватая за руку Ольгу (та легко терялась в толпе). — Быстрее, быстрее, быстрее!
 — Какой придурок? — поинтересовался Джо, замыкая шествие. Впереди шла Ямада, не особо церемонясь и расталкивая зевак, за ней девочки, а в конце он сам. Зрители были в экстазе и гомонили, как на базаре, на многих светились флаеры и аквамаринового цвета повязки с иероглифами. Парочка молодых парней размахивала флагами с фотографией своего кумира — миловидной японки с двумя хвостиками, к ним уже спешила охрана: праздновать празднуй, а другим не мешай, баннеры размером с небольшое покрывало — это уже маленько перебор.
 — Оракул, — дернула плечом Ямада, так, что волосы цвета вороного крыла всколыхнулись, как от порыва ветра. — Сказал, что тут ему делать нечего, когда Виолетта раздавала билеты. Называется, как хочешь, так и понимай! В смысле, ему просто скучно, или тут что-то намечается странное? Вы же помните, его предсказания практически всегда сбывались.

 — И ничего не предприняли? — забеспокоилась Славя. Как глава департамента по чрезвычайным ситуациям, она считала, что все напророченные Оракулом неприятности обязательно сбывались — от землетрясений и терактов до внезапного пожара в его любимом ларьке с шаурмой. Как человек он был донельзя странным, но как носитель аномальной способности — практически бесценен.
 — Охрану утроили, сообщили местным силам самообороны, ужесточили контроль на проходных пунктах… — начала перечислять Ямада, загибая пальцы. — Ах да, и прислали сюда Кэпа с его отрядом, вон в той будке с охраной сидят. Местных задохликов пугают.
 — Их можно понять, — скромно улыбнулась Оля. Перед глазами девчушки маячила картина: десяток могучих русских бойцов спецподразделения в полной экипировке — и дрожащие в уголке японские полицаи.
 Стоило только девочкам подняться за кулисы, кожей чувствуя завистливые взгляды толпы (половина пришедших на концерт удавились бы за такую возможность), как на всю компанию налетел беспощадный аквамариновый вихрь, в виде хрупкой на первый взгляд Хатсунэ Мику. Девочка обнимала подруг, трогала ладонями, висла на шее, радуясь, как дитя малое.
 — Вот вы где! Я места себе не находила. Раньше никого не приглашала лично на свой концерт. Виола отдала вам письма с билетами? Вам тут нравится? Не слишком жарко? Сцена большая, но прямо под солнцем, и даже крыша не…

 — Стоп, стоп, стоп! — рот Мику накрыла изящная ладошка Ямады. Славю и Оли агенты Хатсунэ усадили в углу, прямо возле переносного кондиционера, даже сбегали за холодным чаем. Вот что значит сервис! Ну, определенную роль играло и то, что она друзья поп-идола Японии. — Ты опять пытаешься затараторить нас насмерть?!
 — Нифефо я не пыта… — попробовала промычать певица. Мику была в своем сценическом платье, состоящем из изящной рубашки без рукавов и короткой, на самой грани приличия юбки, дополняли образ чулки и галстук. Обувь на певице была спортивная — серо-голубые кеды. Хатсунэ, благодаря текущей в её жилах русской крови, могла похвастаться не только хрупкой и милой фигурой, но и довольно высоким для японских девушек ростом, и на каблуках её можно было увидеть редко. Собранные в два фирменных хвостика аквамариновые волосы и сияющие азартом глаза, минимум косметики, а также легкий аромат эвкалипта, шлейфом следующий за девушкой. Она влюбляла в себя практически сразу, первым же робким взглядом из-под густых ресниц, первой пулеметной очередью неловких фраз из мягких губ. Подруги даже не успели как следует пообщаться, когда за кулисы ворвался вспотевший менеджер, жестами намекая, что пора бы и на сцену. — Ладно, я быстренько оттанцую свою программу, и вместе побродим по Гинзе!
 — Ага, конечно, — полным скепсиса тоном сказала Оля, глядя, как поп-идол последний раз покрутилась у зеркала, поправила микрофон на галстуке, тряхнула юбкой, подпрыгнула и была такова. — Как будто нам дадут проход с такой звездой, да мы на первом же квартале под фанатиками утонем! Тысячи потных тел повсюду! Мама, роди меня обратно…
 — Тшш… начинается, — Славе не было нужды просить подруг вести себя потише. Стоило только Мику начать петь, как заработала акустическая система, перекрывая уже даже не крик — натуральный рёв фанатов. До безобразий вроде бросания чего-то на сцену посторонних предметов не доходило, но экстаз зрителей колотил не по-детски. — Какой талант у нашей Мику, она же просто парит над сценой, и ещё поёт, и ещё без фанеры!
 — И это ещё только самое начало! — Кое-как докричалась до Слави Ямада. Из-за кулис открывался отличный вид на помост. Мику не просто пела, она отдавала себя всем по чуть-чуть, Каждым прыжком, каждой нотой, каждым движением великолепного тела и волос, она встречала своих зрителей, город, и даже само летнее небо. — И это не столько талант, сколько суровые репетиции, до истощения связок и мозолей на ногах.

 — Тут под конец концерта её на сувениры не растащат?! — Забеспокоилась Оля. Мику тем временем запевала уже третью песню. Её искусство зачаровало людей настолько, что само время текло иначе. Однако это не давалось просто так. Аквамариновая искорка обливалась потом, если внимательно приглядеться, то видно, что, хоть она ещё держит темп и дыхание, но подмышки намокли, а по нежной коже катятся блестящие капельки. Яма судорожно сглотнула и поспешила отвернуться. Щеку мечницы тронул едва заметный румянец. Какие между ними отношения?!
 — Пусть только попробуют! — Недовольно посмотрела на море народу полуяпонка, зачем-то касаясь браслета на правой руке. Вдруг все колонки разом замолкли. — А там что творится? Для фейерверка вроде рано.
 — Обесточено, — Ольга пощелкала выключатель на электрическом щитке за сценой, чтобы понять причину выключения техники. — Не думаю, что у педантичных япошек могло выбить пробки на таком важном мероприятии.

 Со стороны центрального квартала раздались несколько громких тресков, а в жарком воздухе вдруг появились дымные нотки. И крики. Не только крики расстроенных фанатов, но и другие. Со стороны самого сердца Гинзы воздух принес крики боли.
 — Мне это не нравится, — Прямо сказала Славя, краем глаза наблюдая за толпой. Мику пыталась докричаться до фанатов, успокаивая их, даже пела, пусть и без микрофона, но поставленный голос идола звучал громко, наполняя сердца уверенностью. Толпа нервничала, кто-то уткнулся в телефон, кто-то испуганно озирался. Крики приближались… — Смотрите!
 С улиц Гинзы бежали люди. Беспорядок, стоны, паника. Педантичные в своем большинстве японцы сломя голову спасались бегством, толкая друг друга и не обращая внимания ни на что. Вот два парня буквально снесли с ног маленькую девочку, а толстый, обливающийся потом мужик растолкал стайку школьниц. И откуда столько прыти? Что стряслось в этот солнечный день, посреди столицы почти самой безопасной страны в мире?
 — Встать можешь? Где твои родители? — Славя протянула руку упавшей школьнице, пока на сцене менеджеры обзванивали охрану, она не теряла времени. Маленькая и хрупкая, на вид лет одиннадцать, не больше. Мику вернулась за кулисы подавленной и в спешке переодевалась. Обычно позитивную спортсменку, певицу и просто красавицу давно никто не видел в таком расположении духа.

 — Она тебя не понимает, — произнесла Ямада, коснувшись плеча блондинки. Славя как обычно поспешила помочь, упустив сущую мелочь, такую, как незнание иностранной школьницей русской речи. Толпа огибала девушек, как река обтекает большой камень, ведь перед ними стоял Джо, упирая руки в бока и сурово пыхтя. Темнокожий, прищурившись, смотрел, откуда они бегут, но так и не мог разобрать, что там. Взрыв? В Стране восходящего солнца преступность не настолько наглая. Тем временем Яма, прекрасно знающая свой родной язык, спросила девочку на японском: — Что произошло?
 — Т-там… Там… Там… — Малышка дрожала с головы до пят, на руках и ногах множество кровоточащих ссадин, белые детские колготки порваны в хлам, а в детских глазах застыл животный ужас. Маленькая ручка только и смогла, что показать пальцем на центральный квартал, голос её не слушался. — Убили. Много.
 — Вызывай охрану. И где Кэпа носит? — Ольга заозиралась, оценивая обстановку. Поток людей стал заметно реже. Сегодня среди небоскребов Гинзы разразилась трагедия. Темноволосая заметила, что некоторые бегут с ранами! Лысый старичок промчался мимо, баюкая порезанную руку. Две женщины заметно хромали. — А это что за цирк и клоуны?

 Таких слов удостоилась группа из пяти человек, преследовавшая беглецов. Пять вооруженных мечами мужчин, в пластинчатых доспехах и шлемах, отдаленно напоминающих римские. Дубленая кожа и металл, броня потертая, и явно не для показухи. Полуторные мечи беспощадно рубили всех, до кого только могли дотянуться. Не разбирая, где ребенок, женщина или старик. Воины просто калечили граждан, но, самое страшное… они улыбались. Скалились, проливая кровь. Хохотали, когда клинок пронзал очередное беззащитное тело. Кровь орошала асфальт, скатываясь с лезвий густыми каплями.
 — Косплей? На представление не похоже, все взаправду. Вот психи! — Сурово подметил Джо. Рука солдата схватила пустое место, там, где обычно находилась кобура. — Куда, блин! Славя! Стой!
 Но блондинка, никого не слушая, уже со всех ног неслась в гущу сражения. За неполные два года девушка стала во главе отряда, отвечающего за спасение людей. Золотистые локоны не раз и не два дарили надежду там, где царили бедствия и буйства стихий. Она многого достигла и совершенствовалась с каждым днем, но в момент, когда невинным людям угрожала опасность, бежала вперед сломя голову. Ни Виоле, ни целой армии инструкторов не удалось её от этого отучить. Панама слетела с головы, а косы дергались, словно крепились не к милой девушке, а к реактивному самолету. Расстояние, отделяющее Славю от чужаков, она преодолела в полмига, и, в момент, когда меч готов был забрать очередную жертву, подошва атлетки впечаталась в наглое лицо. Шлем полетел на землю, а изо рта врага потекла кровь, вперемешку с парой выбитых зубов. Сила удара была такая, что мускулистый воин упал на землю.
 — Кто вы такие и что тут забыли?! Убийство гражданских вам с рук не сойдет! — строго крикнула Славяна. Блондинка строила из себя дуру, стараясь заговорить вооруженных до зубов противников, а сама тем временем посылала сигнал бедствия со своего наручного КПК. Джо подошел и встал сбоку от нее, Ольга тоже не осталась в стороне. Одна только Яма, как единственная, кто знал язык, громко руководила эвакуацией, не забывая вполглаза поглядывать на пятерку и раздраженно шипеть. Разорваться на две части она никак не могла.
 — Кажется, они не понимают нас, — примерила на себя шкуру Капитана Очевидность Ольга. Деревья на обочине шумели, а несколько машин, которых задели убегающие в панике люди, до сих пор визжали сигнализацией. Язык незнакомцев пестрил множеством согласных и не походил ни на один известный диалект Востока. Тот противник, с кого слетел шлем, на вид был не старше тридцати. Отплевываясь кровью из разбитых губ, он орал во все горло. Остальные, тем временем, стали дружно окружать троицу.

 — Как же ствола не хватает! — Джо пригнулся, ноги солдата напряглись, готовые в любой момент бросить тренированное тело в сторону. Противник не стал дальше тратить время. Мотивы врага пока не известны, но такое ощущение, что им дали команду просто подавить все живое. То, что это не просто горстка странных террористов, ясно по экипировке. Броня, мечи — всё это не выглядит бутафорски. А ещё, каждый противник был силен физически, почти не уступая матерому афроамериканцу. Но сила не всё… Стоило только первому врагу напасть на Джо с мечом, как тот мастерски перехватил его руку и вывернул тому кисть. Крик боли завис в воздухе. Бить по доспехам — фигня затея, а вот такой способ принес плоды. Правда, Джо пришлось тут же разорвать дистанцию. На то место, где миг назад стоял солдат, обрушились сразу два меча.
 — Эй, а у ребят слишком хорошо поставлен удар! Будто всю жизнь мечом машут. — Оля внимательно наблюдала за мужиками, переговаривающимися вполголоса. — Кажется, дела у нас на букву «х», и это не «хорошо»! Бежим?!
 — Я за, всеми лапами! — Джо увернулся от очередного выпада, попутно награждая врага смачным пинком в колено. Доспех смягчил удар, но приятного все равно мало. На бегу воин Организации жаловался на судьбу: — Кэп что-то задерживается. Он и его ребята хотя бы при оружии. Нет, эти клоуны никак не отстанут!

