Результаты поиска по запросу «

Бл поре

»

Запрос:
Создатель поста:
Теги (через запятую):



Лена(БЛ) Алиса(БЛ) Ульяна(БЛ) Ольга Дмитриевна(БЛ) Шурик(БЛ) Электроник(БЛ) Женя(БЛ) и другие действующие лица(БЛ) очередной бред Дубликат(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN 

Продолжение.
Глава 1 http://vn.reactor.cc/post/2310619

II
Беспокойство


Просыпаюсь от криков Ульяны, ну, не от криков, а от разговора на повышенных тонах. На секунду напрягаюсь, потом понимаю, что убивать никто никого, кажется, не собирается, но вмешиваться, все равно, придется, тем более – мое имя поминается через слово. Жаль, но вынужден встать, натянуть шорты и футболку, и, как есть спросонья, выползти из спортзала. Только выполз и понял, что пострадает сейчас бедный физрук. На моих глазах разворачивается эпическая словесная битва, Ульяна vs Александра. Нападает Ульяна, но, к чести Саши, я должен сказать, что она достойнейше держит оборону и отступать не собирается, а виноват во всем я. Кто вчера разрешил Александре бегать по утрам на стадионе? Кто вчера назначил Ульяну «директором стадиона» и не предупредил об утренней бегунье? А Ульянка слишком добросовестно отнеслась к своим обязанностям и ни свет ни заря заявилась на спортплощадку. Не люблю и даже боюсь ссор, а женские ссоры для меня вообще – источник паники, но приходится вмешиваться.
– Да, я разрешил! Да, я не предупредил! Потому что забыл. Нет, разрешение не отменяю и по новой его получать не нужно! Я вообще не понимаю, почему нужно просить разрешение на посещение спортплощадки! Она для того и построена, чтобы на ней заниматься! А вот за порядком следить как раз надо! И к моим помощникам нужно относиться с уважением! Да обижайтесь обе! На меня тоже можно, и нужно! Ульяна, три круга по стадиону сделать не хочешь? Не «за что», а «почему»! Чтобы не продолжать скандал на пустом месте, и сбросить пар. Чтоб тебе не было одиноко я тоже с тобой бегу, и, как раз я – «за что», за то, что не предупредил, и не четко обозначил права и обязанности. Со мной, значит, хочешь? После футбола жду твоих предложений. И ты с нами собралась бежать? А ты то почему? Как и Ульяна? Ну побежали тогда, командуй! Стой! Девушки, простите меня за это мое недоразумение, и за то, что орал на вас. Да? Вы тоже орали? Я не заметил. Все еще хотите бежать? Тогда командуй: «На старт!»
Вот так началось утро вторника, но что хорошо в девушках – обе они отходчивые, пробежали три круга и дальше все вполне мирно. Надеюсь что обойдется, потому как только интриг и злых сплетен мне не хватало.
– Девушки, вы злитесь на меня?
– Я злюсь. Из-за разрухи в твоей голове мы оказались в дурацком положении.
Саша молчит, но вижу, что согласна с Ульяной.
– И что мне делать? Прощения я попросил, сам себя попытался наказать. Вас не наказывал, кстати, когда вас в пробежку отправлял. Вы могли бы и отказаться бегать, ничего бы в наших отношениях не изменилось. Просто нужно было вас как-то переключить со скандала, на что-то еще. Получилось криво, ну уж как получилось.
– Ладно, проехали.
– Саш, ты завтра-то приходи, а то всю охоту заниматься тебе отбили, а вообще-то, мы очень добрые и замечательные.
– Я догадалась, добрые и замечательные… Что я, не знаю вас, какие вы на самом деле? Все в порядке, уж какие есть – такие есть, я вовсе не против. Пока, на линейке увидимся.
Улыбнулась и убежала.
Сколько-сколько там Саше лет? И в голове, и физически? Неделю назад от нее такую речь услышать было просто невозможно. Даже вчера она себя не так вела. Вот, действительно, перестали девушку в патруле прятать, она и начала в норму приходить.
– Семен, давай окунемся? Как раз, после бега!
Жизнь в спортзале имеет свое преимущество в том, что я получил в пользование персональный душ, но сейчас, рано утром, вода в нем еще ледяная.
– Умеешь ты уговаривать. Сейчас, только забегу к себе и переоденусь.
Время уже к линейке подходит, которую мне, увы, пропускать теперь нельзя, поэтому быстро окунаемся, переодеваемся у меня и идем на площадь. Устанавливается порядок переодевания сразу и без слов: первой, пока я жду на крыльце, в спортзал заскакивает Ульяна, а потом уже – она ждет меня снаружи.
Не торопясь движемся на линейку, настроение у обоих замечательное, так не хочется его портить, но придется.
– Ульяна, я в спортзале заметил одну пикантную деталь.
– ???
Наклоняюсь к Ульянкиному уху и вполголоса продолжаю.
– Не надо сушить купальники на гимнастических брусьях, рыжуха моя. Если что – раздевалка есть, ей все равно никто не пользуется, а ключи от нее у меня на столе. А то у меня было большое желание рядом свои плавки повесить. Гм, или это ты место так застолбила?
За все свое время, проведенное здесь, я видел всякую Ульянку: злую, веселую, радостную, плачущую и смеющуюся, в общем – всякую. А вот теперь увидал еще и сконфуженную. Покраснела так, что кожа на лице слилась по цвету с волосами.
– Ну тебя!
Похоже, что угадать я, угадал, но настроение у девушки испортил. Дальше идем молча, а уже перед самой площадью Ульяна вдруг спрашивает.
– Как ты меня сейчас назвал?
– Рыжуха моя. Нельзя было?
– Нет, не в том дело, можно. Я просто что-то вспомнила, как будто меня раньше так уже называли.
– Я называл, только мысленно.
– Нет, не ты. Не помню… Помню только, что хорошо мне было. И вообще, не могу я на тебя обижаться! Вот ты посмеялся надо мной сейчас с купальником этим, я обидеться должна была, а не могу. Может потому что назвал так?
– Обещаю не злоупотреблять!
– Уж постарайся, пожалуйста.
Вот еще чуть Ульянкину память подтолкнул к чему-то. Она же, нет, не она – Алиса про нее говорила, что Ульянка свой дом вообще не помнит.
На площади собрались уже все пионеры ждем только Ольгу. Подходим к Алисе, пока вожатой нет, спрашиваю у девушек.
– Напомните, что там сегодня по графику?
– Ну, по вторникам еженедельная уборка территории лагеря.
То есть, по вторникам здесь уборка. Ну, значит, будем с футболистами сетки натягивать, да стол для пинг-понга устанавливать.
– А вечером, очевидно, дискотека?
– Да, только вечером кибернетики нам уже готовые арбалеты отдавали и мы в засаду уходили.
О господи! Какое счастье, что я пресек на корню эти игры в войнушку. Ищу глазами кого-нибудь из зайцев, нахожу, киваю. Подбегает Оксана.
– Записали?
– Да! Двенадцать человек, у Сережки список.
– Потом, после линейки отдашь. Сейчас после завтрака пойдем на спортплощадку порядок наводить, а потом уже тренировка.
Появляется вожатая.
– Ольга Дмитриевна.
– Да?
– Сегодня же уборка? Тогда я с футболистами на спортплощадке?
– Так, но этого мало. Возьмите на себя еще и пляж.
Что-то не нравится мне, как история опять начинает повторяться и чем больше ты таскаешь сахара для вожатой, тем больше она на тебя этого сахара нагружает. Хотя, вспоминаю свои циклы, в общем-то на уборке работали все, кроме вожатой.
– Хорошо, еще пляж. И, Ольга Дмитриевна, я прошу вас назначить Ульяну моим помощником.
У Ольги Дмитриевны иронически взлетает левая бровь.
– Решили взяться за ее воспитание?
– Мне нужен заместитель на спортплощадке, когда меня там нет. Почему бы этим заместителем не быть Ульяне?
– Ну-ну. Я не возражаю, но за разгромленную спортплощадку и сгоревший спортзал спрошу с вас с особым пристрастием.
– Спасибо, постараемся оправдать доверие. В части разгромленной спортплощадки.
Линейка проходит скучно и однообразно, то есть я, как всегда, не слушаю Ольгу, потому что уже все обговорил до того, а смотреть абсолютно не на что, сегодня даже воробьев нет, но, к счастью, сегодня все заканчивается довольно быстро. Лена отправляется в медпункт, Женя с Сашей в библиотеку, кибернетики к себе, я с футболистами на спортплощадку и на пляж, Мику – тоже к себе, Алиса достается лодочная станция, столовая и вся территория лагеря, включая остановку. В помощь Алисе выделяются все прочие фоновые персонажи. Старшая над всеми – Алиса. Задача Ольги Дмитриевны – дремать в шезлонге с перерывом на обед. «Цели ясны, задачи опгеделены. За габоту товагищи!», – явно передразнивая кого-то изрекает Шурик. Ну, за работу это потом, после завтрака, а пока пионеры начинают свое броуновское движение по лагерю. При этом центр диффузионного облака, состоящего из пионеров, медленно, но верно приближается к столовой. Каждый пионер, вроде бы, идет по своим делам, но, при этом, конечным результатом, каждого его пионерского перемещения, оказывается то, что расстояние между пионером и столовой сокращается на пару десятков метров. Что там говорила Ульяна, про потребности растущих организмов в калориях?