 — Н-на! — Широкий замах — и ближайшая металлическая урна, брошенная точно в цель, бьет в голову бегущему солдату. Бронированный зад знакомится с асфальтом, меч падает на землю и тут же подхватывается недремлющим Джо.
 — Они снова на гражданских переключаются! — Славя замедлила бег, заметив, как чужаки направляются к ближайшему ларьку, из-за стекол которого смотрели испуганные дети. — И их четверо! Куда делся ещё один?
 — Побежал, поди, за подмогой, — проворчал темнокожий, прокручивая в руке трофейный клинок. Он поддразнивал врагов, отвлекая от беззащитных жителей и оттесняя буквально беснующуюся за его спиной Славю. Блондинка не могла оставаться равнодушной, когда людям угрожала опасность.– Не привычный мачете, конечно, но и этот сойдет. Давайте по одному, сукины дети! По одному!
 — Так они тебя и послушали! — Ольга подошла ближе, намереваясь забрать себе одного противника. Четверо вооруженных мужчин не собирались играть в благородство, и, выставив вперед мечи, медленно, но неотвратимо, надвигались. Хрупкая девочка совсем не боялась. В критические моменты все, кто работает в Организации, выкладывались на все сто. Так и она, согнув слегка колени, следила за противником.

 Подкрепления до сих пор не появилось, что заставляло волноваться. Улицы Гинзы остались без электричества. Стояли выключенные рекламные щитки и потухшие автоматы, на обочине валялись брошенные велосипеды и пустые машины. Момент, когда все четверо бросились вперед, произошел стремительно. Сапоги отстукивали на асфальте ритм галопа. Тренированные ноги и легкие ничуть не устали даже в такую жару. Четыре широких лезвия целились в грудь Джо. Именно его противник посчитал главной угрозой, и серьезно просчитался. Первый мечник даже не понял, отчего он упал — настолько стремительную подножку получил от Слави, второго взял на себя Джо, отбив пару жестоких ударов трофейным мечом. В тот момент, когда враг заносил меч, негр просто изо всех сил рубанул его сбоку. Кровь из рассеченной артерии забрызгала как самого солдата, так и стоявшую неподалеку Ольгу.
 Девушка застыла, когда горячие капли попали на красивое юное лицо. Она затряслась, закрыв глаза, и оставшиеся враги напали на неё. Рефлексы твердили вымуштрованным мечникам, что тот, кто отрешился от происходящего — легкая добыча, но удача сегодня явно не на их стороне. Когда до критического соприкосновения кромки клинков и нежной кожи оставался всего один удар сердца… Тело носителя аномалии изменилось. Изящные девичьи руки и ноги на глазах наливались силой, рост стал немного выше, плечи шире, с кожи девочки повалил пар. Хотя… Уже далеко не девочки.

 Объект «Футунарь»: запись в информационных файлах Организации.
 Тип: разумная аномалия (уровень контроля у носителя — высокий)
 Код: серебряный (полезна организации)
 Уровень регистрируемого излучения: 6-21%
 Примечание:
 Обычная на первый взгляд девчонка. Хрупкая, робкая, стеснительная. От сверстниц её отличает только глубокий взгляд, не характерный для столь юного возраста. В поле зрения организации попала давно, ещё со школы, когда в одиночку отбилась от нападения группы завистниц. Дело в том, что именно у этой носительницы имеется множество поклонников (и даже поклонниц), что не всем одноклассницам нравилось. Приборы регистрировали довольно высокий аномальный фон, и с девочкой решили установить контакт на взаимовыгодных условиях.

 Особенность её физиологии в том, что она не она. И даже не он. Объект может произвольно менять свой пол, перестраивая анатомические структуры организма. В облике девушки она робкая, ловкая, умная Оля. В облике парня — сильный, решительный, могучий Олег. При этом сама личность не меняется — только эмоции и поведение. Никакого раздвоения. Процесс перевоплощения сопровождается ускоренным метаболизмом и повышением температуры всего тела вплоть до восьмидесяти градусов по Цельсию. Практически неуязвима к инфекциям, большинство возбудителей просто погибают при таком нагреве, нарушая все законы физиологии и генетики. Кроме того, во время перемены пола, кожа носителя выделяет в воздух огромное количество феромонов. Все существа противоположного пола начинают испытывать сильное влечение к объекту.

 Прошла/ел базовый курс подготовки агентов Организации. Благодаря особенностям анатомии и излучению аномалии примерно втрое сильнее простых людей в облике мужчины. Гибкая и ловкая, как кошка, в облике женщины. Большую часть времени проводит как дама. Умна, красива, весьма деликатна и женственна на публике и ужасающе извращена в моменты комфорта, когда рядом только друзья. Любит ухаживать за растениями, особенно за фикусом, которому по никому не понятным причинам дала имя «Куст». Участвует в разведывательных и дипломатических миссиях. Благодаря способности к выделению феромонов способна охмурить почти любую цель. Благородна до ужаса, чем-то напоминает Славю. Пойдет наперекор принципам только если это действительно необходимо.
 Заключение:
 Приоритеты: следить за здоровьем ценного носителя. Процесс трансформации сопровождается очень неприятными ощущениями, со слов самой Оли — «будто плавишься заживо». Так что досконально изучить механизм действия аномалии пока не удается. Ясно одно: тело перестраивается полностью, вплоть до скелета и желез внутренней секреции. Теоретически, объект может как забеременеть, так и оплодотворить кого-то (и то, и другое делать она отказалась, а предложившему подобный эксперимент Шурику только недавно сняли швы). Как и многие агенты, девочка уже немало сделала для мира, и является одним из драгоценных кадров Организации. Я буду только рада, если её дети унаследуют часть способностей родителя. Каким бы способом они не появились на свет.

Доктор В.Ц. Коллайдер.



 — Э-м-м-м… Оль. А что это с тобой? — Джо, как и ошарашенные враги, смотрел на мужчину, поправлявшего свой джинсовый костюм. Теперь понятно, почему он был на пару размеров больше. Белая майка и брюки из грубой ткани сидели впритык, четко контрастируя с крепким прессом и мускулистой фигурой. При этом боевой агент не напоминал «качка», больше всего он похож на легкоатлета. Жилистая, подтянутая фигура. Тонкие черты лица, едва заметная щетина. Словно персонаж со страницы спортивного журнала.
 — Не подкалывай меня! Будто не знал про эту способность. — Голос агента тоже изменился, стал более глубоким и хриплым, совсем не похож на звонкий говор Ольги. Играючи увернувшись, он просто выбил мечи у врагов двумя ударами ног, а затем приложил их мордой об асфальт, придавив коленями к земле. Сила, которую никто не ждал, в том числе солдаты, вовсе не зеленые новички в плане ближнего боя.
 — Знать знали. Но видеть своими глазами как-то прежде не доводилось. Оль, а от тебя так приятно пахнет в этом облике. А что ты морщишься? — Славя принюхивалась, зажмурив глаза и подходя поближе, неосознанно очарованная испускаемыми аномалией феромонами.
 — Обувь жмёт, — сквозь зубы честно признала… признался Олег! Решив похвастаться обновкой, Оля, как настоящая девушка, пришла в изящных кедах, больше подходящих к костюму, а не в специально сделанных для неё растягивающихся туфлях. — Черт, а вот и подкрепление. Откуда они только лезут?!



Развернуть

Лагерь у моря (БЛ) Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Виола(БЛ) Лена(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Замерзающий мир, глава 17: Снежинки

Страница на фикбуке
 Погодка не перестает радовать. Нет, без сарказма, серьёзно! Прекрасный денёк! На черноморском побережье установилась тишь да гладь. Лёгкий летний бриз ведёт извечную борьбу с солнечным зноем, по бескрайнему голубому небу лениво плывут белые облака. Чайки, пернатые твари, орут, как потерпевшие. Р — романтика! По спокойному морю, цветом глади почти сливающемуся с горизонтом, двигаются тени от этих самых облаков. Людей в этой части пляжа нет, кроме нас… То есть, лишних людей нет, точно! Мысли путаются после напряженных трёх недель. Мы тут не фигнёй маялись, а все вместе заботились о нашей собственной безопасности. Я учился использовать аномалию получше, под пристальным наблюдением.

 — Док, давай ещё раз, только теперь сильнее! — командным голосом сообщила Виола. Аналитик возлежала в тени ближайшей к кромке пляжа лиственницы (а как ещё назвать эту вольготную позу на шезлонге?!), а рядом с ней расположились Лена и кибернетики, со стороны чем-то напоминая свиту царской особы. Ха, а неплохое сравнение: парням бы по опахалу, а Лене — кувшин вина, и хоть картину рисуй. — А вы работайте, лентяи!

 Лентяи, коими мадам соблаговолила обозвать Сергея и Александра, отвлеклись лишь на минутку — выпить минералки. Что ни говори, а отдача моей аномалии сушит даже мягкий прибрежный климат. Лена вон уже третью порцию воды со льдом уговаривает. Обе девушки были в купальниках, чем явно отвлекали внимание. Моё. Серёга стеснялся, стараясь лишний раз не поднимать голову, а Шурик то ли имеет третий дан по даосизму, контролируя своё либидо на уровне полубога, то ли противоположный пол его вовсе не интересует…

 Пометка в памяти: к кибернетикам спиной в бане не поворачиваться. Лена однажды обмолвилась, что у меня шикарная задница — лучше комплимента в жизни не слышал. Больные мы с ней, оба, и, чёрт побери, это круто! Не девушка — мечта! Ангел, нимб которого надежно крепится на демонических рожках. Брр. От только одной мысли приятные волны томительной дрожи прошлись по всему телу. По всему! Никогда так не ждал ночей, как этим летом.

 — Вот всегда вы так, Виолетта Церновна! — Серёга посмотрел на индикаторы переносных измерителей аномалий, над которыми сейчас, собственно, и колдовал его товарищ по несчастью. Лена нет-нет, да поглядывала туда же. Лично я без понятия, что выдаёт на дисплей столь тонкое оборудование и как оно работает.

 Купальники девушек — о, они заслуживают отдельного внимания. На Леночке сидит причина моих с трудом контролируемых слюней и вожделения — чудесный пляжный сет из лилового верха и низа, изящно подчеркивающий светлую кожу. Наносить на любимую малышку крем от загара было нереально приятно, в принципе, только этим меня сюда и заманила одна хитрая коллега! Виола медленно, но верно тянула лапки к моей, вообще-то, девушке. Аналитик взвесила все «за» и «против», и, раз уж посторонний слишком много узнал, стоит сделать его НЕ посторонним. Что-то там звучало про должность интенданта… Так что доктор активно втиралась в доверие. Пусть, лишь бы полуяпонку свою в руках держала, видел я, как та с Мику гуляет, И КАКИМИ глазками «подружки» друг на друга смотрят. Вот тебе и книги! Розовые.

 Кстати, о Церновне… Виола надела черное бикини с таким же верхом, покроем больше напоминающим остатки после шитья купальника, а не сам, собственно, купальник. Ткань едва-едва прикрывала самые интересные места. На ШИКАРНОМ теле умнейшей и, по совместительству, весьма красивой гетерохромной особы откровенно провоцирующее обмундирование смотрелось просто превосходно. В широкополой пляжной шляпе и черных очках, коими красотка защищала нежную кожу от пекла, она походила на лениво развалившуюся кошку.

 Эротичненько, но Леночка ван лав, да и лично мне возлюбленная прекраснее всех на свете. Мало быть привлекательной. Если девушка не заставляет тебя сходить с ума, то никакая это не любовь. Ха, подумал так, будто ппц как в этом разбираюсь, но факт остается фактом. Разве может кто-то другой бросить всё тело в жар, просто шепнув на ушко какую-нибудь глупость, разве может кто-то другой одним только укусом заставить практически потерять самоконтроль? Разве может кто-то другой так нежно прижиматься во сне, даже бессознательно, стараясь быть ближе? А вот Лена может, и получает полную взаимность.

 Последнее время паранойя буквально преследует меня. Дошло до того, что были нещадно биты парочка вожатых, просто неудачно пошутившие над ней. Страх, что со столь дорогим существом что-то случится, вылился в постоянное усовершенствование способностей. Лучше быть готовым ко всему, даже к тому, что с неба настоящий дракон свалится. Защитить! Жизнь без своей спасительницы я теперь не представляю.

 А что самое страшное, в случае чего, одиночество будет очень долгим. Надеюсь, хотя бы время сможет уничтожить моё бренное тело. Романтический бред — раньше влюблённые казались мне именно такими. Какая ирония — испытать это на собственной шкуре, да ещё тысячекратно сильнее остальных! Лена вызывает у меня фетиш на физиологическом уровне: оставаясь без неё хотя бы на пару часов, начинаешь ощущать что-то вроде ломки.

 — А вы уверены, что можно находиться так близко? — Шурик был единственным, на ком осталась рубашка и штаны. Что я, что Сергей, охотно подставили свою кожу летнему теплу, оставшись в одних только плавках. Меня ничто не обожжёт и не убьёт, а Серёга просто загорает (ну, или дурак, не понимающий вред солнечной радиации).

 — Можно сами датчики тут воткнуть, а за ходом эксперимента наблюдать прямо из кабинета.

 Ну, отчасти блондинчик прав. Моя аномалия — это что-то с чем-то. Приборы кибернетиков обычно пищат, как бешеные, стоит ей только немного разойтись. Прошло уже три недели с момента «Х», и это не икс, а именно «Хэ», большая, жирная, и пиздец какая стрёмная «Хэ». Хотя… Можно сказать, что все участники инцидента легко отделались. Единственной жертвой стал солдат-неудачник, оказавшийся ближе всех в переломный момент. Странно, раньше я бы места себе не находил, отпустив навредивших мне людей, а сейчас даже Соню не особо дергаю.

 Лёд, сковывающий побережье на несколько километров, растаял быстрее обычного и перестал пропитывать всю округу дыханием зимы. Пляж и корпуса почти очистили от разрухи после землетрясения (очень больно было видеть песок, усеянный мёртвой рыбой, тут, в принципе, мой косяк), что надо — починили, что надо — заменили. Отдыхающие разделились на две половины: кто-то уехал, а кто-то остался, да ещё и с радостью предвкушения мистики. Люди — странные существа…

 — Я ему доверяю. — Три слова, три слова сказала Виола, а Леночка согласно кивнула, и на сердце сразу стало заметно теплее. Такая компания вызывает привыкание… куда там никотину или таблеткам из личных запасов Церновны (так и не поделилась, зар-раза). — Док хоть и носитель-самоучка, но контроль у него на уровне профи, или даже выше, причем с каждым днем он только растёт. Потрясающе.

 — Жалко, Кэп нас предал, так и не вышел на связь, — вдруг вспомнил о старом соратнике Шурик. — Раньше полевые работы без него не велись.

 — Он вместе со своими придурками на Юкатан отправился, по заданию военного отдела. — Виола хоть и потеряла контроль над частью Организации, тем не менее, она была, есть и будет главой аналитического отдела, и мимо этого чудного носика, блестящего сейчас от солнечного крема, мало что проскользнет. — Там какая-то шумиха с культистами, и датчики аномалий показывают, что это волнение неспроста. Ладно, приступаем. В этот раз попробуй выпустить половину от вчерашнего, но без фанатизма, я куртки не захватила, Док.

 Есть какая-то особенная прелесть в Чёрном море. Пусть на берегу пляжа и нет пальм, как на туристических брошюрках, но запах хвои и шелест листьев в кронах деревьев, стрёкот цикад и пение птиц (дикий ор воробьёв и ебанутых на голову чаек), создают необыкновенную атмосферу. Особенная прелесть последних дней, заключалась в тепле и внимании со стороны Лены. Люблю её, чёрт побери. Надо бы почаще говорить это вслух, но так смущает! Вместо слов я выражаю свою привязанность поцелуями, касаниями и прочим… о чём даже думать стыдно. Влюбился! Как мальчишка! Ппц! Самый сладкий яд на свете! Если кто её только тронет…

 Девушка с зелёными глазами и загадочной улыбкой, рядом с которой Джоконда да Винчи нервно курит в сторонке. Мы проводим каждый день вместе. Каждый! Вместе ходим в столовую, вместе отдыхаем на пляже и играем в бадминтон, даже спим рядышком. Штатному доктору лагеря ничего не стоило выписать «больной» справку, что та нуждается в постоянном стационарном уходе. А уж в кабинете я устраивал любимой такой «уход», что, по-моему, скоро придется менять сломанную кушетку. Ну, а стоны всегда можно списать на невыносимые муки от процедур. Я гений. Скромный, красивый гений.

 На это время мы давали санитарке пару часов отдыха. Ох и намаялся я с этой драной снайпершей! С километра в человека она, значит, попасть может, а нормально прокварцевать кабинет — нет! Ну, во всяком случае, не ёрзает. Шипит сквозь зубы, думает, что мат на немецком языке я не понимаю (ага, наивная, после стольких видеороликов…), но работает. Кулон, надёжно спрятанный под воротником, не позволяет взбрыкнуть. Так ей и надо! Правда, Виола созналась, что втихаря приплачивает Соне, так как на оклад санитарки в России в принципе не прожить. Ладно. У любой жестокости есть предел. Но пусть эта милитаристическая до мозга костей овца только рыпнется…

 — Половина, говорите? Минутку, сейчас всё будет. — Так. Сосредоточиться. Надо показать Виоле результаты, заодно узнать объективное мнение. Коллега своими ценными советами уже сделала немалый вклад в моё развитие. Но перед этим нужно обязательно побурчать, пусть думает, что это очень сложно. Такое поведение положительно сказывается на зарплате, столько денег на карточке у меня никогда в жизни не было. Богато живут, шпики недоделанные. — Обвешали всего датчиками, как ёлку новогоднюю! Чувствую себя киборгом.

 — Это, между прочим, ценнейшее и высокоточное оборудование, а ты уже третий комплект ломаешь! — запричитал Шурик. Блондин явно был не в восторге от потери любимых игрушек, но открыто возникать не стал. Люди — книги, и на страницах этой написан страх. Глубоко-глубоко, вполне возможно, даже на подсознательном уровне, Александр боится ледяной аномалии. Мозгами он, может, и понимает, что сторону Док выбрал, а предательство — это не про меня, но инстинкты твердят парню обратное. Из всех только он не принял факт союза аналитика и стороннего носителя. Даже слегка прибабахнутая (в хорошем смысле этого слова) Ольга и помешанная на Мику полуяпонка-мечница (лишь бы на Лену не заглядывались, лесбухи, не отдам!) втянулись в авантюру и стали больше полагаться на меня. Девушки сейчас отдыхают, причем не так уж и далеко — на соседнем пляже. Тем временем Шурик смущенно поправил очки и на тон ниже, но всё же достаточно громко, добавил: — Хотя тут наш косяк: не выдерживают микросхемы критическую нагрузку. На излучение ТАКОЙ силы они не рассчитаны.

 — Делаю что могу, сдерживаюсь. — Пожимаю плечами. Итак, глубокий вдох. Лена смотрит, эти волшебные зеленые глаза, её тепло и поддержка превращают безмолвный лёд, это смертоносное оружие, холодное и безжалостное по своей природе, в… чудо (ага, я ппц скромный!)!
 Выброс! Три недели. Три чертовы недели постоянного напряжения. Я ждал нападения на себя, на любимую, на друзей и семью, но враг как в воду канул. Однако, единственный способ ему противиться, становиться сильне… стоп, со мной такое сравнение не канает. Искуснее! Так лучше. Энергия циркулирует по телу, опьяняя разум, обостряя чувства. Подобно балансирующему на тонком тросе канатоходцу, мне приходится контролировать её поток, иначе даже представлять страшно, что случится.

 После того, как сознание окунулось в странное пространство среди звёзд (теперь я точно уверен, что это не бред, а на самом деле существующее… место? измерение? реальность? Не важно), после происшествия, в голову то и дело лезут странные сны. Замерзающие моря, покрытые инеем пустынные барханы, целые мегаполисы, опустевшие, скованные объятиями неумолимого холода зимы. Замерзающий мир. Мир, лишённый лицемерия и фальши. Поток захватывает, какая-то часть сознания хочет дать ему волю и посмотреть, что будет. Но даже так, пока со мной ОНА, Док выше холода!

 — Вот оно! Чтобы всё записали, а не как в прошлый раз! — Виола даже поменяла позу, села, элегантно закинув ногу на ногу — прогресс. Во все глаза смотрит, вместе с Леной. — Вокруг твоего тела лёгкая дымка, и глаза цвет на ярко-голубой поменяли. Что там на экранах, задротики?

 — Ну проси-или же, Виолетта Церновна, не называйте та-ак! Да знаю, что любя, просто стыдно как-то, — простонал покрасневший (ах ты хитрюга!) Электроник, неотрывно наблюдая за данными на экране ноутбука. — Излучение пятьдесят семь, и он сократил смертельно опасную зону до… примерно метра вокруг себя.

 — Меньше никак, иначе самому хреново будет. Плавали, знаем. — Говорить легко, хоть голос и становится хриплым, хотя бы не срывается на тот резонирующий ужас, как в первый раз. Слушал на записи — у самого душа в пятки ушла. Скорей бы закончить всё и хорошенько покурить. Сердце пока бьётся, я удерживаю лёд снаружи, не давая бушующей стихии поглотить сознание. Лена. Теплые руки, ласковый шёпот, она как маленький котёнок, ластящийся к любящим рукам. Моя. Одни лишь мысли о чудо-девушке помогают сохранить самообладание. Если не перешагивать черту, то можно использовать свою аномалию, и при этом не превращаться в подобие недоделанного босса из ММОРПГ.

 — Ты, кстати, обещал показать нам что-то новенькое, — припомнила (мне ведь теперь тоже называть её начальницей, да?) аналитик. А как возбудилась-то! Купальник в районе груди ходуном ходит от учащенного дыхания. Лена спокойно сидит там, где и находилась. Знает, что не обижу, да и прохладный ветерок по всему пляжу гуляет, вон как все от удовольствия жмурятся. Смешно. Док — человек-кондиционер…

***



 — Интересно, что же он задумал? — Виола выглядела безмятежно, но голова у аналитика работала на все двести процентов. Тем более, нельзя выглядеть напряженной, когда за тобой наблюдают не только блондинчики, но и Лена. На загадочную красавицу у Церновны были грандиозные планы. Да и держать лицо в любой ситуации — вот кредо лидера. — Что там на приборах?

 — Излучение растёт, но плавно, не рывками. — Электроник ответил на вопрос начальницы, с печальным вздохом глядя, как данных на экране становится меньше. Один за другим датчики сгорали, просто не способные выдержать чудовищное давление логии. — Но на этот раз нейронная проводимость и физиологические процессы в порядке, он не вредит себе, даже наоборот. Если верить энцефалографу, который, кстати, только что упал и разбился, мозг работал даже лучше, чем обычно.

 Док молча концентрировал энергию, даже глаза закрыл. Легкий наклон головы, и вот уже на ней появляется такая знакомая ледяная корона. Как приметила Виола, это физическое воплощение аномалии защищает мозг владельца, принимая на себя часть отката. И чем больше на ней зубцов, тем сильнее носитель использует свои возможности. Происходящее не было магией или сверхъестественной силой — аномалии, зачастую, до жути реалистичная штука. Из клеток той же Рептилии, способных делиться при любой ситуации, уже готовится лекарство.

 — Напомните, их когда-нибудь было… семь? — Виола поднялась на ноги, но отходить назад пока не спешила. Сосчитав количество шипов на головном уборе коллеги, она заподозрила, что сейчас испытание не ограничится замораживанием пары метров побережья.

 — От трёх до пяти, — Шурик щелкнул по клавиатуре ноутбука, закрывая программу сканирования. Она бесполезна, если все детекторы приказали долго жить. — Когда было три, он переходил в режим логии, а при пяти остановил цунами. Семь… А, ладно. Завещание я написал, историю браузера почистил, было приятно со всеми вами работа…

 — Ат-ставить панику! — шикнула на шутника (а знакомо ли Александру понятие юмора вообще?) Виола. Гетерохромный аналитик успела изучить Дока, и уже не только на бумаге. Этот хитрый жук отличается завидной прагматичностью. Она глянула налево: там, замерев с непонятным выражением лица, сидела на песке его девушка, а уж кого-кого, любимую этот бывший одиночка под удар никогда не поставит. Что ты, блин, задумал, коллега?

 — Ни одного лишнего движения, даже песок под ногами не обледенел. Полный контроль, даже Яма, а её годами тренировали, в ускорении теряет часть восприятия, и вполне может промахнуться, а он за три недели… — Эл не успел договорить, как случился выброс.
 Выброс. Так в Организации называют спонтанные скачки излучения, вызываемые сильными аномалиями. Та же Рептилия, не обладая в принципе никакими дальними атаками, могла ошеломить не готовых к столкновению людей одним только ощущением её первозданной мощи. Ничто не берется из ниоткуда, и ничто не пропадает в никуда. Сила каждой аномалии имеет вполне научное объяснение. Кроме этой!

 — Ну, говоря откровенно, Кэпа и Нахи можно понять, — пробубнил Шурик так, чтобы никто его не услышал. От застывшего (лол) на месте Дока импульсами шли волны, ощущающиеся телом как лёгкие толчки (примерно такое же чувство возникает рядом с работающим сабвуфером), и они… совпадали с его сердцебиением.
 Тук-тук. С ближайших деревьев срываются и уносятся прочь птицы. Тук-тук. Даже набегающие на пляж волны слегка подрагивают. Тук-тук. На каждом из семи зубцов пульсируют ярко-голубые искры, как осколки чистого неба, по недоразумению закованные в кристально прозрачный лёд. Тук-тук. Будто сам солнечный свет меняет тона с тёплых на тёмно-синие. Одно только присутствие логии искажает фотоны.