Я дожидаюсь, когда площадь опустеет, сажусь на уже прогретую солнцем лавочку и прикрываю глаза. Лениво думаю, что неплохо будет помочь Алисе в уборке, если останется время. Кто-то присаживается рядом.
– Семен, я вам не помешаю?
– Как вы мне можете помешать, Ольга Дмитриевна? Вот если вы придете на спортплощадку и будете, извините, под ногами вертеться, когда мы сетки начнем натягивать, тогда да. А сейчас, когда я просто жду завтрака, то конечно нет.
Поворачиваю голову в сторону вожатой.
– Я не слишком нахально ответил, Ольга Дмитриевна? Извините пожалуйста. А то, как и я, представьте себя жмурящимся на солнце котом, ну или жмурящейся кошкой.
Интересно, мне кажется, или нет, но где-то там, в глубине ее глаз, сейчас мелькнула Оля. Мелькнула, улыбнулась мне и исчезла.
– Семен, если вы не против, то, когда официоза нет – зовите меня по имени. Меня Ольга зовут. И, наверное, на Ты. Хорошо?
Вот значит как, а мне теперь гадай, или это Оля наружу пробилась, или это я в ранге поднялся, с пионера, до штатной единицы. Так то, конечно хорошо.
– Согласен.
– И как тебе твоя первая смена в новом качестве?
– Я еще не понял, но ничего страшного не увидел и стресса не испытал, пока.
– Это хорошо. Я, честно сказать, очень хочу, чтобы ты у нас тут прижился. Лагерь, сам видишь, практически отрезан от мира, телефон и тот не всегда работает. Случись что, дозвониться до милиции или до скорой будет просто невозможно. Иногда, когда думаю об этом – так страшно становится. Понимаю, что ничего случиться не может, но страшно.
Ну и что я должен на это ответить? Расправить плечи, вскочить на лавочку, заорать и забить себя кулаками в грудь, как самец гориллы или этот, как его...?
– Я сейчас должен забить себя кулаками в грудь и закричать как Тарзан?
– Как Тарзан? – Смеется. Нет, конечно же нет. Просто, поделилась своими иррациональными страхами, наверное теперь легче станет. Я что пришла то. Ты уж, Ульяну не обижай, пожалуйста, а то завтра она что-нибудь напакостит в спортзале, ты не ругай ее тогда сильно, ей это от тебя очень больно принимать будет, потому что ты для нее сейчас просто свет в окошке, какой-то, лучше уж мне скажи, чтобы, как-будто я сама обнаружила и наказала.
– Ты знаешь, Ольга. Осознанно напакостит – накажу, не нарочно если – отругаю и забуду, а скорее всего – прощу, в обоих случаях. А обидеть – я сам за нее, кого хочешь обижу.
– Даже меня? Шучу, не отвечай. Ну смотри сам, только не переусердствуй, а то, знаешь, одних палкой бить бесполезно, а с другими достаточно один раз не поздороваться утром. Люди то разные.
– Я понимаю.
– Ладно, пошли уже завтракать, что-ли. Уже пора.
Идем молча, настроение у обоих, ну не грустное, а какое-то задумчивое. Не знаю о чем думает Ольга, а я так о ней и о Ульяне. Кошмар ужасный, самодур всея лагеря заступается передо мной за первую лагерную хулиганку, которая еще даже ничего и не натворила, и вообще, мой… моя… Гм, интересный вопрос. Скажем так, один из близких мне людей. И у меня их не так много, чтобы ими разбрасываться. Как раз подходим к столовой, смотрю, как Ульянка с крыльца машет мне рукой. Поправка – из самых близких людей.
Поднялись на крыльцо, Ольга пошла на кухню пробу снимать, а я пристроился у перил рядом с девочками.
– Семен, ты манную кашу любишь?
– С вареньем.
– Хочу тебя огорчить. Варенье не завезли. Но зато каша с комками и не сладкая – это хорошая новость.
– Ульян, а ты черный юмор любишь?
– Случается.
– Понятно, тогда сработаемся.
Тут, из дверей столовой, выглядывает Ольга.
– Заходите уже, голодающие.
Каша. Не манная, правда. Пшенная, на молоке и сладкая. Ну, белки, жиры и углеводы организму все равно нужны, поэтому не отказываюсь. Стакан кофе сорта «ячменный-бочковой», кусок белого хлеба с маслом, одно яйцо и ватрушка с творогом. Вот ватрушка выше всяких похвал, а остальное ем и пью механически, хоть не противно и то ладно. Вспоминаю о словах Ольги, а ведь она права.
– Ульяныч, прости меня, пожалуйста.
– Что такое случилось?
– Я совсем не хотел тебя в краску вгонять. Перед линейкой.
– А, ты об этом. Да я и забыла уже. Я же сказала, что не могу на тебя обижаться.
– Ну, можешь или нет, а извиниться я должен.
Тут отвлекается от завтрака Алиса.
– Это вы сейчас о чем? Ульяна, когда он тебя обидел?
– Да не обижал он меня. И вообще, у нас, у физруков свои секреты.
– А… А я думала, что это у нас, у живых свои секреты.
А тут уже снова вмешиваюсь я. Почему то слова Алисы меня покоробили.
– Алиска, тут ВСЕ живые. От бабы Глаши, до Ольги Дмитриевны. Если хочешь выделить нас, говори, я не знаю, «проснувшиеся», что-ли. А что до секретов – у нас с Ульяной свои секреты, у тебя с Ульяной – свои, у нас с тобой – свои и у всех троих – общие. И вон, – киваю на соседние столики, у них тоже свои и между собой, и с каждым из нас. Они, опять киваю, могут быть абсолютные мудаки и за это должны получать своё по полной программе, но только не за то, что их жизнь отмеривается двумя неделями цикла. Извините девочки, вырвалось. Знаешь, когда я это понял окончательно? Когда ты у меня здесь на сцене прощения попросила. Потом еще несколько дней привыкал к этому пониманию. Так что, спасибо тебе за науку.
Все это произношу с долгими паузами, буквально выдавливая из себя, по одному слову. Вот не хочу об этом говорить, а остановиться не могу. Кажется, что важно до девчонок свою точку зрения донести.
– Давайте сменим тему, что-то она тяжелая какая-то? Алиса, тебя Ольга, я смотрю, нагрузила. Я тебе только вечером помочь смогу.
Алиса машет рукой.
– А, не обращай внимания. Каждый цикл так. Главные дорожки, остановку и площадь подметем, название лагеря и лодки подкрасим, пионеров у входа побелим. Ладно, в обед увидимся. Ф-физруки.
Позавтракали и мы, выходим из столовой и не торопясь идем к спортзалу.
– Ульяна, я тебя, наверное, до обеда отпускаю, сетки натянуть, да где-что подправить, я и сам справлюсь, а ты меня после обеда на пляже подменишь. Ты как?
– А что у тебя после обеда? Лене будешь позировать?
– Если бы. Лекция у меня. Будет читать профессор и доктор наук.
– Это повариха что-ли?
– И тем не менее – это так.
– Ладно, договорились.
Нас постепенно догоняют мои футболисты и к спортзалу мы подходим уже окруженные стайкой мальков.
Отпираю спортзал, Ульяна вперед всех бросается к брусьям и сдергивает с них свой купальник. Переглядываемся и синхронно фыркаем, Ульяна, правда, чуть смущается, а мне вдруг очень хочется прижать к себе рыжуху и чуть взлохматить у ней волосы. Вот, если бы не Ольгина вчерашняя просьба о пресечении сплетен… Отпираю тренерскую, отпираю кладовую с инвентарем, командую футболистам хватать сетки и тащить их на площадку – там разберемся.
Обращаюсь к Ульяне.
– У тебя есть, чем шантажировать кибернетиков?
– А тебе зачем?
– Хочу тебе ключи от спортзала дать, чтобы ты дубликаты для себя сделала. Просто мне они тоже нужны, так чтоб ты побыстрее обернулась.
Отцепляю от связки оба ключа от спортзала и ключ от кладовой, отдаю Ульяне.
– До обеда успеешь?
– Пф! За час успею! Они у меня все бросят и вдвоем работать будут!
– Смотри, не загоняй их. Они мне живыми нужны и с полным комплектом конечностей.
Ульяна убегает, а я беру в кладовой молоток, пассатижи, отвертку, большую консервную банку из под зеленого горошка, набитую разнокалиберными гвоздями и шурупами и отправляюсь на площадку следом за октябрятами.
Приятный сюрприз – октябрята уже сами рассортировали сетки: волейбольную туда, бадминтонную сюда, от футбольных ворот – к воротам. Притащил стремянку, залез на ворота – привязал сетку к перекладинам. Зацепил петли у волейбольной и бадминтонной сеток за крючки винтовых стяжек. Кряхтя и упираясь выволок из спортзала под навес два сложенных стола для пинг-понга, сразу же и разложил их, натянул сетку.
– Сами дальше справитесь?
– Да мы каждую смену, вообще, сами все делаем.
– Ну давайте, а я пойду пройдусь по площадке, подправлю, если что-то отломалось.
Прошелся, загнал обратно несколько вылезших гвоздей. Поставил на ноги лежащую судейскую вышку. Огляделся и сказал, что это хорошо.
Команда моя тоже все закончила, пора и делом, то есть тренировками заняться. Гм, а чем заниматься-то? Сегодня-завтра то я протяну, займемся повторением пройденного, а вот после. Чему их учить-то и как? Придется в библиотеку идти, вдруг там у Жени припасена методичка-другая. Ладно, это будет послезавтра, а сегодня…
– Ну что, господа. Начнем тренировку, потом, если время останется, сможете просто поиграть. Начинаем, как всегда с разминки.
Октябрята фыркают на «господ», а моя лень дает о себе знать.
– Кто хочет стать тренером на пятнадцать минут? Кто хочет провести разминку?
Развернуть