 — И заметьте, на этот раз даже температура воздуха не падает, — весело усмехнулся виновник переполоха, чем наконец позволил Виоле спокойно выдохнуть.
 — Фух. Не пугай так! Измерители девяносто семь процентов выдают, а весь обвес опять сгорел. Вредитель! Премии лишу. — Виола вернулась на шезлонг, откупоривая очередную бутылку минеральной воды (всю колу приватизировал Док, и делиться ни с кем не собирался — вредно, мол). Лена смотрела на парня влюблёнными глазами.
«Странная девчонка, — в очередной раз подумала Виолетта Церновна. — Другая, окажись на её месте, волновалась бы, или хоть иногда происходящее на телефон снимала, а этой хоть бы хны. Улыбается, подбадривает своего избранника, и всем остальным показушным действиям предпочитает просто сидеть с ним в обнимку. Эти двое определённо стоят друг друга».

 — Мда, глядя на его довольную физиономию и не скажешь, что по телу носителя циркулирует сила, достаточная для явления небольшого катаклизма. — По самым скромным прикидкам Шуры, аномалия с таким излучением УЖЕ приравнивалась к природному бедствию. То, что Док себя контролирует, иначе как чудом и не назовёшь. А самое странное, что от отдачи не страдает он сам, как было перед цунами. Единственное отличие парня от остальных на пляже заключалось лишь в короне на голове. Не было ни холода (исключая «смертельный метр»), ни корки льда на вспотевшей коже, даже сердце в груди билось, пусть и с легкой тахикардией (и то, скорее, от волнения).

 — Катаклизма, Шура? Ломать — не строить. — Чувствуя отношение кибернетика, он вовсе не собирался с тем миндальничать. Док — как зеркало: какой привет — такой ответ. Если бы не Виола, блондин однозначно поплатился бы за хамство своей шкуркой. Да и Яма с Ольгой просили не бить юного индиго. Да, Александр был не самым социальным человеком и вообще не от мира сего, за что довольно часто огребал… — Моя способность родилась в отчаянии. В момент смертельной опасности. Она ощетинилась на мир ледяными шипами, защищая одинокого человека от любой угрозы. Спрятанный в рукаве стилет, оружие палача и безмолвный страж в одном флаконе. Вот только подбирая ключики к его контролю, можно обратить всю эту энергию в… Впрочем, смотрите сами, Лена, Виола, — блондины сойдут и за мебель, не удостоившись отдельного упоминания, да? — Вот что я хотел показать. Искра, способная уничтожить небольшой город.

 — Эй-эй-эй! — Шурик запаниковал, едва бросив взгляд на дисплей измерителя. На экране хаотично мигали цифры, переваливающие за… ТРЁХЗНАЧНОЕ! Либо аналитики зря едят свой хлеб и прибор, вообще-то рассчитанный на отображение максимум 100%, сломался, либо он, Александр, не так уж и не прав насчет того, что всем сегодня пиз… — Не надо! Стой! Ни к чему такие демонстрации!

 — Ахаха! Нет, просто посмотри на это! — Виола смеялась, показывая пальцем на картину маслом «Синий экран смерти» в исполнении одновременно ноутбука и его хозяина Сергея. Лена буквально не мигая наблюдала происходящее. По спине, рукам и ногам Дока, струилась переливающаяся… а вот хрен знает что это! Энергия?! Субстанция?! Блядь, магия?! Похоже на светящуюся воду, в которую какой-то придурок высыпал алмазную пыль. Она собиралась на вытянутом указательном пальце носителя, направленном прямо на зрителей! Маленькая капля, на больших ладонях смотревшаяся и вовсе пылинкой. — КРАСОТА! НУ, ПОКАЗЫВАЙ УЖЕ!

 — А может, не надо? — Кибернетик по имени Александр понуро опустил голову. Бежать? Куда?! Тут плотность фона больше, чем когда побережье застыло! Умирать молодым прагматичный учёный вовсе не планировал, да и робота доделать надо было…

 — Надо, Шура, на-до! — Док усмехнулся, а затем искра сорвалась с его пальца и со скоростью летящего на хорошей подаче бейсбольного мяча, устремилась к ним. Звук, похожий на срыв пожарного гидранта, сверкающий сгусток чего-то нереального, оставляющий за собой реактивный след опадающих на песок «снежинок». Тот самый побочный эффект, иссушающий воздух.

 — Саня, можешь уже открывать глаза. — Виолетта откровенно наслаждалась происходящим, а ведь даже Лена на секунду зажмурилась, когда снаряд угодил той прямо в скрещенные на груди руки.

 — Точно? — Первым делом кибернетик посмотрел на дисплей измерителя. Семьдесят три, можно выдыхать. Что это было?! Баг программы? Вместо ожидаемого взрыва или падения температуры в лагере до антарктических показателей на ладонях Лены сейчас с невозмутимым видом чистила пёрышки… ласточка… прозрачная… Целиком изо льда.

 — Ты так говоришь, будто кто-то хоть раз пострадал за последние недели! — Док тяжело дышал, неужели это отняло у него столько сил?

 — Это здорово! Какая милая! — Лена, нисколько не смущаясь, погладила птичку по крохотной головке. — И на ощупь не холодная, но и не тёплая… прохладная!

 — На удивление тонкая работа. — Доктор Коллайдер осматривала пернатую скульптуру. Грандиозная битва между опаской и любопытством в душе блондинов закончилась грандиозным поражением первого чувства. Они уже перенаправили на чирикающее создание почти все дистанционные датчики (даже среди них нашлись сгоревшие). — Перья, лапы, клюв, о, даже глаза двигаются. Ты контролируешь лёд настолько хорошо, что можешь управлять им, как созданными марионетками? Ребят, а вы чего побледнели?

 — В-в-виол-лет-та Ц-церновна, от-тойдите от неё! — Шурик, отчаянно бледнея и заикаясь, медленно отступал в сторону кромки леса.

 — Это антинаучно, — бормотал Электроник, не веря своим глазам, он то и дело смотрел на приборы, на ласточку, на Дока.

 — Да в чём дело-то? — Аналитик присоединилась к Лене в её развлечении «погладь птичку».

 — ЭТО ЛОГИЯ! — Александр беспардонно ткнул пальцем в творение Дока, который от усталости даже прилег на песочек, чему-то грустно улыбаясь. — Он не контролирует птичку аномалией. ОН СОЗДАЛ ЕЁ! ОНА…

 — Живая. — Леночка зачарованно перебирала перышки ластящейся к ней ласточки. Изящный палец аккуратно почесал её подбородок, будто домашнее животное гладит, а не черт знает что.

 –… — Виола потеряла дар речи, постепенно понимая, что только что произошло.

 — Всё живое и так почти полностью состоит из воды. — Док махнул своей здоровенной лапищей в сторону моря. — Я воспроизвёл организм птицы до мельчайших деталей. Она настоящая, в каком-то смысле, куда более настоящая, чем все мы. Энергия циркулирует по твердому, измененному на молекулярном уровне льду, вместо крови — вода. Суставы и перья по плотности как у оригинала, но тоже из ледяной материи. Вы были правы, коллега, моя аномалия может куда больше, чем просто замораживать. Дар созидания, а не разрушения. Сила, способная творить!

 — Ах-ре-неть. — Шурик захлопнул ноут и косолапой походкой направился к сумке-холодильнику. Попить и вернуть себе веру в физику.

 — Мдя, Док. — Виола задумчиво смотрела на ласточку, свободно пропускающую солнечный свет. — И на ЭТО вояки напали.

 Доктор Коллайдер знала коллегу весьма и весьма неплохо. Он был одним из самых скрытных людей в мире, и лишь рядом с Леной мог позволить заглянуть в свою колоду. Вот только, хоть убейте, но за время тренировок он вряд ли показал всё, на что способен. Церновна практически уверилась, в рукаве ледяного короля есть одна, но убийственная карта. Теперь дело за ней. Нельзя допустить, чтобы Док её достал…
Развернуть

Бесконечное лето Ru VN лагерь у моря Фанфики(БЛ) Ульяна(БЛ) Женя(БЛ) Лагерь у моря (БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Лагерь у моря 2. Часть 38

 

 Страничка на фикбуке. 


 Объект «Зеркало искушения»: запись в информационных файлах Организации.
 Тип объекта: аномалия — артефакт.
 Код: желтый (незначительная опасность)
 Уровень регистрируемого излучения: 3%
 Примечания:

 Есть множество удивительных объектов, которые попали в руки Организации при совершенно обыденном стечении обстоятельств. За ними не приходилось нырять в Марианскую впадину, или с боем отбивать у преступных группировок. Зеркало искушения — один из них. Огромное, высотой в человеческий рост зеркало в фигурной рамке, как раз такой случай. Его принес объект [Доступ запрещен], он вообще много что с собой принес, как — непонятно. Есть теория, что он способен каким-то образом хранить материю в своих порталах. Передал нам его со словами: «Один старик попросил спрятать его там, где не найдут. Ха. Пусть теперь хоть весь свой мир перероют!»

 На резной латунной рамке высечено следующее высказывание: «Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi» (в зеркальном прочтении: «I show not your face but your hearts desire» — «Я показываю не твоё лицо, но желание твоего сердца»). Надпись, кстати, соответствует истине. Причем буквально. Объект отражает материю точно так же, как и обычное зеркало, до тех самых пор, пока напротив него не становится человек (эксперименты с животными положительных результатов не дали). Оказавшись под влиянием аномалии, испытуемый видит очень четкий образ, отражающий самые потаённые его желания. Самые глубокие, порой низменные, инстинкты (двух подопытных заключенных после испытания зеркалом перевели на пожизненное), всплывают наружу.

 Объект не способен воздействовать на несколько человек одновременно. Он транслирует образ прямо в разум смотрящего (так, во всяком случае, считает добрая половина аналитиков). Посторонний, пока излучение не переключилось на него, видит только простое отражение. Самое интересное, что зеркало вызывает серьезную психологическую зависимость. Результаты тестов варьируются: как сам эффект, так и биологические маркеры в крови испытуемых (тот же серотонин), у кого-то выражались сильнее.
 Заключение: Держать под строжайшим контролем. Не допускать никого, кроме привилегированных лиц. Использовать в исключительных случаях. Зеркало может стать неплохим способом развязать язык некоторым преступникам.

Доктор В.Ц. Коллайдер.

***



 — И как до такого дошло? — тихо спрашиваю сам себя. Тело почти полностью восстановилось после Катаклизма, регенерация аномалии ещё и не от такого спасала. Моё высказывание относилось, скорее, к пикантности текущей ситуации. Ночь. Дирижабль висел в воздухе прямо над разрушенной поверхностью. Пока мы не восстановим силы, лететь в неизвестность не стоит. Таково было единогласное решение Жени и Кэпа.
 — Ммм, — сонно проворчала Ульяна. Рыжая удобно устроилась на лежанке, уткнувшись носом мне в бок, так что теперь я боялся лишний раз двинуться, чтобы ненароком не разбудить малышку. Не самая приятная встреча с чертовыми членистоногими оставила серьезный, можно так сказать, неизгладимый след на команде. Мелкая, ещё в «Совенке» спокойно ловившая пауков и фасуя прочую гадость в банки, теперь боялась спать одна. Да и кто бы не испугался? Мне и самому страшно, хоть я видел штуки и похлеще, та же Унголиант — паучиха размером с небольшую гору. Ночной кошмар арахнофоба. Другое дело, что показывать свой испуг я никогда не стану, а каково девчонкам? Ульяна, пока не легла ко мне, не смогла сомкнуть глаз. А Женя заикалась, даже вылакав пузырек успокоительного.

 «Оу, ес-с-с! — обрадовался Шиза теплому комочку нежности в кровати, тем более, на ней сейчас одна только майка и нижнее белье. — Давно пора. Через сколько месяцев, ты говорил, ей восемнадцать? Да шучу, шучу, Чувак!»

 Отрешившись от альтер-эго, весьма, кстати, извращенного (!), я погладил спящую малышку по рыжей шевелюре. Бедняжка так изнервничалась, что стоило ей прижаться ко мне, как она сразу провалилась в спасительный сон. Личико Ульяны периодически хмурилось, надеюсь, ей уже не снятся кошмары, и через какое-то время пережитые страхи уйдут окончательно. Да, и надо будет начистить морду хозяйке пауков. Эта мстительная сука точно рано или поздно попробует поквитаться за своих «малышей», и если мы не найдем разлом раньше, чем это случится, будет тяжко. В самом деле, в прошлый раз я наивно полагал, что убил тварь, но каким-то чудом она уцелела! Более того, она узнала меня, не могла не узнать. Эх, как не вовремя! Без доступа к своим основным способностям с ней не справиться так легко.

 — Спит как убитая, да? — тихо и с какой-то щемящей теплотой прошептала Женя, одаривая сопящего ангелочка улыбчивым взглядом. И её называли вредной?! Аналитик тоже не собиралась оставаться одна, притащив в нашу каюту спальный мешок. То, что сама до чертиков испугалась и залпом опустошила пузырек валерьянки (мой нос не обманешь), Евгения не сознается, но оставаться одна один фиг боится. И чего так стесняться? Вон Кэп, прошел огонь и воду, а после боя его правый глаз до сих пор дергается. Джо так вообще, спит с огнеметом в обнимку тихо матерясь — и ничего. Один только снайпер не нервничает, только выпросил у начальника пачку папирос и накурил табачным дымом весь салон. На данный момент Женя сидела за ноутбуком в одной только рубашке на голое тело и что-то быстро печатала. Запах и вид двух молодых девчонок сводил с ума. Тем более, они успели ополоснуться под душем, и теперь благоухали шампунем вперемешку с испаряющейся с них влагой. Ужасающий коктейль для моего чуткого обоняния. Если глаза можно закрыть, то отрешиться от теплой Ульяны и не дышать невозможно. Блин, девочки, я же живой человек, пощадите!

 — Тебе бы тоже прилечь, Жень, — киваю на спальный мешок. Аналитик не отрывается от работы уже третий час — систематизирует полученную с каждого сенсора информацию. Как же она возмущалась, что была в отключке во время Катаклизма! Яд пауков то отпускал её, то снова заставлял проваливаться в обморок. Пока интоксикация полностью не пройдет, надо её поберечь.
 — После того, как провалялась несколько часов парализованной, сон совсем не идет, — девушка повернулась к нам, на миг в линзах очков блеснуло отражение монитора. Мешками под глазами Жени мог позавидовать и студент-медик. Бухающий студент медик с кофеиновой зависимостью и неврозом! Да и сама она выглядела далеко не нормально. Сначала укус у того ручья, теперь отравление. Ну не привыкла аналитик к такому экшену, вот и сдала немного. Однако, не желая никому быть обузой, девочка упорно делает вид, что с ней все в порядке. Она случайно от Слави не заразилась эти самым, как там его… альтруизмом? Жуткая привычка, и весьма вредная, в придачу. Тем временем Женя чуток оживилась: — А какой был залп! Нигде у нас не задокументирована такая способность твоего поля. Этот Кинетический Катаклизм — просто нечто! На несколько километров все стер в порошок, завтра соберу пробы с земли. Может, даже от самих пауков что-то осталось.

 — Это вряд ли, — тихо ответив, кошусь на мелкую. Спит. Дыхание ровное, и сердцебиение тоже. Да, можно не бояться, что мы её разбудим. Сон у маленькой рыжей ракеты поистине богатырский, мне ли не знать? — Он изначально и задумывался, как последнее средство. Эдакая граната за пазухой. Вундервафля. Резонанс ломает всё. Разрушая материю на молекулярном уровне. Так что под нами сейчас, кроме пыли, ничего и нет. Искать в таком крошеве отдельные клетки — запаришься.
 — Страшная штука, — Женя уставилась в монитор, и без эмоций добавила: — Что же тебе довелось пережить, раз кинетическое поле стало способно аннигилировать такую территорию? Если представить, что это не ущелье, а населенный город…
 — Не надо, Жень, прошу. Воспоминания не самые приятные, и я не хочу их ворошить, — аккуратно встаю, стараясь не будить сопящего ангелочка и поплотнее кутая её в одеяло. Ульяна посопела недовольно, ощутив, как большая грелка куда-то пропала, и свернулась калачиком на том месте, где я лежал. — Давай, сохраняй всё что уже сделала и ложись рядом с мелкой.
 — Но я же еще не закончи… — попыталась отвертеться Женя, когда мои руки опустились на напряженные плечи девушки. Пальцы, способные при необходимости ломать драконьи кости, беспощадно выискивали уязвимые места на теле беззащитной девушки. Несколько разминающих движений, и она сдается без боя. — Ай-ай! И за что Алисе такое счас… Ладно-ладно иду я спать, только остано… в-вись.

***



 Уложив Женю спать (а это было проще простого, стоило вихрастой голове коснуться края подушки, как она упала в глубокий нокаут и мило захрапела), я положил её очки возле ноутбука, а сам вышел на мостик, где и просидел половину ночи, думая, как нам дальше быть. Чертова гадина! Ну не хочу я с тобой сталкиваться, но нет же — докопается! Определенно, спокойно вернуться домой нам не дадут. Будь я здесь один — другое дело. Мне не привыкать спасать свою шкуру. Вот отвечать за жизни других — на самом деле, тяжело и страшно. Светало. Скорее бы уже солнце взошло на горизонт. Насколько я понял, наши паукообразные товарищи не высовываются под прямые лучи света. Дирижабль медленно плыл вперед. Кэп и я сошлись во мнении, что вынужденный привал пора сворачивать.
 — Будешь? — подошел со спины снайпер, протягивая сигарету. Щедрый жест, учитывая, что их осталось очень мало. Выглядит мужик помятым. Глаза опухшие, красные, брови нахмурены. Подозреваю, ребята будут долго реабилитироваться по прибытии домой. Только бы оно состоялось.
 — Не, спасибо. Ты же знаешь, я не курю, — отмахнулся я, глядя на горизонт, где уже появлялось утреннее зарево. Ярко-розовые тучи, теплый воздух, светлеющее небо, чей тон менялся с темно-синего на голубой. Впечатление портили только стойкий запах пыли и снующие туда-сюда небольшие птицы. Стоило только начать светать, как они буквально заполонили всю уничтоженную катаклизмом поверхность, выклевывая из месива песка микроскопические останки пауков, которые на распылило, а так же слетевшихся на них мелких насекомых. Пищевая пирамида — наглядно. Хоть кому-то радость от ночной бойни.

 — Да. Тогда вот это. Будешь? — голос Жени вывел меня из ступора. Девушка уже выглядела получше, в руках у неё была бутылочка с мутной водой. — Я растворила парочку СП в дистиллированной воде, так быстрее усвоится. Виола говорила, что твоя регенерация мощная штука, но потребляет немало резервов.
 — Спасибо, Женя. Ты просто супер! — с благодарностью принимаю угощение, тут же осушая емкость целиком. Хорошо! На вкус гадость, но хорошо. Голод, о котором я даже позабыл, отступил на задний план. Сытость разливалась по окончательно восстановившемуся телу. Не всегда я так умел, но, хочешь жить, как говорится… Одно из первых умений моей аномалии, которое я отточил на максимум — саморегенерация. — Ты разве нормально отдохнула? Иди поспи еще. А мелкая?
 — Сопит, бубнит и дрыгает ногами — чуть меня с койки не скинула! Детям надо дольше спать, — усмехнулась Женя, чуть краснея, присаживаясь рядом и раскрывая ноутбук. Потягиваясь и зевая, она протерла очки краешком майки, ненадолго продемонстрировав свою талию (чертова привычка не упускать ни одну деталь, я даже видел верхний край трусов, прости, Жень!), и добавила: — Что до меня — чепуха. Полежала четыре часика — и хватит. Так, что тут у нас…

 Повинуясь команде аналитика, из бокового отсека дирижабля выпорхнула стайка дронов, начавших быстро спускаться к поверхности. Машины разогнали завтракающих птиц, которые выразили своё возмущение громким щебетом. Пустынный участок под нами прямо посередине уже бороздила река. Поток воды из верхней части ущелья прокладывал себе новое русло, смывая в море тонны пыли. А ещё…
 — Вон та дыра, — Женя указала пальцем на зияющую в земле дыру, в которой свободно мог поместиться небольшой дом. — Там начало сети тоннелей, дроны немного полетали, но дальше я слать разведку не стану. Потеряем сигнал — где я новых возьму?
 «Если мне не изменяет память, — подметил мсье Шиза, — то как раз там стояла скала, из-под которой выползло мохнатое чудище».
 — Ночевать будем как можно выше над землей, — сказал Кэп, и все поддержали его молчаливым одобрением. Второй стычки с проклятыми пауками никто не желал.

***



 Утро прошло спокойно. Никто на судно не нападал, паутину мы больше не видели, а ущелье под нами было просто идиллической картиной. Высокие деревья по краям, и кустарник ближе к руслу. Кристально чистая вода, буйная зелень и куча разнообразной живности, от лягушек до довольно крупных рыбин на дне водоема. Сверху плавающие торпедообразные тени казались очень красивыми и загадочными, одна из которых, кстати, пошла нам на завтрак. Оголодавшие солдаты уже собирались глушить рыбу взрывчаткой, но я поступил деликатнее. Два прыжка вниз, удар кинетическим копьем по копошащейся в донном иле рыбине (со стороны атака выглядела даже красиво: невидимый поток энергии в воде превращался в причудливый иммерсионный след) — и на борт поднимается здоровенный сазан, весом под двадцать килограмм, с темно-золотой чешуей по бокам и черной на спине. Хвостатая гурманка точно бы оценила. Юля, Юля… Надеюсь, с вами все в порядке. Если кто обидел эту троицу — устрою этому миру вторую встряску! В прошлый раз меня основательно довели, учитывая ещё и то, что после долгих лет скитаний я был немножко не в адеквате.

«Ага, „немножко“, — фыркнул внутренний голос. — Всего-то Мир попробовал уничтожить, да с каждым бывает, подумаешь…»

 Джо, глядя на такие дары природы, непроизвольно сглотнул слюну. Другие солдаты пытались казаться невозмутимыми, но косые взгляды и урчание животов выдавали их с потрохами. Рыбу единогласно поручили мне, да и с голодухи я не позволю никому испортить ценный продукт. Иначе придется жевать СП. Рыбка, рыбка, рыбка… Выпотрошить, нарезать, натереть солью и поджарить на огне, накрыв куполом. Остаток мяса засолить — и в холодильник. Может, выкинуть втихаря ту зеленую морскую гадость? Не, Женя потом поднимет бучу за потерю образцов. Что до еды — получилось достойно. Запах даже поднял с кровати доселе зарывшуюся в одеяло Ульянку. Сон пошел ребенку на пользу, частично развеяв навязчивые страхи. Храбрая она у нас. Рыжая появилась сонно зевая и потягиваясь, маленький носик принюхивался к витающим в воздухе ароматам. Она первая сняла пробу, съев целых три порции сочной рыбы. После того, как мелкая одобрительно икнула и сыто откинулась на спинке сиденья, поели и остальные.
 Женя, едва перекусив, продолжила собирать данные, сидя на мостике. Солнце светило слева по борту, поэтому аналитик расположилась с противоположной стороны, комфортно устроившись в тени каркаса дирижабля. Дроны фотографировали ландшафт, собирали пробы воды, рыли землю, обрывали листья и хвою, подбирали камешки на берегу. В общем, собирали образцы с миру по нитке. Девушка так активно кликала по панели управления, что создавалось ощущение, будто она играет в занимательную стратегию. Однако не всегда забор проходил гладко…

 — Док, смотри, это не камень! Краб?! — аналитик потянула меня за рукав, размахивая рукой с вытянутым указательным пальцем. Вышеупомянутое ракообразное чуть не оттяпало несколько деталей у отирающегося рядом с ним дрона. — Удивительно. Они закапываются в песок наполовину, имитируя прибрежные камни, оставляя торчать наружу только усики, и нападают из засады. На повадки земных видов совсем не похоже.
 «Ага, и наверняка очень вкусные, — облизнулся альтер-Я. — Чувак, решено. Вечером обедаем деликатесами! Тушеные крабы, жареные крабы, салат из крабов. Ммм! Кстати, чувствуешь? Дымом пахнет».
 — Эм… Мальчики-и-и, — протянула Женя, кивая на монитор. Второй раз показывать не пришлось. Камеры на миниатюрных разведчиках засекли настоящий хаос в лесу. Поваленные деревья, горящие кусты, вспаханная почва, и, самое главное, целая куча лежащих в изломанном виде неподвижных людей! Тут же ущелье разделялось на два помельче, по одному из этих двух мы как раз и поднялись сюда, на развилку. На месте перекрестка периметр оказался попросторнее, было где развернуться. Да и выше ущелье поражало размерами и высотой скал.
 — Зависнем и глянем, что стряслось, — прозвучало моё предложение. С одной стороны, меня чужие проблемы не волнуют, а с другой, если есть кто-то выживший, то можно раздобыть столько информации, что дронам Жени и не снилось. Например, о судьбе Ричарда со Славей.

 «А хвостатая? — возмутился Шиза тем фактом, что я не упомянул Юлю. — А хотя да, её же простые люди и не видят вовсе».