Коллективное творчество(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Итоги

Ну, теперь можно сказать что закрыто не просто событие в разделе Коллективного Творчества, а целый сезон. И, как мне подсказали, было бы неплохо обсудить этот самый сезон. Так что товарищи писатели и читатели - пишите, что понравилось, что нет, какие есть предложения и т.п..
Коллективное творчество(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Алиса(БЛ) Лена(БЛ) Мику(БЛ) Семен(БЛ) Ульяна(БЛ) Женя(БЛ) Электроник(БЛ) Шурик(БЛ) Ольга Дмитриевна(БЛ) Дубликат(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN очередной бред и другие действующие лица(БЛ) 

Продолжение
1 глава http://vn.reactor.cc/post/2310619
2 глава http://vn.reactor.cc/post/2336203
3 глава http://vn.reactor.cc/post/2344710


IV
Очень приятно, Царь. (часть 1)

Утром поднялся еще до будильника – все еще волнуюсь. Поднялся, открыл дверь и обнаружил сидящих в спортзале Сашу с Ульяной. Сидят, каждая в своем углу, смотрят на меня и молчат. Вот хорошо, что я брюки натянул.
– Барышни, дорогие, вы ко мне?
– Вообще то нет, но спать не можем, а идти, все равно, больше некуда. Ты же нас не выгонишь? – Саша явно испытывает на мне силу своей улыбки.
– Вы не поверите… – Широко улыбаюсь в ответ. Ляксандра… – Грожу ей пальцем, а Саша уже просто улыбается, без кокетства. Конечно не выгоню, знаете же. Ладно, раз пришли, подождите, я умоюсь, а ты Ульяна пока чайник поставь.
Я же чайником обзавелся и электроплиткой. Электроплиткой, потому что электрические чайники на складе кончились, остался только обычный. Эмалированный чайник темно-зеленого цвета, вместимостью в два с половиной литра, широким днищем, на всю конфорку, и маленькой, меньше, чем крышка у стеклянной банки, горловиной. Когда вода в чайнике закипает эта крышка начинает энергично подпрыгивать и дребезжать.
Беру пакет с умывальными принадлежностями, вафельное полотенце вешаю на шею и отправляюсь в душ, вообще то умываться в душе не удобно, но топать до общего умывальника мне лень, хорошо хоть туалет в спортзале свой. Возвращаюсь через пять минут чистый, умытый и дрожащий от ледяной воды.
Чайник еще только запел, достал кружки, достал пол-литровую банку под заварку, достал пачку чая – Краснодарский №36, в оранжево-красной полосатой пачке, достал коробку рафинада. Достал пачку сухарей из сухого пайка – привет из бомбоубежища, а Ульянка, увидев и узнав сухари, хитро улыбнулась, и вытянула откуда-то газетный сверток, развернула, а там несколько картонных трубок. Прочитала надписи на них, одну оставила себе, а остальные протянула мне.
– Держи.
Держу, разглядываю. Картонные трубки, с одного конца закрытые металлическим колпачком, на боку маркировка СХТ-40. Сигнальные ракеты из того же бомбоубежища. Алиса будет довольна – пиротехник любитель наш. А Ульяна зря туда в одиночку лазила, потом выскажу ей свое фи.
– Небольшое дополнение к сценарию. Когда все будет готово – следите за лагерем, я подам сигнал, а вы подадите в ответ. И потом, когда к берегу будете подходить стреляйте, а то пираты какие-то не страшные получаются. Главное – сами не напугайтесь.
– Ты думаешь я это октябрятам доверю? А мне и русалкам – по статусу не положено. Ладно, пусть будет Алисе счастье.
Чайник вскипел, заварка настоялась, сидим, макаем сухари в чай, а сам чай с шумом и фырканьем втягиваем в себя. Время от времени хихикаем – какие-же мы невоспитанно-некультурные люди.
Обращаюсь к Ляксандре.
– Саш, вы с Мику не обижаетесь, что у вас роли такие получились – бессловесные?
– Вообще-то обижаемся, но все понимаем. Если петь, то дуэтом, а я против Мику – никакая, а если танцевать, то наоборот. Но если вам очень нужны живые носовые фигуры на лодках, то мы не против.
– А ты танцуешь? Вот не знал.
Тут вмешивается Ульяна.
– Ты много чего не знал, царь морской.
– Ну, теперь то я это знаю. – Замечаю в ответ. Ну что, успокоились, трястись перестали? Пойдем на линейку?
Сегодня, в честь нашего якобы отъезда на фестиваль, линейка и завтрак сдвинулись на час, за счет утренней зарядки. Пионеры явно уже ворчат, ведь все рассматривают это время исключительно, как дополнительный час сна, ничего – развлечения начнутся прямо на линейке.
Выходим на площадь, Ольга уже там и уже все построились. Девочки бегут занимать места в строю, а я, уже привычно, встаю на полшага позади Ольги. Ольга Дмитриевна начинает свое выступление.
– Дорогие пионеры! Сегодня команда нашего лагеря отправляется в райцентр на фестиваль, и я надеюсь, что меньше чем первое место мы не займем! Ведь мы так много и хорошо готовились!
В это время я наблюдаю, как позади пионеров проходит баба Глаша, направляясь к лодочной станции. Ольга Дмитриевна тоже ее видит и поворачивается ко мне.
– Семен, ваша команда готова?
Начинаю оправдываться и канючить.
– Ольга Дмитриевна, вот еще бы одну репетицию.
Вожатая принимает устрашающий вид и, надвигаясь на меня, возмущенно восклицает.
– Тогда почему вы еще здесь? Немедленно в столовую, пусть вас покормят по быстрому и на репетицию! Через три часа машина, а у вас ничего не готово! Надежда лагеря, называется!
Все, процесс запущен. Киваю девочкам, командую: «Футболисты, за мной!» и мы срываемся в сторону столовой. Быстро-быстро, дольше получаса Ольга удерживать пионеров на площади не сможет, а нам надо отчалить с пристани, в наших костюмах, без посторонних глаз. В столовой нас уже ждут: на одном из столов стоят шестнадцать стаканов с чаем, две тарелки с бутербродами и блюдо с яблоками. Быстро закидываемся бутербродами, заливаем их чаем, кладем яблоки в карманы – потом съедим и опять быстрым шагом, почти бегом спешим к пристани. Я еще успеваю пробурчать на выходе из столовой, догоняя Мику.
– Извините, ромштексов сегодня нет.
На полдороги до площади сталкиваемся с пионерами спешащими на завтрак. Находим с Ульяной друг-друга.
– Все в порядке. Ольга их сейчас еще у входа подержит, время отойти подальше у вас будет. А потом глядите в сторону бани, я оттуда сигнал подам.
– Ни пуха нам всем…
– К черту, к черту, к черту!
Догоняю своих, выходим на пристань. Баба Глаша уже переоделась и разгуливает по ней в царском облачении. Царское облачение, по задумке Лены, в исполнении Саши и исходя из возможностей лагеря выглядит как длинное темно-зеленое, как мой чайник, платье и небольшая картонная корона, выкрашенная бронзовой краской. Посох тут же, прислонен к ограждению пристани.
Надо ребятишкам дать пинка, чтобы они переключились, поэтому выхожу первым на пристань, низко кланяюсь Владычице морской и говорю.
– Матушка, не сочти за дерзость, что явились не по чину одетыми. Дозволь исправить.
Матушка только коротко отвечает.
– Поторапливайтесь. И ты Владыка не задерживай, а то сухопутные набегут.
Поворачиваюсь к своим.
– Так, слушайте меня, девочкам переодеваться, мальчикам – готовить лодки.
– Суров ты, владыка. – Это матушка, с иронией в голосе. Корона не жмет?
– Нам царям иначе нельзя, а то на шею сядут, – отвечаю, зато не злой и справедливый.
На лодки прибивается на живую нитку декоративный фальшборт – раскрашенные полосы фанеры, на них нанесены красной и зеленой краской полосы, (на полосах – полосы, не красиво, а как еще описать?) имитирующие доски обшивки. На носах лодок укрепляются драконьи головы – та же фанера в несколько слоев, за них будут держаться русалки, думали, думали, но ничего, кроме драконьих голов, как у викингов в голову не пришло. Наконец дамы наши выходят во всей красе, я еще раз кланяюсь им, а они, надо же, леди Алиса с подчиненными коротко кланяются, а русалки делают реверанс. Смешались в кучу… ладно, не важно. Девочки переоделись, теперь мальчики. Выносим из сарая весла и перевязи с саблями, всё, мы готовы. Командую.
– Все по местам!
И, уже обращаясь к Владычице.
– Матушка, соизвольте пройти в лодку.
Помогаю ей спуститься и пройти в корму, сам сажусь за весла, а леди Алиса устраивается в носу. В двух других лодках располагаются русалки – по одному хвосту и пираты – по шесть сабель на лодку, многовато, конечно, но пираты — они легкие и мелкие, так что перегрузки не будет. Отчаливаем к Длинному, нужно успеть спрятаться за мысом, пока пионеры не позавтракали и не поплелись на берег.
Добрались, спрятались за мысом Длинного, Алиса выставила наблюдателя – Гришку, я разрешаю сойти на берег и поправить костюмы, но дальше десяти шагов и ближайших кустов от лодок не отходить.
– Гриш, свою задачу знаешь?
– Да Алиса.
– Повтори для всех, пожалуйста.