 На дирижабле началась активная деятельность. Первым делом строго инструктировали девочек не высовываться из кабин. Жене поручили следить за Ульяной: пусть сидят и смотрят за происходящим через камеры. Снайпер занял свою любимую позицию, воодушевленно напевая мелодию «Полет валькирии». Мужика можно понять: тут внизу простые люди, пусть даже вооруженные, а не пауки размером с лошадь. Джо и остальные вооружились штурмовыми винтовками, а я… я просто ждал, когда мы подлетим поближе. Оружие или броня мне без надобности. Краем уха слышу, как девчонки взволнованно перешептываются. Женя была напоказ возмущена тем фактом, что рыжая буквально навалилась на неё, чтобы быть ближе к экрану. Ври-ври, тебе, так уж и быть, можно тискать рыжего ангелочка.
 — Будем спускаться? — задал вопрос стоящий рядом во всеоружии Кэп. Броня со шлемом, кобура, винтовка, пара гранат на поясе, смотрит в бинокль аки орел. Формально он глава операции, но моё мнение сейчас всё решит.
 — Ты, я и Джо. Пусть сейчас Док и не в лучшей форме, но, полагаю, нас троих вполне хватит, — прозвучал мой ответ. Заодно я достал из кармана наушник, для связи с Женей и остающимися на борту бойцами. Так. Проверим еще подарок Виолы. Кожаный браслет с разнообразными металлическими стержнями на моей правой руке. Помню, однажды парочка брошенных в ускорении подшипников нехило помогла в стычке с Кукульканом. Металл, прорывая все мыслимые и не мыслимые скоростные барьеры, становился опасным оружием. Виолетта развила эту мысль. Я берег стержни на тот случай, когда пригодится нестандартный подход. — Быстро прочешем все, что можно, с дронами нашего милого аналитика это максимум займет пять минут. Не снижаем корабль, сам нас спущу.
 — Я туточки! — вынырнул Джо на мостик как черт из табакерки. На заднем фоне я отчетливо различил, как икнула Женя, услыхав свою характеристику.

 «С огнеметом наперевес?! — удивился внутренний голос, оценивая экипировку бойца. — Слышь, нигга, там и так всё горит!»

 — Ладно, поехали, — делаю шаг за борт, подавая пример. Нога уверенно наступает на невидимую поверхность. Предчувствие и нервы усиливают способность, я чувствую струящуюся по рисунку энергию, как она концентрируется на спине, спускаясь по ногам и обретая форму. — Площадка из плотного поля легко удержит пару тонн, бояться нечего.
 — Тебе легко говорить, — пробубнил темнокожий солдат, аккуратно наступая на барьер. — А у меня такое ощущение, что мы в любой момент наебн…
 — Связь! — толкнул его на середине фразы Капитан, отчего Джо мигом оказался в самом центре круга, возмущенно тараща глаза.
 — То есть, упадем, — договорил он, вспоминая, что нас сейчас слышат все на борту, в том числе девочки.

 «Да ладно, Женя тоже может ругаться не хуже портового грузчика, Виола рассказывала. Помнишь?»

 — Рассредоточимся, смотрите в оба. Если что-то пошевелится и при этом не будет напоминать наших попаданцев, то расстреливайте без жалости. У нас тут друзей нет, запомните. — Часть ущелья была… как бы выразиться поточнее… перевернута вверх дном. Вывороченные камни, вырванные с корнем деревья, полыхающие угли. И запах! Гарь с отдушиной обожженной плоти. Добравшись до земли, мы стали обходить поле боя. А здесь точно кто-то сражался, и весьма отчаянно. Обрывки одежды на земле… Прислушиваюсь. Ни одного стука сердца, кроме наших, равно как и дыхания. Пока это ни о чем не говорит, когда вокруг есть посторонний шум и запах, вполне могу попасть впросак даже я. Ульяна доказала это, тайком пробравшись на борт. Блин, дроны! А ведь рыжик тоже слышит, что тут происходит. В том числе мои указания.
 — Сколько трупов? — бесстрастно спрашиваю у солдат, по пути принюхиваясь, и оглядывая каждый уцелевший кустик, каждый камень, прислушиваясь, не мелькнет ли среди треска пламени предвещающий опасность звук.
 — Почти двадцать людей. Вооружены слабеньким огнестрелом, у одного орудия нет вообще, либо было, но его забрали те, кто тут всё разнес, — рапортовал Джо, как всегда, в момент необходимости, отбрасывая маску глупого весельчака. Пять дронов кружили над периметром, щелкая затворами объективов. — Из одежды — только плохонькие бронекостюмы. У двоих на руках странные приборы, напоминают наши КПК. Но не это главное. Посмотрите, что вот тут, в овраге! Охренеть! В Гинзе раз в десять мельче летали!

 «Дракон. Дохлый. Подумаешь… — разочарованно протянул Ши, когда темнокожий привел нас к цели. — А в Японии тогда просто виверны были».

 — Здоровенный, — Кэп обходил лежащего среди деревьев ящера. Молодой совсем был, только достиг размерами грузовика. Клыкастая пасть с полным набором зубов, прочная коричневая чешуя, как у полевой ящерицы, он неподвижно лежал на животе. Бездыханное тело, обтянутый сухой кожей череп с впалыми глазами, будто высушенный… как пергамент.
 — Капитан, — обратился я к вояке, внимательно приглядываясь к павшему ящеру. — Выпусти-ка по нему одну очередь. А ты, друг мой темный, собери оба наручных компьютера. Понадобится — отрезай с руками.
 — Серьезно?! — прошипел Джо, делая несколько шагов назад, а Кэп молча достал из-аз спины винтовку и выдал короткий залп по телу хищника. Звуки выстрелов раскатами грома пронеслись по ущелью. Пули пронзали тушу, поднимая облачка праха. Дракон рассыпался, как сухая ветошь, только белые кости торчали наружу.
 — Напоминает кое-что, да, Кэп? — Стоп. Кажется, я слышу странный шорох неподалеку.
 — Вашу ж ма… кхм. Filho da puta! — громко выругался солдат на португальском, озираясь по сторонам. За время вынужденного скитания я выучил столько языков, что самому страшно становиться, а материться так вообще, могу и на хинди, и на эльдарском. — Rapariga!

 «А молодец, — одобрил Шиза познания Кэпа. — И душу отвел, и девочки не в курсе перевода».

 — Так что тут случилось? Я осмотрел тела, рожи у них больно криминальные, — отрапортовал Джо, что-то тщательно пережевывая, с двумя КПК и рюкзаком в руках. — Достал, Док. И ещё у одного эта сумка, с каким-то вяленым мясом и сухарями. Припасы, видимо. На вкус ничего так.
 — Что случилось, говоришь. Так вот он нам и ответит! — дергаю рукой, посылая в ближайшую высокую ель кинетический заряд, недостаточно мощный, чтобы её снести, но хорошо тряхнувший ствол, так, что с кроны упал цеплявшийся за неё мужик. Весь в подпалинах, смуглая расцарапанная рожа. Безоружный. Он был перемазан смолой дерева, скрывшей его запах. К несчастью для него, слух у меня тоже не простой. При падении он довольно крепко ушибся, но сознание не потерял.

 «Погоди-погоди. Я узнаю эти царапины! Ни зверь, ни мутант такие оставить не мог»…

 — Ты ведь всё нам расскажешь, урод? — насел я на незнакомца. Имя и его фракция мне не интересны. Сто процентов рейдер, занимавшийся на поверхности разбоем и наркоторговлей. Свободные всегда носят форму с отличительными знаками, да и запах мяса из рюкзака. — Женя, забирай эти штуки и закрывай трансляцию.
 — Как скажешь, — безропотно согласилась аналитик. Дроны подхватили оба миниатюрных компьютера и дружно свалили в туман. Маленькая умница легко их взломает, так что, в принципе я могу и не выпытывать детали у оборванца.
 — Док, может полегче? — предложил темнокожий, явно не догадываясь, что перед нами далеко не какой-то безобидный беженец. Кэп положил руку на плечо подчиненного, жестами веля тому не встревать.
 — Я всё скажу. Скажу. Скажу, скажу! Бля, только не убивайте! — запричитал он, мелко трясясь, наполовину от боли, наполовину от страха, то и дело переводя взгляд бегающих глаз с меня на труп дракона. Ясно. Опять глаза форму поменяли. — Ищете тех мутантов? Всё скажу, только обещайте, что пальцем не тронете!
 — Он на русском говорит?! — брови Кэпа поползли вверх.

«Если я не ошибаюсь, то мы сейчас на территории бывшего побережья Черного моря, — подумал Шиза. — Ландшафт, конечно, изменился до неузнаваемости, но до сих пор частично похож на среднюю полосу России».

***Час спустя***



 Запах дыма в воздухе постепенно рассеивается, но в некоторых местах ещё пылают обугленные древесные стволы, переливаясь сотнями оттенков — от алого до желтого. Ветер в ущелье неслабый, кислорода для огня более чем достаточно. Хорошо, что сухих деревьев немного, а влажности достаточно, чтобы не появился масштабный лесной пожар. Со стороны реки ни звука, огонь спугнул птиц и загнал подальше земноводных.
 — Мда. Занятно получилось, — пробормотал я, глядя на вояк. Те, с перекошенными от злости лицами, держали обоссавшегося от страха бандита на мушке. История столкновения отряда рейдеров и троих людей, одна из которых была маленькой девочкой-мутантом с кошачьими ушками, заставила и меня сжать кулаки. Нашлась пропажа.
 «Вот мне интересно, а как они Юлю видели? Вроде все простые люди. И… Юля ли это была? Описание немного не совпадает».
 — Как и договаривались, — поворачиваюсь спиной к разбойнику. Тот прислонился спиной к дереву, и кажется не верил, что остался жив. Обращаюсь к своим. — Уходим.
 — Но… но… — Джо не мог подобрать слова. — Они же на наших…
 — Я обещал, что пальцем его не тронем, обещания надо выполнять, — шагаю в сторону дирижабля по высокой траве. Тело просто трясет от злости. — И кстати, Женя же выключила камеры и связь, как я просил?
 — Вроде да, — сказал Капитан, мигом сообразив, что к чему.
 — Пальцы видишь, Джо? — показываю темнокожему левую руку.
 — Ну, да.
 Взмах рукой — и сорвавшееся с ладони кинетическое лезвие с легким гулом отсекает голову врагу, заодно перерубая начисто ствол стоящего за ним дерева. Ну, не рассчитал, бывает. — Пальцем не тронул. Как и обещал. И Джо, выкинь рюкзак, мясо там…
 — Отравленное?! — перетрусил солдат, перебивая. А будет ему уроком — нехрен жрать что попало!
 — Да нет, — ещё раз внимательно оглядываюсь. Как же не хватает способностей Абсолюта! От его глаз и мышка не укроется. Если тут есть ещё кто живой, надо и его прикончить. Выполнить роль санитара леса. — Просто понимаешь, оно… человеческое.
 Наверх мы поднимались под рвотные позывы чернокожего бойца и егоотборный мат. Надо скорее разворачивать судно по следу наших друзей.
Развернуть

Foreign VN Bernd und das Rätsel um Unteralterbach VN Реклама VN Новости ...Визуальные новеллы фэндомы 

Foreign VN,Зарубежные VN,Визуальные новеллы,фэндомы,Bernd und das Rätsel um Unteralterbach,VN Реклама,VN Новости


Вчера уже пытался создать этот псто, но интернет оказался сволочью и посему простыня текста канула в лету. Поэтому буду краток, ибо писать все это заново уже влом.


На американских имиджбордах сделали Катаву. Датфилометры выходят из строя тысячами. На наших двачах - Бесконечное лето. Сотни анонов рыдали и бились в истерике. Немецкий битард пошел другим путем и создал истинно битардскую новеллу. Никаких няш-мяш - только циничный немецкий юмор, только хардкор. Обсосаны (или уместней будет сказать обоссаны?) темы толерастии, педерастии, либерастии и прочего. И педофилии. Особенно педофилии. Ебать детей в этой новелле не то что можно - нужно! А попутно пытаться отпиздеться от немецких Мизулиных и прочих слишком бдительных жителей деревеньки, куда волею судеб заносит нелегкая простого хикку Бернда (так анона в Германии кличут). Впрочем, мое повествование не передает и на 1% всю ебанутую веселость, происходящую в новелле. Плюс в новелле есть куча ачивок (для стимуляции полного прохождения), встроенные мини-игры и прочее, прочее. Всем-всем любителям лолей и треша рекоммендую к прохождению! Моралфагам и прочим натурам с тонкой душевной организацией вход строжайще запрещен.


Foreign VN,Зарубежные VN,Визуальные новеллы,фэндомы,Bernd und das Rätsel um Unteralterbach,VN Реклама,VN Новости


Нарисовано тоже весьма годно, на мой вкус. Хотя у художника по спрайтам явно фетиш на букаке. Все пикантности отлично нарисованы/расписаны, так что насладиться можно по полной. Однако новелла все же сделана европейцами, поэтому скипнуть совокупления с малолетними детьми или милфами во избежание особо жестких ударов по психике можно в любой момент. Правда, походу, ачива тогда не дается. Хз, я не проверял, лол.


Foreign VN,Зарубежные VN,Визуальные новеллы,фэндомы,Bernd und das Rätsel um Unteralterbach,VN Реклама,VN Новости


Тебе сюда, любитель юных нежных дев: https://vndb.org/v13871 . Да, только на инглише или дойче, но оно того стоит. Качай, не бойся. За тобой выехали уже когда ты начал это читать.

П.С. Вроде были потуги русифицировать новеллу, но все стало процентах на 15 перевода.

П.П.С. Просьба всех прошедших отписаться, а то я себя каким-то уж совсем изврашугой чувствую, не хочется думать, что я один такой здесь)

Развернуть

Лагерь у моря (БЛ) Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN Алиса(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы 

Оулвартс: глава 6

Страничка на фикбуке


***



 — Что ж, вот мы на месте, — сказал Док так, будто путешествие до пункта назначения было ну очень опасным и захватывающим. На самом же деле, «дорога», заняла от силы минут десять, да и то большая её часть ушла на распихивание дневных покупок по всем углам квартиры. — Сумерки. Приятное время в этой части мира, скажи?

 — Тут прохладно, — зябко пожала плечами Алиса. Девочка ещё не до конца отошла от культурного шока после посещения Косого Переулка, и такие резкие переходы порталами сначала домой, а затем в незнакомый туманный лес, ощущались как нечто из ряда вон выходящее. Когнитивный диссонанс, так сказать.

 На самом деле, впечатлений последних дней ей с лихвой хватило, дабы перекрыть серые будни жизни в детском доме. Но лавина новых эмоций и не думала сбавлять обороты. Врата приемного отца вывели их прямиком в густую чащу. Среди гигантских стволов деревьев, кроны которых не разглядеть из-за тумана, и густых кустарников, блестящих от осевшей на листве влаги, любой шорох, любой звук или слово неуловимо приглушались. Не тронутая человеком природа, ни намека на дорогу или хотя бы более-менее вытоптанную тропинку — только бесконечная — темно-серо-зеленая — картина.

 — А где это мы? — В голосе школьницы не было явного страха, присутствие такого надежного спутника, души не чающего в рыжей непоседе, успокаивало её как никогда. Однако от холода Алиса всё одно дрожала. Заметив это, Док дал малышке заранее прихваченную теплую куртку.

 — Высокогорное плато в Монголии, изолированное от остального мира непроходимыми скалами. Здесь, наверху, деревья поддерживают нормальный уровень кислорода, но воздух на склонах для дыхания человека просто-напросто непригоден, — ответил он, принюхиваясь к окружающему пространству. Мимо аномально развитого восприятия этого парня не проскользнет и мышка, разве что он сам ей позволит. Однако в конкретный момент ничего опасного Док не учуял. — Тут не бывает никого и никогда. Людей, имею в виду. С воздуха сесть негде, да и альпинисты при подъеме столкнутся не только с природными преградами, но и с, кхм… трудностями, можно так сказать. Облачность над нами почти постоянная, так что спутники нормальный снимок не сделают. Затерянный мир, на котором не сказалась индустриальная революция. Теплее в куртке?

 — Да, спасибо. — Алиса зарылась в меховой воротник и накинула капюшон. Бывшая сирота никак не могла привыкнуть к неожиданно свалившейся на голову заботе, и порой это буквально ставило её в тупик. Чтобы кто-либо когда-либо так пекся о никому не нужном бесенке? Последний раз это делали родители. — Ты говорил, у нас всего одно дело на сегодня.

 — Ну, вещи для школы мы купили, — он стал загибать пальцы. — Погулять утром — погуляли. Осталось разжиться зверьком и… ещё кое-что сделать, не суть важно. Это уже будет происходить без твоего присутствия. Пошли. Здесь недалеко.

 Чаща оказалась настолько густой, что Двачевской приходилось идти след в след за своим опекуном, осторожно. Колючий кустарник и бурелом, перед которым спасовало бы даже острое мачете, с легкостью раздвигало кинетическое поле, образовав что-то на манер невидимого волнореза. Защита двигалась вместе с путешественниками, оберегая от колючек и ветвей. Тишина давила на нервы, если тут и обитает какая-никакая живность, она явно очень хорошо скрывается. Единственным местным существом, замеченным озиравшейся без остановки Алисой, стал недовольно ухающий в дупле секвойи филин.

 Туман безмолвно стелился между стволами, так что не только неба не разглядеть, но и всё, что находилось дальше пяти метров, терялось из виду. Однако сам Док шел прямиком к цели, руководствуясь непонятными спутнице ориентирами. Влажный воздух пах хвоей и ещё чем-то неуловимым, Алиса никогда ничего подобного не чувствовала. Казалось, вся округа представляет собой нечто мистическое, нечто, может, даже намного волшебнее, чем полный чудес Косой Переулок. Прекрасное и опасное одновременно, загадочное, но такое притягательное. Неужели папа ведет её к драконам, или ещё чего похлеще? Последний вопрос рыжая высказала вслух.

 — Не. Драконы этого мира — просто наглые жирные крылатые ящерицы, незачем иметь с ними дел. Здесь живет одна моя… — Док на секунду замялся, отодвигая полем папоротник почти с него высотой. — Подругой её не назову. Врагом? Хмм, когда-то была. Сейчас она, скорее, знакомая. Готов поспорить, гостей не ждет. Внимательнее под ноги!

 — С-спасибо. — Алиса слегка зарумянилась, когда её, поскользнувшуюся на влажном от тумана и мха валуне, подхватили сильные руки, не давая не то что упасть, но хотя бы просто пошатнуться. Быстро, однако так деликатно, что больно не было нисколько. Маленькое сердечко забилось чаще, но рыжик строго обругала себя за это. Она помнила, насколько тонко слышат уши приемного папы, и стеснялась столь бурных проявлений чувств. К сожалению, предательское тело считало совсем иначе… Ну, когда тебя подмышки хватают ладони размером с тарелку, сложно оставаться спокойной. Да, спишем это на неожиданность.

 — Тут так тихо. — Двачевская — барышня не то что изнеженная, но ходить по сырому подлеску в кроссовках-сеточках ей не понравилось. — Лес будто пустой. Нас экскурсиями в детдоме не особо баловали, но разве так должно быть?

 — Не скажи, он полон жизни. — Док поднял с земли упавший дубовый лист: среди подавляющего большинства вечнозеленых деревьев встречались и лиственные, а свежесть у подлеска не могла испортить даже превышающая все климатические нормы влажность. Одежда липла к телу, туман, казалось, отыскивал малейшую брешь даже в самых теплых вещах, и от этого становилось ещё холоднее. Он повертел находку в руках, обнюхал, а затем просто выбросил. — Просто именно сюда, ближе к пункту нашего назначения, мало кто забредает. Звери чувствуют.
 Подтверждая его слова, неподалёку раздался неожиданно громкий звук. Алиса не успела увидеть, что именно там было, да и обзор ограничивался уже через несколько метров, но кусты явно потревожила довольно крупная живность.

 — Не пугайся, маленькая, это просто волчица. — Парень успокаивающе погладил подопечную по подмокшей шевелюре, стараясь не слишком глубоко дышать. Руку он убрал с неохотой…
 — Даже мельком не увидела, — расстроилась Алиска. Живого волка она могла наблюдать разве что на экране телевизора. Ведьмочка как никогда позавидовала острому восприятию собеседника. — А кто-то даже знает, что там волчиЦА, а не волк…

 «О, нет-нет-нет, — затараторил Шиза в притворном ужасе. — Код красный, повторяю, код красный! Активировано чувство плоского юмора Дока, спасайся кто может!»

 — Ну, это просто. Вот смотри, если пробежала — то это волчица, если пробежал — значит, волк, — усмехнулся тот, взмахом руки рассеивая туман на много километров вокруг. Кинетическая энергия, не собранная в плотную стену, подобно порыву ветра или течению реки, в этой форме она не разрушительна. Поток всё же сломал несколько веток и ощутимо проредил кроны от иголок с листвой. Холод великану не страшен, но если ставить на одну чашу весов нетронутую магией природу, а на вторую — комфорт ребенка, то последнее перевешивает со значительным отрывом. Можно было сделать кокон кинетического поля закрытым, но тогда пропадет всё очарование природы, а Док очень хотел приобщить дочку к прекрасным вещам. — Шучу. А, на самом деле, просто по запаху определил.

 «Чувак, радуйся, что она ещё совсем зелёная, я бы, например, задумался про твой навык отличать запахи по половому признаку, — проворчал внутренний голос носителя аномалии, — и связал бы с тем, как кое-кто ненавязчиво старается находиться поближе, когда Алиса сушит волосы феном».

 — Вот, здесь она и живёт. К счастью, нам не на вершину. Портал сюда напрямую делать не стал, пусть она обнаружит нас заранее. — Док ткнул пальцем в возвышающуюся до самого неба скалу. Вокруг неё раскинулся небольшой, свободный от деревьев, пролесок, а неподалёку бил прямо из-под земли холодный родник. — Да-да, это гора на высокогорном пике. Из серии, чтобы мы могли забираться на гору, когда заберемся на горы.

 Алиса весело улыбнулась такой простой фразе. Без тумана округа выглядела едва ли не более загадочной, чем ранее. На скале росли небольшие кустарники, в небе медленно парили орлы, цвета округи напрочь убивали впечатление яркого ковра из передач про Альпы. Здесь, наверху, луговое разнотравье банально не выживало. Мох, грубые кусты, некоторые горные деревья и лишайники. Всё вокруг было темно-зеленым, настолько пропитано чем-то древним и глубоким, что сформировать это ощущение словами мог разве что Док, а никак не захваченная зрелищем школьница. Рыжий бесенок просто открыла рот и молчала.

 — К-как здорово! Такого даже по телевизору не увидишь, — наконец воскликнула малышка, даже подпрыгнув на месте от возбуждения. Её спутник, стоявший с подветренной стороны, поёжился. От запаха вспотевшей Алисы у него мурашки по спине маршировали, сотнями покалывающих разрядов, а в груди опять сцепились насмерть десятки противоречивых чувств. А тем временем Двачевская резко взвизгнула: — ЧТО ЭТО?!
 В самом сердце горы располагалась внушительных размеров пещера, даже не так, не пещера, а настоящий раскол, будто высеченная специально брешь, разделяющая горный монолит на две одинаковые части. Из непроглядной темноты на незваных гостей взирали красные глаза. Большие, как футбольный мяч. Ровно восемь…

 — Мне за спину, кажется, нам не рады. — Кинетическое поле Дока мгновенно преобразовалось в непробиваемый барьер, отрезавший пару от окружающего мира. Утихли звуки, погасли запахи. Могущественное оборонительное умение и основной инструмент носителя аномалии изолировал практически любую опасность. — Приехали…

 Первыми на свет заходящего солнца показались покрытые белоснежным хитином лапы, затем капающие ядом жвала, и лишь потом само тело титанического паука. Огромное, размером с ангар, и словно высеченное из белого мрамора. Чистой и смертоносной красоты создание, без единого изъяна. Полностью монохромное, до последнего шипа на панцире, лишь глаза, словно кровавые озера, пригвоздили людей к земле.

 — Вот теперь страшно! — Алиса прижалась к широкой спине отца, вцепившись в майку своими маленькими ладошками.

 — Не волнуйся, против любого врага есть свой приём. Подумаешь, безобидный паучок. — Хитро усмехнувшись, Док поднял руку к небу. Девочка была слишком напугана, чтобы заметить, как носитель реагирует, а точнее — НЕ реагирует на угрозу. Глаза оставались нормальными, не трансформируя радужку в хищный режим, а голос мастера порталов всё так же спокоен, как и вчера когда они обсуждали предстоящие покупки. — Лови!

 Прямо в небе, в паре метров над ладонью, появился хоровод огоньков, всё ускоряясь и ускоряясь, энергия аномалии увеличивалась, пока не пробила брешь в пространстве. Портал. Даже будучи лишен львиной доли арсенала умений, Док всё равно оставался страшным противником. Тактик. Хладнокровный и не гнушающийся любыми приемами — Тактик. Способности этого парня заставляли врагов дрожать в ужасе, пусть он и не бросается на них с мечом наголо. Каждому, кто хоть раз видел его способности в деле, известно… Если змееносец появляется на поле боя — это конец!

 Из разъема портала появилось не страшное оружие, не полчища лютых монстров или потоки раскаленной лавы. Нет. Из овала вылетела приличных размеров простая дубовая бочка и прямо в полёте застыла, окутанная кинетическим полем. В голове девочки бешено носились мысли. Что там? Яд? Взрывчатка? Напалм? Или…

 Снаряд, метко брошенный в «маленького и безобидного» паучка, описал красивую дугу в воздухе и врезался было супостату прямо в морду, окажись монстр недостаточно ловок. Одна из белоснежных лап мелькнула подобно молнии, перехватывая подарочек. Бочка уцелела, самообладание Двачевской — нет.