– Смотреть в сторону бани, сообщить вам, как только наш человек в лагере подаст сигнал – запустит ракету.
– Все верно, действуй.
Сидим, ждем, грызем яблоки. Хуже нет, чем ждать и догонять. Оглядываю еще раз свою команду.
Капитан, леди Алиса. Широкополая шляпа из мушкетерского гардероба, оранжевый камзол, узкие черные брюки и ботфорты. На поясе сабля, деревянная, как и у прочих пиратов, за пояс заткнуты трубки сигнальных ракет. В брюках узнаю ее джинсы, а вот остальной гардероб…
– Миледи, откуда такой наряд?
– Чего только нет на складе, в том числе большой мешок с биркой «Три мушкетера». Так это из него, наверное костюм гвардейцев кардинала.
– Понятно, надеюсь, что пионеры костюм не опознают.
Русалки, Саша и Мику. Волосы распущены, в волосах кувшинки, у Александры желтая, у Мику белая. Купальники. Обе, от талии и ниже обмотаны сетками, в которых узнаю остатки гамаков. Сетки покрашены бронзовой и алюминиевой краской и должны символизировать рыбью чешую.
Пираты. Босые. Джентльмены в одних шортах, на леди дополнительно короткие жилеты. С головными уборами полный беспорядок, на ком-то шляпы, на ком-то банданы, банданы либо черные, либо красные. Перевязи с саблями. Пряжки на перевязях тех же цветов, что и чешуя на русалках. Так и зовем отряды: «серебряный» и «золотой».
Моё величество. Моё величество носит парик и бороду салатного цвета, картонную корону, такую же, как у матушки, но побольше. Вооружен я трезубцем, но главное – это костюм. Мой костюм представляет собой сложносочиненный комбинезон из совершенно новой волейбольной сетки, сетка тоже, по мысли Лены, должна символизировать собой чешую. Я босиком, как и пираты, хотя Ульяна с Алисой очень долго уговаривали меня надеть ласты. Ага, Ихтиандра нашли.
Всю эту красоту Саша с Ульяной, засиживаясь за полночь, ваяли в спортзале по Лениным эскизам. Я, признаться, надеялся, что девочки подружатся, но не вышло. С уважением друг к другу относятся, но держатся порознь. Еще один антагонизм назревает: Лена-Алиса, Саша-Ульяна, кто следующий?. И я бедный, в качестве изолятора, ну, лишь бы не громоотвода.
– Ракета!
Прибежал пират Грег, он-же – октябренок Гриша. Вскакиваю на ноги – две бледно-желтые звездочки взлетели над баней и уже падают на лес. Теперь надо дать Ульяне пять минут, чтобы она, не привлекая внимания, дошла до домика Лены, стукнулась к ней, дошла до кибернетиков, стукнулась к ним, взяла у них радиомикрофон и вышла на пляж. Пока тянутся эти пять минут мы закрепляем буксиры, а то не пристало Морскому царю веслами махать. Впервые в жизни поеду на детях, вспоминаю картину из школьного учебника, где несколько детишек тянут на санках по зимней дороге огромную бочку с водой.
Отталкиваемся от берега, командую Алисе: «Стреляй!». Та, достает из-за пояса одну из ракет, скручивает с торца колпачок, нащупывает в трубке вытяжное кольцо, вытягивает левую руку с зажатой в ней ракетой, а правой резко выдергивает кольцо. Хлопок, и в руке у Алисы пустая трубка, а ракета, взлетев, в верхней точке рассыпается на пять красных огней, и начинает противно и очень громко свистеть. Да, такое только совсем глухой не услышит, думаю, непосвященные в лагере уже крутят шеями, пытаясь понять – что происходит.
Пираты начинают грести, буксиры потихоньку натягиваются и ладья с Морским царем, закрепленная за двумя пиратскими, гм, ну, пусть будет драккарами, выползает на всеобщее обозрение. Мы пока не торопимся, опытным путем установлено, что наш караван набирает максимальную скорость на дистанции в сто метров, так что зачем ребятишкам зря уставать, опять же, нужно дать пионерам время отреагировать.
Ага, нас кажется заметили. Пионеры на пляже начали привставать с полотенец, кто-то побежал в лагерь, Ульянка уже что-то кричит в микрофон – пока не разобрать.
– Леди Алиса, пустите еще ракету, расшевелим этих сухопутных!
– С удовольствием, Ваше величество!
Развлекаемся мы так. Еще один хлопок и новые пять красных звездочек повисают на несколько секунд в небе, и снова режущий уши свист.
– Вожатая прибежала.
И действительно, на отведенном ей месте, появляется Ольга. С воды ее прикрывают кибернетики, оба в камуфляжных комбинезонах и с арбалетами в руках. Надеюсь, что за ночь новые спусковые механизмы на них не появились – ужасно боюсь всяких ЧП, поэтому вчера, после ужина подстраховался – арбалеты отнес в домик к Ольге, а механизмы по дороге снял и спрятал у себя.
– Алис, костюмы этих охранников тоже со склада?
– Ну да.
– Знал бы раньше, я бы там покопался у вас.
Ольга стоит на помосте и разглядывает нас в бинокль. Все как давным-давно. Только тогда я думал, что навсегда уплываю из лагеря, а сейчас наоборот – собираюсь высаживаться на берег. Сегодня Ольга не в форме вожатой, а почему-то в платье.
– Алиса, как называется платье, которое сейчас на вожатой?
– Сафари.
– Спасибо, на языке вертелось, а вспомнить не мог. Странно, что она не в форме.
Баба Глаша вмешивается в разговор.
– Так узнала, что Морской царь неженатый, вот и принарядилась. Вдруг заметишь.
– Кое-кого в лагере, такой вариант сильно бы огорчил, – отвечает Алиса на реплику бабы Глаши.
Подумал – интересно, о ком это она. И тут вспомнил о своей ситуации и кольнуло внутри, когда-то разволновался бы, а сейчас вот – кольнуло. Наверное, уже не интересно, а через несколько циклов мне станет вообще – все равно, правда – это уже буду не я. Вот, действительно, полная аналогия с застарело-больным зубом, все хорошо, пока не надкусишь им что-нибудь твердое – и сразу боль, потом боль проходит и опять все хорошо. Чтобы отвлечься разглядываю пляжников дальше.
Лена с Женей, те обе в купальниках, прячутся за вожатую. Остальные пионеры уже выстроились неровной шеренгой позади этой пятерки.
Наверное, пора.
– Алиса, запускай еще пару ракет, и, давайте разгоняться, что-ли. А то эффекта не будет.
И, обращаясь к пиратам, добавляю.
– Последней топим вожатую! По тем же правилам, что и остальных!
В ответ с драккаров прилетает вопль восторга. Алиса только молча показывает мне большой палец.
Еще две ракеты летят вверх, еще десять красных звездочек виснут в небе, еще два раза звучит противный пиротехнический свисток, а наш караван медленно начинает набирать скорость.
Прикидываю, как это выглядит со стороны. Впереди, практически борт о борт идут две лодки с пиратами: раскрашенные борта, носы в виде драконьих голов, впереди всех, держась за эти головы, сидят русалки; пираты, привстав на одно колено, гребут, по трое с каждого борта, короткими веслами, как индейцы на каноэ. За пиратами, на буксире, идет наша ладья, баба Глаша на корме, я в середине, а Алиса на носу лодки. С мотором в двенадцать детских сил мы уже развили довольно неплохую скорость, уже слышно как за кормой журчит вода. Берег уже совсем близко, Алиса сдвигается в лодке максимально вперед и встает на ноги, драконью голову, в качестве опоры, она игнорирует и стоит скрестив руки на груди, раз такое дело, то я тоже встаю, стараясь зацепиться ногами за скамью, чтобы хоть так подстраховаться от падения. Пираты разогнались и кажется, что мы несемся. Однажды в детстве я попробовал прокатиться на велосипеде, стоя на седле – ощущения похожие. А буксировщики расходятся в стороны и наша ладья начинает догонять их, вклиниваясь в промежуток. Перед самым берегом пираты бросают весла на дно лодок и, едва лодки касаются носами песка, прыгают с бортов и выбегают на пляж, где выстраиваются клином, прикрывая место высадки. В это время царская ладья врезается в берег, но миледи-капитан легко перепрыгивает через борт и оказывается в основании пиратского клина. Однако, толчок довольно ощутимый, Морскому царю удается устоять на ногах и даже не покачнуться, хотя синяк на правой голени ему гарантирован.
Легко, но без суеты, перепрыгиваю через борт, прохожу вдоль лодки к корме, предлагаю руку Владычице, помогаю ей встать и сойти с лодки, Владычица морская, оказывается, совсем не тяжелая. Рука об руку мы проходим в основание того-же клина и встаем рядом с капитаном. Забавно, но сам я, в этот момент верю, что все по настоящему, что позади меня оставшиеся в лодках русалки, что слева я чувствую плечо капитана, а за правую руку меня держит Владычица морская – матушка моя, строй пиратов прикрывает нас от непонятной толпы сухопутных. Напротив нас, под охраной двух арбалетчиков, на помосте стоят местная правительница и две ее фрейлины, чуть левее, на своем небольшом помосте соловьем заливается глашатай. Мгновение, и морок проходит, но ощущение я успеваю поймать.
Развернуть

Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Глава 20 «нет места лучше дома?»

предыдущая глава


фикбук

группа ВК с самыми оперативными новостями и не только


И очень-очень-очень заблаговременный анонс (никому не рассказывайте!) релиз: не в этом году

Визуальные новеллы,фэндомы,Фанфики(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы



      Стенд спря­тал­ся на са­мом от­ши­бе пло­щади, со сто­роны жи­лой зо­ны. Мес­то бы­ло выб­ра­но так удач­но, что раз­гля­деть что-ли­бо на фо­не зе­лёных на­саж­де­ний мож­но бы­ло ли­бо в ре­зуль­та­те тща­тель­ных по­ис­ков, ли­бо по чис­той слу­чай­нос­ти.
 — А ес­ли дождь? — я вда­вил кноп­ку в де­ревян­ный щит, — раз­мокнет же всё.
 — Ка­кой, в без­дну, дождь? Жа­ра плюс трид­цать. Ты вверх-то смот­рел? — сес­тра от­сту­пила на па­ру ша­гов, чтоб оце­нить, нас­коль­ко ров­но приш­пи­лена стен­га­зета. — То­го и гля­ди об­ла­ка ис­па­рят­ся.
 — Ма­ло ли. Вдруг зав­тра ве­тер по­меня­ет­ся? Ту­чи на­летят, гром, мол­нии, сол­нечное зат­ме­ние…
 — …из­верже­ние вул­ка­на, — под­ска­зала Ан­на. — Пос­ле то­го как во­жатая всё зач­тёт — хоть тра­ва не рас­ти. Луч­ше бы ты по­думал, где дик­то­фон ис­кать бу­дешь.
 — А по­чему это я дол­жен его ис­кать?
 — По­тому что на мне вся наг­рузка по ор­га­низа­ции опы­та.
 — Этим и я мог бы за­нять­ся.
 — Да что ты, — прит­ворно уди­вилась сес­тра. — А мо­жет, тог­да всю ме­тоди­ку це­ликом из­ло­жишь?
 — По­жалуй­ста, — я за­думал­ся. — На дик­то­фон пред­по­лага­ет­ся за­писать речь од­но­го из нас?
 Ан­на ут­верди­тель­но кив­ну­ла и жес­том ве­лела про­дол­жать.
 — А с дру­гим, зна­чит, в это вре­мя бу­дет Сла­вя. — Толь­ко по­чему бы не ис­поль­зо­вать два дик­то­фона?
 — Вот по­это­му ду­мать бу­ду я, — от­ве­тила она, — ты хо­тя бы один для на­чала дос­тань, а там пос­мотрим.
 — Тог­да ска­жи ещё, как ты со­бира­ешь­ся оп­ре­делить, что пе­реда­ча про­ис­хо­дит без за­дер­жки?
 — Ты так ни­чего и не по­нял, — вздох­нув, сес­тра сно­ва скор­чи­ла ра­зоча­рован­ную ми­ну. — Пов­то­ряю, мы не мо­жем адек­ватно из­ме­рить ско­рость пе­реда­чи на дос­тупной дис­танции. Да это и не нуж­но. Ва­жен сам факт ком­му­ника­ции без ви­зу­аль­но­го кон­такта, он уже бу­дет го­ворить о том, что мы воп­ре­ки всем пос­ту­латам яв­ля­ем­ся сверх­слож­ной кван­то­вой за­путан­ностью.
 — Ли­бо о том, что в го­ловы нам вши­ли по ра­ди­опе­редат­чи­ку, нап­ря­мую под­клю­чён­но­му к моз­гу.
 — Что выг­ля­дит на фо­не пре­дыду­щего ва­ри­ан­та го­раз­до бо­лее ре­аль­но, — по­сето­вала Ан­на. — Но к со­жале­нию за­коны фи­зики не­совер­шенны и ре­аль­ность из­редка да­ёт течь. Ну да к чёр­ту ли­рику, вер­нёмся к де­лу. По­гуля­ете ве­чером с от­лични­цей вдоль бе­рега, по­бол­та­ете как бы нев­зна­чай. Но она не дол­жна знать в чём на са­мом де­ле зак­лю­ча­ет­ся эк­спе­римент. А по­том да­дим ей прос­лу­шать то, что за­пишу я. Воп­ро­сы?
 — Так, а по­чему…
 — По­тому что ес­ли она бу­дет знать, че­го от неё ждут, то по­явит­ся воз­можность сфаль­си­фици­ровать по­каза­ния.
 — Я не об этом, по­чему мы не мо­жем обой­тись без Сла­ви? Я ведь и сам мо­гу за­пом­нить, что го­ворю.
 — Ты — ис­сле­ду­емый объ­ект, твои по­каза­ния не мо­гут быть вос­при­няты в от­ры­ве от сто­рон­не­го наб­лю­дате­ля, — по­яс­ни­ла Ан­на с яв­но ску­ча­ющим ви­дом. — Тем бо­лее, вы яв­но нас­лажда­етесь об­щес­твом друг дру­га.
 — Ты на что на­мека­ешь? — нас­то­рожил­ся я.
 — Да так… ни на что, — бур­кну­ла сес­тра. — Мне, ес­ли хо­чешь знать, всё рав­но. Прос­то при­думай лож­ную цель эк­спе­римен­та и ми­нут двад­цать по­шатай­тесь где-ни­будь на зад­ворках ла­геря.
 — Я ведь уже го­ворил, что она мне не нра­вит­ся.
 — Да, ко­неч­но. Ра­да за вас обо­их…
 На­конец, с кноп­ка­ми бы­ло по­кон­че­но и я то­же по­пятил­ся на­зад чтоб взгля­нуть на ре­зуль­тат тру­да.
 — Вот чёрт! — вне­зап­но, Ань­ка без объ­яс­не­ний при­пала к стен­ду и сде­лала вид, что изу­ча­ет на­писан­ное.
 — А, раз­но­яй­це­вые, — бар­хатный го­лос, раз­давший­ся у нас за спи­ной, поз­во­лил не гля­дя опоз­нать свою вла­дели­цу, но бы­ло уже поз­дно. — Го­лова не бо­лит? Тем­пе­рату­ры нет? — Ви­олет­та Цер­новна бес­це­ремон­но раз­верну­ла ме­ня ли­цом к се­бе и при­ложи­ла мне ко лбу тыль­ную сто­рону ла­дони.
 — Н-нет? — ме­ня не­воль­но про­шиб пот. 
 — Слав­но, — зак­лю­чила она с не очень-то скры­ва­емым со­жале­ни­ем. Жар­ко се­год­ня… Поп­ло­хе­ет — жи­во ко мне. 
 — Спа­сибо, мы как-ни­будь са­ми спра­вим­ся, — по­обе­щала Ан­на.
 — Вы, пи­оне­ры, все по зорь­ке са­ми с уса­ми, — рав­но­душ­но от­ве­тила Ви­олет­та Цер­новна, — а по­том в мед­пункт че­рез од­но­го… Впро­чем, — она по­коси­лась на ме­ня, — есть и от­ветс­твен­ные, ко­торые… пре­дох­ра­ня­ют­ся.
 Я бы с ра­достью за­печат­лел ре­ак­цию сес­тры на фо­топ­лёнку, будь у ме­ня сей­час ка­мера. Уши крас­ные, глаз дёр­га­ет­ся, рот на зам­ке.
 Не об­ра­щая на Ан­ну вни­мания, док­тор Кол­лай­дер про­дол­жа­ла.
 -…на­дева­ют... го­лов­ные убо­ры, жид­кости мно­го пь­ют. С теп­ло­вым уда­ром шут­ки пло­хи.
 А сей­час я осоз­наю, что ес­ли зар­жу, то сра­зу по­ковы­ляю в мед­пункт с че­реп­но-моз­го­вой трав­мой.
 — Ну-с, что у нас но­вень­ко­го по­веси­ли? Пос­то­ронись, фа­заня­та. — ско­ман­до­вала Ви­ола, рас­чи­щая се­бе до­рогу к стен­ду.
 — Вам это ин­те­рес­но? — по­рази­лась Ан­на.
 — А то, — от­ве­тила она, скло­нив­шись над ри­сун­ком Ле­ны, где с эс­та­кады стар­то­вала ра­кета клас­са «Зем­ля-ми­мо», — под­рос­тки, де­воч­ка моя, вы­да­ют вре­мя от вре­мени пер­лы ни­чуть не ху­же во­ен­ных. Ва­ших рук?
 — Нет, — сов­ра­ла Ан­на.
 — Да, — я то­же сов­рал, на­шей ра­боты там был са­мый ми­зер.
 — Он врёт, — до­бави­ла сес­тра.
 — Впер­вые ви­жу ра­боту, ко­торую не за что рас­кри­тико­вать, — сдер­жанно пох­ва­лила Ви­олет­та Цер­новна. — Весь­ма... ми­нима­лис­тично. На­де­юсь, в в этом сон­ном царс­тве хоть кто-ни­будь ув­ле­ка­ет­ся ан­ти­уто­пи­ями, к со­жале­нию мир по­луд­ня Стру­гац­ких при­тор­но-ску­чен.
 — Брэд­бе­ри? За­мятин? Или мо­жет быть, Ору­элл? — как бы нев­зна­чай по­ин­те­ресо­валась Ан­на.
 — Граж­да­нин Ору­элл пе­редёр­ги­ва­ет, — про­ком­менти­рова­ла Ви­олет­та Цер­новна с са­модо­воль­ной улыб­кой, — ес­ли вы по­нима­ете, о чём я…
 — Вы его чи­тали? — изу­мил­ся я.
 — А вы? — Ви­ола по­доз­ри­тель­но со­щури­лась, стрель­ну­ла гла­зами в сто­рону, на­поми­ная клас­си­чес­ко­го че­кис­та, для ви­да на­тянув­ше­го вра­чеб­ный ха­лат, но быс­тро вер­ну­лась в роль. — Са­миз­дат, ра­зуме­ет­ся. Ещё ник­то нас­толь­ко не со­шёл с ума, чтоб ан­ти­совет­чи­ну вы­пус­кать в от­кры­тую пе­чать. Как ви­дите, ни­кому та­кое до­сад­ное ог­ра­ниче­ние жизнь не ом­ра­ча­ет. Впро­чем, в ва­шем воз­расте та­кое чи­тать ещё ра­нова­то.
[впер­вые в СССР ро­ман «Мы» Ев­ге­ния За­мяти­на был опуб­ли­кован в 1988 го­ду, тог­да же был снят зап­рет и на кни­гу Джор­джа Ору­эл­ла «1984», од­на­ко, Ан­на о дан­ном об­сто­ятель­стве не в кур­се, как, воз­можно, не в кур­се и Ви­олет­та Цер­новна, де­ло-то про­ис­хо­дит яв­но не в при­выч­ном нам Со­юзе, а вот «451 по Фа­рен­гей­ту пус­ти­ли в пе­чать ещё в 1956 го­ду]
 — Я ду­мала, — Ан­на вер­ну­ла мяч на дру­гую по­лови­ну по­ля — в ва­шем воз­расте та­кое уже не чи­та­ют.
 — Все лю­ди мо­гут со­вер­шать глу­пос­ти вре­мя от вре­мени, для это­го им не обя­затель­но быть юны­ми шко­ляра­ми, раз­ве нет? - отыг­ра­лась Ви­олет­та Цер­новна.
 Горн зах­ри­пел пря­мо на­до го­ловой — по моз­гам уда­рил сиг­нал к обе­ду и я не­воль­но заж­му­рил­ся. Ког­да реп­ро­дук­тор на­конец зат­кнул­ся, са­мые рез­вые пи­оне­ры уже бе­жали ми­мо Ген­ды в сто­ловую.
 — Ка­кая жа­лость, — по­качав го­ловой про­тяну­ла Ви­ола. — Сей­час раз­да­ток штур­мом брать бу­дут. Ведь хо­тела по­рань­ше прид­ти… Лад­но, фа­заня­та, по­ка чер­кну кое-что в на­зида­ние по­том­кам, а вы марш в сто­ловую.
 Дос­тав из кар­ма­на ав­то­руч­ку, она при­нялась что-то пи­сать, мур­лы­кая под нос стран­ную пес­ню:
 — Как вам толь­ко не лень в этот сол­нечный день иг­рать со смертью…