 — Виски. Шотландский? – Голос, теперь понятно, что не паука, а паучихи, заставил Алиску вздрогнуть от неожиданности. Он оказался неожиданно… красивым? Глубоким, грудным, будто говорила приятной наружности девушка. Милым, обволакивающим сознание. Рыжик мгновенно успокоилась, её тело вдруг стало таким слабым, очень захотелось спа-ать…

 — Шотландский, конечно. А какой ещё? Считай, это дань, лишь бы с тобой не возиться. — Док хлопнул рыжика по плечу, и наваждение развеялось, как не бывало. Голос монстра продолжал казаться красивым, но в голову больше не лез. Только сейчас молодая ведьма поняла, что альбинос не двигала ни ртом, ни жвалами. Слова звучали только и только в восприятии мозга. Сам же приемный отец Алисы, стоял, как изваяние, не дрогнув. Монолит, недвижимый, пофигисти… то есть, величественный. Спина отца прямая, ладони слегка напряжены. Почему-то Алиса верила, что за этой спиной она в полной безопасности и паук сейчас не самый страшный монстр на плато… — То место. Надеюсь, кое-кто не пытался трогать обелиски?

 — Сдались они мне. — Белоснежная гора хитина фыркнула так, что с окружающих елей посыпались иголки, а затем… Алиса верила в чудеса, видела Косой Переулок и порталы своими собственными глазами, но ТАКОЕ было впервые.

 Монстр задрожал мелкой дрожью, казавшийся непробиваемым прочный хитин потёк, будто воск под палящим летним солнцем. Плоть чудища закипела, уменьшаясь на глазах с жутким, леденящим душу звуком. Кинетическое поле Док убрал, так что его дочка могла сполна «насладиться» зрелищем. Булькающая плоть уменьшалась и уменьшалась, пока… Спустя миг на земле не остался лишь колыхающийся на ветру кокон из паутины.
 Алиса ожидала чего угодно — взрыва яда, появления монстра ещё страшнее, чем многотонный арахнид, да хоть одновременного прибытия всех всадников Апокалипсиса. Однако, из кокона появились сначала человеческие руки, затем ноги и… лицо. Бывшая сиротка не раз и не два тырила выброшенные на мусорку журналы, в том числе и со всякими глупыми конкурсами вроде «Мисс Мира», «Мисс Вселенная» и прочие, и прочие. Пафосные титулы в прессе не сосчитать. Но все они, холёные и накрашенные по самое не хочу, безусловно меркли перед изяществом появившегося сейчас создания.

 Молодая. Выглядит лет на семнадцать, не больше. Чистая, как свежевыпавший снег кожа, ни одной лишней складки, только атлетичное, поджарое до последней мышцы и сухожилия тело. Паутина кокона превратилась в подобие невесомого платья, облегающего точеную фигурку. Оно немного разорвалось (специально, скорее всего) в районе живота и бедер, обнажая тонкую талию и пупок, не скрывал шёлк и гладких ножек, а грудь облегал настолько плотно, что лучше бы она была голой. Белая. Вся! Губы, волосы, ногти. Только глаза остались завораживающе красного цвета. Ни радужки, ни зрачка. Алые. Алиса поймала себя на том, что беспардонно пялится на незнакомку, не в силах отвести глаз от плывущих по воздуху длинных локонов. Они тоже, словно паутина… Такие тонкие… Прищур внимательных глаз пленял её.

 — А ну-ка прекрати. — Впервые за долгое время Док разозлился. Огромная ладонь его левой руки на этот раз коснулась рыжей шевелюры, а белая змея быстро обвила кисть, выпуская легкий импульс энергии прямо в тело очарованной девчушки. — Не надо тут гипнотизировать мою дочь.

 — ДОЧЬ?! — Она аж отшатнулась, растеряв всю свою невозмутимость. Куда делись плавные, стелющиеся по земле шаги босых ног и легкая улыбка? Альбинос ужаснулась, волосы на голове оборотня встали дыбом. Пропали всё очарование и грация, или это просто Алиса избавилась от ментального внушения древнего как мир монстра? — То есть, теперь здесь ДВА таких, как ты?! Миру конец.

 — Расслабь булки, Ехидна. Приемная дочь. — Док, наконец, назвал её по имени, и Алиса вспомнила учебник древней мифологии, однажды попавший в лапки скучающей сироты. Ехидна — мать всех чудовищ… — Но, это не меняет того факта, что она неприкосновенна, понимаешь? Во-всех-смыслах-этого-слова. Ясно?!

 — Да хорошо, хорошо. — Девушка вернула самоконтроль, выставив руки в сдающемся жесте, и приблизилась ещё на пару шагов, по пути не забыв захватить МНОГОЛИТРОВУЮ, БЛИН, БОЧКУ, голыми руками! Вроде выглядит хрупкой, а тащит несколько сотен килограмм, даже не напрягаясь. — У нас вроде как перемирие?

 «Просто прибить тебя сейчас будет проблематично, — проворчал Шиза, как всегда обращаясь к одному единственному слушателю. — Да и на мир этот было начхать».

 — Скорее, вооруженный нейтралитет. — Док приобнял Алису, бережно прижимая малышку поближе. Парень лишний раз продемонстрировал альбиносу — «это моё». — Повторюсь, строение цело?

 — Да кому оно сдалось, управлять контуром не в моих силах, а пещера удобная, никто без спросу не лезет, — развела руками оборотень, при этом не сводя глаз с заинтересовавшей её рыжей школьницы. — Ты собираешься использовать круг ради неё?

 — Глупый вопрос. Вон, пей виски, а мы займемся делом. — Парень кивнул на зияющий в скале разлом, откуда ощутимо веяло холодом. Чем темнее становилось, тем неуютнее чувствовала себя Двачевская, а вот белая демоница, очень даже удачно маскирующаяся под ангела во плоти (красивая, зар-раза!), наоборот, с наступлением ночи заново вздохнула.

 — И пропустить такое зрелище? Нет уж, да и детишек надо прогнать, твоя вряд ли им обрадуется. — Мать чудовищ тепло улыбнулась (ну прямо сама доброта, а кто тут пять минут назад жвалами пугал?!) и послала мысленный сигнал детищам. Сотни и сотни пауков, прятавшихся в разломе, висящих на паутине и засевших на склонах, расползлись по норам, скрываясь в глубине скал. В тихом ночном лесу звук множества шевелящихся лап пробирал Алису до дрожи. — Давно уже в большом мире не была, как там внизу?

***



 — Увязалась-таки… — тихо сказал Док, вместе с подопечной приближаясь к «дому» паучихи. Белая змея аномалии вылезла из-под воротника, обретая трехмерную форму, и засветилась, разгоняя мрак. Один из не успевших вовремя смыться паучков попал в поле зрения и сжался в судорогах, тихо пища. Хитин на его панцире дымился под отблесками света. Дети Ехидны боялись его, он обжигал их, мог даже убить. Док остановился, позволяя мелкоте скрыться, и сказал: — В большом мире она не была, как же, а новости о загадочных пропажах людей из ближайших селений?

 — Зависть. Банальная зависть, — тихо засмеялся прекрасный монстр, от этого хихиканья шея Алисы покрылась липким потом, а её папа исполнил свой фирменный фейспалм. — А что? Я никогда не обижаю… гостей. Даже сама зову. Они проведут остаток своей недолгой жизни, объятые теплом и лаской. Люди — обожаю, но они такие недолговечные! — Последнюю фразу девушка произнесла с нескрываемым сожалением, облизнув влажным языком губы. — До ста лет мало кто доживает, а я за это время только-только успеваю разогре…

 — Расскажешь про свои похождения кому другому, и это… хотя бы совершеннолетнему! — оборвав тем самым монолог Ехидны, Док щелкнул пальцами левой руки. — [Lumos multa] — Собственноручно измененное заклинание, проводником которого стала белая часть аномалии, выпустило не меньше десятка светящихся шариков, разлетевшихся во все стороны. Напоминая живых светлячков, они облепили стены огромной расщелины. Лучи фонариков выхватили из темноты сооружение, очень похожее на знаменитый Стоунхендж, но только не такое обветшалое.
 Семь толстых колонн, соединенных каменными кольцами сверху и снизу, вся поверхность странного комплекса испещрена неразборчивыми письменами. А в самом его центре, на полу, располагался каменный круг, разделенный на сегменты. Наводит на мысли о годовых кольцах деревьев.

 — Круг призыва. — Док обвел руками всё это безобразие, он вел себя немного театрально, будто красуясь перед Алисой. Хотя, почему будто? — У него, правда, другое название, но там язык сломаешь. Пусть будет просто круг призыва. Одна древняя раса, уже много лет в этом мире не живущая, использовала его для поиска фамильяров.

 «Если бы у этой самой расы получилось создать нормально работающие межмировые врата, нас бы тут лет как десять уже не было», — протянул Шиза. Артефакт для призыва работал в один конец, сюда — можно, отсюда — ни-ни. Да и, судя по многочисленным экспериментам самого Дока, что-то намеренно закрывало мир, делая его клапаном-ловушкой.

 — Ничего не поняла, это сюда мы шли? А что надо будет делать? — Алиса струхнула, да и белая девушка почти дышала ей в затылок. Чем не повод для нервного срыва? Вид огромного паука размером с дом всё ещё стоял перед глазами. Пусть сейчас она и выглядит как куколка, но рыжика не обману…

 — Тебе — почти ничего, — шепнула Ехидна, усаживаясь прямо на каменный пол. Алиса невольно залюбовалась её плавными, хищными движениями, а сама альбинос только подливала масла в огонь, продолжая тепло смотреть на ребенка. Ох, не будь тут повелителя порталов, она бы разошлаааась. Мастер плоти и крови, древняя тварь как никто другой ценила человеческое тепло, а искорки на дне этих янтарных глаз живо пробуждали её охотничьи инстинкты. О, из девочки выйдет отличная игрушка, искренне считала мать чудищ. Однако трогать подопечную Дока — не самый лучший способ самоубийства. Вместо этого, оборотень решила получше узнать чадо, пообщаться с ним. — Никто в этом мире не может использовать артефакты дракондоров, да и сами они обычно пользовались другими методами для создания спутников. Хорошо, что все чешуйчатые давно выродились, терпеть их не могла.

 «Просто у вас слишком разный взгляд на жизнь, понимаешь, дамочка? — вставил свои пять копеек Шиза. — Чувак, скажи ей».

 — Дракондоры. Не то чтобы я хорошо их знал, но довелось пересечься. — Док размял спину и развел руками, обе змеи выскользнули, обвивая колонны. В тех местах, где чешуя касалась камня, знаки вспыхивали ярким, белым и черным цветом. С каждым разом, воздух всё тяжелел, от переполнявшей его мощи. Алиса сделала заметку в памяти: черный цвет может светиться! О-фи-геть! — Товарищи с принципами, и порой замороченные, а как головоломки любят! Простой и понятный путь? Не, это не про их магию. Чего стоит одна только эта печать призыва: ошибешься в последовательности знаков — никогда не сработает. Но есть и плюсы.

 — Какие могут быть у этих сволочей плюсы?! — прошипела Ехидна, она ой как не любила вспоминать это племя. В старые времена потомки истинных драконов попортили матери чудищ немало крови. На них практически не действовали её способности.

 — Дракондор, который обнажил за тебя меч, скорее сам помрет, чем предаст союзника. Верность, сила и честь — чем не хорошая характеристика? — Док продолжал активацию артефакта, земля под ногами несколько раз вздрогнула, но потом успокоилась. Энергии в каменный инструмент вливалось море, обрати в заклинание — и её вполне хватит снести небольшой городок. — Когда скажу, встань в центр круга и вытяни руку вперед. Без понятия, кто ответит на призыв, но драконьи жрецы верили, что этот способ находит фамильяра, предначертанного тебе судьбой. Говорю же, замороченные были.

 — Фамильяр в таком возрасте… магия… — задумчиво пожевала губами Ехидна. — Только не говори, что отдаёшь дочь в банальную школу колдунишек? Ты?! Зачем?! Магия куда глубже, чем размахивание палочками.

 … — Сосредоточенный на механизме, Док промолчал, а беловолосая не унималась, она подошла к Алисе, и вкрадчиво спросила:
 — А хочешь, я пойду с ней? Тут таааак скучно! Могу быть кем угодно, превратиться в любого зверька, оберегать малышку до конца учёбы.

 «Ни за что! Только не это, Чувак! — Шиза одновременно ужаснулся, но хотел бы глянуть на Ехидну в Хогвартсе. — Похотливая бестия! Она же там со всеми… ну, это самое! С мальчиками, с девочками… да даже с Дамблдором не постесняется! Разницы между пятнадцать и сто пятнадцать лет для таких не существует!»

 Подтверждая свои слова, игривое чудище превратилось сначала в белую сову, затем в крысу, жабу, кошку, лису… Она легко меняла форму, прыгая вокруг Алисы, демонстрировала себя во всей красе, но цвета… оставались всё те же. Белое тело, и сверкающие красные глаза.
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме юные голые (+731 картинка)