 Ан­на к еде не прит­ра­гива­лась. Вмес­то это­го, под­пе­рев го­лову ру­кой, она за­дум­чи­во рас­смат­ри­вала пей­заж сквозь то са­мое ок­но, че­рез ко­торое вче­ра пы­талась вый­ти Уль­яна.
 — Мо­жет хо­тя бы лож­ку под­ни­мешь для ви­да?
 — Ап­пе­тита нет… — без­различ­но квак­ну­ла она не по­вора­чива­ясь.
 — Без под­питки бел­ка­ми, жи­рами и уг­ле­вода­ми, — за­гово­рил я нас­та­витель­ным то­ном, — че­ловек мо­жет про­сущес­тво­вать на за­пасах собс­твен­но­го те­ла двад­цать-двад­цать пять дней, но толь­ко при ус­ло­вии упот­ребле­ния во­ды. Смерть от обез­во­жива­ния нас­ту­па­ет го­раз­до рань­ше — от трёх дней до…
 — Ты так и бу­дешь ну­деть? — ог­рызну­лась сес­тра.
 — Бу­ду, — по­обе­щал я. Ес­ли не ска­жешь, в чём де­ло.
 — Ни в чём. Прос­то ду­маю.
 — По­дели-и-ись ты дум­кою сво­ей… — стал на­певать я.
 — Ос­тавь ме­ня в по­кое, а? — взмо­лилась Ан­на. — Вон, луч­ше гу­ляш жри.
 — Она от­ки­нулась на спин­ку сту­ла, скрес­ти­ла на гру­ди ру­ки, и, обоз­на­чая, что про­дол­же­ния раз­го­вора не бу­дет, сно­ва от­верну­лась в сто­рону.
 Лад­но. Пус­кай сес­тра хан­дрит сколь­ко хо­чет. Раз на то пош­ло, она име­ет на это пол­ное пра­во. Да и гу­ляш в са­мом де­ле та­кая вещь, от ко­торой очень не­лег­ко от­ка­зать­ся… Меж­ду про­чим, се­год­ня и впрямь жар­ко, мо­жет на реч­ку рва­нуть пос­ле обе­да? И Ань­ку сма­нить, авось у неё нас­тро­ение под­ни­мет­ся. Н-да, раз­мечтал­ся. Она ско­рее ме­ня пин­ком за дик­то­фоном от­пра­вит. На­до Элек­тро­ника с Шу­риком бу­дет по со­вету Сла­ви по­расс­пра­шивать на этот счёт.
 — Я до­кати­лась до пош­лых ве­щей, — за­дум­чи­во про­гово­рила Ан­на спус­тя пять ми­нут, — в пят­ни­цу мир был прост и по­нятен. Спо­кой­но се­бе су­щес­тво­вала по-ти­хому, книж­ки чи­тала, на мет­ро ка­талась, а по­том бац — и я уже па­ранор­маль­ное яв­ле­ние. А за­кон­чи­лось всё по­падан­чес­твом на чёр­тов ку­рорт в стра­ну, прек­ра­тив­шую су­щес­тво­вать чет­верть ве­ка на­зад.
 — Не про­тив? — я отод­ви­нул уже опус­тевшую та­рел­ку и по­тянул­ся за её ста­каном ком­по­та. Сес­тра сме­рила ме­ня сер­ди­тым взгля­дом и я поч­ти по­чувс­тво­вал, как на лбу у ме­ня прис­тра­ива­ют­ся две крас­ные точ­ки ла­зер­ных при­целов. От на­мере­ний зах­ва­тить лиш­ний ста­кан приш­лось от­ка­зать­ся.
 — А ещё я к те­бе при­вяза­лась, дурья го­лова. И вслед за то­бой дру­гие лю­диш­ки по­лез­ли.
 — Не нра­вит­ся?
 — Я не знаю, — рас­те­рян­но про­гово­рила она, — тут та­кая шту­ка — моз­га­ми по­нимаю что пра­виль­ней бу­дет вер­нуть­ся в гад­кий уны­лый мо­нох­ромный мир и даль­ше вла­чить су­щес­тво­вание. А вот про­чие вы­чис­ли­тель­ные мощ­ности… в об­щем, по их мне­нию оно то­го не сто­ит. За­чем воз­вра­щать­ся? Кто во­об­ще при­думал, что так пра­виль­но?
 — На ми­нуточ­ку, ар­гу­мент про то, что иноп­ла­нетя­не так лю­дей во­ру­ют ещё в си­ле?
 — Ма­лове­ро­ят­но. Я бы ско­рее пос­та­вила на про­мыв­ку моз­гов. И всё же, вот ска­жи, стой пря­мо сей­час пе­ред то­бой вы­бор, ос­тать­ся тут или вер­нуть­ся в бу­дущее…
 — Это не прош­лое.
 — Не важ­но, суть ты по­нял. Что бы ты пред­по­чёл?
 — Ну, это мес­то нас до сих пор не уби­ло, — соб­рался я с мыс­ля­ми, — и ве­ро­ят­но, та­ких пла­нов у не­го нет. К то­му же, тут всё та­кое рет­ро. С дру­гой сто­роны, впе­реди де­вянос­тые… Впро­чем, тут они мо­гут и не сос­то­ять­ся. А ещё в бу­дущем ин­тернет и всё та­кое… Блин, не знаю я! Мне вез­де хо­рошо.
 — Вот и я о том же, — кив­ну­ла сес­тра. — Вро­де там семья, учё­ба, жизнь, а в то же вре­мя от­сю­да эта жизнь ка­жет­ся да­лёкой и не­важ­ной. Как файл сох­ра­нения в иг­ре — за­писал прог­ресс на се­реди­не про­хож­де­ния и заб­ро­сил. И гра­фика от­личная, и сю­жет как взап­равду, толь­ко без те­бя ни­чего не дви­га­ет­ся. Нет те­бя — нет и ми­ра. Для нас сей­час не су­щес­тву­ет ни двад­цать пер­во­го ве­ка, ни прек­расной Рос­сии бу­дуще­го, — Ан­на паль­ца­ми обоз­на­чила ка­выч­ки, — ниг­де, кро­ме тех ней­ро­нов, ко­торые хра­нят на­ши вос­по­мина­ния.
 — А как же нас­чёт вер­нуть­ся в род­ной Кан­зас к ни­щим дя­де и тё­те, а, До­роти?
 — Кан­зас… — она вя­ло ус­мехну­лась, — здесь то­же есть Кан­зас. И в дру­гих ре­аль­нос­тях то­же есть Кан­за­сы. А в ещё бо­лее дру­гих злос­час­тный ура­ган не толь­ко унёс до­мик в зе­лёную до­лину за пус­ты­ней [ав­тор пред­по­лага­ет, что стра­на Оз на са­мом де­ле не что иное, как Ка­лифор­ния, ко­торую по не­дора­зуме­нию Ба­ум счи­тал сплошь зе­лёной и изо­билу­ющей зо­лотом, ко­им от­че­го-то мос­тят до­роги], но и обор­вал не­удач­но про­летав­шей ми­мо ко­чер­гой жизнь дя­ди Ген­ри, бро­сив­ше­гося из пог­ре­ба спа­сать пле­мян­ни­цу. Не сто­ит за­цик­ли­вать­ся на пе­ремен­ных. Важ­но то, что есть здесь и сей­час, а не то, что бы­ло или мо­жет быть. В кон­це кон­цов, ес­ли этот мир бу­дет нас­толь­ко же ре­ален, то есть ли смысл воз­вра­щать­ся в преж­ний?
 — Те­перь ты рас­сужда­ешь как Оз, — под­ме­тил я. — Вот толь­ко ты са­ма го­вори­ла, что нас мо­гут в дур­ку упечь чуть что.
 — А ещё я го­вори­ла что это не пол­но­цен­ная ре­аль­ность, а кар­манное прос­транс­тво или си­муля­ция в компь­юте­ре. И вто­рое пред­по­ложе­ние бы­ло от­бро­шено пос­ле то­го, как я по­дума­ла над этим доль­ше ми­нуты. В ито­ге, всё вок­руг ра­бота­ет и ре­аги­ру­ет как впол­не обык­но­вен­ная ре­аль­ность. С тем же ус­пе­хом мы мог­ли бы ис­кать од­нознач­ные сви­детель­ства на­личия или от­сутс­твия бо­га. Это мес­то от­ве­ча­ет от­дель­ным приз­на­кам поч­ти каж­дой ги­поте­зы и всё ука­зыва­ет на то, что это нас­то­ящая Зем­ля с нас­то­ящи­ми людь­ми, хоть и нем­но­го аль­тер­на­тив­ная.
 — Я те­бя не уз­наю. А как же все те па­рано­идаль­ные те­ории? Прос­то от­ка­жешь­ся от них?
 — Слу­шай, — ут­ра­тив внут­реннее нап­ря­жение конс­трук­ции, Ан­на опус­ти­ла пле­чи и те­перь на­поми­нала бро­шен­ную на стул неб­режным кук­ло­водом ма­ри­онет­ку, — я на­де­ялась, что смо­гу ра­зоб­рать­ся во всём этом, но не справ­ля­юсь — она пом­рачне­ла, — ров­ным счё­том ни­чего не до­билась, толь­ко за­пута­лась боль­ше. За­иг­ра­лась в на­уку, ин­сти­тут­ка не­до­учен­ная.
 Сес­тра мол­ча ка­кое-то вре­мя раз­гля­дыва­ла плит­ку на по­лу. Я мол­ча ждал, что бу­дет даль­ше.
 — Я пы­талась до­казать се­бе, что всё, что вок­руг — под­делка, — мрач­но приз­на­лась она, — пы­талась дать все­му хоть нем­но­го вме­ня­емое, а не на­уч­но обос­но­ван­ное объ­яс­не­ние. На это уш­ло два дня. За это вре­мя слу­чались ве­щи го­раз­до стран­ней, но я про­дол­жа­ла упи­рать­ся ро­гами. Хва­тит. Ка­кой от ме­ня во­об­ще толк, ес­ли для вы­вода то­го же, что все бол­ва­ны и так при­нима­ют на ве­ру я уби­ваю двое су­ток, ища в чёр­ной ком­на­те не­сущес­тву­ющую чёр­ную кош­ку?!
 Ань­ка зли­лась. И зли­лась она на се­бя, что силь­но ме­ня бес­по­ко­ило. Что про­ис­хо­дит, ког­да вол­на её не­доволь­ства вып­лёски­ва­ет­ся на ок­ру­жа­ющих бы­ло уже из­вес­тно — всё слу­чалось быс­тро и од­ной вол­ной, пос­ле че­го всё пе­рехо­дило на ста­дию от­те­пели. Смо­жет ли она так же по-доб­ро­му от­нестись к се­бе — за­гад­ка.
 — Нь­юто­на не ус­тра­ива­ла кон­ста­тация фак­та «ес­ли под­нять пред­мет и от­пустить, он па­да­ет вниз» — ре­шил я под­бодрить сес­тру, — и он за­нял­ся этим воп­ро­сом вплот­ную, от­крыв впос­ледс­твии за­кон все­мир­но­го тя­готе­ния. Тра­ек­то­рия па­да­ющих тел от это­го не по­меня­лась, а вот мир впос­ледс­твии по­менял­ся. Эй­нштейн [на са­мом де­ле его фа­милия — Ай­нштайн, спа­сибо на­дом­зго­вому ме­тоду тран­сли­тера­ции] в сво­их ис­сле­дова­ни­ях до­шёл до пре­дела, при ко­тором не ра­бота­ла нь­юто­нов­ская ме­хани­ка, и то­же из­ме­нил мир, соз­дав ре­ляти­вист­скую ме­хани­ку. Эти двое, как и мно­гие дру­гие не пла­ниро­вали из­ме­нять мир, а толь­ко со­вали свой нос даль­ше дру­гих, так что не смей…
 — А я не по­няла! — воз­му­щён­ный го­лос Али­сы, а сле­дом и са­ма Два­чев­ская гря­нули как гром пос­ре­ди яс­но­го не­ба, — ты ме­ня ки­нуть ре­шила, да?
 — Аха… — вя­ло при­ветс­тво­вала под­ружку Ан­на.
 — Га­мар­джо­ба, ры­жая, — поз­до­ровал­ся я, рас­плыв­шись в улыб­ке, — ты как раз вов­ре­мя…
 — Алис, не до те­бя сей­час, — бур­кну­ла сес­тра. — Во­жатая ра­ботой за­вали­ла…
 — Да? И как она те­бя из рай­цен­тра заг­ру­зить су­мела? — хмык­ну­ла Два­чев­ская. — Ко­лись, где всё ут­ро тор­ча­ла?
 — Где-где… Там уже нет. Слу­шай, мне не­ког­да.
 — Ко­роче так, — пе­реби­ла сес­тру Али­са — ты ме­ня ут­ром ки­нула, ты мне те­перь дол­жна. Пош­ли, по­ка на­род сли­нял, по­том поз­дно бу­дет.
 — Два­чев­ская, те­бе го­ворят, я не мо­гу! — взор­ва­лась сес­тра. — А те­перь, по­жалуй­ста, не зас­тавляй ме­ня усу­губ­лять си­ту­ацию, спа­сибо!
 — Я-яс­но, — про­тяну­ла Два­чев­ская. — Псих, — об­ра­тилась она ко мне — что за проб­ле­мы?
 — Го­ре от ума у неё. Слиш­ком мно­го ду­ма­ет, а в баш­не от это­го нем­но­го пе­реки­па­ет. Мо­жешь её от­влечь до ве­чера?
 — Спра­шива­ешь, — лю­без­но отоз­ва­лась ры­жая.
 Я по­пытал­ся взять сес­тру за за­пястье, но она вык­ру­тилась, упорс­тво­вать я не стал.
 — Ань, я не ша­ман и в бу­бен дать не мо­гу, но вот те­бе мой со­вет — схо­ди с Али­сой и взбод­рись нем­но­го.
 — Во пер­вых, я не ус­та­ла, — про­вор­ча­ла она. — А во-вто­рых, как пос­мотрю, за ме­ня тут всё ре­шили?
 — Да, ре­шили. У те­бя вон глаз от нер­вов дёр­га­ет­ся.
 — У нас нет на это вре­мени… — зап­ро­тес­то­вала сес­тра.
 — Уж че­го-че­го, а вре­мени у нас до ве­чера ва­гон. — па­риро­вал я. Иди и без счас­тли­вой ми­ны на ли­це не воз­вра­щай­ся. А я по­ка всё под­го­тов­лю.
 Ан­на тя­жело вздох­ну­ла.
 — Праз­дный раз­гиль­дяй, — объ­яви­ла она мне при­говор.
 — Слышь, — вме­шалась Али­са, — а что ве­чером бу­дет?
 — Тан­цы бу­дут, — бур­кну­ла Ан­на. — А ты! — она ука­зала паль­цем на ме­ня, — ес­ли я вер­нусь и ни­чего не бу­дет го­тово — я из те­бя ван Го­га сде­лаю.
 — Я ста­ну пос­мер­тно из­вес­тным им­прес­си­онис­том? — от­шу­тил­ся я.
 — Ухо от­ре­жу, - про­рыча­ла она.
 — Это мне под­хо­дит.
 На том и по­реши­ли. Али­са ута­щила сес­тру из сто­ловой, а я, всё-та­ки до­пив её ком­пот, соб­рался на­ведать­ся в кру­жок ки­бер­не­тики име­ни ко­сыгин­ской эко­номи­чес­кой ре­фор­мы.

Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Алиса(БЛ) Лена(БЛ) Ульяна(БЛ) Мику(БЛ) Шурик(БЛ) Электроник(БЛ) Ольга Дмитриевна(БЛ) очередной бред и другие действующие лица(БЛ) Дубликат(БЛ) ...Визуальные новеллы фэндомы Фанфики(БЛ) Бесконечное лето Ru VN 

Продолжение

1 глава http://vn.reactor.cc/post/2310619

2 глава http://vn.reactor.cc/post/2336203

3 глава http://vn.reactor.cc/post/2344710

4 глава, часть 1 http://vn.reactor.cc/post/2360187


IV

Очень приятно, Царь. (часть 2)



– Кто это? Кто же это? Пираты? Невероятно, сейчас, в двадцатом веке, в СССР, в пионерском лагере на пляж высаживаются пираты, но кто же это с ними?

Ульянка резвится. Вспоминаю, что, кажется, моя очередь, что-то говорить.

– Матушка, вы не знаете, что это за люди? Кто это занял нашу любимую бухту?

Матушка, естественно, не знает. Капитан тоже недоуменно пожимает плечами. В итоге посылаем разведчика – все того-же Гришку. Гришка пробегает вдоль пионеров, рассматривая их, ненадолго останавливается перед вожатой, а потом возвращается к нам. Все это, для тех, кто не видит, описывает в микрофон Ульянка. Ульянка в ударе, она бежит с микрофоном в руке следом за Гришкой, рассказывает всем, какое у того выражение лица, сообщает, на кого из пионеров он, в данный момент, смотрит, подбегает к нам, в деталях, но очень быстро описывает, как мы выглядим, и впервые, для пионеров, называет меня Морским царем.

Из доклада разведчика следует, что на берегу, действительно, находятся какие-то люди.

– Пионеры! Они про вас ничего не знают! – Гремит над пляжем Ульянкин голос.

Капитан обращается к вожатой с вопросом о том, кто они такие, что они тут делают в нашей любимой бухте, где мы: морской царь и свита, отдыхаем каждые сто лет. Диалог капитана пиратов с пионервожатой длится минуты две, но весь сводится к одной единственной фразе: «А ты кто такой?», точнее: «А вы кто такие?», а вся задача этого диалога – дать пионерам возможность расслабиться. Наконец, Ольга приводит в действие главный аргумент о том, что пионеры они ребята хорошие, талантливые, танцуют, поют и стихи читают. Сейчас, по замыслу, она должна пригласить выступать кого-то из пионеров. Ага, и тот прочтёт унылым голосом: «Лагерь – наша большая семья...», – пора ломать сценарий.

Впервые беру микрофон в руки.

– А ну-ка, приведите мне кого-нибудь.

Первые трое – подсадные. Точнее, подсадной один – номер третий, а за первых двух Саша поручилась, что отыграют как надо. Вот и сейчас, она уже отыскала глазами первого, показала его капитану, а капитан, выхватив саблю, указала на этого выступленца пиратам: «Хватайте вон ту!». С места срывается отделение «серебряных» подбегает к жертве, берет ее под белы руки и подводит пред мои светлы царские очи. Так это же одна из тех девочек, что бегает вместе с Сашей, ой-й-й-й… Катя, кажется. Я стал запоминать «фоновых персонажей» по именам, различать в лицо и запоминать по именам. Почему я раньше так не делал, почему они раньше меня не интересовали? Оказывается – неплохие люди, совсем даже неплохие. Со своими мыслями, желаниями, чувствами, к сожалению – запертые в двух неделях цикла. Ну хоть как-то их повеселю.

Номера первого действительно зовут Катя. Разговариваю с ней предельно мягко, насколько это возможно для сурового, но справедливого царя. Черт, я чувствую себя Дедом Морозом, перед которым поставили на табуретку перепуганную маленькую девочку, от волнения позабывшую свой стишок. Ну не такую уж и маленькую, кстати, где-то на год помладше Ульянки. Кстати об Ульянке. Что это за штука у меня перед носом? Это микрофон у меня перед носом? Это что, все мои сюсюсканья транслировались сейчас на весь лагерь? Кошмар какой, я же суровый! Наконец девочка начинает верить, что ее сейчас не принесут в жертву, не утопят, не скормят акулам… Так, а здесь есть акулы? Кажется девочка наконец-то успокоилась и расслабилась. Еще пара фраз с моей стороны и ребенок наконец-то прочтет стишок с табуретки, дедушка Мороз будет доволен, дедушка улыбнется в бороду, дедушка полезет в мешок и вручит подарок. Пойду работать Дедом Морозом, говорят, на Новый Год они неплохо зарабатывают.

– Ну что, будешь что-нибудь исполнять? Мне-то не нужно, но если хочешь.

Поет. Волнуется, запинается, но поет. Вот странные люди, я бы наотрез отказался, тем более, что разрешили не петь, а она поет. Ну раз спела, то на тебе медальку номер один. Если бы не спела, то, все-равно, тоже вручил бы медальку.

Номер второй, парнишка, лет десяти-одиннадцати, зовут Слава. Неплохо поговорили, он рассказал мне о делах в лагере, я ему объяснил, что пиратов, во главе с капитаном, я захватил, в свое время, в плен и они сами попросились ко мне на службу. Нет, больше вакансий нет, разве что, с кем из пиратов поменяется. Тоже медалька и свободен.

Номер третий, наш подсадной. Василий – лучший друг и сосед по домику зайца-Сережи, лучший друг, но в футболисты не пошел, сказал, что у него другие интересы, что, впрочем, не мешало ему заходить к нам в начале или в конце тренировок. Его задача показать пионерам третий путь: не читать стишок, не вступать в беседу с Дедом Морозом, простите, с Морским царем, а быть облитым водой, но медальку он получит. За храбрость. Главное – убедить пионеров, что это просто игра. Так в итоге и происходит, номер третий молчит, общаться отказывается.

– Ну что, капитан? Этот молчит, выступать и общаться отказался, сказал, что лучше в воду. В воду его?

– Да. Раз сам выбрал, то в воду, Ваше величество!

Третьего подхватывают на руки, раскачивают и бросают в воду. Когда он, наконец, выбирается из воды, говорю, обращаясь к нему.

– Молодец, не испугался. Вот тебе персональная награда, и вручаю ему одну из брызгалок.

Тот-же, кстати, пробел у создателей лагеря, как и с футболом. Взрослые создатели лагеря, а, вслед за ними, и дети – население лагеря, совершенно не знакомы с некоторыми примитивнейшими вещами. Что может быть проще брызгалки? Бутылка из под шампуня, с продырявленной гвоздем пробкой, но каким-же вчера это оказалось открытием, что для пиратов, что для их капитана.

Ольга на паузе. События идут не по сценарию, а ей нужно время на перезапуск. Вряд-ли она сейчас начнет все запрещать, в самом худшем случае Морского царя начнут просто игнорировать, но пока мы продолжаем ломать комедию.

– Ну что, сухопутные? Кто-то хочет мне что-нибудь сказать?

Находится еще люди, которые получают свои медальки, но поток добровольцев иссякает, остальные стоят и жмутся.

– Капитан, ваше мнение об этих людях? Оставить их тут, или прогнать?

– Люди здесь не плохие, Ваше Величество, но…

– Вот именно, но! Но не могу же я общаться с сухими…

По итогам нашего разговора половина брызгалок летит в толпу, а потом звучит клич

– Защищайтесь, и пусть никто не уйдет сухим!

И начинается веселье. Мои пираты, они все-таки сыгранная команда, они тройками носятся по пляжу поливая тех, кто еще сухой и время от времени откатываясь назад для перезарядки. Тех из пионеров, кто активно защищается из брызгалок – особо не трогают, остальным не уйти от пиратов Морского царя, никому. Нет, есть исключения, если человек очень активно сопротивляется, его тоже оставляют в покое, тут и без тебя найдется с кем повеселиться. Эпицентр водяной битвы гуляет по всему пляжу, пару раз схватки вспыхивают у самых лодок, тогда достается и нам, я только и могу, что прикрыть собой бабу Глашу. Ульянка носится по пляжу, оказываясь одновременно во многих местах, на ней самой не осталось ни одной сухой нитки, но зато она умудрилась сохранить в целости микрофон, в который и комментирует, как ход битвы в целом, так и отдельные ее эпизоды. Два командующих, Морской царь и Ольга Дмитриевна со свитами возвышаются над сражающимися армиями, как обелиски. Наконец веселье начинает выдыхаться и появляются признаки агрессии.

– Семен, пора заканчивать. Меня уже солнце печь начинает.

– Пять минут, баба Глаша, тут еще только начальница сухая осталась.

Командую.

– Ракету, капитан!

И последняя ракета улетает в зенит. Хлопок, а потом резкий звук заставляют всех остановиться.

– Пираты, к лодкам!

Пираты организованно отходят к лодкам и опять занимают оборону. Я обвожу взглядом пляж и, вспомнив «Остров сокровищ», комментирую.

– Неплохо, неплохо, капитан. Пиратов у нас двенадцать, против пятидесяти, а сухопутные теперь мокры почти все, совсем даже не плохо. Передайте команде мою благодарность.

И, как бы случайно, но мой взгляд падает на Ольгу с ее свитой.

– А эти то, почему сухие?

И пираты с перезаряженными брызгалками устремляются к вожатой. Из толпы пионеров трое или четверо бросаются на выручку начальству, надо будет спросить имена потом, чтобы поблагодарить, бросаются, но не успевают, а дальше все развивается, в общем, ожидаемо, за исключением двух моментов.

Шурик, тот даже не понял, что его ждет, потом бросился прикрывать собой вожатую, и попал под перекрестный огонь. Электроник заметался, сперва дернулся сбежать, потом дернулся к вожатой, но тоже опоздал. Женя ругалась, уворачивалась, потом ей кто-то кинул брызгалку и она начала отчаянно отбиваться. А вот остальные двое действующих лиц подкинули сюрпризы.

Вожатая. Ольга наконец-то приняла решение, поняв, что сухой ей не уйти. С пулеметным треском кнопок расстегивается платье и летит на помост, Ольга, какими-то баскетбольными приемами, уклоняясь от нападающих пиратов и оставаясь сухой, в несколько прыжков оказывается около меня, толчок в грудь, и я лечу спиной вперед в воду, а сама Ольга, пробегает дальше, и не дожидаясь, когда ее поймают ныряет прямо с берега, показавшись над водой уже, где-то на полдороги к буйкам. Я уже встал на ноги, я-то все равно мокрый, не страшно, Ольга что-то весело кричит с воды, или это вместо нее Оля внезапно включилась(?), но мне сейчас это не важно, меня занимает Лена. Спасибо бабе Глаше, что обратила мое внимание.

Лена стоит бледная, неподвижно, как статуя, закатив глаза, четверо пиратов окружили ее в кольцо и не знают, что дальше делать. Командую Алисе.

– Капитан, ваш выход. Приведите пленницу, – и дальше шепотом. Только мягко и деликатно.

Несмотря на то, что они не ладят между собой, Алиса удивительно мягко берет Лену за руку и ведет в нашу сторону. Баба Глаша вежливо отстраняет меня и выходит на передний план, берет Ленины руки, и, глядя ей в глаза, тихо о чем-то спрашивает, Лена так-же тихо отвечает. Еще несколько фраз, и мы все видим, как лицо Лены постепенно оттаивает и теряет сходство с посмертной маской.

– Испугали девчонку, – шепчет мне Владычица. Ободри ее.

Что-ж ты Леночка так? Я был уверен, что тебя вообще ничем не пронять, а тут, наше скоморошество тебя подкосило.

– Испугались, барышня? – Спрашиваю, как можно участливее. А напрасно…

Еще говорю, пытаюсь шутить, говорю, что царь я, хоть и суровый, но пугать никого не хочу, Лена отвечает. Наконец я замечаю, как в мимике Лены начала проскакивать, на долю секунды, готовность к улыбке, большего от нее все равно не дождешься. Пообщаешься с ней, так научишься читать между строк. Но надо как-то завершать процедуру, а то уже и Ольга подплывает, заинтересовавшись – что не так с ее подопечной.

– Ты знаешь, что от Морского царя сухим не уходят.

Лена, кажется, сейчас упадет в обморок, но я шепчу ей

– Спасай, соглашайся!

– Да. – Таким же шепотом произносит Лена, но Ленин шепот всем слышен, потому что Ульянка дотянулась до нас своим микрофоном.

Говорю с Леной, а сам протягиваю руку к лодке, умница Саша, или умница Мику, не запомнил даже – куда протягивал, уже вкладывает в руку ковшик. Ковшик, который входит в комплект каждой лодки и предназначен для вычерпывания попавшей туда воды. Набираю ковшиком воду и нежно поливаю из него Ленины голову и плечи. Не знаю, как можно поливать нежно, но я стараюсь. Все, водные процедуры закончены.

– Лен, ты в порядке?

Лена хочет что-то сказать, потом делает легкое движение кистью, в порядке мол, и отходит к вожатой. Я помогаю Владычице занять место в лодке, капитан командует

– Все по местам!

Мы отталкиваемся от берега, разворачиваем наш караван по направлению к пристани и начинаем медленно удаляться. Оглянувшись назад я вижу, как пионеры стоят полукругом вокруг места нашей высадки и смотрят на нас – удаляющихся. Встаю на ноги, опять зацепившись ногами за банку, включаю микрофон, надеюсь он еще достанет до усилителя.

– А вы что стоите? А ну, всем купаться! Не бойтесь, кто спросит, скажете, что Морской Царь разрешил. Еще увидимся, пионеры!

Сажусь обратно и, наконец-то, расслабляюсь. Через несколько минут, когда нас с пляжа уже не видно сбрасываю буксир, сам сажусь на весла и начинаю неспешно грести, при этом что-то мурлыча себе под нос. Неожиданно, мне начинает подпевать Мику, а, когда мы подходим к пристани, оказывается, что мы втроем, с присоединившейся к нам Алисой поем «Love me tender». Вполне получается, при неторопливой гребле. Баба Глаша молчит, остальные не знают слов, да и вообще, все слова знает только Мику, а мы так, на подхвате.

Наконец причаливаем, выбираемся из лодок на пристань, баба Глаша сразу же уходит в направлении столовой, сказав только, на прощание.

– Спасибо, мальчики и девочки, за развлечение. Не опаздывайте к обеду, будет вкусно, если мои помощники чего не напутали.

А я, прощаясь с бабой Глашей, как-то не обратил внимание, на окружившее нас с Алисой полукольцо пиратов, в результате чего мы с капитаном оказываемся в воде под звонкий хохот наших русалок. Там не глубоко, мне по пояс, девочкам чуть выше, так что утонуть не получится. Алиса смотрит на свой капитанский костюм, огорченно произносит.

– Все, конец реквизиту.

Потом машет рукой, и, глядя вверх, на остальную компанию.

– А вы что там стоите, а ну все в воду!

Второй раз приглашать никого не приходится. Через полминуты мы уже все дурачимся в воде, а еще через полминуты прибегает Ульянка и сходу прыгает в середину нашей кучи-малы. Обратно, на пристань, выбирается уже не Царь морской со свитою, а физрук с футбольной командой и примкнувшие к ним четыре пионерки.

До обеда еще час, поэтому переодеваемся в том же лодочном сарае, пока девочки переодеваются, разбираем лодки, потом, временно прячем реквизит в лодочном сарае, после обеда разберемся. Только Алиса с сожалением смотрит на потерявшие форму камзол и шляпу.

– Жалко, я в них сама-себе нравилась.

– Просуши, расправь и сложи в тот же мешок, откуда взяла. Может быть они и восстановятся.

Распускаю футболистов по своим делам, а мы впятером, впятером это я, Алиса, Ульяна, Мику и Саша идем куда глаза глядят. И, как выясняется, глядят они на спортплощадку. Почему туда? Я не знаю, наверное, считаю уже спортплощадку своим домом, а девочки просто мне доверились. До обеда еще далеко, заняться совершенно нечем, можно еще почитать книги от бабы Глаши, но неохота, завтра. Выход находит Ульянка.

– Мячик волейбольный не сдали! Бросили на площадке и убежали, завтра придут просить, я им устрою!

В итоге, выдав порцию ворчания, Ульянка предлагает нам самим поиграть оставшееся время.

– Так народу мало.

– А мы в круг встанем, тогда нормально.

Эти, полчаса с небольшим, перекидывания мячиком с милыми девушками дарят ощущение полнейшей беззаботности и расслабленности, когда ничего не надо планировать, ни о чем не надо беспокоится, даже оставшийся мне срок жизни кажется бесконечно длинным. Да, такой волейбол мне понравился, надо будет ввести в традицию, я же, вроде как, физрук.

Звучит сигнал к обеду, вспоминаю просьбу бабы Глаши не опаздывать и ее обещание, что будет вкусно. Девушки в душ, я жду их на крыльце, потом меняемся ролями. А когда девушки были в душе, я еще одну вещь вспомнил – завтра же прибывает автобус со мной, то есть с двойником, надо бы встретить, раз уж Слави здесь нет. Надеюсь, мое присутствие, все-же, для него безопасно.

Идем к столовой и, как-то не сговариваясь, сокращаем шаг. А уже на крыльце Алиса спрашивает.

– Девочки, я все думаю. Мы не сильно облажались сегодня?

Алиса просто буквально озвучивает мою мысль. Кажется, сегодня утром, перед праздником так не волновался, как сейчас, когда нужно просто открыть дверь в столовую.

– Да что вы все трясетесь! Все же классно было!

– Ага, тебе-то что? Ты просто с микрофоном бегала, а на нас-то все смотрели, я просто чувствовала, как с меня от взглядов кожа слазит.

– Ну не слезла же. Да и если даже облажались, то никто и не вспомнит через два дня, а к следующему циклу только мы сами и будем помнить, а мы никому не скажем.

Ульяна пожимает плечами и заходит вовнутрь.

В зале тихо, то-есть никто не свистит при нашем появлении, не кидает в нас хлебными корками, стоит обычный столовский гомон. А потом что-то меняется, я стою в очереди к окну раздачи и слышу как гул позади меня стихает, а потом то тут, то там раздается шепот: «царь, царь пришел», а я вспоминаю старую комедию. Беру поднос со своей порцией, отхожу к столику. Народ глядит на меня, я гляжу на народ. Ольги пока нет – надо захватывать власть. Сейчас заору: «На колени, холопы! Пираты, ко мне!»

– Пионеры, праздник понравился?

– Да! – дружный хор.

– Если кого-то обидели, пусть выйдет и скажет, я попрошу прощения персонально. Мы не хотели.

Тишина, обиженных нет.

– Тогда, всем спасибо, без всех вас праздник бы не удался. И, давайте уже обедать, очень есть хочется.

Есть, действительно, очень хочется, завтракали то мы давно и наспех. Ко мне за столик подсаживается Лена, опять обеспокоенно смотрит мне в глаза и сразу-же опускает взгляд в тарелку.

– Лен, еще раз спрашиваю, уже тебя персонально. Я тебя не обидел, с этим поливанием?

Лена чуть улыбается.

– Нет, все хорошо, мне даже понравилось.

– А то ничего мне лучше в голову не тогда пришло. На пристани уже нашел минимум три пристойных выхода, а тогда – вот так.

– Может это и к лучшему, первая мысль, говорят, самая верная.

– Ага, скажешь, что с тобой случилось? – осторожно спрашиваю.

– Понимаешь, я сама тебе бороду и парик придумывала, сама костюм рисовала, сама корону клеила. И вдруг поверила, что ты – настоящий Царь морской, и пираты настоящие. И, когда ты со мной разговаривал тоже в это верила.

– Ленка, тогда выходит, что ты действительно разговаривала с Морским царем, хоть его и сыграл физрук из пионерлагеря. Смотри, будут звать в гости не соглашайся, там сыро.

– Нет, не соглашусь, даже если ты позовешь. – Впервые улыбается. Ты то как, нормально? Решил свою задачу?

– Некогда было, Лен. Но, с одной стороны, время еще есть, а, с другой – боюсь, что она нерешаема. Я даже не знаю, с какого конца взяться. Ладно, разберусь. Давай обедать, в конце-концов.

– Ага, давай.

Да, а обед действительно удался, где-то на стыке русской и украинской кухонь: борщ с пампушками, голубцы, ватрушки и ягодный кисель. Через некоторое время все разговоры в столовой стихают и слышен только стук ложек, киваю показавшейся в окне раздачи бабе Глаше, улыбаюсь и, вспомнив Алису, показываю поварихе большой палец. Баба Глаша, в ответ, тоже расплывается в улыбке. Уже собираюсь уйти, когда, наконец, припоздав, появляется запыхавшаяся вожатая. Появляется, и сразу же делает объявление.

– Ребята, давайте поаплодируем нашему Морскому царю, пиратской команде, русалкам и Владычице морской!

Ну вот зачем? Все же уже закончилось! Или надо мероприятие официально завершить?

Встаю сам, футболисты встают, Алиса, Мику, Саша, из кухни выходит баба Глаша. Всем достается по порции аплодисментов, я, красный от смущения, еще раз, благодарю всех в ответ и, наконец, покидаю столовую. В спортзале дергаюсь, сначала, навести порядок, потом смотрю на часы – пора уже в академию на занятия.
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть

Вечерний костёр(БЛ) Бесконечное лето Ru VN ...Визуальные новеллы фэндомы 

 Шм i V- -Y.,Вечерний костёр(БЛ),Бесконечное лето,Ru VN,Русскоязычные визуальные новеллы,Отечественные визуальные новеллы,Визуальные новеллы,фэндомы
Развернуть
В этом разделе мы собираем самые смешные приколы (комиксы и картинки) по теме Бл поре (+1000 картинок)